сравняли счёт

– Я знаю кто хайд. — Ксавье вытаращил на неё глаза, он не был готов к такому повороту. — Это Тайлер. Тайлер Хайд, а мисс Торнхилл его хозяйка.  Ксавье все также молча глазел на неё, это все не укладывалось в его голове. Хоть он и знал, что Тайлер мутный тип, но он все же был шокирован. Его ладонь была на колене Уэнсдей, он начал судорожно гладить его, как бы пытаясь успокоить девушку, но на самом деле успокаивать нужно было его.  – Эй, ты в порядке? — Это вывело Ксавье из транса если можно так сказать, он как будто очнулся. Парень сощурил глаза и отвёл взгляд, после опять начал смотреть на Уэнсдей. – Да, я да, в порядке. Что было в видении? Что нам теперь делать?  – Все по порядку. В видении было две части, в первой я увидела как Тайлер садиться в машину к мисс Торнхилл. Она рассказала ему о том, кем была его мать и о том, кем является он сам. Там я видела всё со стороны, но не могла ничего сделать, лишь наблюдать. А вот во второй части я была в теле Валери Кимбот. Я видела орудующего  хайда, а после, то, как он превращается обратно в Тайлера.  – Значит Лорел мстит изгоям за своих предков…но зачем тогда они убивали нормисов? – Этот вопрос остаётся открытым, но мы уже близко, очень близко…  Наверное час, а может и два, они просидели в мастерской. Обговорив всё то, что они узнали, ими было принято решение вернуться в академию.  – Спасибо, что провёл. Дальше я сама, спокойной ночи, Ксавье. — До двери оставалось несколько метров. Чувство дежавю. Не опять, а снова они стоят в этом коридоре.  – Да не за что…до завтра, Уэнсдей) — Девушка выжидающе на него посмотрела, как бы давая понять, что та не зайдёт пока он не развернётся и не пойдёт обратно.  Художник так и сделал, он развернулся и пошёл в сторону мужского общежития. Он не успел уйти далеко, как услышал непонятный шум позади него. Обернувшись, парень увидел лунный свет исходящий от открытой двери комнаты Аддамс. Было полнолуние, близилась кровавая луна, так что даже не в столь поздний вечер улицы освещал яркий белый свет.  Что-то не так.  Торп не стал бежать, чтобы не привлечь лишнего внимание, он быстрым шагом направился к комнате.  Ксавье не успел зайти, стоя на пороге он увидел перевёрнутую верх дном мебель и вещи Уэнсдей, а сама девушка бежала на него с каким-то предметом в руках.  – Уэнсдэй, что тут произошло? – Откуда ты…впрочем сейчас это неважно… эти ублюдки прокололи Вещь! Больше тот не задавал вопросов, они вдвоём ринулись к временному убежищу Фестера Аддамса.  – Мой дядя, он может помочь, главное успеть… — Это последнее, что было сказано до их прибытия в пчелиный клуб.  Уэнсдей мигом влетела в небольшой дом на территории пасеки, Ксавье понятное дело последовал за ней. – Дядя Фестер! Дядя Фестер, Вещь прокололи! — Криком вырвалось  из уст девушки. – Клади его на стол! — Аддамс опешил, но благо  быстро среагировал.  Попытки привести в чувства Вещь были четными. Из разу в раз надежда угасала все больше прежнего. Уэнсдей упала на колени перед столом, а Ксавье стал позади неё и держал свою ладонь у неё на плече.  Глаза юной Аддамс были на мокром месте. Ещё чуть-чуть и слеза покатилась вниз по щеке девушки. Она её сразу же смахнула, а после обратилась к дядя: – Пробуй ещё раз, пробуй!  – Уэн, я боюсь он… я боюсь мы уже ничем не поможем… – Вещь! Вещь, если ты не выживешь я лично тебя прикончу! Слышишь?! — эта фраза была…как бы правильно передать…она была полна боли и страха. Она была абсурдной, соглашусь, но Уэнсдей была в отчаянии и не отдавала отчёт тому, что говорит. — Пробуй ещё раз! Фестер давай!  Разряд прошёлся по конечностям…конечности? Иначе сказать нельзя. Разряд пронзил Вещь от чего тот казалось вздрогнул, но это просто дядя Фестер задел стол своей рукой.  Они его потеряли. Они потеряли не только Вещь, но и последние надежды. Слёзы покатились по щекам девушки она встала с колен и уткнулась лицом в грудь парня. Ксавье обнял её и стал гладить по спине, как бы утешая.  – Уэн, мне очень жаль… — Опомнившись и осознав, что они находятся не одни, Аддамс вырвалась из рук парня и взглянула на дядю. Его глазы были полны сочувствия. Придаток был дорог для него не меньше чем для Уэнсдей.  Еле заметное движение на столе. Неужели? Жив?  – Вещь!  – Старик, ты так не пугай, мы уж то подумали, что ты того…) — Вещь проговорил что-то вроде ,,Вы же меня знаете, если кто меня и сведёт в могилу, то это будет ни кто иной как Уэнсдей,, — Ксавье широко улыбнулся и кивнул в знак так сказать приветствия. Долго любезностями они не обменивалась, девушка обернулась на Аддамса старшего и выдала:  – Вещь я зашью, а тебе стоит поторопиться. Полиция уже нашла угнанный тобой мотоцикл. В неверморе назревает что-то страшное, так что они и сюда скоро доберутся. И постарайся в следующий раз угнать что-то менее заметное. – Так в этом же и все веселье! — Аддамс одарила его недовольном взглядом. — Я тебя понял, сразу же с рассветом меня здесь не станет. Ксавье, верно? — мужчина обратился к парню по имени, чему тот знатно удивился. – Да, верно. – Ксавье, ты хороший парень, наведайся к нам на праздники, если к тому времени Уэнсдей тебя не прикончит)  Они успели ещё и попрощаться, Уэнсдей с дядей перекинулись парой слов касаемо семьи, а после молодые люди и Вещь покинули территорию клуба.  Вернувшись в академию,  Ксавье вновь провёл девушку до комнаты, но на этот раз зашёл вовнутрь с ней.  – Мне нужно зашить Вещь, сможешь помочь? – Да, конечно. Девушка принесла с ванны небольшую аптечку, после чего убрала с ее кровати разбросанные Тайлером или, что больше вероятно   Лорел, она же мисс Торнхилл, вещи. Молодые люди сели на кровать напротив друг друга и Аддамс принялась обрабатывать рану на Веще.  – Зачем он им?  – Не он, а дневник. Они выкрали дневник, так как там была информация о Хайде, а Вещь пришлось убить дабы не было свидетелей.  – Подонки. Как удобно все подстроили. – Мы не на шаг впереди, но мы и не отстаём. Нужно будет рассказать об этом Уимс, уверенна, она знала обо всем. – Тянуть до завтра, полагаю, не стоит. – Ты прав, но сначала Вещь. Просто если что, подашь мне то, что я попрошу, хорошо? – Да, хорошо, я понял. Уэнсдей продезинфицировала иглу и продела в неё не менее стерильную нить.  Первый укол. Она завела иглу под кожу Вещи.  Стежек. Второй. Стежек за стежком и шов наложен. Девушка хорошо закрепила его, осталось только отрезать ненужный край нити.  – Ножницы. — Парень сию секунду, молча протянул их в руки Уэнс.  Тихий клац. Нить отрезана. Девушка на всякий случай продолжала придерживать край шва. – Пластырь.— И вновь, в тот же миг, пластырь уже в руках девушки. Она аккуратно заклеила зашитую рану.  – Вещь, ты как? — с еле заметной тревогой спросила Аддамс. – ,,Все в порядке, как всегда работа проделана идеально,, — Каждый шов на Вещи был сделан Уэнсдей. Она могла знатно потрепать его в наказание за что-то, но в конечном итоге своими же руками зашивала его ранения.     – Отлично, я рада, что с тобой все хорошо. Ксавье, а теперь мы направляемся к Уимс. – Не поздно ли? Девятый час уже. – Не поздно, она любит засиживаться допоздна в своём кабинете.  – Откуда ты…? Точно, Вещь. – Верно.  Подхватив Вещь, они направились прямиком в кабинет директрисы Уимс.  Дошедши до двери постучали и после короткого ,,Войдите,, распахнулись дверь.  – Уэнсдей Аддамс? Ксавье Торп? Что вы вдвоём забыли здесь в столь поздний час?  – Напали на Вещь. Его ножом приковали к стене. А ещё перевернули всю мою комнату и выкрали дневник Натаниеля Фолкнера. – Дневник? Он был спрятан в библиотеке Беладонны, как он оказался у вас?  – Так вы знали, что монстр это хайд. Ожидаемо, но сейчас послушайте меня. Мы с Ксавье знаем кто хайд и кто его хозяин. Именно кто-то из них двоих проник ко мне в комнату сегодня.  Ксавье и Уэнсдей рассказали всё, что знали директрисе, на что она их молча выслушала.  – Послушайте, я понимаю ваши опасения, но у вас нет весомых доказательств. Даже если и идти в полицию вам не поверят. Никто не будет ссылаться на ваши сны и видения, нормисам нужны факты. – Но ведь шериф знает кем была его жена! Он знает что она была хайдом. Когда я ему принесла коготь монстра для теста ДНК, он наверняка обнаружил сходства со своим сыном… — Уэнсдей не договорила, их отвлёк стук в дверь.  – Войдите.  – Доброго вечера, миссис Уимс. Ребята? И вам здравствуй, не ожидала вас здесь увидеть… Мгх, да, о чем это я, прошу прощения , что я так поздно, это касаемо расширения видов растений в обсерватории… – Да-да, конечно, я как раз ждала вас. Ксавье, Уэнсдей, можете идти, мы с вами продолжим позже.  Перечить не было смысла. На этот раз Уэнсдей поступила разумней, она подала Веще знак, чтобы тот спрятался и подслушал их дальнейший разговор.  Когда они уже отошли от дверей кабинета, парень заметил, что не хватает их верного помощника.  – А где Вещь? – Я оставила его там, чтобы тот подслушал их разговор и в случае чего доложил нам об опасности. – Умно.  – Нам нельзя рисковать. – И то верно. Слушай, может мне стоит помочь тебе с комнатой? Там же невозможно будет даже переночевать, все вверх дном. – Не утруждай себя, я и сама справлюсь. – Да ладно тебе, мне не сложно) — Уэнсдей скептически оглядела его, но ничего не сказала и лишь одобрительно кивнула. И вот они вновь в комнате. Нужно разобрать абсолютно все, вплоть до конспектов и ручек. Идеальные стопки одежды валяются под ногами, а любимая печатная машинка перевёрнута где-то в углу комнаты. Содержимое ящиков в столе выпотрошено наружу.  – Мда…надолго мы тут… – Ты в любой момент можешь развернуться и уйти. Хоть сейчас, я тебя не держу. — В самых недрах чёрной души Уэнсдей все же таились сомнения о сказанном. Она хотела, чтобы парень остался с ней, но опять же, она всячески это отрицала. Пыталась отрицать. – Нет же, я не к этому… – Славно, тогда постарайся не копаться в моих вещах…пожалуйста… – Ну, учитывая то, что мне предстоит помочь их раскладывать по местам, не думаю, что у меня выйдет.  – Тц, черт с тобой.  Они принялись за уборку. Ксавье передвигал всю мебель на свои законные места, в то время как Уэнсдей раскладывала одежду.  Стопка за стопкой, книга за книгой, бутылочка за бутылочкой, и вот, спустя каких-то два или даже три часа всё убрано. Почти всё. В углу комнаты все так же одиноко лежит перевёрнутая печатная машинка.  Уэнсдей подошла и подняла её, поставив на стол в дальнейшем, но она обнаружила небольшую проблему. Рычажок для перемещения строк не функционировал. Он просто напросто не был зафиксирован.  – Сломана? – Вероятно, но я не смогу это починить. Печатаные машинки, как правило, требуют более нежного обращения нежели орудия для пыток.  – Дай я гляну — Парень выхватил  машинку из рук Аддамс.  Покрутил в руках, покрутил тот самый не функционирующий рычажок — Позволишь? — Не дожидаясь ответа, Ксавье протянул руку к затылку девушки и вытащил оттуда небольшую, чёрную невидимку.  Подкрутив ею что-то у основания машинки и у самого рычажка он слегка неуверенно вручил её в руки девушки, при этом как бы невзначай коснулся ее запястий.  – Полагаю, теперь все должно работать. – Признаю, я не ожидала, что у тебя что-то выйдет. – А ты что думала? Что я только оживлять свои каляки могу? — С доброй успешной произнёс парень.  – Не цепляйся к словам. Спасибо, что помог, Ксавье. – Не за что, был рад помочь)   Стук пальцев. Звук открывающейся двери. Вещь. Точно. – Ну и как? Узнал что?  – ,,К нашему сожалению ничего. Они действительно мило беседовали о том, какие цветы стоит приобрести в обсерваторию. Такое чувство, будто бы Уимс вообще ни о чем не знает!,, – Знала, что придётся действовать самой.  – У тебя уже есть план?  – Пока что лишь приблизительный ход событий. – Я надеюсь, что ты меня просветишь? Ну а пока, полагаю, мне стоит идти… – Не сомневайся, слишком глупо будет действовать не предупредив никого. – Бывай Вещь! - крикнул парень в сторону удаляющейся к кровати конечности. Они направились к выходу из комнаты.  – Позволишь мне кое-что сделать?  — Девушка вопросительно посмотрела на парня. Торп наклонился к её шее, оттянул край водолазки, и на ещё не прошедших следах оставил очередную отметину в виде багряного засоса. – Спокойной ночи, Уэнсдей) — К тому времени как девушка опомнилась, художник уже скрылся в тени.  – Спокойной, Ксавье… — проговорила в темноту опешившая брюнетка.  Как только она закрыла дверь и развернулась, на кровати её ждал Вещь, который в ожидании постукивал пальцами. – Нет! Я отказываюсь что-либо говорить.Не дай бог ты об этом кому-то расскажешь. Точно останешься без пальцем, и на этот раз, пришивать их обратно я не стану. Вещь уныло зарылся в одеяло, а Уэнсдей направились в душ. Горячий душ. Вот то, что ей так нужно было. Внутри неё бушевали сомнения, она не знала, что происходит с ее организмом и что за странные сигналы он ей подаёт, но как бы старательно она не откладывала все это на дальнюю полку в библиотеке ее мыслей, вскоре, ей придётся с этим разобраться.