Глава 5

Когда Сара вышла из общей с Майклом ванны, то крепче обняла махровую ткань на груди и быстро пошла к своей комнате. Она соврет, если скажет, что не хочет сейчас встречаться с Майклом, он не должен видеть ее покрасневшие щеки, которые становятся таковыми, стоит только вспомнить о поцелуе. Закрыв за собой дверь, девушка идёт к столику около кровати и садится за него. Открыв небольшой ящик, она замечает телефон, который связывает ее с прошлой жизнью. Сама не зная зачем, берет его в руки и убирает режим «в самолёте». Ожидание пропущенных звонков и смс жмёт где-то в области груди, потому что знает, что в этот момент будет опять морально убита. Вздрогнув от поступающих сигналов телефона, палец девушки замирает в миллиметре от экрана, пока Сара не решается открыть злобное послание матери. Девушка прекрасно знает, что там не будет ничего милого, как в обычных семьях, где чтят выбор ребенка. И действительно, стоит увидеть недобрые слова матери, О’Нил сглатывает, когда видит последнее полученное сообщение сегодня утром. «Ближе к обеду я буду у тебя, готовься!» Словно наотмашь бьющие слова матери доходят до мозга, Сара подрывается с места и видит, что посланное смс было отправлено давно, а это значит, ее мать должна уже приземлиться в Балтиморе. Ей не приходится долго ждать: из гостиной доносится громкий стук в дверь. — Только не это! Бросаясь к двери, Сара останавливается и, выругавшись, быстро снимает полотенце и бежит к шкафу за футболкой и шортами. Она мысленно молится, чтобы Майкл не услышал этого стука, но, когда она натягивает последний элемент одежды, слышит недовольный голос соседа. Нет! Нет! Нет! И в этот же момент бежит к двери, пытается просунуть ногу, но не попадает в штанину и с грохотом приземляется на пол. Локти и колени пронизывает боль, когда Сара все же поднимается и выходит из комнаты. — Мне непонятно, ты кто такой? — строгий голос и взгляд матери, устремленный на полуголого Майкла, у Сары вызывает только страх. Парень меняется в лице, когда статная дама проходит внутрь. — Господи, что за ужас! — Мам, — не узнавая собственного голоса, Сара делает шаг и следом останавливается, когда глаза цвета неба смотрят на неё, — что ты тут делаешь? — Что, прости? — женщина сводит брови к переносице, осматривает свою дочь с ног до головы и приходит в ужас от внешнего вида. На первый взгляд О’Нил-старшая замечает прибавление в весе и до ужаса непрезентабельный вид. — Я говорю: зачем приехала? — более уверенно заявляет Сара, посматривая на Майкла и мысленно прося, чтобы он ушел в свою комнату и надел на этот шикарный торс футболку. Но вместо этого она подходит ближе к матери. — Ты как смеешь разговаривать со мной в таком тоне?! — уверенные шаги женщины ведут ее к дочери. — Как ты посмела не отвечать на мои звонки?! — следом прилетает пощёчина, от которой голова Сары резко отворачивается, и она тут же хватается за лицо. — Мам, прошу! — попыталась Сара остановить это унижение. — Эй, вы что себе позволяете? — тут же вмешался Майкл, а Сара только сейчас поняла, что он все видел. — Это кто такой?! — женщина сверкнула взглядом в сторону дочери, поворачивая голову на защитника. — Мне все ещё непонятно, кто ты! — Разве это сейчас важно, вы почему распускаете руки? — Майкл… не надо… — прошептала Сара, качая головой, а парень, посмотрев на соседку, вернул взгляд на незнакомку. — Мам, пошли в мою комнату… мам, пожалуйста… — Иди собирай свои вещи, живо! — Нет! Я не уеду! Я столько лет хотела этого, ну почему вы не даёте мне возможность учиться? — не успела Сара договорить, как ее мать опять попыталась замахнуться, но Майкл успел, вовремя останавливая эту попытку. Хотя девушка была готова к боли, но когда ее не последовало, она открыла глаза. — Мам, мам, он уже уходит, — влезла Сара между ними, — Майкл, прошу, не лезь. Прошу, уйди в комнату, — взгляд зелёных глаз опустился на неё, — пожалуйста. Тёрнер впервые в жизни увидел наглядный пример жестокого обращения со своим ребенком. Он никогда не воспринимал таких личностей за человека, ведь каждый рождённый должен иметь право выбора, и никто не должен этому мешать. Пока он смотрел в глаза, полные слёз, у него что-то щелкнуло в районе груди. За столь короткое время он увидел в глазах Сары мольбу, страх, боль, печаль. Вот почему она всегда улыбалась, но улыбка никогда не касалась ее глаз. Она старалась показать себя сильной. — Я уйду, если твоя мать не станет распускать руки, иначе не сдвинусь с места, — когда произнес эти слова, не подумал об их смысле, они вырвались сами, словно это должно было быть именно так. — Ты раздвинула ноги и перед этим неудачником? — усмехнулась женщина, а грудь и руки Майкла напряглись. Он дернулся, а его соседка, роняя слезы стыда, уперлась руками в его каменную грудь. — Мам, прекрати… — крикнула Сара, а следом шепотом попросила Майкла: — Прошу, уйди, Майкл. Ты делаешь только хуже. Она… она не остановится, если ты будешь стоять тут, — Майкл сжал челюсть и перевел потемневший взгляд с женщины на Сару. — Хорошо. Тёрнер сделал шаг назад, не отрываясь от человека, которого трудно назвать матерью. Как только его фигура исчезла за дверью, О’Нил-старшая схватила дочь за локоть и потащила в ее комнату. — Я что-то понять не могу, ты снова набрала вес! — с ходу начала отчитывать. — Ты сейчас же собираешь свои вещи, и мы уезжаем из этого места! Как только ты могла додуматься поступить сюда. — Я не поеду, — отвечает Сара, когда глаза матери становятся темнее. — Мам, я не сдвинусь с места. Ты понимаешь, как я устала от твоих угроз… — А ну-ка повтори, что ты только что сказала? — сокращая расстояние между ними, О’Нил-старшая хотела вновь поднять руку, но Сара успела сделать шаг назад. — Ты слышала меня, я остаюсь. — Кто будет платить за этот бред? — Не беспокойся, я могу и сама о себе позаботиться. — Значит, ты вот так заговорила, — набравшись смелости, Сара кивает на ее слова. — Я больше не намерена давать тебе деньги, карточки все сюда, — она протянула руку. — Я выкинула их по пути, можешь позвонить в банк и узнать. — Отказываюсь от тебя, я больше тебе не мать! — воскликнула женщина. — А когда ты ей была, мам? — вопрос, слетевший с губ, заставил миссис О’Нил замереть и задуматься. — Ты никогда не была ей, что ты, что отец слишком были заняты своей карьерой, а я росла сама по себе. Так вот, я выросла. — Ты пожалеешь об этом! — Вы не жалели меня, почему я должна? Ты всегда ставила передо мной рамки, которые на протяжении восемнадцати лет никогда не менялись. — Закрой свой рот, невоспитанная! — Уходи! Я больше не хочу тебя видеть! Исчезни из моей жизни! Просто оставьте меня в покое, я не хочу больше вас видеть! Слабость, которую Сара старалась держать в себе, выбралась наружу в виде горьких слёз разочарования. Ни мать, ни отец никогда не видели в ней ребенка, она всегда была простым приложением к ним. Известная семья и красивая пара на людях, а в жизни, когда никто не видел, были лицемерами. Не сдерживая больше слёз, Сара осела на кровать, когда ее мать не говоря больше слов открыла с грохотом дверь и вышла из комнаты. Стук ее каблуков отдалялся, пока не исчез совсем, а на душе почему-то появилась маленькая крохотная надежда на то, что теперь Сара свободна. Жизнь обещает быть тяжелой, но она прекрасно это понимала. Подняв глаза, Сара увидела Майкла, стоящего у своей двери в комнату, он, уже полностью одетый, наблюдал со стороны. Теперь-то стыд испарился и было глубоко наплевать то, что он стал свидетелем «теплого» приема матери. Сара устала быть постоянной обузой для родителей, устала прятаться. Они все равно никогда не изменятся. И поэтому, поднявшись с кровати, она подошла к двери и закрыла её, после чего сползла по деревянной поверхности на пол. — Все позади, — прошептала она, успокаивая себя. — Они мне больше не помешают, — подогнув колени, она обняла их и тихо, едва слышно прошептала: — как же мне не хватает тебя, бабушка. *** Сегодня в университете состоялась игра, в которой команда Майкла победила, и эта победа отмечалась в огромном доме братства. Толпы народу крутились по периметру помещения и за его пределами, пока Майкл с новыми друзьями сидел в компании девушек. Футбольные зайки тёрлись о тела Вишни и Айзека, но Тёрнер не обращал внимание ни на одну из них. Девушки одна за другой предлагали ему выпивку, одна из них настаивала на уединении. Вот только парню было не до них, из головы никак не выходили картинки приезда матери Сары. Он слышал всё, что говорила эта женщина за дверями комнаты соседки, и то, как ответила ей дочь. А потом тихий плач О’Нил длился около часа, она не пришла на занятия. Ее не было на матче, когда Адель и Стефани танцевали в группе поддержки. Но стоило вернуться Майклу в реальность, он заметил, как в гостиной показалась Сара и ее подружки. Видать, они заставили прийти её, потому что веселья на лице О’Нил ни капли не было. — Эй, чувак, — толкает его Вишня, — что с тобой? К тебе клеится столько красоток, а ты словно воды в рот набрал. — Нет настроения, — ответил Майкл, замечая, как Адель и Стефани оставили Сару одну, а она, осмотревшись, исчезла в толпе. — Вы развлекаетесь, я пройдусь, — под удивленный взгляд Вишни и Айзека Майкл оставил на столе тумблер и ушел. К тому моменту Сара устало выдохнула и выбралась на улицу, где можно было остаться одной. Она уверенно шагнула к бассейну и, обойдя его, нашла тихое место, с которого не было слышно громкой музыки. Она остановилась около необъятного дерева и заметила лавочку, с которой пообещала себе не вставать, пока вдоволь не насидится. Проведенное время в комнате подействовало давящим эффектом, и поэтому она согласилась прийти на вечеринку. Усевшись на скамейку, девушка мечтательно подняла глаза к небу и мысленно улетела в моменты, когда самый родной человек был рядом. Бабушка. Она-то всегда показывала свою любовь к внучке, и, словно мама, оберегала от всех проблем. А что в итоге имеет Сара сейчас? Мать, которая отказалась от неё за то, что дочь захотела учиться. — Решила спрятаться? — голос Майкла раздался рядом, а Сара быстро стерла слезы и отвернула голову в сторону. — Зачем ты здесь? — голос был хриплым. — Нет настроения сидеть сейчас со всеми, — ответил Тернер, прислонившись к дереву. — Говорят, игра была хорошей, — произносит Сара, пряча руки под бедрами. — Поздравляю. — Да, мы порвали всех. Жаль, что тебя не было, я забил последний гол, — хвастается Майкл. — Сегодня ещё кое-что произошло, — парень отрывается от дерева и садится рядом с О’Нил, а она с интересом разглядывает его. — Твой бывший хочет тоже вступить в команду. Говорят, он хорошо играет. — Только его сейчас не хватало, — вздыхает Сара. — Ты прости за вчерашнее, — вдруг вспоминает она. — Зря я втянула тебя в это. — Я рад был помочь, — отзывается Майкл, когда девушка смотрит на него. — Ты же мне вчера соврал, да? Ноя не было в коридоре, зачем? — на лице Майкла появляется ухмылка, которая сразу исчезает. — Ладно, забыли. — Мне просто понравилось целовать тебя, — отвечает он, а Сара отворачивается, потому что от этого признания по телу побежали мурашки. — Мне нравится твоя реакция, пузырик. Они оба засмеялись, и Сара, цокнув, слегка толкнула его в плечо. — Не называй меня так. — Зато ты улыбаешься, и тебе идет, — тихо говорит Майкл. — Я знаю, что лезу не в свое дело, но ты сама должна решать, как жить. Никто не имеет никакого права отбирать у тебя мечту, даже собственные родители. — Если бы все было так легко, Майкл. У меня семья не такая, как у всех… — откровение, на которое пошла О’Нил, не вызвало у нее злости, возможно, потому что он все видел и за нее уже сделал выводы. — Ты извини за эту сцену сегодня. — Не извиняйся, ты ни в чём не виновата, я бы опять заступился за тебя, — Сара вновь смотрит в зелёные глаза и впервые в жизни на лице искренне играет улыбка. За нее, кроме бабушки, никто никогда не заступался. — Спасибо, — отвечает она, заправляя выбившиеся пряди волос за ухо, а когда вернула руку на скамейку, пальцы коснулись кисти Майкла. От прикосновения внутри что-то произошло у обоих, словно бабочки заплясали в животе. До Сары дошло, что она до сих пор прикасается к нему. О’Нил хотела забрать руку, но Майкл поймал её пальцы, ему очень хотелось, чтобы это не заканчивалось. Хотелось согреть их, ведь кожа была прохладной по сравнению с его, а стоило поднять взгляд, дыхание замерло. Тёрнер пока что не понимал, почему она его ужасно притягивает, вроде их знакомство было не очень теплым, но после приключения с поцелуями все начало меняться. Он заметил, что совсем не хочет язвить и как-то комментировать ее слабость после встречи с матерью. Майкл сжал ее пальцы в своей большой ладони, и они встретились взглядами. В этот момент не хотелось говорить, словно они общались мысленно. Саре даже показалось, что все вокруг затихло, оставляя перед собой только его красивые глаза. То, как он держал ее руку, и как приятно было ощущать его поглаживание. — Ты совсем замёрзла, — тихо говорит Майкл, а Сара завороженно смотрит на него. — Если хочешь, можем уехать отсюда. — Мааайкл, милый, вот ты где, а я тебя искала, — возле них появилась девушка в коротком платье и волшебство, которое появилось вокруг, мгновенно растворилось. Сара выдернула руку и отвернулась, стирая с пальцев его прикосновения. Незнакомка тем временем заметила Сару и недовольно сморщила лицо. — Я оставлю вас, — вскочила О’Нил, и Майкл повторил за ней, но его бицепс обвили тонкие руки девушки, не давая сдвинуться с места. — Сара… — позвал Майкл, но она даже не обернулась и исчезла в доме. — Ты кто вообще такая? — вспомнив про присутствие другой девушки, Майкл выбрался из ее рук. — Ты забыл, что ли? Мы приехали сюда вместе, милый, — она вновь попыталась прикоснуться к нему, но парень сделал шаг назад. — Это ты, возможно, приехала с нами, но не я, — он недовольно посмотрел на девушку и развернулся, начиная отдаляться от неё. — Майкл! Ты не можешь меня вот так оставить! Майкл! — Я уверен, что ты найдешь мне замену быстро! Удачи! Когда Сара нашла Адель и Стефани, они, веселясь, потащили подругу к выпивке, умоляя ее расслабиться и отдохнуть. Но О’Нил все ещё была во власти прикосновений человека, который, как оказалось, не такой и вредина. Его глаза в ночи смотрели на неё не так, как в их первую встречу, словно между ними разрушилась стена сарказма и подколов. Появилось что-то другое? — Давай подруга, тебе нужно выпить, — обняла ее Стеф, протягивая красный стаканчик. — Хватит хандрить! — Я поддерживаю её, — танцуя под музыку, подключилась Адель. — У нас у всех родители не такие, как хотелось бы. Но ты спаслась, крошка! — когда девушки пришли к ней, Саре пришлось рассказать всё. — Просто забей на все сегодня вечером и знай — ты прекрасна! О-о-о, это моя любимая песня! — по гостиной дома разнеслись крики, когда всем присутствующим понравился трек. — Держи, — улыбнулась Стеф, протягивая стаканчик, и Сара кивнула, улыбаясь веселью подруг. Она приняла его, делая глоток разбавленного пива, а послевкусие на языке говорило, что в него намешали другой крепкий алкоголь. Когда алкоголь в молодых организмах взял свое, девушки отправились танцевать, при этом зная, что завтра утром их головы не оторвутся от подушек. И Сара почувствовала, что в этот момент может отпустить все тревоги и перестать жалеть себя, она так и сделала. Девушка отрывалась на воображаемом танцполе, смеясь обнимала Адель, а потом и Стефани. Но потом все поменялось местами, перед ней были не подруги, а другие руки и тело мужского пола. Местами она понимала, что ее лапают, но от радости и лёгкости ей не хотелось останавливаться. Трек «Darci — On My Own» заставлял двигаться под бит музыки, не давая остановиться. — Оу, Майкл, а принцессе-то очень хорошо, — привлек внимание Вишня Майкла. — Да я смотрю, они умеют отрываться, — Айзек и Майкл обернулись на девушек, возле которых тёрлись парни из команды. — Блин, их надо забирать, — прокомментировал Айзек. — А я говорил, что в выпивке что-то есть. — Хорошо, что я не пил, — покосился Майкл на стаканчик в руках Вишни. — Давайте увезем их, пока не случилось непоправимое. — Чувак, а ты смотрю, благородный, — смеётся Вишня. — Это не наше дело, они по собственному желанию тут. — Я тебя не заставляю, но Сару я тут не оставлю. Сам видишь, как выпивка подействовала на них, — указывая на Адель, что повисла на парне. — Твою ж… — Вишня сунул стаканчик Майклу и практически бегом стал пробираться сквозь толпу. — Ага, все понятно, — усмехнулся Айзек. Майкл не стал дожидаться друга, а, отставив стакан, пошел вслед за Вишней, ища глазами Сару. Но ее не оказалось на месте, он стал блуждать глазами по присутствующим, и когда увидел, как девушку тащат к лестнице, сорвался с места. Через пару секунд и недовольных гостей, которых Майкл отталкивал, он добрался до О’Нил. — Далеко собрался? — спрашивает Тёрнер, перетягивая на себя совсем невменяемую соседку. — Она со мной, найди себе другую! — возмутился Дерек. — Дер, отпусти её. — О, мой сосед… — невнятно пробормотала Сара. — Отпусти я хочу к нему, — вырывает руку из хватки Дерека и падает в объятья Майкла. — Блиин, вот почему от тебя пахнет так классно? — спросила О’Нил, улыбаясь. — Да ну вас! — психанул Дерек. — Господи, О’Нил, зачем столько пить? — Тёрнер обхватил ее за талию и стал выбираться из дома, попутно наблюдая, как Вишня закинул себе на плечо кричащую Адель, а вот Айзек нес на руках в бессознательном состоянии Стефани. — Вот что бы вы без нас делали? — усмехнулся Майкл. — Я ещё хочу танцевать! — захныкала Сара, пытаясь вырваться. — Поверь, ты этого не хочешь. Парни вышли на улицу прямиком к внедорожнику Вишни, минут пятнадцать они пытались засунуть девушек в салон, пока Тёрнер и Айзек не посадили Сару и Адель к себе на колени, умостившись на заднем сидении. Ягодный к тому времени успокоил Стефани и сел за руль, недовольно фыркая себе под нос. Через двадцать минут парни разошлись по комнатам пытаясь донести пьяных девушек. Майклу повезло больше — ему не пришлось идти через весь корпус общежития, он поднялся с Сарой на свой этаж и, поставив девушку у двери, попытался открыть. — Зачем ты меня привел сюда, тут пахнет духами моей матери, — бубнит Сара, пытаясь спуститься на пол. — О’Нил, блин, ты куда собралась? Подъем. Толкнув дверь, он успел подхватить Сару и, обнимая ее, зашёл внутрь, девушка к тому времени отключилась. Майклу пришлось поднять ее на руки и нести до кровати, а когда он зашел в комнату, Сара уткнулась в его шею, непонятно что-то говоря. — Сколько ты выпила? — он опустил ее на кровать, но цепкие руки О’Нил потянули его за собой. Парочка повалилась на кровать, — Сара, ты что творишь? — Я хочу, чтобы ты лег рядом, — оказавшись под Майклом, Сара попыталась сфокусироваться на его красивых глазах. — Почему зелёные? — Майкл попытался убрать ее руки, но она намертво держала их на его шее. И поза их была далеко не удобная, потому что мысли уносили парня не в ту сторону. — Зелёные? Ты о чем, Сара? Прошу, отпусти меня, — но девушка только захихикала и повела бёдрами. — Чёрт, Сара… перестань так делать. — Твои глаза, почему они зелёные? Они мне так нравятся, что хочется в них смотреть постоянно… они манят, Майкл, — Тёрнер прикрыл глаза на несколько секунд и попытался подняться, упираясь в кровать на уровне груди Сары. — Почему мне хочется тебя опять поцеловать? И вообще, я не буду извиняться за вчерашнее, я хотела твои губы на своих. — Сара, ты пожалеешь о своих действиях завтра, и поэтому давай просто разойдемся… — он не успевает договорить, как девушка, обхватив его ногами, переворачивает парня и оказывается сверху. — Господи… т-ты что собралась делать? — выдыхает он, когда Сара устраивается на его поясе прям там, где уже началось движение, а теперь ещё и её лицо оказалось рядом в нескольких сантиметрах от его. — Я собираюсь тебя поцеловать, ты не даёшь мне покоя с самого самолёта, — говорит О’Нил, держа взгляд на его губах, которые приоткрылись от удивления. Она пользуется его замешательством и начинает приближаться. — Сара, прошу… нет, я умоляю, перестань двигать бедрами, — он задерживает ее за талию, а она выдыхает и тихонько стонет прямо около его губ, потому что Майкл схватил ее слишком резко, и это подействовало не так, как планировалось. — Что ты делаешь? — Я… я хочу, чтобы ты опять поцеловал меня, — прижимаясь к его губам, Сара неосознанно ведёт бедрами, а Тёрнер, рыча ей в губы, тянет на себя и нападает глубоким поцелуем. Все мигом в этой комнате становится неважным — только она и ее вкус, к которому он успел привыкнуть. Только О’Нил может будить в нем невероятные эмоции, от которых не убежать, а, наоборот, хочется утонуть. Вот и Сара начала отвечать на поцелуй, пробуя его на вкус, Майкл пах сигаретами и свежестью. Это словно безумие, которое нарастает внутри и жаром опускается в низ живота. Она прижимается к его выпуклости, и они оба стонут друг другу в губы. Майкл же не осознавая начинает исследовать ее ягодицы и с каждым ее движением бедер, сминает сочную плоть. — Маленькая… маленькая, нам нужно остановиться, — в ответ она только хнычет и пытается вновь завладеть его губами. — О боже… — Сара перестает пробовать добраться до его губ, меняет движение к его шее, — Чёрт, я же… — он переместил руки в район ребер и сквозь ткань платья почувствовал мягкость груди, — не смогу остановиться… — выдохнул он. — Не останавливайся… — зашептала девушка, и это вернуло Майклу трезвость ума, он резко поднялся, придерживая Сару так, что ее ноги оказались по обе стороны его бедер. — Нет, Майкл… — Сара, я не тот человек, который будет пользоваться тобой в таком состоянии, — ее лицо меняется, словно возбуждение резко ушло на задний план, — Ты чертовски меня возбуждаешь, скрывать не стану, но я хочу, чтобы ты на утро не пожалела об этом, — покрасневшие от похоти щеки Сары и безумный взгляд голубых глаз постепенно пришли в норму. — Я… боже… Господи, я-я… что я делаю, — она резко встала с Майкла и нервно поправила платье вниз. — Сара, — Майкл оказался около неё, убирая светлые пряди с лица, и поднял пальцами за подбородок, — все нормально, слышишь? — Это не нормально… — Слушай, пузырик, прекрати это, я сам ответил на твой поцелуй, — после произнесенного прозвища Сара усмехнулась. — Ну вот, прекращай это, — он потянул девушку к себе и обнял, но когда до него дошло, что он только что сделал, хотел уже отойти, а вот руки О’Нил вовремя обвили его талию. Голова девушки легла на широкую грудь, словно это должно быть именно так.