— Не хочу никого видеть, кроме тебя.

      — Глеб, ты что-то не так понял,—девушка мелкими шажками попятилась назад, на безопасное расстояние, пока не наткнулась на стену гостиничного номера.

      — Малышка Лу, не бойся, я не сделаю тебе больно,— мужчина расстегнул белый махровый халат и провел холодной волосатой рукой по юному, никому не тронутому, девичьем телу,—я же мечтаю о тебе c того самого момента, когда Вася взял тебя , тринадцатилетнюю девчушку, с собой на встречу.

      — Пожалуйста, не надо,— дрожащим голосом попросила русоволосая,— я все отчиму расскажу.

      — Он не будет против,— широко улыбнулся Глеб и больше не в силах сдерживать всепоглощающее желание швырнул девушку на кровать.

      — Пожалуйста, прекрати,— сопротивлялась Лукерья, пока мужчина покрывал ее шею поцелуями и параллельно нетерпеливо расстегивал ширинку.

      —Закрой рот,— прорычал мужчина, опускаясь все ниже.

      —Помогите,— русоволосая, срывая горло, отчаянно молила о помощи и била руками насильника по спине.

       —Если не хочешь по-хорошему, будет по плохому,— Глеб отвесил девушке звонкую пощечину

      Лукерья подскочила с кровати в холодном поту и стала судорожно хватать воздух, потому что дышать было совершенно нечем.       — Это всего лишь очередной кошмар, его нет рядом и больше никогда не будет,— она с трудом унимала сердце, которое бешено колотилось.       Тяжелое воспоминание о страшном событии трехлетней давности продолжало разрушать на первый взгляд, идеальную жизнь девушки.       — Шесть тридцать,— русоволосая посмотрела время на телефоне и обмоталась одеялом, чтобы пойти покурить на балкон.       Наблюдая за беспокойным морем, она с горькой улыбкой перебирала в памяти, как антидепрессанты стали неотъемлемой частью ее существования, как в первые месяцы приема она набрала лишний вес и одногруппники бросали осуждающие взгляды, как только после года титанической работы с психотерапевтом она смогла свободно находиться в социуме и не убегать на второй конец улицы, увидев представителя противоположного пола.       — Хватить себя жалеть, Лу,— девушка съёжилась от утреннего февральского холода.       Она зашла в комнату и села на кровать, когда на прикроватной тумбочке засветился черный экран телефона.       Дурные мысли мигом отошли на второй план, когда Лукерья увидела сообщение от парня.       Киса Гутен Морген, с нетерпением жду нашей встречи. P.s не одевайся так будто собралась на свидание с миллионером в Монако. Пацаны будут глотать слюни, а я ревновать.       Лукерья Доброе утро, задача чрезвычайно сложная, без твоей помощи не справлюсь.       Киса Ставь чайник, я сейчас буду.       Лукерья С удовольствием, но у меня на восемь назначена рабочая встреча. Боюсь, что тебе будет не интересно слушать два часа, как я монотонно перевожу с немецкого.       Киса Мне интересно все, что связано с тобой.       Лукерья Тогда иду ставить чайник.              — А если он не далеко живет и я не успею привести себя в порядок?— девушка посмотрела в зеркальную дверцу шкафа, оценивая свой внешний вид,— черт, выгляжу как домовенок Кузя.       Русоволосая так спешила в ванную, чтобы почистить пёрышки перед приходом Вани, что не заметила открытую дверцу шкафа и ударилась лбом.       — Пиздец,— она сидела на кухне и держала замороженную курицу на месте ушиба, где появилась огромная шишка,— меня спасет только побег или кепка.

***

      — Если тебя разбудить в два часа ночи, ты и тогда будешь такой прекрасной?— как бы там не было Лукерья встретила парня при полном параде, c легким макияжем, в домашнем молочном костюме и … с повязкой на голове, которая скрывала шишку.       — Возможно,— она обвила рукой шею брюнета и нежно убрала с его лица вьющуюся прядь.       — Угадай в какой руке, — Ваня отстранился от девушки.       — Левая, нет правая,— Лукерья почесала затылок и расплылась в улыбке,— левая!              —Правая,— парень протянул русоволосой белые тюльпаны,— Гена гнул свою линию на то, чтобы я купил красные розы, но, по моему, тебе бы не понравилось.       —Сто процентов,— русоволосая поднесла букет к лицу и взяла парня за руку,— пойдем на кухню, блины стынут.       — Блины?— брюнет выгнул бровь.       — Ты не любишь блины?—девушка поставила цветы в воду.       — Та нет,— парень замялся,— обещаешь не обижаться?       —Мамой клянусь,—Лукерья поставила в центр стола большую тарелку, на которой дымилась целая стопка тонких блинов и различные вазочки и мисочки: с вареньем, мёдом, сметаной.       — Я думал, что богачи с Патриарших прудов не умеют готовить и только ходят по ресторанам,— Киса поерзал на стуле.       — Так и есть. У нас работает кухарка и если, например, она берет отгул, то оставляет еду в контейнерах, потому что для мамы сварить кашу для младшего брата это вызов, — девушка налила брюнету чай с фарфорового чайника,—а меня научила готовить няня.       —Няня?— удивился Ваня.       —Когда отца убили,—русоволосая проглотила подступивший ком к горлу,— мама тогда сразу познакомилась с Васей, отчимом, и он решил, что как во всех приличных семьях у меня должна быть гувернантка. На самом деле, им просто было удобно, чтобы кто-то меня воспитывал, забирал со школы и кружков и делал уроки, пока они развлекаются заграницей.       —Извини,— брюнет прикусил нижнюю губу,—я не хотел тебя расстроить.       —Пустяки,— Лукерья села на стул и оперлась локтями на стол,—ешь блины, вся эта тарелка для тебя.       — А ты?— Ваня макнул блин в сметану.       — Я не завтракаю,— девушка сделала небольшой глоток теплой воды с лимоном,—прости, начальник звонит,—она потянулась за телефон.       — Здравствуйте, Юрий Сергеевич,— c улыбкой на лице проговорила русоволосая ,— готова внести лепту в многомиллионный контракт и, кстати, коррекция текста уже у Вас на почте.       — Я видел, спасибо,—кратко ответил мужчина.       — Что-то случилось?— обеспокоенно спросила девушка , почуяв неладное.       — Лукерья, я говорил с Васей и он рассказал, что у тебя сейчас есть некие трудности.       — У меня все в порядке,—Лукерья перебила начальника.       —Он сказал, что ты употребляешь наркотики. Пойми, я ничего не имею против, каждый сам выбирает, как и чем себя убивать, но у меня серьёзное переводческое бюро и не могу допустить, чтобы ты испортила нам репутацию.       — Чем?— воскликнула русоволосая,—вы хоть раз, за год, пока я у вас работаю получали жалобы от клиентов? Наоборот, я делаю больше чем те, кто работает на полной ставке.       — Я отправлю на кафедру хорошую рекомендацию,— Юрий Николаевич сбросил звонок.       — Сука,— русоволосая стукнула ногой,—еще один звонок и я только твоя,—она побежала по ступенькам на второй этаж.       — Зачем ты это сделал?— девушка плотно закрыла дверь в спальню.       — Юра - мой друг, и он должен знать, что одна из его подчиненных - невротичка, которая принимает героин,— на том конце провода послышался ехидный смешок.       — Это не правда,— глаза Лукерьи налились кровью, а руки сжались в кулаки..       — А кто тебе поверит? В определенных кругах ходят нехорошие слухи, что из-за наркотиков ты ведешь себя неадекватно и твои слова стоит делить на два.       — Ненавижу,— русоволосая швырнула телефон в стенку.       — Как блины? Извини, cумасшедшее утро. Надо помыть посуду,— она спустилась вниз и отвернулась к раковине.       — Лу,— Киса развернул девушку,—кто испортил тебе настроение? Кому набить морду?       —Всем вокруг,—Лукерья положила голову на плече парня,— можем отменить поездку? Не хочу никого видеть, кроме тебя.