Глава 7. Облачная башня.

      

***

      Солнце клонилось к закату. Черная водная гладь отражала последние лучи. Скалистый берег, еще неизвестный утром, закрывал девушку от остального мира, пряча ее и от людей и от проблем. Мерзкий, промозглый ветер забирался под свитер, жаля нежную кожу, оставляя красные следы. Руки потеряли чувствительность, тело ломило, отдавало приятной болью, которая заглушала не прошеные мысли. — К вечеру совсем похолодало. — Высокая мужская фигура стояла позади. — Не боитесь простыть? — Теплое черное пальто легло на хрупкие, еле подрагивающие плечи. — Не нужно. — Ледяным голосом произнесла фея. Не обращая никакого внимания на незваного гостя, Блум попыталась снять предложенную одежду. — И все же я настаиваю. — Брюнет остановил непослушные от мороза кисти, которые показались ему обжигающим льдом из-за разницы температур. Смутившись, девушка одернула их как от кипятка. — Если бы я хотела-то, развела огонь, так что не стройте из себя героя. — Нотки раздражения в голосе пресекли попытки помочь. — И то верно. Не поделишься, что у тебя произошло? — Мужчина сел рядом. — Ничего. Ну конечно, только дурак поверит в эту чушь. — Поэтому ты здесь сидишь. — Пронеслось в голове, но вслух озвучивать этого Блум не станет. — Избегание проблемы не решит ее, ты это и сама это знаешь. — Брюнет устремил свой взгляд на уходящее в пучину вод солнце. Он улыбнулся, отнюдь его улыбка не была веселой, наоборот, в ней читалась грусть. — Иногда нам всем нужна поддержка, как бы мы этого не отрицали.       Почувствовав на себе внимательный взгляд, профессор повернулся. В уставших голубых глазах блестела благодарность. — Я рассталась с парнем. — Фея поджала ноги, обнимая себя за колени, и горько улыбнулась. — Не прошло и пары дней, а он объявил о помолвке с этой Диаспорой. — Гримаса отвращения исказила лицо. — А самое смешное то, что он клялся, что не любит ее. — Из уст вырвался смех, граничащий с истерикой. Её страхи претворились в жизнь. — Я не понимаю.       Виктор подсел ближе. Положа руку на плечо, подтянул к себе Блум. Не сопротивляясь, она пододвинулась ближе, кутаясь в кокон рук. — Ничего понимать и не нужно. Если твой возлюбленный так легко от тебя отказался, то о каких чувствах может идти речь? — Это неправда. — Мысль, которая сидела глубоко внутри уже несколько часов. Мысль, которая казалась полным бредом. Мысль, которую Блум отвергала всем своим существом, хотя разум говорил об обратном была произнесена вслух другим человеком. — Ты и сама знаешь, что это чистая, правда. Ты же не глупая девчонка, взгляни правде в глаза, как бы ни было страшно.       Девушка замолчала, прислушиваясь к голосу разума, складывая пазлы в общую картину. Плечи задрожали. Осознание пришло также быстро, как и разбилось окончательно и безвозвратно хрупкое сердце, разлетаясь на мелкие кусочки. «Неужели все эти года он мне действительно врал? Врал настолько хорошо, что я не заметила и намека на подвох? Не заметила, что он на самом деле любит не меня, а ее.»       Почувствовав надвигающуюся волну эмоций, маг крепче сжал девушку. — Выплесни, давай.       Все пропущенные звонки, сообщения, отговорки, редкие встречи и ссоры накладывались одна за другой, и от этого становилось лишь больнее. «Получается, что он изменял мне все это время. Обнимал, целовал и трахал другую, ссылаясь на дела? А главное — бросил меня при первой же возможности?»       Тело сотряслось в рыданиях. Дыхание сбивалось, горячие слезы текли по замерзшей коже, оставляя блестящие дорожки. Рыжая голова уткнулась в плечо, находя в нем опору и поддержку. — Как он мог? — Девушка стучала по груди, всем сердцем желая, чтоб этому чертовому Скаю было также больно, как ей сейчас. Виктор не останавливал ее, не сопротивлялся, просто ждал, позволяя в Блум выплеснуть все обиды и непонимание, облегчая эту непосильную ношу, свалившуюся на ее плечи. Именно в этот мгновение, когда она полностью открылась человеку, ранее такому далекому и холодному, показала ему свои страхи и слабость, представая перед ним полностью «голой», во всей своей чарующей печали, между ними образовалась невидимая связь, еще такая хрупкая и еле заметная, но вместе с ним поистине волшебная. Было в этом что-то интимное, что-то очень личное, что-то, что останется только между ними.       Вскоре сил не осталось совсем, фея обмякла, лишь изредка всхлипывая. Мужчина поглаживал рыжую голову, перебирал запутавшиеся пряди, зарывался руками в волосы, тем самым успокаивая девушку. Рядом с ним пахло туманным хвойным лесом, зимним свежим морозом и грозой. Еле ощутимый запах, который так ему подходит, и который она раньше не замечала. Она же была полной противоположностью: страницы зачитанных книг, пряное кофе в осеннюю пору и только испеченные имбирные печенья. Такой теплый и домашний запах, но ее волосы. Ее волосы выбивались из общей картины, они пахли клубникой, летней, спелой клубникой с кислинкой.       Ветер срывал листья, кружа и унося вдаль. Птицы щебетали свою мелодию, солнце опустилось совсем за горизонт, уступая место сумракам. Виктор взмахнул рукой, разжигая костер. Языки пламени тянулись вверх к далеким звездам, дрова потрескивали и убаюкивали, тепло разливалось по телу, чувствительность постепенно возвращалась. Не хотелось никуда идти, да и приятная усталость не отпускала ни на минуту.       Девушка повернула голову, заглядывая в темные глаза. — Спасибо. — Еле заметная улыбка коснулась все еще замерзших, бледных губ. — Блум, я рад помочь. — Брюнет встретился взглядом с феей, отвечая ей той же улыбкой. — Если тебе в следующий раз будет некому высказаться, то смело подходи. А то такими темпами ты себе весь зад отморозишь.       Профессор ухмыльнулся, за что получил локтем, прям под ребра. Лицо исказила гримаса боли, невыносимой боли. Казалось, он сейчас умрет от мучительной смерти. Как будто она его не локтем пихнула, а нож в сердце вонзила. — Тебе бы в актеры, а то такой талант пропадает. — Блум рассмеялась, рассмеялась по-настоящему впервые за день, заражая смехом и своего собеседника. Они хохотали до слез, до боли в животе, до нехватки воздуха. — Я сейчас задохнусь. — Фея повалилась на землю, хватаясь за живот, пытаясь остановить это сумасшествие. Следом упал и брюнет, придавив длинные волосы, от чего девушка вскрикнула и засмеялась с новой силой.       Блум не знала, сколько это продолжалось, но когда последний смешок вырвался наружу, лицо было красным, как помидор.       Лежа под бесконечными звездами, вдыхая свежий осенний воздух, слушая ровное дыхание и потрескивание огня, фея почувствовала себя, наконец, свободной. Сейчас она была готова горы свернуть. Живот протяжно заурчал, говоря о голоде. «Ладно, сначала горы еды.» — Который час? — Повернувшись к магу, спросила девушка. — К ужину успеваем. — Тогда может, пойдем? — Мужчина лежал с закрытыми глазами в полном умиротворении. Свет от костра подрагивал на бледной коже, оставляя причудливые тени. Грудная клетка медленно поднималась и опускалась, а изо рта выходили облачка горячего воздуха. Если бы он не отвечал ей, то Блум подумала, что мужчина спит. — Как скажешь. — Как ни в чем не бывало, профессор поднялся, протягивая руку. Вложив свою ладонь в его, девушка поднялась с земли, отряхивая одежду от травы. Виктор потушил огонь, заметая следы их пребывания. Когда с ним было покончено, он обошел спутницу, заходя за спину. На плечи опустилось все тоже черное пальто. Только в этот раз Блум не спешила отказывать, а, наоборот, закуталась в него с головой, следуя за мужчиной обратно в Алфею.

***

      Дошли достаточно быстро. То ли холод, то ли голод поспособствовал этому, а может просто кто-то знает короткий путь обратно.       Дойдя до главного входа, Блум остановилась. — Что-то не так? — Спросил брюнет. — Я хотела еще раз сказать спасибо. — Я ничего особенного не сделал, Блум. Одного раза было достаточно. — С привычной ухмылкой ответил Виктор, подходя ближе. — Не правда! — Чуть повысила голос фея. Смутившись своего порыва, она кашлянула и продолжила. — Ты мне очень помог сегодня, правда. Не знаю, чтобы я без тебя делала. Если нужна будет помощь или что-то еще, то я полностью в твоем распоряжении. — Улыбка вышла немного смущенной, что только раззадорило мужчину. — Ты такая милая и невинная, когда смущаешься. — Щеки налились краской, Блум отвела взгляд, пытаясь спрятать эмоции. — Не надо, мне так даже больше нравится. — Виктор приподнял двумя пальцами лицо девушки за подбородок, заставляя ту взглянуть ему в глаза и гореть красным пламенем. Насладившись вдоволь, профессор наклонился к самому уху, обжигая горячим дыханием чувствительную кожу, заставляя ворох мурашек, пробежать по всему телу. — Хорошего вечера.       Маг скрылся в дверях замка, оставив легкий еле ощутимый поцелуй на щеке, от которого на душе стало тепло, а ноги сами подогнулись. Быстро взяв себя в руки, Блум зашла следом, но в огромном коридоре мужчины уже не было.

***

      — Боже, Блум, мы так за тебя переживали. — Стелла вскочила с места и обняла подругу до хруста в позвоночнике. — Ты в порядке? — Буду, если ты меня отпустишь. — Ой, извини. — С лицом полным сожаления она ослабила хватку и усадила фею за стол рядом с собой. — Где ты была? Мы тебя обыскались. — Муза с неподдельным интересом наклонилась к пропаже, положив голову на руки. — Да, так.…Ходила прогуляться. — Одна?! — Подавилась салатом блондинка. — Ну да. — Блум закусила губу, выдавая себя с потрохами. — Да? — Переспросила Лейла, следя за сменяющимися эмоциями Блум. — Да. — Девушка опустила голову, рассматривая еду, пытаясь избежать допроса. Клуб Винкс обменялся взглядами. — Я все вижу, не надо так делать. — Как так. — Губы Стеллы растянулись в ехидной улыбке. — Вот так. — Тогда расскажи, с кем ты была. — Блондинка подсела чуть ближе, в нетерпении ожидая ответа. Остальные наклонились в их сторону, чтобы ничего не пропустить. — Не уж то это высокий брюнет в костюме, которого еще Виктор зовут. Щеки налились пунцом. — Стелла, ты ее смущаешь. — Остановила Флора. — Да, он. — Послышались перешептывания. Блум заметила, что пара первокурсниц повернулась в их сторону. — Только тихо, давайте после ужина обсудим. Не хватало еще завтра слышать сплетни на каждом шагу.       Ужин прошел спокойно. Из-за ужасного голода, съела пол стола точно. Так что к концу трапезы Блум можно было принять за беременную. «Ничего, переварится.» Так, наевшаяся и счастливая фея пошла в комнату, захватив с собой еще пару пирожных.              

***

      Дверь открылась. Винкс встретила уже родная и уютная гостиная. Флора сразу пошла, заваривать чай. Блум положила еду на стол и плюхнулась на полюбившийся ей диван. Когда все было готово, а клуб расселся по местам, девушка начала свой рассказ. — В общем, он мне очень помог сегодня. — Хранительница огня Дракона взяла еще один кусочек медовика, пока подруги переваривали информацию. — Не думала, что новоиспеченный профессор будет раскрываться с лучшей стороны. — Хмыкнула фея солнца. — Но я ему все равно не доверяю. — Стелла оперлась о спинку кресла и сложила руки на груди. — А, по-моему, это очень мило. — Флора подлила чай в опустевшие кружки, улыбаясь своим мыслям. — Соглашусь со Стеллой. Спасибо. — Муза взяла чашку и продолжила. — Как то слишком много внимания он уделяет тебе. Блум пожала плечами. — В любом случае, пока ничего плохого он не совершил, тем более вы сами меня упрекали, что я везде ищу скрытый смысл. — И то верно, поживем, увидим. — На телефон Лейлы пришло уведомление. Девушка посмотрела на экран, улыбнулась и отложила гаджет. Фея солнца моментально отреагировала. — Кто пишет? — С интересом и капелькой озорства спросила, пытаясь заглянуть в переписку. — Тот парень из клуба, назначил на завтра встречу. — Веселье сразу потухло на лице, вспомнив, что из-за дуратского спора ей приходится вставать еще раньше, чтоб пойти в зал. — Ладно, давайте закругляться, завтра нас ждет еще один сложный день. Убрав со стола, девушки разошлись по комнатам готовиться к отбою. Несмотря на дневной сон, Блум была вымотана, и как только голова коснулась подушки, она провалилась в царство Морфея.

***

      Грозовые тучи нависали над облачной башней, дождь колотил с неистовой силой, обмывая стены готического замка. Огромные молнии сверкали почти беспрерывно, а раскаты грома сливались в мощный, оглушающий гул. Группа ведьм выбежала на улицу, увидев в окне оленя, отступающего под натиском трех голодных волков. По их зубам стекали слюни, а острые, грязные когти в любой момент могли разорвать жертву. — Иди сюда, олененок. Не бойся, иди сюда. — Одна из девушек выбежала вперед, подзывая беззащитное животное. Испуганный олень прошел через защитный барьер. Остальные ведьмы подошли ближе, чтоб погладить существо. — Не бойся, все в порядке. — Я не боюсь. — Хриплый голос ударил по ушам, голубые глаза зажглись пламенем. Волна света ослепила учениц облачной башни. Миг и животного больше нет, на его месте возвышалась фигура мужчины. Во взгляде не было ни капли страха, только сила, которая искрилась и давила на окружающих. — Но возможно бояться нужно вам. Ведьмы забились в угол, не зная, что им делать. Растерянность. Ужас просто парализовал их. — Отойди, отойди. — Порыв ветра заглушал их крики отчаянья. Маг подчинил их своей воли. Глаза стали стеклянными, безжизненными. Тело больше не слушалось. Они были похожими на зомби. — Ведьма с добрым сердцем, это ведьма, обреченная на гибель. Вам такого урока в школе не давали? — Мужчина повернулся к нападавшим. Вокруг волков образовался дым, из которого вскоре вышли ведьмы, которых давно изгнали и теперь они здесь, чтоб отомстить. Гриффин сидела в своем кабинете, перебирая документы, но ее гложило какое-то странное предчувствие, ощущение, как будто кто-то наблюдает. Она встала с места и направилась к двери. Как ни странно, но в коридоре никого не оказалось, скорей всего показалось. Постояв еще пару секунд и убедившись, что никого нет, она захлопнула дверь. — Кхм, кхм. Рад видеть вас, старый друг. — Незваный гость сидел на месте директора, по-хозяйски положив ноги на стол. — Помните меня? Конечно, она его помнит. Когда-то давно ее соратник, ее возлюбленный, человек с которым у нее были общие интересы. Маг, с которым она изучала и практиковала темную магию. Может они бы и стали отличной командой, но этому не суждено было случиться. Сильнейший парень, которого она знала, был слишком самоуверенным, амбициозным. Он верил, что он достоин большего, что ему уготовлена великая судьба, что весь мир будет валяться у его ног, но в планы юной ведьмы не входило порабощение мира. — Не смейте называть меня другом. — Атака, увы, неудачная. Валтор впечатал Гриффин в стену одним взмахом руки. Мужчина встал из-за стола, подходя ближе, в полной мере чувствуя свое превосходство. — Не пытайтесь использовать свое волшебство против меня. Бесполезно. — Директор школы внимала каждому слову, корчась от боли, без возможности даже пошевелится. — Это моя школа, Валтор. Уходите отсюда. Этот приказ только рассмешил мага. Он уже знал, что одержит победу, он ее уже одержал. — Простите, Гриффин, теперь приказы в облачной башне отдаю я. — Мужчина ударил в последний раз, лишая женщину сил. Бесчувственное тело упало на пол и больше не двигалось. — Это было легче, чем я думал. — Победная ухмылка коснулась губ. Валтор, как ни в чем не бывало, перешагнул давнюю подругу и направился к Трикс. Вскоре над облачной башней загорелся знак Валтора, школа пала, а за ней падут и остальные. Я в этом уверен.