Часть 1. Глава 1.

Тогда.       Размеренный стук столовых приборов о тарелки, неторопливые, безэмоциональные разговоры за ужином доводили Тессу до исступления. Она ловила себя на мысли, что еще одно слово, еще один «дзынь» ножа о тарелку, и она взорвется. И чтобы хоть как-то удерживать себя в узде, она про себя напевала песню Limp Bizkit «Take a Look Around», не так давно ставшую хитом, а темп задавала ногой, постукивая ею по полу. Могла ли она год назад подумать, что будет слушать такую музыку, и, что примечательно, она будет ей нравиться? В ее комнате еще пару месяцев назад висели постеры Бритни Спирс, и она была в восторге от подобных «званных ужинов», а сейчас от этих нудных разговоров и натянутых улыбок хотелось вздернуться. Все это было до. До ее встречи с Хардином.              – Тесса! – шикнула на нее мать, сидящая рядом, выдирая из мира в собственной голове и возвращая на грешную землю. Видимо она через чур увлеклась и начала отбивать ритм громче положенного.       Тесса безразлично взглянула в лицо матери, которое дышало ядом и сулило верную смерть, и всего лишь поерзала на стуле, разминая затекшую спину.       – Может, я уже пойду? – с невозмутимым выражением на лице спросила девушка, даже не стараясь понизить голос, чтобы гости, семья Гибсонов, не услышали ее вопроса.       Кэрол Янг, мать двадцатилетней девушки, лишь смерила дочь гневным взглядом, громко говорившим в совокупности с плотно сжатыми губами, что сидеть ей здесь до второго пришествия, и снова повернула голову с лучезарной улыбкой к гостям, продолжая этот бестолковый, никому не нужный разговор. От скуки Тесса взяла в руку до сих пор нетронутый за ужин нож и издалека начала им пытаться нарезать спаржу. Просто от безделья.       – Тесса, – услышав свое имя Тесса подняла голову, и увидела обращенное к ней лицо мистера Гибсона, начальника матери, и снова опустила ее, – как твои успехи в колледже? Ты уже на втором курсе?       – Да, нормально, – без поддержки вилкой нарезать спаржу, скользящую по тарелке, было крайне сложно.       – Тесса… – сквозь зубы процедила Кэрол.       – Что? – вспыхнув воскликнула девушка. От резкого движения рукой спаржа выскочила за пределы тарелки, упав на подстеленную белоснежную салфетку.       Заметив, как сжались пальцы правой руки матери на столе вокруг столового ножа, Тесса отложила свой нож в сторону, решив не трогать упавшую спаржу и не выводить мать сильнее, чем это было сейчас. Она делала это не специально. Но после того, как она отказалась принимать Хардина в ее жизни, между ними словно пролегла пропасть непонимания. Своими нравоучениями и запретами она душила Тессу, а Тесса в ответ сопротивлялась как могла. В основном через бунт. Вот и сейчас все это можно было бы избежать, не заставь она ее сидеть здесь за столом, с этими напыщенными индюками, в то время как она должна была идти на встречу с Хардином. Малышом – так она называла его с глазу на глаз. Ее малышом… Только чтобы не смотреть на буравящую ее взглядом мать, Тесса осмотрелась вокруг, и наткнулась взглядом на младшего из Гибсонов, их сына – Лэндона. Пухлые губы на худом, еще не лишенном юности лице (а у темнокожих вообще бывают тонкие губы?) делали его вид нелепым. А еще эти выпученные глаза, смотрящие на нее, Тессу. Во взгляде красноречиво читалось удивление и.. презрение? А она-то сначала думала, что он нормальный…       – Простите ее, – наконец, взяла себя в руки Кэрол, – в колледже кошмарная нагрузка, она сама не своя последнее время, все время в учебниках…       «Ага, скажи еще что из библиотеки не вылезаю», – усмехнулась про себя Тесса, и в этот раз ей хватило сил никак не показать это внешне.       – О, да, мы понимаем, – тут же подхватила ее Карен, жена и мать в представленном семействе. – Каникулы были так скоротечны, они даже отдохнуть толком не успели! Наш Лэндон тоже весь в учебе, еще занятия по плаванию…       Далее последовала крайне «занимательная» беседа всячески восхваляющая сынка начальника. Подставив под подбородок руку, оперев ее о стол локтем, Тесса откровенно скучала, и всячески это демонстрировала, наотрез отказываясь как-либо поддерживать беседу. Единственное, что ее интересовало, так это когда закончится весь этот фарс.       Слава Богу, идеальное семейство Гибсонов решило не задерживаться после подачи десерта, и отчасти причиной этого было не дружелюбное поведение юной мисс Янг. Хозяйка дома пошла провожать гостей, а Тесса тем временем неслышно ступая поспешила скрыться в комнате, ибо знала, что едва закроется входная дверь на нее обрушится смерч, ураган по имени «мама». И только Тесса переступила порог своей комнаты, как снизу с раскатом раздалось:       – Тереза!!!       Если мать назвала ее полным именем, значит, она не просто зла, она в ярости. Точнее еще на пару делений выше чем «ярость». Тесса сделала вдох поглубже, и приготовилась к сражению, прекрасно понимая, что дверь ее не укроет от праведного гнева. В качестве подтверждения через двадцать секунд дверь распахнулась (про предварительный стук даже заикаться не стоило, хорошо хоть топором не вынесла), и в комнату влетела Кэрол, тут же заполняя собой все пространство. Еще бы какое-то время назад Тесса от одного такого вида матери забилась бы в шкаф и тряслась от страха, но сейчас она, гордо выпятив вперед подбородок, приготовилась к схватке.       – Это что такое только что было? – Кэрол задыхалась то ли от быстрого подъема по лестнице, то ли от гнева.       – Что именно? – Тесса наигранно сохраняла спокойствие и невозмутимость, чем еще больше выводила из себя мать.       – Что это за поведение? Где твои манеры?       – Я разве кому-то нагрубила? – развела руками девушка, и, казалось, каждым жестом, каждым движением подливала масла в огонь материнской злости.       – То есть ты считаешь, что подобным поведением ты не демонстрировала свое неуважение к Гибсонам? Да что с тобой такое?!       – Со мной? – усмехнулась Тесса. – Да что с вами всеми такое! Вам самим не противны все эти высосанные из пальца разговоры, эти фальшивые улыбки? Вот ответь мне, что они вообще у нас делали? Они твои друзья? Ты знакома с ними сто лет? Нет! Ты позвала их потому что преследуешь выгоду, надеясь войти к своему шефу в доверие, и выхлопотать повышение! Тебе самой не противно?       – А для чего мне это надо, ты не задумывалась? – Кэрол, обычно не демонстрирующая никаких эмоций, сейчас кричала во весь голос. – Для того, чтобы у тебя, дурехи, все было! Чтобы оплачивать твой колледж! Смотрите-ка, брезгует она! Я же к нему не в постель ради этого запрыгнула!       – А в чем разница-то?! Все та же проституция, только в иной форме!       – Попридержи язык, Тереза! Ты с матерью разговариваешь!       – С матерью, которая готова меня подложить под сынка Гибсонов, только чтобы стать максимально ближе к начальнику?       – Следи за словами! Ты им у своего дружка нахваталась? Лэндон – хороший молодой человек, приличный, воспитанный, успешный. Когда вы впервые познакомились, ты была того же мнения о нем! И нет ничего плохого, если бы вы познакомились ближе, и всего-то!       – Мне не нужен и не интересен ни Лэндон, ни его идеальная семейка! Я хочу, чтобы ты это поняла и, наконец, перестала сталкивать нас с ним и сватать! Ты что думаешь, я не понимаю почему каждый раз он приходит с родителями, а ты меня буквально привязываешь к стулу напротив него?       – Да что с тобой такое?! Это что, запоздалый переходный возраст? Ты в пятнадцать лет была адекватнее и рассудительнее! – с новой силой взревела Кэрол. – Откуда такие речи, такое невежество к собственной матери?! Посмотри, на кого ты стала похожа? Где моя Тесса и что это ублюдок в кожаной куртке сделал с ней? Ты не думаешь ни о чем из-за этого оборванца! Ни об учебе, ни о будущем. Лэндон – вот к кому ты должна тянуться, на кого ровняться, чье внимание пытаться обратить на себя!       – Я не променяю Хардина ни на какого Лэндона, даже если у него будут все деньги этого гребанного мира! Так что если он такой замечательный и перспективный, может сама попытаешь счастье с ним? Отец же не был таким подающим надежды, именно поэтому ты его выгнала из дома?..       Тесса поняла, что переступила черту, и осознала, что именно сказала, лишь когда жгучая пощечина опустилась на ее щеку, которая моментально загорелась огнем. Душащая тишина повисла в небольшой комнатке, что стало нечем дышать.       – Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, – Кэрол уже не говорила, она шипела словно змея, тыча длинным указательным пальцем прямо в лицо дочери. – Всем проще сделать демона из меня, нежели посмотреть правде в глаза. А теперь беги к своему раздолбаю. Чем быстрее уйдешь, тем быстрее хлебнешь горя от него и поймешь, наконец, что вы не пара. Надеюсь твои розовые очки разобьются стеклами внутрь, и ты навсегда запомнишь этот урок.       Кэрол не говорила, она словно извергала из себя проклятья, и даже не пощечина, а именно они сделали Тессе по-настоящему больно. Едва мать скрылась в коридоре, не удосужившись закрыть за собой дверь, девушка, даже не успев обдумать решение и его принять, достала из шкафа большую спортивную сумку, в которой в старшей школе, будучи чирлидершей, носила форму и помпоны, и начала кидать туда вещи, как она считала, первой необходимости. Когда задача была выполнена, Тесса наткнулась взглядом на учебники и конспекты на столе. Поджав губы, она собрала и их, но уже в пляжную сумку, так как спортивную она и так еле застегнула. Она собиралась уйти из дома, но не бросать учебу, которая, надо признаться, действительно несколько пошатнулась в последнее время.       Тесса покинула отчий дом беспрепятственно. Кэрол гремела посудой на кухне, и девушка, дабы хоть как-то дать знак о том, что она покинула эти стены, лишь громко хлопнула входной дверью. Холодный осенний ветер на секунду отрезвил ее и привел в чувство, как бы спрашивая «ты уверена в своем решении покинуть дом, стены которого не захотела оставлять даже когда представилась возможность учиться в более престижном колледже, но в другом городе?». Но тряхнув длинным светлыми волосами, развивая их на ветру, Тесса выбросила этот назидательный голос из головы. Как можно было сомневаться? Ведь она намеревалась пойти в самые крепкие объятия, к самым красивым глазам, самым сладким губам… Осталось только обладателя всего этого набора уведомить об этом. То-то же он удивиться, узнав, что вместо свидания он приедет к нему насовсем. Поэтому поправив сумку с вещами на плече, Тесса поковыляла к ближайшему телефонному аппарату.       Конечно, сейчас бы пришелся очень кстати мобильный телефон, который уже был у ее матери, но не был у нее, но выбирать не приходилось. К радости Тессы, уличный таксофон находился прямо рядом с автобусной остановкой, которая на удивление, не смотря на еще не поздний час, была пустынна. Хотя нет, не удивительно – жители их района не часто прибегали к пользованию общественным транспортом, так же как и общественным телефоном. Оставив сумки на скамье остановки в поле видимости, Тесса выгребла из карманов мелочь, отсчитав нужную сумму для звонка. У Хардина тоже еще не было мобильного, зато он был у Нэта, а Нэт наверняка в это время уже был в гараже Хардина. Номер Нэта знала наизусть вся тусовка, ведь через него можно было связаться с любым из компании без привязки к определенному месту. Прогресс, что говорить.       – Нэт, – заговорила в трубку Тесса, прижимая ее ближе к уху, потому что шум и музыка на том проводе заглушали голос вызываемого, – это Тесса. Дай Хардина.       Вопрос о том, рядом ли Хардин отпадал сам собой – музыка и гомон голосов на заднем фоне говорил сам за себя. Треск, помехи, и она, наконец, услышала ласкающий слух голос с английским акцентом.       – Детка, где ты до сих пор? Я тебя заждался.       Услышав «детка» (так ее никто никогда до Хардина не называл, а он делал это по-особенному), все волнения и сомнения окончательно покинули Тессу. Расплывшись в улыбке, совершенно забывая о жгучей боли в щеке, девушка заговорила:       – Хардин, я ушла из дома. Пустишь к себе квартирантку?       – Смотря что квартирантка предложит мне в счет квартплаты, – не раздумывая откликнулся парень на том конце провода, и прикрыв глаза Тесса представляла, как он облизывает нижнюю губу. – Предупреждаю, что я беру только натурой и с предоплатой.       – Готова внести первый взнос хоть сейчас, – прошептала в трубку она, чувствуя, как в груди разгорается очаг тепла. Эта мгновенная реакция на него, где-бы и на каком расстоянии он не находился, кажется, не тускнеет со временем.       – Говори где ты. Я приеду.       Тесса осталась ждать Хардина на этой же остановке, не очень-то и хотелось слоняться с сумками по городу, да еще к тому же расходился дождь. Увидев первые капли, упавшие на асфальт перед ней, девушка подумала о том, что зонт она не взяла с собой. Хотя какой к чертям зонт? Она ушла из дома! С вещами, к парню, которого ее мать ненавидит всеми фибрами души! Тесса даже обхватила ладонями лицо, удивляясь самой себе. Это правда она? Тесса Янг? Внешне – да, но вот внутренне… Хардин Скотт, правильно мама сказала, что ты с ней сделал? Куда дел?       Хардин Скотт. Ее личный демон-искуситель и Бог в одном флаконе. Малыш. С его появлением в ее жизни, Тесса впервые поняла, что это такое – жизнь. Она увидела все ее краски, почувствовала драйв, испытывала каждый день все новые и новые эмоции. Тесса даже не хотела вспоминать что было «до». Она дышала, сердце ее билось, у нее были какие-то увлечения, планы, но все это словно не имело смысла. До встречи с Хардином она была Терезой Янг – лучшей выпускницей старшей школы, новоиспеченной студенткой одного из престижных колледжей, девушкой с утонченными манерами и покладистым характером, которая даже представить себе не могла, что она потеряет голову от любви. Да еще к парню в рваных джинсах, вечно испачканной соусом футболке, накинутой поверх потертой кожанке, и вечно растрепанными волосами! Уму не постижимо! Но зачастую то, что кажется невозможным разуму, сердце принимает с распростертыми объятиями. Тесса была так же уверена, что она не во вкусе Хардина, как и он в ее. Но волей судьбы они изменили своим предпочтениям. Когда на одной из глупых студенческих вечеринок в честь начала учебного года, на которой Тесса оказалась случайно и вопреки собственной воле, по правилам какой-то глупой игры, в которую Тесса и не играла, они оказались заперты в пыльной, тесной кладовке среди старых швабр. Они стояли так тесно, что слышали дыхание друг друга. Уже тогда Тесса поняла, что попала в сети Хардина Скотта, хотя он даже не начал их расставлять. Хватило одного его смелого, наглого взгляда зеленых глаз чтобы утонуть. И когда Хардин склонил голову на последней минуте отведенного для заточения, Тесса не раздумывая потянулась навстречу ему, чем явно привела его в замешательство.       После того поцелуя, после которого они обменялись только взглядами и ни одним словом, случай сталкивал их вновь и вновь. И снова ни одного слова, одни взгляды. Первым нарушил дистанцию Хардин, подойдя к Тессе в кафе, в котором они в очередной раз столкнулись, и пошутил по поводу этого. Тесса была уверена, что все закончится едва он получит свое. Известное дело, что парни теряют интерес к девушкам после того как проведут с ними ночь. И она была готова к этому. Тесса впервые в жизни не хотела думать о том, что будет дальше. Тогда она хотела одного – чтобы Хардин Скотт, мечта всех девушек колледжа, хоть на одну ночь был ее. И ради этого Тесса готова была отдать самое ценное, что было у нее – свою невинность. Но Хардин не ушел и не потерял интерес. Он оказался благодарен серой мышке Тессе Янг и даже восхищен ею, которая безропотно отдала всю себя в его руки и не потребовала ничего взамен. Не то чтобы это была первая в его жизни девственница, но первая такая. Она не заводила разговоров о будущем, не устраивала истерик. Она, в отличие от других дурех понимала его натуру и стиль жизни, осознавая, что она не из его мира, поэтому просто находилась с ним ровно столько, сколько он позволял. А точнее пока не надоест. Так было со всеми девушками до нее. Его хватало максимум на две недели. Но Тесса была не всеми. С этой зубрилкой ему было хорошо. Он не заметил, как прошла неделя, месяц, полгода, Тесса познакомилась со всеми его друзьями, стала частью тусовки и его жизни. Она уже не была той девочкой в смешном, даже детском сарафане в мелкий рисунок, с которой его заперли в чулане. Он не заметил, как она перестала собирать волосы в хвост, все чаще оставляя их распущенными, как девчонки из тусовки научили ее накладывать макияж, а в один прекрасный момент проколола пупок и сделала крохотную татуировку на тазобедренной кости. И все ради того, чтобы быть ближе к нему, быть ему под стать. Менялся и ее характер.       Ничего из вышеперечисленного Тесса не сделала по принуждению или по совету Хардина. Все ее решения были приняты самостоятельно и по ее желанию. Узнав Хардина, стиль жизни его и его друзей, она увидела другую жизнь, которая, на удивление, манила ее. Она впервые влюбилась, впервые занялась сексом, впервые напилась, выкурила косяк, сбежала из дома, нарушила кучу правил – и это ей нравилось. Она стала частью этой жизни и возвращаться к прежней не собиралась. Адреналин, драйв, безумие и Хардин – она плотно подсела на эти наркотики.       – Девушка, это вы мне звонили по поводу сдачи жилья? – бархатный низкий голос с акцентом вывел ее из раздумий.       Напротив остановки остановилась машина, и из приспущенного стекла, на которой лежала левая рука, покрытая татуировками, торчала лохматая голова Хардина. Взвизгнув от радости, ведь каждая встреча с Хардином была для нее абсолютным счастьем, Тесса подскочила на ноги, и не обращая внимания на редкие капли дождя, выбежала из своего укрытия остановочного павильона. Склонившись пониже, чтобы их лица оказались на одном уровне, прикусив сначала губу, Тесса заговорила:       – Да, это была я. И мне уже не терпится начать отрабатывать свое проживание.       Глаза Хардина блеснули хищным блеском, и голова высунулась наружу, под дождь к Тессе.       – Предупреждаю, я буду требовать взносов ежедневно.       Тесса расплылась в улыбке, и Хардин сделал то же самое следом, уже всем корпусом высовываясь из машины, в качестве подтверждения собственных слов, награждая девушку одним из самых горячих поцелуев.