Глава 5.

      Сегодня сердце Тессы не знало покоя. Да что уж там говорить, оно начало трепетать еще два дня назад, когда Джо вернулся домой поздно вечером и ничего не говоря, лишь глядя улыбающимися и даже торжествующими глазами на нее, протянул скомканную салфетку. Кажется, тогда она даже завизжала, принялась прыгать по комнате и чуть не задушила Джо в объятиях.

      «Тесс, хватит дурить, я все понял. Давай встретимся в пятницу, вечером, в 9 возле кафе, где продают твое любимое мороженое. Х.»

      – Я же говорил, он не может без тебя так же, как ты не можешь без него, –торжествующе, так как словно смотрел в воду говоря, что Скотт объявится, заявил Джо, видя как Тесса зашла на третий круг прочтения записки.       – Почему только в четверг? Зачем так долго ждать? – наконец подняла на него большие, лучащиеся от счастья глаза подруга.       – Я наболтал ему, что ты занята и болеешь, – пожал плечами парень, опускаясь рядом с ней на кровать.       – Зачем? Я же не болею…       – Чтобы помучился подольше и испытал еще большее чувство вины. Я намекнул ему, что ты простыла тогда, когда ушла от него и сидела на автобусной остановке ночью.       – Джо, где твоя мужская солидарность? Я тебя не узнаю, ты такой коварный на самом деле, – захихикала Тесса, взволнованная любовным посланием.       – Солидарность к Скотту? Да ты шутишь. Более того, вот что я тебе скажу: даже не вздумай прыгать к нему в объятия едва только увидишь. Заставь немного понервничать и признать вину. Поломайся, но не перегибай. Ну а потом действуй по обстоятельствам.       – Иди ко мне, мой маленький мудрый Будда, – от прилива эмоций, Тесса снова стиснула друга в объятиях, и они хохотали еще с полчаса.       Тесса решила последовать разумным советам друга, и постараться максимально спокойно и даже холодно, если это вообще возможно, встретить Хардина. А потом подумала и добавила в этот план собственное опоздание. Ничего, пусть ждет, она от него хоть каких-то шагов две недели ждала. Но когда час Х становился все ближе и ближе, Тесса плюнула на собственную гордость и план, и чуть ли не бегом принеслась в условленное место, с любовно спрятанной запиской от Хардина во внутреннем кармане куртки. Она физически ощущала от этой замызганной, обветшалой от частных прикосновений салфетки тепло все эти дни. А сейчас жар становился просто невыносимым. На место встречи в итоге Тесса пришла с пятиминутным запасом, и, если честно, рассчитывала уже увидеть там томящегося в ожидании Хардина, но его там еще не было. Хардин никогда не отличался пунктуальностью, и Тесса, обхватив себя руками, принялась ждать. И простояв на холодном ноябрьском воздухе полчаса, она, порядком разозленная и замерзшая, уже собиралась уходить, так и не дождавшись Скотта, как прямо перед ней резко притормозила машина, готовая разлететься на куски от клокочущей внутри нее музыки, окропив асфальт вокруг себя разлетевшимися брызгами из-под колес.       – Тесса, привет! – раздалось изнутри, едва приспустилось стекло.       Музыка продолжала сотрясать воздух вокруг себя, а внутри было так накурено, что Тесса не сразу поняла, что произнес голос, и кто его обладатель. Разобраться ей удалось только когда сигаретный дым слегка рассеялся и улетел с порывами ветра. Это были друзья Хардина. Не близкий круг, но Тесса видела этих парней на паре вечеринок. Кажется, парни учились вместе с Хардином, и, если откровенно, нравились Тессе куда больше, чем те, что вечно ошивались в гараже.       – А ты чего тут мерзнешь стоишь?       – Да с Хардином договорились встретиться, – решила не придумывать, честно ответила она, все еще озираясь по сторонам, в надежде увидеть опоздавшего парня.       – А почему здесь? Он наверняка уже в доме братства. Вы же наверняка на вечеринку должны были пойти, да? – кажется, этого парня звали Тристан, и что-то подсказывало Тессе, что он не в курсе их с Хардином расставания.       – Да, наверное, – девушка решила не разрушать иллюзию, и под ее прикрытием узнать побольше. – Так ты говоришь, вечеринка сегодня? У меня что-то все дни в голове перепутались.       – Ну да, – кивнул головой с массивной шевелюрой второй, кажется, Зэд. – Садись, подвезем, мы тоже туда.       Напоследок окинув взглядом по сторонам, и так и не увидев Хардина, Тесса нырнула на заднее сидение. Парни вернули уровень громкости музыки в изначальное положение, тем самым избавив ее от необходимости вести светскую беседу. Поэтому сложив руки на коленях и предварительно приоткрыв окно, чтобы хотя бы не задохнуться, в то время как глухота ей была, кажется, обеспечена, Тесса задумчиво смотрела в окно, не в силах поверить в то, что Хардин променял встречу с ней на еженедельную тусовку в доме братства. Злость накрывала с головой. Девушка рисовала в своем воображении, что придя в дом братства и увидев Хардина там устроит ему скандал, влепит пощечину, а он побежит ее догонять, будет просить прощения и крепко поцелует. Но все случилось не так.       Тессе не нужны были сопровождающие в доме братства. За то время, что она встречалась с Хардином, здесь она побывала по меньшей мере раз пятнадцать, и знала расположение всех комнат, особенно тех, в которых можно было уединиться. Поэтому поблагодарив парней, она опережая их зашла в кишащую студентами общагу. Веселье было в самом разгаре: парни уже зажимали девушек по углам, впрочем, и те, и другие были уже порядком пьяны, не смотря на еще ранее время. Те, кто был покрепче здоровьем и не успел напиться, уверенно шли к этому состоянию, опрокидывая в себя содержимое разноцветных стаканчиков. Как правило, они оседали в гостиной и на кухне, сбиваясь в кучки и болтая. Точнее, смеясь, подкалывая друг друга. Хардин не заметил Тессу, а вот она его видела прекрасно. Ей даже не пришлось его искать: он по обыкновению сидел в кресле в центре гостиной, как всегда в центре внимания, развлекая остроумными фразочками собравшихся вокруг. Место Тессы на его коленях пустовало, но Молли, эта шлюшка, положившая глаз и все, что только можно на Хардина, во что он отказывался верить, сидела на полу возле его ног, запрокинув голову вверх, глядя на него и сложив руки у него на коленях. Тесса больше не сдвинулась с места. Весь ее боевой настрой словно ветром сдуло, и охватило такое бессилие. Она не понимала, что здесь делает. Она просто позволила ему еще раз унизить ее, поверив в записку и то, что Хардин Скотт может измениться. Или он и вовсе смеялся над ней с этой просьбой о встрече? Тессе стало настолько противно от него, самой себя наивной, как дура, от ситуации в целом, что затошнило вполне реально. Стон души стягивал ей горло, а ноги словно потеряли всю силу, и готовы были преломиться прямо здесь и сейчас. А уж о том, что она готова была разрыдаться, говорить и вовсе не приходилось. Но здесь было слишком много народу, и тем более друзей и знакомых ее и Хардина, перед которыми оголять душу совершенно не хотелось. Поэтому собрав всю волю в кулак и опустив голову пониже, Тесса решительно, почти бегом, направилась на выход, проклиная себя за решение вообще прийти сюда. Она почти успешно справилась с задачей покинуть братство так же не замеченной, как и пришла сюда, но прямо в двери налетела на чью-то грудь, скрытую под футболкой с надписью «Nirvana» на ней. К сожалению, такую футболку Тесса видела не впервые. Перед ней стоял Логан, один из дружков Хардина ближайшего круга.       – О! Привет! Не думал тебя здесь увидеть! – кажется, он был настроен дружелюбно, и не держал зла на нее за то, что она выставила их тогда их гаража. – Ты здесь с Хардином? Помирились?       И о расставании он, конечно же, знал. Лицо Тессы перекосило. В основном из-за того, что она пыталась всеми силами изобразить как минимум безразличие и спокойствие, максимум – выдавить улыбку, в то время как наружу рвались рыдания и желание кричать о своей боли на весь мир.       – Да я уже ухожу, – сквозь оскал, а не улыбку, выговорила Тесса, не отвечая ни на один вопрос, протискиваясь мимо крепкого парня наружу. – Хотя… Можно я попрошу тебя кое о чем?       Не дожидаясь ни согласия, ни отказа, Тесса выудила из внутреннего кармана салфетку, сложенную несколько раз и протянула ничего не понимающему Логану.       – Не мог бы передать Хардину, когда он соберётся уходить? Хотя, в принципе, если не передашь – ничего страшного. Просто выброси…       – Да без проблем… – Логан задумчиво, вздернув брови вверх, разглядывал эту потрепанную, дышащую на ладан бумажку, а когда поднял глаза, Тессы и след простыл.       Она уже сбежала с тропинки, ведущей к дому братства, и завернув за угол, бежала вдоль дороги прочь от этого места. Бежала, пока силы ее не покинули, и не настигли слезы. Задыхаясь от непрекращающегося потока соленой жидкости из глаз, а это была плазма ее души, не меньше, которая покидала ее тело с каждой минутой, так думала Тесса в тот момент, она сбавила шаг, и брела, заплетаясь в собственных ногах куда глаза глядят. Она только-только начала приходить в себя после ссоры с Хардином, и вот новый нож в спину. Ей казалось, что у нее ничего не осталось внутри ничего, никакого ядра, только оболочка, которая бесцельно шла вдоль охваченной ночью дороги, мотаясь из стороны в сторону. Тесса не могла поверить, что он мог так подло с ней поступить, посмеяться над ней, сделать выбор, и выбрать не ее! Поэтому просто брела по улице, брела в никуда, брела туда, где ее никто не ждал. Что-то не ясное, не весомое, не осязаемое всё скапливалось и скапливалось в груди Тессы, а потом вдруг сжалось, стало неприподъемно тяжелым, и резко взрывалось с криком. Девушка, волосы которой растрепал ветер, а лицо умыло слезы, кричала, стоя по среди улицы, прежде чем нашла в себе силы двигаться дальше.       Она чувствовала себя отравленной. Отравленной чувствами к Хардину Скотту, которые превратились в яд, и теперь разъедали изнутри, не оставляя за собой ничего, лишь незаполненную ничем пустоту, и ноющую боль. А пустота самопроизвольно расширялась, образуя, казалось бы, воздушное пространство, от которого дышать легче не становилось. Тесса задыхалась, с каждым разом заглатывая все больше воздуха, который уходил в никуда. Она чувствовала, как леденеют ее руки, и душа словно отделялась от нее, девушка словно теряла ее, парализованную действием яда, и поглощенную образовавшейся пустотой. Тесса шла все дальше, словно находясь в состоянии аффекта: мысли были спутаны, резкая боль постепенно проходила, а вот ноющая боль напоминала о себе, оседая и стекая по стенкам где-то внутри. Слезы уже не катились градом, а пустота постепенно затягивалась мембранной, которая была еще слишком тонка, и при любом прикосновении, то есть воспоминании, усиливала боль, распространяя ее в каждую клеточку организма. Но мембрана окончательно затянулась. И Тесса будто сгорела, не чувствуя уже ничего: не радости, не боли, не разочарования. Она ощущала, как душа потихоньку возвращалась к ней, так бесцеремонно покинувшая ее бренное тело некоторое время назад, и возвращалась покрытая толстой оболочкой затвердевшего осадка, представляющая собой равнодушие. Так пришел конец. Конец чувствам, на возрождение которых потребуется не один год, и даже десятилетие.       Когда слезы окончательно высохли, обветрив лицо, Тесса осмотрелась по сторонам, и невдалеке увидела сияющую неоном знакомую вывеску. Обессиленно, даже сонливо моргнув, она пошла на этот огонек в ночи. В кафе почти уже не было посетителей в это время, но две парочки еще жались за столиками напротив, и Джо, по характеру слишком мягкий, не решался их выгнать, поэтому терпеливо посматривал в их сторону, не глядя натирая по второму кругу стаканы. Увидев вошедшую подругу, которая тут же зашла к нему за стойку, сбросила прямо на пол куртку, и взяла свой фартук, который висел здесь, на крючке, прибитым к стене, Джо замер и открыл рот, не находя слов. Она явно не понимала, что делала. Не нашел он их и тогда, когда дрожащими руками Тесса провела по волосам от корней, стараясь хоть как-то их привести в божеский вид и откинуть от опухшего лица. И увидев весь масштаб трагедии, который был в буквальном смысле написан на лице девушки, пришел в ужас. Аккуратно, чтобы не разбить от волнения стакан о пол, он опустил его на стойку.       – Что произошло? Что он опять натворил? Я был уверен, что ты уже на пути к нему в гараж…       – Наши ожидания – наши проблемы, Джо, – Тесса не находила в себе сил поднять глаза на Джо, поэтому взяла поставленный им стакан, забрала из рук полотенце и начала сосредоточено натирать и без того идеально чистое стекло.       – Ты можешь объяснить мне, что случилось и почему ты в таком состоянии? – Джо с шепота готов был сорваться на крик, и Тесса решила не допускать до этого.       – Он не пришел, ясно? Прождала полчаса, а потому нашла его на очередной вечеринке в доме братства, где он чудесно проводил время в компании любимых друзей и подруг, – голос, исходивший из нее, казался Тессе чужим и незнакомым.       – И что он сказал в свое оправдание?       – Ничего. Он был так занят, что даже не заметил меня, а я не стала мешать. Меньше всего я хотела слушать его. Все и так понятно, Джо. Он сделал выбор, и это не я.       Повисшая неловкая тишина предприняла попытки нападения на защитную оболочку души Тессы, и девушка была рада, что ее нарушил звонок колокольчика на входной двери.       – Можно мне бутылку воды без газа? – заговорил подошедший, удивительно знакомым Тессе голосом, но она не решилась поднять голову и пугать посетителей зареванным лицом. – Тесса?..       Когда голос назвал ее по имени, девушка все же подняла глаза, хоть и исподлобья. По ту сторону стойки стоял Лэндон Гибсон, человек к встрече с которым Тесса была сейчас готова меньше всего, разве что только после Хардина Скотта. Но сейчас она не испытывала к нему ни отвращения, ни раздражения, которое ощущала раньше. Тем временем он внимательно разглядел ее, сначала его взгляд остановился на ее фартуке, а потому уже на далеком от идеального состояния лице, с которого смыло всю косметику.       – Привет, – выдавила из себя Тесса, вспоминая о приличиях.       – Что ты здесь… Ты здесь работаешь? – догадался он, в то время как Джо с удивлением и тревогой переводил взгляд с подруги на незнакомца и назад, совершенно забыв о воде, которую тот просил. – Ты неважно выглядишь… Не хочешь подышать воздухом?       Тесса, словно марионетка, вышла из-за стойки и первой распахнула дверь на улицу. Шагнув в ночную темноту, она уже не могла вспомнить, как пришла сюда пару минут назад. Все происходящее с ней она воспринимала как дурной сон, неправду. Она просто не хотела верить в реальность происходящего, в реальность боли внутри себя. Тряхнув головой, прогоняя навязчивые мысли прочь, Тесса, окончательно истощенная опустилась на лавочку возле входа, ровно под светом от вывески.       – Причина такого твоего состояния в нем? – тут же догадался Лэдон, опускаясь рядом, и стараясь заглянуть в лицо девушке, в надежде разглядеть ответ.       Но ответа не требовалось. Все было слишком очевидно, а у Тессы не было сил даже кивнуть в подтверждение или опровержение головой. Поняв это, Лэндон стянул с себя куртку, накинул на плечи девушки, и притянул ее к себе, обнимая. Тесса, лишенная воли, не отпрянула и позволила ему это сделать. Чуточка тепла ей сейчас была необходима. К тому же Гибсон больше не лез с расспросами, а просто обнимал ее, позволив ей положить тяжелую голову ему на плечо и расслабиться хоть совсем немного. Это немного можно было измерить как астероид в огромной галактике. Слишком велика была черная дыра внутри Тессы, и объятия даже тысячи Лэндонов не смогли бы ее затянуть тогда.