Глава восьмая: «Новый питомец»

      Забавно подскакивая и, одновременно, крепко удерживая в клюве тяжёлую монетку, птенчик с голубым оперением носился по полу.       — Арлен! Опять ты кого-то по миру пустил?       Майкл подхватил птенца, когда-то подаренного ему пуффендуйцами. Арлен тут же гордо вздыбил перья и громко каркнул, выплевывая награбленное в руку своего хозяина.       Поттер-младший до последнего дня сомневался, не приврали ли его знакомые насчёт магического происхождения их живого презента, но, стоило пернатому научится твёрдо стоять на своих двух, как мистическим образом в карманы Майкла стали попадать маленькие подарки.       Подгадав момент, Майкл даже смог подловить хитрую птицу — именно в тот миг, когда Арлен снял с хозяина поместья дорогущие, — как новая почка, — золотые запонки.       Украденное, конечно же, вернули.       — Я, может и не против, но ты не должен попадаться никому на глаза, — держа птицу в сложенных «лодочкой» ладонях, и проникновенно глядя ей в глаза, наставительно сказал Майкл — Напомнить, как тебя чуть не съела Нагайна?       Услышав знакомое имя, принадлежавшее одной змеюке, птица побелела, заискрилась, словно хамелеон сливаясь с окружением… и не сильно, но ощутимо клюнула мальчишку в палец. Ойкнув, Поттер положил питомца на стол, а птица тут же стала одной текстуры и расцветки с ним.       В комнате снова воцарилась тишина, прерываемая лишь воспоминаниями младшего Поттера.       А начинались они, как всегда, с того, что со дня появления в подземельях нового жильца в поместье начался самый настоящий хаос — стремительный, неуловимый и живущий вне всякой власти человека.       Во-первых, — что являлось очевидным фактом, — Майкла наказали. Причём объяснили ему это уже после того, как заперли в выделенной Поттеру комнате и поставили перед фактом.       От зашедшего спустя несколько часов Волан-де-Морта, мальчишка ждал чего угодно. Выговор за то, что его ранили, — хоть и не смертельно, — или же трёпку за просьбу оставить в живых идиота, поимевшего глупость попытаться пристрелить мелкую хтонь.       … но, увидев Тома держащего в руках травмат, украденный из сейфа Вернона Дурсля его горе-племянником, Майклу действительно оказалось нечего ответить.       Ещё совсем недавно готовый отстаивать свою точку зрения до победного конца, ребёнок вмиг сдулся, уперев взгляд в пол. На резонные вопросы «Оно все время было при тебе, пока ты был в школе?», «Зачем ты его с собой вообще взял?», а так же сакраментальное «Откуда он у тебя?» мальчишка отвечал невнятно и неохотно, чем озадачил и явно разозлил Тёмного Лорда ещё больше.       Да что тут говорить — Майкл сам на себя разозлился. Ему казалось, что они с Томом достаточно близки, но, как выяснилось, именно об этой тайне он не мог ему поведать.       Было слишком стыдно.       Поэтому, последующие дни они особо не общались, а Поттер, поняв своё положение правильно, тихо сидел в комнате и потихоньку грустил в компании птицы.       … исключениями являлись разве что тайные вылазки в подземелья поместья.       По сути, со стороны ситуация больше проходила на то, что Волан-де-Морт, разочаровавшись в собственных педагогических и опекунских способностях, решил устроить своевольному мальчишке бойкот, якобы посадив того под домашний арест. Это и выглядело бы для окружающих как наказание, ограничься свобода передвижения Майкла чётко его комнатой, а не всем поместьем.       Взяв с подноса со свежей выпечкой пару плюшек и завернув их в вышитую салфетку, Поттер выскользнул за дверь. Пытаясь не привлекать внимания, он тихо, почти на цыпочках, направился в сторону подвалов. Арлен же, возмутившись тем, что его бросили, быстро выскочил из комнаты, пока дверь не захлопнулась и неуклюже взлетел на плечо Майкла с намерением каркнуть. Однако он тут же был схвачен за клюв.       — Не пали контору, птица, — прошептал Поттер, тихо спускаясь по лестнице.       — Не пали контору! — проскрипела несносная птица в ответ и распушила куцый хвост.       В дальнейшие препирательства Майкл вступать не стал, не желая привлекать ненужного внимания. Например, внимания одного белобрысого хорька.       Как это не парадоксально, но лично для Поттера, возвращение Драко Малфоя в родные пенаты, оказалось неожиданной новостью. И оно не вызвало радости ни у кого, кроме матери хорька. А уж чего Майкл хотел меньше всего в данный момент, так это пересечься со школьным задирой. И плевать, что слизеринец думает, будто младшего брата одной школьной знаменитости съели пауки-переростки.       Поттер однажды наблюдал Малфоя, праздно летавшего на новенькой метле в саду, куда ему самому раньше нравилось ходить. Теперь же приходилось тщательно выбирать маршрут, избегая возможности пересечься с однокурсником. По сути, Поттер просто боялся того, что может не сдержаться и по-паучьи сорваться на блондинистого задиру, а калечить сына приютившего тебя и ни разу не упрекнувшего ни куском хлеба, ни дурным поведением, человека… это явно было бы верхом наглости.       На нижних ярусах прохладных подземелий обнаружился Лось, уже успевший пару раз напугать детёныша хозяев поместья. Исполин присутствовал в момент грандиозной ссоры между Тёмным Лордом и Поттером, а потом был не менее удивлён травмоопасной находкой Тома. И, неожиданно встал на сторону Его Темнейшества.       Черт побери, уж кто-кто, а эта хтонь могла хотя бы попытаться понять Майкла, вместо осуждающего мычания.       Сейчас же, парнокопытное итак всегда вёдшее себя странно, вовсе, не обращая ни на кого внимание — ни на Лорда, ни на Малфоев, ни на Майкла. Наверное и Мерлина с Морганой не заметило бы, появись прямо перед ним во плоти.       На данный момент, крупная хтонь только и делала, что страдальчески скиталось по поместью, натужно хрипя и воя, а ещё счёсывая липкие, отваливавшиеся как струпья, куски шкуры.       … чем портило стены, полы и даже потолки.       Сочувствуя другу, Майкл хотел коснуться морды-черепа Лося, но тот, ловко увернувшись, просто ушёл подальше в глубину катакомб.       Что оставалось в этой ситуации мальчишке? Да ничего. Проглотив ком в горле и дойдя до заветной комнаты, Поттер постучался в заколдованную дверь.       Тишина.       Лишь через пол минуты мальчишка услышал ответный условный стук с другой стороны, означавший разрешение войти. Применив заклятие «Алохомора», Поттер буквально просочился в комнату, встречаясь взглядом с парой зелёных, чертовски уставших, но явно выражавших радость от появившейся компании, глаз.       — Ты живой? — голос Майкла звучал обеспокоенно.       Птица же слетела с его плеча, вовсе сев на голову пленнику, отчего мужчина рассмеялся и снял с себя пернатого гостя.       — Всё в порядке.        Гладя Арлена, доверчиво подставившего пернатую голову под чужую руку, Крисс, — новый знакомый Поттера, — поспешно натянул на лицо улыбку. Однако Майкл явственно мог видеть его усталость… точно так же, как пару-тройку синяков на шее и руках мужчины. Но всё же усталость эта была не критичной, как боялся мальчишка.       — Твой Волан-де-Морт тот ещё изверг. Но он хотя бы выспаться даёт, и не морит голодом. Ха-х, почти как мой предыдущий работодатель, — мужчина устало присел на кровать, вытягивая ноги. — Я, наверное, уже в сотый раз говорю, но мне правда жаль, что я в тебя выстрелил. Извини, профдеформация.       Мужчина снова улыбнулся ребёнку, при этом каждый мускул на его лице продолжал выражать чувство глубокого сожаления. Охотник каждую их встречу начинал с извинений, что не могло не уверить Майкла — если бы мужчина знал об истинной природе Поттера, то никогда бы так не ранил его.       На самом деле, вернувшись в своё физическое тело, Поттер довольно долго мучился от фантомной боли, по силе сравнимой с почечной коликой. Собственно, именно колику она больше и напоминала… если бы не пулевое отверстие на его человеческой шкуре. Однако пуля из раны магическим образом пропала.       Позже Крисс объяснил, что его оружие особенное — оно было сделано в астральном пространстве, потому и не нуждалось в патронах. По этой же причине он смог ранить мелкую хтонь. Мужчина действительно очень много знал и о потустороннем мире, и о его географии, а также об обитателях этого самого мира.       Охотник рассказывал своему маленькому гостю и о нем, и о своей собственной семье, поколениями занимавшейся исследованиями подпространства, и о своём оружии, и даже о теориях происхождения Майкла, что по его мнению, было точно связано с наследственностью.       Достав небольшой гостинец, Майкл передал охотнику булочки, которым тот явно обрадовался. При этом оказалось трудно не заметить красные полосы на чужих руках. На мгновение Поттеру стало гадко от самого себя и от всего происходящего.       Да, Майкл был обижен на Крисса за ранение, но ровно до того момента, как узнал о том, насколько сильно Том «наказывал» пленника. Нарцисса Малфой как-то за приёмом пищи пожаловалась на стоны, доносившиеся из подземелий, напугавшие её сына, и попросила Его Темнейшество накладывать «Силенцио» на, как она выразилась, «своего нового питомца». Майкл не знал, что ей позже ответил Волан-де-Морт, однако больше этот вопрос она не поднимала.       — Что он такого тайного вообще пытается из тебя вытрясти? Неужели не легче было бы просто рассказать ему всё, что он хочет?       В ответ на подобное предположение Смит усмехнулся, и как-то странно мягко посмотрел на Майкла.       — Не переживай так за меня, пацан, я был в ситуациях и похуже, — как ни в чём не бывало, хрипло рассмеялся Крисс.       — Надо придумать план побега, — серьёзно, почти одержимо, не обращая внимания на реплики собеседника, отозвался мальчишка.       На такое предложение, охотник неожиданно наклонился, коснувшись плеча Майкла и серьёзно, предостерегающе произнес:       — Даже не думай об этом. Я тебе серьёзно говорю. Три года назад моё руководство отправило меня на задание, якобы по истреблению упыров. Маги Северной Америки в принципе довольно брезгливы и всегда предпочитают посылать таких, как я, на зачистки территорий от нежити. Как оказалось, в дальнейшем высшие чины брезговали не только умертвиями, но и охотниками на них, вроде меня. Брезговали настолько, что в заказе на зачистку написали «группа» вместо «гнезда», и «пара упыров» вместо «стаи Брукс». Можешь только представить что они со мной там делали.       Смит пустым взглядом упёрся в пламя свечи, озарявшей помещение.       А Майкл ощутил приступ стыда за, неосторожно разбережённую, старую рану охотника.       — … мне понадобилось выждать шестнадцать суток, чтобы они окончательно потеряли бдительность. Начав с двух дозорных, я позже прирезал четырёх рабочих, свернул шею жнецу, поджёг несчётное количество личинок с потомством, и на семнадцатый день добрался до матки…       Что-то опасное и в тоже время завораживающее загорелось на дне глаз американца. Это «что-то» привлекало паука, манило, находя отклик в его хищной душе. Похожее свечение Майкл замечал только у Тома, когда тот говорил о том, как достиг того уровня магии, которым владел сейчас.       — … пожар в Плимуте, занявшийся от их политых бензином потрохов, горел целый месяц… Прикидываешь хай, поднятый современными активистами когда те узнали об этой ситуации? — закончив рассказ Смит устало потёр глаза. — Тебе же уже семнадцать, Майкл? Ты умный парень.       Услышав умозаключение охотника Поттер встрепенулся. Считая годы, прожитые в астральном подпространстве, ему действительно было уже семнадцать, но то было другое… или нет? Он и сам не знал.       — Я тебя понял. Ты настолько крутой, что пытки самого Волан-де-Морта для тебя как прогулка по Диснейленду.       Охотник заливисто рассмеялся, как если бы ему рассказали отличную шутку.       Возвращаясь к себе, Майкл ещё долго думал об услышанном. Сквиб-охотник на нечисть, абсолютно не боящийся Тёмного Лорда.       Кто бы мог поверить, что Поттеру повезёт встретить кого-то настолько интересного?       Однако и сам Лорд разделял взгляды когтевранца, чуть позже, с несколько садистким наслаждением придавливая к стене еле дышащее тело. Американец, без тени страха смотревший ему в глаза, вне всякого сомнения, был провокационно интересен.