Часть 3

Окрылённый тёплыми чувствами, Гюнтер собрал небольшой букет цветов из сада графа, ловко и изящно связал его вьюнком. Красные розы, папоротник и синеглазый барвинок создавали прекрасный образ. Взволнованный предстоящей встречей, он перепрыгнул через крыльцо прямиком к главному холлу. Остановился на пороге, заметив, как тонкий силуэт девушки скрылся на лестнице, и лишь копна золотых волос подтверждала, что это она. «Значит, она на втором этаже», — рассуждая о своем, Гюнтер взял букет в зубы и приготовился вскарабкаться наверх. Запрыгнул на перила, оттуда по выступающим из стены камням легко долез до второго этажа. Быстрым рывком подтянулся, перемахнув через парапет, и вот он уже на месте, отряхивает помятую форму, перехватив букет в руку. Звонкое цоканье каблуков оповестило парня о её приближении, и он, успокоив дыхание, резко вышел из-за угла. — Привет, Хитч, как настроение? — он протянул ей букет, широко улыбнувшись. Хитч всегда нравились подарки, пусть и скромные, а внимание от мужчин всегда повышало её самооценку. Гюнтера она знала давно, еще с кадетской скамьи: отличный парень, но, блин, был бы хоть какого-то звания. А то ж гол как сокол. — У меня все отлично, — она приняла подарок, не замедляя своего шага. Гюнтер поторопился за ней. — Знаешь, сегодня ночью будет полная луна. Не хочешь посмотреть на неё в обществе отличного парня? — он широко расправил плечи, а Хитч не сдержала улыбки. Ей-то было понятно, о ком он говорит. Да только не её поля ягода парень, хоть внешностью и не плох. — Не обижайся, но давай как-нибудь в другой раз. Гюнтер остановился, не до конца понимая, отказ это или другой раз реально будет. — Ты мне напишешь? — крикнул он ей вслед. Она не ответила, лишь помахала рукой.

***

Спокойным размеренным шагом Леви шёл по внутреннему двору поместья. Идти по деревянным настилам широких дорожек было приятно, а усыпанная щепой дорожка придавала двору уют. Необычные скульптуры из белого камня, вокруг большого фонтана в центре двора говорили о зажиточности своего хозяина. Роскошь особняка поражала, восхищала и одновременно вызывала в Леви глубокое чувство разочарования. Сколько людей можно было накормить за эти деньги? Построить приют или школу — все лучше, чем это. И как так получилось, что вся власть сосредоточилась в руках небольшой группы людей: графов, баронов и прочих титулованных личностей... Распалённый внутренним конфликтом, Леви достиг кабинета, любезно предоставленного ему графом для работы. Широко распахнув дверь, он увидел давнюю подругу. Стеклянные линзы отражали попадающие на них лучи солнца, скрывая глаза хозяйки. Еë острый подбородок опирался на сцепленные в замок руки, лицо было задумчиво и серьёзно. Однако, стоило ей поднять на него взгляд, как уголки еë губ приподнялись вверх. Весь образ строгости канул в небытие. — Леви! Ну наконец-то! Я уж подумала ты заблудился! — Ханджи, скажешь тоже. Дёргают без конца, — он сел напротив, с интересом окинул взглядом кипу бумаг на столе. Откуда оно всё взялось? Неужто Зои с собой притащила? Бедный Моблит, небось всю спину себе надорвал. — Тебе письмо от Эрвина, — тонкие пальчики подвинули бумажный конверт по лакированному столу. — Новое задание? — поинтересовался капитан. — Ага. Прочитай, а потом можешь задавать вопросы. Сдерживая внутреннее беспокойство, Леви сломал гербовую печать, рывком оторвал край конверта. Осторожно извлёк письмо и с выражением полного равнодушия на лице принялся читать. «К берегам Парадиза прибудет корабль с послом от Марли. Необходимо обеспечить безопасность посла до стен Шиганшины». Брови Леви недовольно сдвинулись к переносице. Эмоциональный контроль — самое сильное его качество, возможно даже единственное, чем он владел лучше меча, но в этот раз его возмущению не было предела. — Сопровождение? — тихим, но твердым тоном произнес он. — Я должен рисковать своей командой, чтобы проводить очередного богатея? У них что, своих титанов нет? Пусть они их перевозят. Леви недовольно хмыкнул и отошёл к окну. Терзаясь внутренними демонами, он ещё раз внимательно посмотрел на подпись. Может, Ханджи чего напутала и это письмо не от Смита. Однако, к его разочарованию, никакой ошибки не было. Почерк явно принадлежал своему владельцу — Эрвину. Он тяжело вздохнул: раз на то есть приказ, то и деваться некуда. Ханджи окинула друга взглядом. Его лицо было непроницаемым. Полностью сосредоточенным и чрезмерно серьезным. Однако Зои знала, что в душе Аккермана полыхал пожар. Она слегка улыбнулась, годы совместной работы с Леви научили её понимать его, даже если он не проронил ни слова, и сейчас она точно знала, как сложно ему будет лебезить перед послом Марли. Если умудрится всю дорогу молчать, уже выйдет неплохо. — Ситуация такова, что моральные принципы пора отодвинуть в сторону, — Ханджи достала карту и разложила еë на столе. Она была в курсе плана Эрвина, они вместе его составляли, а теперь она должна была посвятить в это дело Аккермана. — Ну, разумеется. Как же иначе, — холодным тоном съязвил капитан. «Мы только этим и занимаемся, что отодвигаем себя на второй план» — крутилось у него на языке, но он смолчал. Тяжело выдохнул и тут же взял себя в руки. Пусть Зои и являлась его близким другом, однако она ещё и майор. Не стоило испытывать её терпение. Он подошёл к столу, внимательно взглянул на карту. — Я готов. — Вот и славно! — Зои придвинулась ближе. Обстановка за столом приняла рабочий характер: карта, чёрный карандаш и два лучших солдата разведки. Спустя пару часов Леви ощутил, как от мыслей тяжелеет голова. Информации оказалось больше, чем он изначально себе представлял. — Запомни хорошо, посла зовут Конрад Джоз, он — большая шишка, построивший своё имя на пропаганде геноцида элдийцев. — Замечательно, чего тогда он сюда прётся? — Это было до того, как Хистория заняла трон. Теперь ситуация разворачивается по-другому. Настало время переговоров, — Зои достала лист серой бумаги, на котором был изображён посол и положила его перед Леви. — Ну и рожа, — скривился он. — Не язви, — оборвала его майор. — Сейчас в Марли идут выборы в Сенат. От их результатов зависит наше будущее. Если большее количество представителей власти будет на нашей стороне, возможно, королеве Хистории удастся договориться о мире. Тогда есть шанс, что правительство Марли выведет большую часть титанов с острова с помощью Звероподобного. Остатки, которые не подчинятся его приказу, мы сами уничтожим и таким образом очистим наш остров от титанов. — Звучит слишком просто. — Не так уж и просто. Понадобилось уйма сил и связей, чтобы внедрить своих людей в Сенат Марли. Да ещё и выпроводить Конрада в эту командировку. Теперь, после её слов, проведенная работа не казалась Леви такой уж простой. — Ох, ты только посмотри, сколько времени! — воскликнула Зои, взглянув на часы. — Что-то мы засиделись. Леви кинул взгляд на окно, солнце уже садилось. Последние лучи окрашивали горизонт в багрянец. Душа тоскливо заныла. Вечер подходит к концу, темнеет, а он так и не навестил друзей. — Действительно поздно уже, — подвердил Леви. Он поднес письмо к горящей свече, поджигая жёлтую бумагу. Послание Эрвина поглотило пламя. — Я пойду отдыхать. — Спокойной ночи, — кивнула ему на прощание Ханджи. Спустившись во двор, Леви мысленно отметил, как сильно стемнело, благо у графа было достаточно средств, чтобы тратить их на факелы, развешенные на каждом углу. Быстрым шагом он направился в сторону сада. Вновь прошелся по полюбившимся ему деревянным настилам, мимо мраморных скульптур пухлых ангелочков и серафимов, пышных цветочных насаждений, где особенно выделялись крупные розовые пионы. «Изабель часто говорила о пионах, когда мы были в Чикагай, — Леви не мог оторвать взгляд от пышного бутона. — Возьму один для неё» — подумал, он срывая цветок.

***

— О чем я только думала! Ну что за дура! — ругала себя Петра. — За целый день так и не извинилась перед капитаном. Она вышла во двор, направляясь к главному корпусу, где располагался временный кабинет Леви. «Глупая Петра!» — обращалась она сама к себе.— Зачем ты с ним спорила?! Теперь мало того, что в хвосте будешь плестись, ещё и команду подвела! Она знала, что поговорить с Леви надо, но мысли об этом вызывали у неё парализующий страх. Он наверняка злится на неё. А Петре неоднократно доводилось видеть, как вел разговоры Аккерман, когда пребывал не в духе. Хоть бы он вообще её из команды не выгнал. По спине пробежал холодок. «Страшно — не страшно, а поздняк метаться. Всё». Вдалеке она увидела знакомый силуэт: небрежно подстриженная макушка с черными, как смола, волосами и выбритый затылок. Внутри ёкнуло, она его узнала. Душа встрепенулась, дрожь прошла по всему телу, оставляя после себя неестественную слабость в ногах. Тонкие пальчики сжались, собирая остатки воли в кулак. «Надо извиниться во что бы то ни стало», — она быстро преодолела разделяющее их расстояние, остановившись у него за спиной. — Капитан! Извините, можно вас ненадолго отвлечь? Сердце Леви ёкнуло от неожиданности. «Блять, заебали! Никакого покоя», — мысленно проворчал он, развернувшись на голос. — Петра?! Какого черта не спишь? Отбой уже был, — в его голосе отчётливо улавливалось раздражение. Да и сам Леви вел себя неестественно нервно, цветы он тут же поспешил спрятать за спину. — А то опять утром не проснёшься, — подколол он, понадеявшись, что это заставит Петру йути. Но та и не думала оставлять его в покое, лишь виновато прикусила губу. «Об этом я и хочу поговорить», — рвались слова, но она продолжала молчать, смяв в руках край зелёного плаща. Подняв взгляд на капитана, она увидела, что из-за его спины торчат два пышных пиона. Цветы и Леви? Это было весьма... необычно. Вряд ли он сорвал их для себя. Неужто для Хитч? А может, для другой девушки? Это уже не столь важно! Сердце Петры предательски помчалось галопом и сорвалось в пропасть. — Извините, я не вовремя. Её робость вновь выводила его из себя. Он и так спешил. — Чего ты там мямлишь? — он не расслышал и половины сказанных ею слов. — Если это не займет много времени, то говори. Мелкая дрожь ещё блуждала по её телу, вынуждая плечи подрагивать, словно в прохладный день. Все чувства обострились. Страх, тревога, ревность и боль пылко обожгли изнутри. Она прикусила губу до боли, чтобы заглушить душевные терзания, и уже было набрала в легкие воздух, чтобы сказать нужные слова, как неподалеку прозвучал мужской голос. — Капитан! — со стороны главного корпуса по дорожке к ним шёл хозяин поместья, граф Арлайн. — Неужели за целый день вы не нашли пару минут свободного времени для небольшой светской беседы? Граф широко улыбался, раскинув руки, будто хотел по-дружески обнять капитана, но, подойдя ближе, заметил стоящую за Леви девушку и, хмыкнув в кулак, завел руки за спину. «Как же вы все заебали! — Леви мысленно выматерился. Никуда от вас не спрячешься. Если я не найду, как отмазаться, то не видать мне встречи с друзьями». Еще неизвестно, когда будет выход за стену и чем он закончится. Его рука случайно коснулась руки Петры, и он, посмотрев на девушку, крепко сжал в руке пионы. Девушка, цветы, чем не свидание? Картина сложилась сама собой. В голове появилась идея, как отделаться от графа, лишь бы Петра потом не обиделась на его глупую выходку. — Извините, граф, за моё бестактное поведение. Я был очарован своей подопечной и воспользовался свободным временем, чтобы провести его с ней. «Чего?!» — огорошенная таким заявлением, Петра стояла как вкопанная, потупив взгляд. Теплая рука Леви сжала её ладошку. Он осторожно притянул девушку к себе, нежно приобняв за талию. Щеки Петры вспыхнули ярким пламенем, она не понимала, чем вызвано такое странное поведение Леви, но решила молчать. — О! Понимаю, — оценивающим взглядом Арлайн посмотрел на Петру. — Девушка редкой красоты. Признаться, я впервые вижу в наших краях рыжеволосую. Петре стало не по себе от слов графа. Так похотливо рассуждать о ее внешности, будто её и вовсе рядом нет. Все же о человеке говорит, а создаётся впечатление, что лошадь на рынке выбирает. — Если не секрет, откуда вы родом? — голос Арлайна вернул Петру из собственных мыслей. — Я... из города Трост, — едва вымолвила она, подняв взгляд. Граф задумался, размышляя о своем, он отвлекся на собственные мысли. Через мгновение он будто пришел к нужному заключению и сказал: — Ну, что ж, капитан. Очень жаль, что не получилось пообщаться. Оставляю вас наедине с вашей дамой, — он учтиво склонил голову. — Благодарю. Спокойной ночи. Граф медленно направился к главному корпусу, а Леви, развернувшись к Петре, почувствовал острую необходимость объясниться с ней. Его рука всё так же лежала на её талии, и он слегка склонился к ней, чтобы никто, кроме них двоих не мог услышать, о чем они говорят. — Извини за этот спектакль. Просто если я сегодня не навещу друзей, то потом такая возможность представится в лучшем случае через год. — А почему вы не сказали об этом графу? Неужто он был бы против? — Не все так просто, — рука Леви вновь сжала её ладонь. — Я расскажу тебе, только не здесь. Петра пока не могла понять, что происходит, но готова была ввязаться в любую авантюру. Сердце предательски щебетало, а её взгляд не отрывался от серых глаз капитана. — Хорошо, — кивнула она. — У графа в поместье слишком много своих людей, а раз я сказал, что мы вместе, не могла бы ты подыграть мне? — Побыть вашей девушкой на один вечер? — Да! — с облегчением выдохнул он, когда Петра произнесла нужные слова, избавив его от неловких объяснений. Всё же ситуация вышла щекотливой. — Ну... — она сделала небольшую паузу, будто задумалась. — Я не против. — Отлично, — обрадовался он, хоть что-то сегодня получится. — Спасибо тебе за поддержку. Держа Петру за руку, он пошел в сторону сада. Она крепче сжала его ладонь и не спрашивая, куда он её ведёт, слепо следовала за ним. Петра не была уверена, что понимала хоть что-то. Вся ситуация вызывала у неё кучу вопросов. Взгляд упал на пионы в руках Леви. Если он с цветами, то скорее всего идет на встречу к девушке, а раз так, то зачем там она? Когда они вошли в сад, на небе уже взошла луна, освещая дорогу голубым светом. Леви как обычно был молчалив, внимательно осмотривал цветы, будто что-то искал среди них. В конце сада стояла сторожка, где сидел садовник. Заметив их, старичок привстал и, вглядевшись в лицо Леви, широко улыбнулся. — Леви! Ты ли это?! — Я, — подтвердил он и приобнял старичка. — Пришел навестить Фарлана и Изабель?! — Ага, — кивнул он. — Ну, пошли, — старичок внимательно посмотрел на Петру, будто сейчас происходило посвящение постороннего человека во что-то личное и таинственное из жизни капитана. Наверно, так на самом деле и есть, думала Петра, следуя за старичком и периодически крепче сжимая руку Леви. Неожиданно он на неё посмотрел, а она, заметив, что в его взгляде впервые нет раздражения, смутилась. Растерялась и немного сбавила шаг, чтобы отстать и идти за ним. Разжала кулачок, и рука выскользнула из его руки. Он не стал настаивать, останавливаться или предпринимать хоть какие-то действия, чтобы вернуть её руку. Ему было всё равно. В груди защемило от обиды. «Ну, а, собственно, чего я ожидала? Это же вымышленное свидание». — Петра старалась сильно не отставать. Пройдя по узкой дорожке меж пышных колючих кустов алых роз, они вышли к виноградникам. Остановились возле большого чёрного винограда, который своей лозой полностью оплёл опоры перголы, поперечные брусья, уже перебираясь на деревянный навес, с которого свисали иссиня-чёрные гроздья. — Вот мы и пришли, — пожилой мужчина провёл сморщенной рукой по лозе. — Ладно, оставлю вас. Можете сидеть хоть до поздней ночи, калитку я всё равно не закрываю. — Спасибо, Стен, — Леви махнул рукой старичку на прощание, присаживаясь на землю, возле корня чёрного винограда. Петра, не задавая вопросов, села рядом. Немая тишина давила каменной плитой, но она не осмеливалась заговорить первой. — У тебя, наверно, накопилась куча вопросов за эти последние пару минут, — Леви облокотился о деревянную опору и посмотрел на Петру. — Есть такое. Я немного в замешательстве, думала, что вас здесь ждут друзья. — Давай договоримся, — вновь с раздражением произнес он. — Мы сейчас не на построении, так что давай на «ты». Хорошо? Она послушно кивнула. Леви часто поправлял ребят из своей команды. Ему комфортнее было общаться неофициально, а вот им... Они испытывали неловкость, разговаривая с капитаном как с обычным солдатом. Леви сел ровно, опустив взгляд. Делиться с кем-то своей историей он не хотел, но вроде как ситуация сложись так, что пояснить происходящее Петре было надо. Ему не хотелось чтобы она считала его последним подонком, использовавшим её ради своих целей. — По поводу друзей, никто не придёт, — он провёл рукой по сырой земле. — Они здесь похоронены — Фарлан и Изабель. Леви положил пионы к корню виноградных лоз и примолк. Казалось, на этом история окончена, но Петра вновь ляпнула не подумав. — Ну, как же так получилось? Разве тела не сжигались? Он поднял на неё холодный взгляд, так что Петра успела пожалеть о своем длинном языке. Ничему-то жизнь не учит. Однако Леви не разозлило её любопытство. — Эрвин сделал исключение для меня. За это я его вечный должник, — он с горечью вспомнил тот день, когда в третий раз потерял семью. Хоронить их в пламени он не хотел. Ничего после огня не остаётся — лишь воспоминания, да и те со временем разлетаются вместе с пеплом. Петра тяжело сглотнула. Раньше Леви никогда не говорил о потере близких. Никогда... Даже не поддерживал подобные разговоры. Захочет ли он сейчас говорить об этом? — Можно спросить?— она осторожно продолжила разговор. — Давай. — Как так случилось, что они захоронены в поместье графа? — Ну, в то время здесь не было сада, — спокойно ответил он. — Стен имел свой небольшой домик и землю, которая его кормила. А граф выкупил эти земли уже после захоронения. Он крайне брезглив и не позволит, чтобы в его прекрасном саду находилась могила выходцев из Чикагай, поэтому я соврал. Никто не должен знать, что Фарлан и Изабель здесь похоронены, ты понимаешь? — Конечно. Не переживайте, вы... можешь на меня положиться. Леви перевел на неё недовольный взгляд, отчего Петра съежилась в комочек. — Прекращай мне выкать. Я же просил, чтобы вы все называли меня просто Леви. — Он устало потер переносицу. — Прости, больше не буду, — улыбнулась она. Между ними возникла неловкая тишина. Леви перенесся мыслями в тот злополучный день. Он вспомнил, как яростно его конь ринулся вперёд, как его руки натянули поводья в сторону, направляя вороного по следам Эрвина. А Изабель с Фарланом махали ему на прощание. Все это было словно вчера. Настолько свежо и ярко в памяти, что Леви неосознанно начал говорить. — Я выполнял задание, когда мои друзья погибли в пасти титана. А когда вернулся, обнаружил только их головы. Пришлось собирать останки в мешок по частям. До сих пор не уверен, что не прихватил чужую часть тела. Закинул все в телегу и повез в Шиганшину, в то время там было ближайшее место захоронения. Но по иронии судьбы в городе произошла вспышка какой-то заразной хрени. Кладбище временно прикрыли, а лето в тот год выдалось жарким. Тела начали гнить, везти их в Рагако было слишком далеко. А со Стеном я познакомился случайно. Он просто попросил у меня сигарет. Слово за словом — разговорились. Он предложил мне помощь, а у меня не было другого выбора и я согласился. Петра молчала, ей бы очень хотелось его поддержать, но Леви мог принять её жалость за проявление слабости. А капитан не терпел подобного, и оттого она вела себя сдержанно, лишь острые плечи подрагивали, выдавая крайнюю степень волнения. — Ты поступил правильно, — тихо произнесла она, убирая прядь рыжих волос за ухо. — В подобной ситуации выбирать не приходилось. Чтобы не потерять место захоронения, Стен предложил посадить на этом месте виноград, у него как раз был саженец. У этого сорта еще не было названия и я предложил назвать его в её честь... Изабель. А Стен был уверен, что Изабель и Изабелла одно и тоже имя и после моего отъезда стал называть сорт так. По-сути он не сильно ошибся, это разные вариации одного имени. Дыхание Петры на мгновение остановилось. Она находила в его поступке глубокие романтические чувства. Неужто Изабель была для него не просто другом? Возможно, возлюбленная, а может, он воспринимал её как семью! Одно было ясно: эта девушка живет в его сердце по сей день. Теперь Петра поняла, почему Леви не заводил серьезных отношений. Он все ещё не пережил потерю, он все ещё по ней тосковал. «Лучше бы Изабель выжила. Она бы точно смогла сделать его счастливым. И пусть мое сердце от этого разорвалось на части», — слезы подступили к её глазам. Острые плечики дернулись вверх, но Петра смогла взять себя в руки, чтобы не разреветься. Вряд ли капитана начнет её утешать. —Ты дрожишь? Тебе холодно? — он заметил её подрагивание и тут же снял свой плащ, приблизившись к ней. — Какие слабые солдаты пошли, — ворчал он, укутывая Петру в плащ, — ночь летняя, а ты мёрзнешь! — Все нормально, правда. Не стоит, — отнекивалась она, но плотная ткань всё же покрыла её плечи. Он притянул её к себе, кутая девушку по шею. С придыханием она подняла на него взгляд. Серо-голубые глаза смотрели прямо на неё. Такой пронзительный и временами пугающий взгляд, от которого сердце Петры замирало, а тело кричало и требовало его. Она облизнула пересохшие губы, крепко сжав в кулачки его плащ. Он тоже молчал, его взгляд внимательно изучал её лицо. Такая маленькая стройная девушка. С копной медно-рыжих волос, таких же не послушных, как их хозяйка. Кого же она ему напомнила? Ну же, Леви, вспоминай. Образ человека, который был ему так важен и который по каким-то причинам отказывался всплывать в голове. Будто само подсознание заблокировало его воспоминания. — Леви, — прервала Петра неловкую тишину. — Я хотела извиниться. Он в удивлении приподнял бровь. О чем это она? Петра вздохнула, набираясь смелости перед тем, как поднять разговор об утреннем инциденте. — Прости, что проспала с утра. И за то, что начала спорить с тобой при всех, — затараторила она. — Но... я обещаю исправиться! — Отлично, — кратко ответил он. Ему самому эта тема была неприятна, и он был рад, что проблема разрешилась сама собой. — И ещё: я хочу попросить у тебя кое-что, — не унималась она. — Ну и наглость, — мягко произнес он, усевшись рядом с ней. — И чего же ты хочешь? — Пообещай, что не будешь больше вымещать злость на ребятах! Не по-товарищески это! Леви неприятно задели её слова. Уж он лучше кого-либо знал, кто такой товарищ, а она ему тут лекции о нравственности решила прочитать! Её невероятное стремление быть правильной раздражало. — А что же по-твоему я должен был сделать в тот момент? — Да что угодно: наказать, накричать... — Я что тебе, тёлка, чтоб кричать? — перебил он её речь.— Но если хочешь наказания, завтра приходи на тренировочную площадку. Только потом не плачь. «Я тебе не тёлка, чтобы плакать! Я солдат!», — надулась она, но в этот раз нашла в себе силы промолчать. — Хорошо. Во сколько? — с вызовом бросила она. — В десять, — невозмутимо ответил он. — Отлично. Они оба замолчали. В саду стемнело, лунный свет не мог проникнуть сквозь широкие листья лозы. По телу Петры пробежала мелкая дрожь, кажется, теперь действительно стало прохладно. Её взгляд приковал зелёный огонек, плывущий меж листвы. А потом ещё один, и ещё. Они мерцали и излучали необыкновенный свет. Подсвечивали травинки, листья и цветы. — Леви, ты видишь это? — Это светлячки, — буркнул он. Казалась его совершенно не впечатляло, как маленькие огонечки парили над землей, переливались и плыли в невидимом течении. Петра внимательно посмотрела на Леви. — Красиво, правда? — Да, — не отрывая взгляда подтвердил он. — Нам уже пора идти отдыхать. А то утром оба проспим. Петра впервые за вечер улыбнулась. Еë улыбка зацепила взгляд Леви, тонкий розовый контур. Внутри что-то дрогнуло, отчего он ощутил неловкость. Отвел взгляд и молча подал ей руку, помогая встать, галантно, но так же не проронив ни слова, предложил Петре локоть. Она не стала отнекиваться, сразу приняла его приглашение. — Я провожу тебя до твоего корпуса. — Буду благодарна, — произнесла она. Присоединяйтесь к моему ТГ, где будут опубликованы разные арты по данной работе https://t.me/+x51wA-UbDt0zZjgy