Часть 1

— Дорогие ученики, — торжественно начал я поутру. — Поздравляю вас с окончанием «особой недельной тренировки». С разбором итогов мы повременим до момента, когда ваш учитель подготовит отчет на свежую голову. Как и обещал — сегодняшний день объявляю выходным. Сейчас займёмся лёгкой, общеукрепляющей тренировкой. После неё вы свободны до вечера, когда мы с вами встретимся в онсене где вас ждёт отдых и ужин за счёт сенсея. — Хаай!!! — громогласно ответила команда номер семь. Прошедшая неделя изнурительных и разнообразных тренировок, совмещенных с проживанием на полигоне, имитируя походную жизнь, оставила на детях свой суровый отпечаток, но сейчас их глаза горели радостью и предвкушением. Не могу наглядеться. А ещё едва сдерживаюсь, чтобы не затискать.       Вот они слева направо: Саске, Сакура, Наруто. Мои любимые карапузики. Мои дорогие ученички. Мои юные, невинные шпионы и убийцы.       Упомянутые, дождавшись моего разрешающего кивка, привычно принялись разминаться. Я же, привычно углубился в мысли о дальнейших планах.       Сегодня-то мы отдыхаем, а завтра возьмемся за учёбу и миссии с новыми силами. Канон безжалостно надвигался, а самый ценный для нас ресурс — время, нельзя было купить в игровом магазине. Да и не игра это, и даже не детский мультик — здесь люди всерьёз калечатся и гибнут на заданиях, и такой судьбы я ни для себя, ни для этих детей не хочу. Потому-то и послал нахер каноничный образ Какаши-сенсея, замечаемого за тренировками подопечных лишь по большим государственным праздникам, читай, когда прижмёт.       Разумеется, не было никаких шансов на то, что моя активность не будет замечена и не вызовет вопросов. Старик Третий приглашал на чай и задавал вопросы. Ещё перед распределением выпускников он недвусмысленно дал мне понять, что команду номер семь нельзя завалить и придётся учить. У нас тут не демократия и возражения не принимались, но я и так не собирался уклоняться от канона, уже свыкнувшись на тот момент со своим попаданием и с тем, в какие события я влип. Но Хокаге никак не ожидал, что я возьмусь за свои обязанности с такой энергией. Учить то ведь тоже можно сильно по-разному — большинство наставников, обычно не выкладываются и на треть того, что демонстрируют такие уникумы как Гай или я.       Но к такому интересу я был готов. Я спокойно разъяснил деду что многое переосмыслил после перенесённой клинической смерти, ставшей печальным итогом последней высокоранговой миссии Хатаке. Сказал, что полностью понимаю важность должного обучения последнего Учихи, не обделенной потенциалом девочки-отличницы и, наконец, джинчуррики, который является ещё и сыном моего глубокоуважаемого, но покойного, сенсея. Пояснил, что изучив их личные дела, а потом, оценив навыки во время испытания и первых тренировок, обнаружил в них прекрасные задатки которые просто грех не развивать. Таким образом, получалось, что я просто не имею права облажаться как перед родным Селением, так и перед покойным учителем и его женой. Логика была железная, так что расстались мы довольные друг другом, и с этого направления я был оставлен в покое. Как я уже успел оценить, наш Хокаге не был Хирузенгадом, а был правителем, пусть не святым, но и не обделенным умом и заботой о подчиненных. Жить в таких условиях было можно!       Отпустив ребят по домам, я направился в свою холостяцкую берлогу. Потратив часок на мелкие домашние дела, засел за отчет по прошедшей недельной тренировке. А потом переключился на корректировку уже разработанных планов и наброски новых идей. С идеями и даже с возможностями всё было отлично. Не хватало лишь треклятого времени. Канон надвигался, и думал я даже не о миссии в стране Волн от которой можно и уклониться, имея понимание системы и внутренней кухни, а об экзамене на чунина.       Упомянутые вехи истории несли в себе судьбоносные встречи и вызовы, преодолевая которые наши герои двигались к новым вершинам. Кроме того, некоторые события, вроде охоты Орочимару на Саске или его же атака на Коноху, должны были случиться независимо от нас. Так что я, не мудрствуя, решил двигаться по канону, просто имея более подготовленную команду.       В своей прошлой жизни я был геймером, находящим удовольствие в процессе прокачки многочисленных персонажей, подборе подходящей экипировки и составлении эффективных билдов. Теперь я прокачиваю себя и своих учеников в самой сложной игре под названием «Жизнь», сюжет которой обещал нам тяжелые испытания.       Зная об этом, я решительно взялся за обучение команды номер семь. Уже в момент знакомства и каноничного рассказа детей о себе и своих целях строго заявил, что намерен воспитать команду великих шиноби, способных потягаться славой с Легендарной Троицей, так что спуску никому не дам. И что если Наруто намерен стать Хокаге а Саске убить того, кого он имеет ввиду, им придётся пахать как проклятым. Ну и Сакуре придётся невольно им соответствовать. Детишки впечатлились, но пообещали не разочаровать сенсея.       И совсем не разочаровали, а даже удивили, устроив ему внезапный неканон!       Как я уже сказал, мы живем в реальном мире, следовательно, герои здесь существуют не в вакууме и очень даже имеют представление о том, что такое работа шиноби, и что мир за стенами Конохи, вообще-то, опасен. А умирать во цвете лет, внезапно, не хочется никому, поэтому наша троица занималась в академии на совесть.       Выяснилось, что известный многим Ирука-сенсей сумел донести до Наруто мысль о том, что если ты хочешь стать Хокаге надо не орать об этом на каждом углу, а как следует заниматься. Вследствие чего наш блондинчик, действительно являлся достойным противником Саске а не только мнил себя таковым. Да, Узумаки не был так же силен в теории и тонких манипуляциях с чакрой как Учиха или Харуно, но вот в спаррингах и тактике был для гения серьёзным оппонентом.       Вдобавок не был он и изгоем, имея к своему выпуску достаточно приятелей в академии как среди второстепенных героев вроде Кибы или Шикамару, так и среди ребят, о которых в первоисточнике ничего не сказано. За что тоже стоит сказать спасибо Ируке-сенсею, с которым я уже свёл знакомство и разузнал многое о жизни моих ученичков в академии.       Жизнь Наруто расходилась с каноном и далее. Так, например, отличалась и история с похищением свитка. Здесь парнишку не смотря на невозможность создания иллюзорных клонов, на экзамене никто не заваливал. Остальные его навыки не подвергались сомнению, а наличие огромных запасов чакры, и, как следствие, проблемы с тонкими манипуляциями ей, были известны всем, включая Узумаки, что декларировалось как его особенность и врожденный талант. Так что блондин благополучно получил свой протектор, после чего к нему подкатил Мизуки, поведав о «секретном испытании» которое предлагается пройти самым выдающимся выпускникам. Призом в успешном завершении специальной инсценированной миссии была обещана возможность попасть на обучение к реально крутому шиноби. Вроде Копирующего ниндзя, который, по секрету, в этом году будет брать учеников…       Вот только Ирука уже достаточно развил соображалку у мальчика, который спросил об испытании у доверенного преподавателя, разом спутав предателю все карты.       Итогом стала блестяще проведенная операция. Наруто благополучно «выкрал» свиток и только успел открыть его, как явился нервный Мизуки, не собиравшийся давать ему время на изучение крутых техник. Но и уйти с трофеем ему не дали. На огонёк заскочил никто иной как Третий, который показательно скрутил предателя, показав мальчишке высший класс. И там уж толи у Наруто был достаточно подвешен язык, то ли дед изначально был расположен к мальчику, но технику теневого клонирования он тогда получил. Хорошая работа, Хирузен, пацан в тебе теперь души не чает!       В противовес Узумаки, школьная жизнь Учихи не сильно отклонялась от канона. Всё тот же замкнутый гений, разве что однажды зазвездившийся настолько, что для спускания его с небес на землю вызывали Неджи, учившегося в классе на год старше, чтобы тот показал юному глазастику что выпускаться досрочно, по примеру брата, ему рано. А потом уже и Наруто взялся за ум и сделался для Саске соперником, не дающим задирать нос.       Но более всех меня удивила Сакура. Она, о ужас, понимала что для завоевания внимания Саске ей нужна сила! А ещё понимала, что поведение несдержанной фанатки его бесит, и потому вела себя куда сдержаннее и милее. И именно она, более всего сумела удивить меня на экзамене с бубенцами. Боги, куда же я попал!       Но, обо всем по порядку. Канонично собрав детишек на экзамене с бубенцами, я прогнал перед ними каноничную телегу про отвоевание моих колокольчиков, с той лишь разницей что проходят либо проваливаются здесь все. Давить на кого-то возвращением в академию было бесполезно, потому как то, что команды юных ниндзя состоят из трёх человек, было известно давно и секретом не являлось.       Я дал отмашку и испытание началось. Детвора разбежалась, чтобы собраться неподалёку и начать составлять План. Ребята были наслышаны о репутации Копирующего, и понимали, что, даже сдерживаясь, я не буду им равным противником, а потому им явно требовалось объединить усилия.       Тут то и началось веселье. На полянке где я ждал от детворы активных действий, возник Наруто, и нет, он не напал — он сам спровоцировал меня на атаку. Как и в каноне, в селении он был известен как хулиган… ну, поначалу. Пока всё тот же Ирука не направил его активность в иное русло. Но навыки и заготовки у него явно остались.       Меня принялись закидывать шариками с краской и пахучими бомбочками, притом в таких масштабах, что уклониться от всего, не замаравшись хоть чуть-чуть или не провоняв какой-нибудь гадостью, было трудно. А это уже влечет определенные репутационные потери среди своих коллег — тут они меня просчитали. Прибавим к этому ещё несколько грубых анекдотов про творчество Джираи-сана и его поклонников, и мне не остается ничего, кроме как пойти выдавать Наруто профилактических лещей. За провокацию врага зачет!       Разумеется, бомбист и остряк оказался клоном. Он пытался увести меня за собой, но оказался развеян в ту же секунду. Следующей целью стала троица клонов Наруто под хенге седьмой команды, спрятанная неподалеку. Они якобы готовили мне засаду, но сами были засадой. Приблизившись к ним, я подвергся атаке нескольких десятков клонов, поваливших со всех сторон.       В этой толпе я нахожу настоящего, клепающего новых бойцов взамен потерянных и направляюсь к нему. Чтобы тут же влететь в барьерную ловушку! Прочности прозрачной стены, созданной печатями, не хватает чтобы удержать меня, но достаточно чтобы ошеломить самим фактом применения здесь фуиндзюцу. Этим моментом пользуется Саске и другие клоны Наруто чтобы войти со мной в клинч, не дать применить замещение и отобрать бубенцы.       Для меня этого достаточно. Прекращаю сдерживаться, решительно раскидываю мальчишек и заявляю им, что испытание они прошли. Тянуть больше я не видел смысла. Время было дорого.       Здесь мы и подбираемся к местной Сакуре, продолжающей удивлять меня раз за разом. Родители девочки любили свою дочь и хотели для неё самого лучшего. И так же они знали об отличии клановых шиноби от бесклановых. Поэтому, желая повысить шансы своего чада на выживание и успех, не пожалели больших денег чтобы на последнем году академии отдать её в ученицы ниндзя, практикующего фуиндзюцу. И здесь, умненькая девочка, хорошо контролирующая свои небольшие запасы чакры, добилась определенных успехов. Конечно, это был не уровень молодых генинов Узумаки, о стандартах которых Какаши доводилось слышать, но уже хороший козырь для своей возрастной группы и сильная заявка на выделение из массы бесклановых ниндзя. Каноничной слабостью здесь и не пахло.       Отмечали официальное образование седьмой команды мы в небольшом недорогом ресторанчике, который я показал ребятам. Попутно толкнув им лекцию о том, что шиноби пусть и живучая тварь, но хорошее питание важно и для неё. Что было особенно актуально для двух мальчишек без родителей, которые накормят их вкусно и разнообразно. При этом пообещал, что деньги на подобное у них будут.       Остаток первого дня мы провели на полигоне, где я проверял их знание академической программы, подробно опрашивал на предмет умений и доступных техник, с демонстрациями, выявлял сильные и слабые стороны, намечал пути дальнейшего развития, да и их мнение о том же самом узнавал. Так начиналось их ученичество.       Зная о грядущих событиях, я не мог тратить времени зря, а потому резко отринул местные традиции касательно D-ранговых миссий. Их мы выполняли ради отчётности и денег по две-три в день, выбирая только те, где требовалось выполнить определенный объем работ. Седьмые, при поддержке толпы клонов Наруто, под моим чутким руководством быстро справлялись с любым делом, что позволяло нам получать кучу свободного времени, которое тратилось на тренировки и отдых после них.       Общественность не одобряла и старалась образумить, но мне было некогда приучать своих генинов уважать труд простых людей и смирять свою гордыню «недостойной ниндзя» работой, так что я отбрехивался как мог. Моим подопечным тоже было некогда считать себя круче гор, только за счет наличия протектора, — они пыхтели под тяжестью моей учебной программы.       Начинали, как полагается, с основ искусства ниндзя. Развитие физических кондиций и наблюдательности, тренировки на увеличение объема чакры и её контроля, работа с метательным оружием и углубленная первая помощь. Проводили многочисленные спарринги как, например, один на один и трое против сенсея. Не забывали и про теорию. Так ребята слушали и конспектировали лекции бывалого ниндзя о различных бытовых нюансах, вроде правильно собранного на миссию рюкзака, умению выбрать, подогнать и ухаживать за различным снаряжением, хитростях походной жизни и т.д. Читали и пересказывали методички и свитки, которые я задавал им на дом, опираясь на знания Хатаке.       Постепенно наметились пути развития моих подопечных.       Саске я развивал в мастера ниндзюцу, — огненные техники у него получались на заглядение, и рукопашника с отменным владением метательным оружием. Последнее всегда было сильной стороной его клана, от которого парню достался в наследство внушительный арсенал холодняка. Сообща задумывались и о гендзюцу, но пока для иллюзий ещё было немного рано, так что Учиху я натаскивал в первую очередь на обнаружение чужих обманок. Конечно, основы этого умения я давал всем, но именно Саске, оправдывая имя своего клана, показал в этом наибольшие успехи.       Из Наруто я делал человека-армию. С ним мы плотно занимались рукопашкой, метательным оружием и тактикой. Дубли блондина стремительно переставали быть пушечным мясом, а превращались в бойцов, каждого из которых стоило воспринимать всерьез. К ниндзюцу мы с ним пока не подступались, за исключением, более сложной в исполнении, техники теневого клонирования сюрикена, над освоением которой сейчас пыхтел мальчишка. Навыки пакостника, проявились и на моих занятиях: Узумаки хорошо давалось устройство ловушек и организация засад, а также умение грамотно применять вещицы вроде дымовых или светошумовых гранат. Парадоксально, учитывая его любовь к мордобою в чистом поле. Не игнорировал Наруто и печати, но времени на всё у нас не хватало, да и парнишка был не железный. Пользуясь добытыми мной учебниками, и помощью Сакуры, он освоил создание взрывных печатей, работу с запечатывающими свитками и активацию созданных кем-либо другим простейших печатей, но дальше не пошёл. Всё-таки фуин — это одна из сложнейших дисциплин, заставляющая натурально скрипеть мозги и требующая прорву времени на своё освоение, даже если ты Узумаки, так что Наруто сам расставил приоритеты.       Сакуру я воспитывал как бойца поддержки, чему она не возражала, видя перед собой пример двух монстров в лице мальчишек. Главным её козырем являлось фуиндзюцу, однако я не заметил в ней большого таланта к печатям — эти знания ей давались непросто. На сегодняшний день Харуно умела работать с запечатывающими свитками, создавать и применять личный арсенал из взрывных, сигнальных и барьерных печатей, а так же использовать большинство типов «покупных» фуин. Неплохой набор, способный здорово упростить нам жизнь. Но не забывали мы и об основных навыках ниндзя — девочка могла постоять за себя в ближнем бою, на большее мы не замахивались. Отличилась она и в области медицины, премудрости которой усваивала лучше мальчишек, в результате чего была назначена мной в качестве отрядного медика и носителя аптечки. Я уже дал ей в этом плане практически всё, что умел сам. Дальше было только обучение в госпитале, необходимость которого и сама до неё доходила.       Огромным преимуществом нашей команды было теневое клонирование Наруто. Дубли блондина не только впахивали для нас на миссиях но и принимали самое активное в процессе обучения. И здесь речь шла не только о процессе передачи памяти от клона оригиналу. Массовка в виде замаскированных хенге двойников позволяла нам создавать инсценировки миссий, что очень разнообразило наши тренировки.       Мы отрабатывали сопровождение важных персон и караванов, боестолкновения и преследования, захваты целей и проникновения на охраняемые территории. Дети отрывались как могли, включаясь в процесс создания вводных для миссий и вкушая ту самую мифическую «романтику жизни шиноби», в виде защиты принцесс, спасения заложников и т.д. Всего того, чего абсолютное большинство ниндзя не видит, читая о том только в приключенческих книжках разной степени качества.       Постепенно рос масштаб наших учений. Применялись техники, подрывались связки взрывпечатей, в небо взмывали сигнальные ракеты, а массовые баталии с применением клонов было слышно далеко за пределами нашего полигона.       Всё это тоже привлекало соответствующее внимание. Большие начальники в лице старейшин и Третьего, и энтузиасты от образования, в лице Ируки, интересовались перспективами методики а знакомые сенсеи, со временем, пожелали присоединиться. Как я и ожидал…       Но и это случилось не сразу. Налаживать взаимодействие с другими командами и их наставниками мы, разумеется, начали с Гая, выступающего за любой кипиш кроме голодовки. Лучший соперник Какаши охотно раскручивался на совместные спарринги и различные соревнования, на нём же я аккуратно пробовал свои смелые задумки в области обмена знаниями.       И тут меня, увы, ожидал облом. Конечно, память Хатаке, досконально знавшего местные реалии, помогала отметать наиболее бредовые инициативы или указывать на вещи, которые могут получиться, сумей я найти нужный подход к интересующему джонину. Я заметно рисковал, выходя за рамки дозволенного в совместных тренировках команд, раскручивая Майто на серьёзный обмен знаниями. И поплатился за это, потому как на многие мои просьбы не соглашался даже чрезвычайно расположенный ко мне густобровик, сам знаменитый игнорированием некоторых местных условностей и неписаных правил.       Мои странные, по местным меркам, предложения он объяснял увлеченностью наставничеством и привязанностью ко своим генинам, что было очевидно уже всей деревне, но он весело, и одновременно серьезно, объяснял мне почему не может пойти на те или иные действия, даже с условием того что и я обещал расстараться ради его учеников. Всё это здорово отрезвило меня, опьяненного первыми успехами своих подопечных и открывавшимися перспективами, заставляя радоваться, что я не догадался лезть с подобными же предложениями к другим джонинам.       Рассчитывать на большее не приходилось. Мои товарищи не знали уготованной нам судьбы и действовали в соответствии со своими характерами и общественными нормами. И не были они благообразными простачками, что легко поверят всему, что расскажет им многократно испытанный соратник. Нет, эти вцепятся как клещи и принесут мне немало проблем, реши я пооткровенничать о возможном будущем.       Так что приходилось много думать, работать тоньше и не наглеть, но команды Куренай и Асумы всё-таки тоже стали проводить с нами совместные спарринги и принимать участие в инсценировочных миссиях. Которые стали отличным полем для совершенствования того же Шикамару, в котором уже начали прорезаться задатки командира и стратега. И пусть участвовать в тренировочных заданиях для него было «напряжно» и «геморно», но выдавать интересные вводные и планы действий для наших учений, при этом оставаясь в положении лёжа, ему даже нравилось. А ещё иногда в лесу что-то дохло и юный наследник Нара приносил свои наработки даже из дома, и в какой-то миг явился в сопровождении отца, который вежливо пригласил меня в гости, для обсуждения перспектив нашего метода занятий.       Конечно, никакого широкого внедрения учений с массовым применением теневых клонов не ожидалось. Слишком уж много факторов играло против, да и джинчурики с бездной чакры у нас был только один, а более коллективистские структуры вроде Анбу или якобы распущенного Корня и без того практиковали нечто подобное, но старший Нара явно что-то замышлял. Осталось только узнать что он надумал.       Так, фоном размышляя об этих высоких материях и вспоминая былое, я закончил свой отчёт и запечатав тетрадь в свиток, принялся собираться на вечернее мероприятие, на которое я же и раскошелился. ***       Время было позднее, отдохнувшие и сытые детишки разошлись по домам, а мы, сенсеи четырёх команд, ещё сидели за столом и вели неспешную беседу о том о сём. Дело шло к концу, все интересующие темы мы уже обсудили, а совокупное воздействие массажа, горячей воды, алкоголя и еды брало своё и с нас. Вскоре нужно было выдвигаться по домам, либо становиться на ночёвку здесь, чего изначально не предусматривали.       Вдруг беседа опять вернулась к предстоящему экзамену на чуунина. Всё это начал Гай и его мотив быстро стал ясен. Я укоризненно посмотрел на него, глазом выразив посыл «выкладывай уже». — Какаши, мой дорогой Соперник, я хочу предложить тебе спор, — с вызывающей улыбкой заявил мне Майто. — Я слушаю. — Победит тот, у кого больше генинов пройдёт в финальный этап, — меня не удивляет, что Гай уверен, что седьмые отправятся на экзамен — их уровень он отлично представлял, — если пройдёт равное количество, посмотрим на их успехи. Как тебе? — Подходит, — кивнул я. — Поговорим о награде… — Нет, нет, не продолжай! — замахал Гай руками, — Я и так знаю что у тебя на уме. Так и быть, я дам твоим ребятам с десяток уроков. Отшлифую их тай. Годится? — Да, — ухмыльнулся я под маской. Наконец-то он дозрел! — Что хочешь с моей стороны? — Подучи моих генинов в тех вещах, что плохо мне удаются, — выдал Зеленый Зверь. — А конкретнее… — Так сразу и не скажешь, — почесал в затылке мой вечный соперник. — Давай, завтра-послезавтра, напишу тебе список на трезвую голову. — Подходит. Я почти согласился, так что дело за тобой, — ох Гай, для твоих воспитанников я знаний не пожалею, но и у альтруизма здесь есть пределы, за которыми меня просто не поймут. — Если что, — я повернулся к слушающим нас Куренай и Асуме, — вы свидетели, что спор скоро начнется. — Да, Какаши, — ответил за двоих Сарутоби, задумчиво затянувшись сигаретой. — На этом и предлагаю расходиться.