19. Мелкие острова к северо-востоку от Спикероога, Скеллиге. 1261 г. Велен, 2 день.

Старик Крокрсон много повидал на своём веку. Его, бывалого рыбака, было трудно удивить. И ещё труднее - напугать. Особенно после десятого глотка из фляги с согревающим пойлом, которую он всегда носил с собою. Однако, то, что он увидел в тот вечер, заставило весь хмель выветриться из его головы. Он сидел на берегу небольшого островка, привалившись спиной к обомшелому камню. Рядом горел костёр, на нём в котелке варилась уха из свежевыловленной рыбы. Фляга была почти полна, а жизнь - хороша. Когда в 50 шагах от него над водой раскрылся овал со светящимися краями, он понюхал содержимое фляги. Пахло обычным самогоном. Когда из овала начали вываливаться в воду эльфы в латах, похожих на описание доспехов Дикой Охоты из старинных легенд, он икнул, закрыл флягу пробкой, и взялся рукой за висящий на шее Мьольнир. Когда вослед эльфам из овала вылетели пять молний, блеснули в воздухе, и, пролетев по искривлённой траектории, рассекли тела пятерых из девяти упавших в воду, окрасив её красным, он вскочил с места, помчался к своей лодке, запрыгнул в неё, и грёб как никогда в жизни, грёб так, что вода за кормой пенилась, а чайки провожали его недоумевающими взглядами. Корчма в деревне Сворлаг на Спикерооге процветала. Обычно сюда стекался народ со всего острова, чтобы выпить кружечку-другую, обсудить новости и потолковать о важных делах. Боцман Бейнсон сидел в углу корчмы, надвинув капюшон на голову, курил трубку, и прислушивался к разговорам немногочисленных посетителей. Народу в зале было мало, поскольку большинство мужчин-спикероожцев ещё утром ушли на промысел. А из болтовни тех, кто сидел сейчас здесь, никакой пользы извлечь было нельзя. Он уже собирался допить пиво и покинуть заведение, когда на улице раздались чьи-то истошные вопли. Выглянув за дверь, боцман увидел, что от причала к корчме бежит растрёпанный человек и кричит что-то нечленораздельное. Когда тот подбежал поближе, Бейнсон узнал одного из местных рыбаков, старого Крокрсона. Тот тяжело дышал, глаза у него были навыкате, а руки тряслись. - Дикаул, дикаул, Карая Охота, - кричал явно помешавшийся умом, - Нагльфасный ужар! Спасите, помогите, - изо всей тирады понятны были только последние два слова. Добежав до таверны, Крокрсон ввалился в помещение, упал на четвереньки, несколько мгновений вращал головой, после чего ринулся к стойке и выпалил: "К-к-к-карахота!". Корчмарь хмыкнул и покрутил пальцем у виска. Посетители таверны уже показывали на несчастного пальцами и заливались хохотом. А Бейнсон подошёл к бедняге и сунул в его трясущиеся руки свою кружку. Когда её содержимое оказалось в недрах старика, взгляд последнего стал осмысленнее. - Садись, дядя, расскажи, что стряслось. Ещё два каэдвенских стаута, - вторая фраза предназначалась корчмарю. Холодное пиво подействовало на рыбака благотворным образом. Сидя за столом в углу, он смог связно рассказать об увиденном. - Так где, говоришь, дело было? - спросил Бейнсон. - Да в десяти лигах к северо-востоку от Спикероога. Там четыре островка, вот на самом северном из них, там ещё сосна на верхушке скалы, я и сидел и варил уху. - И что же, прямо в воду попадали? - Прямо в воду. Живым, думаю, никто из них не вышел. Там глубоко, а в таких доспехах особо не поплаваешь. Больше туда рыбачить не пойду. А ну как они призраками станут? А мёртвые эльфы, они ж ещё страшнее живых. - Что ж, предлагаю ещё по кружечке, за защиту от призраков. - Да чтоб их Хель забрала, проклятых! Спустя час после заката из дверей таверны вывалились пошатывающийся Крокрсон и чуть более твёрдо стоящий на ногах Бейнсон. Первый почти висел на плече второго. - И как я теперь дойду до дома, ик, в таком состоянии? - промямлил старик. - А я тебя доведу. Не бросать же друга в беде, - ответил Бейнсон. - Ты знаешь, где мой дом? Он за тем холмом. Надо идти вот по этой дорожке, мимо той рощицы. Да, правильно, так держать. Стой. Куда ты меня ведёшь? Нам не туда. Да ты, видать, пьян ещё больше чем я. Это не та дорога. Ну и чего мы остановились? Эй, зачем у тебя в руке нож? Бейнсон выпрямился, вытер нож, и потащил ещё не успевшее остыть тело к спрятанной в кустах лодке. В его движениях не было ни намёка на хмель. Погрузив туда тело, он отчалил и налёг на вёсла, двигаясь по направлению к Игле Улулы. Это место славилось дрянной и непредсказуемой погодой, там регулярно разбивались корабли. Приблизившись к скалистому островку, названному в честь жены Сове - основателя местного клана Броквар, он с усилием поднял обвязанный верёвкой камень и перевалил его через борт лодки. Через несколько мгновений следом за ним отправилось тело Крокрсона. Проследив за тем, как улики скрылись под водой, Бейнсон смыл морской водой следы крови со дна лодки и спокойно погрёб обратно к берегу, где спрятал лодку в других кустах.