глава двадцать третья, в которой последние минуты посвящаются семье

      — Если о том, что это последний день, никто не будет догадываться, то, конечно, с семьей, — постучав пальцами по столу, Катерина Сергеевна приняла задумчивый вид, сразу посерьезнев. — Посмотрела бы с вами наших обожаемых «Чародеев», погуляла бы во дворе, насладилась бы заходящим солнцем, природой, тем, что вокруг. Сложно представить себе это в красках, разумеется, ведь никогда не поймешь, сколько тебе в самом деле отмерено. В подобном незнании есть своя прелесть: от каждой минуты стараешься взять, как можно больше. Но если бы мне сказали, что осталось не более двадцати четырех часов, я бы первым делом подумала о родных. О вас.