Пролог "Что есть смерть, как не новое интересное приключение"

      Мальчик, известный всей магической Британии как Гарри Поттер, беззвучно шел по темному лесу, навстречу смерти. Он упрямо старался не обдумывать данную мысль, противно крутящуюся в голове, как бабочками режущую, так и личинками выедающую грудь. Пойти на это ради спасения друзей — так он решил после воспоминаний Северуса. Теперь уже Северуса. Лорд обещал закончить со всем этим ужасом, как только Гарри умрет — каким образом тут можно было отказаться? Столько людей в свою очередь погибло из-за него. Он чувствовал огромное давление, прижимающее к земле — верить в обещания Тома было сложно, но что еще ему оставалось — Мальчику-надежде всея Британии, чертовому Гарри Поттеру. Просто сидеть он уже не мог. Пусть все знакомые набатом твердили о том, что его вины тут нет, но Гарри видел их взгляды, полные мольбы и отчаяния. Говорящие: «Помоги, сделай хоть что-то. Ты ведь герой, спаси нас!» Они были везде: в коридорах, в общем зале, больничном крыле, переполненном паром крови и ранеными. Даже в глазах родных и друзей он видел призыв, надежду на магическим образом сотворённое решение. Даже смешно. Что он, по их мнению, должен был сделать? Что он мог сделать против опытного мага? Гарри знал ответ. Ничего. Он был и по сей день остается полностью бессилен. Все прошлые попытки не закончились его смертью лишь по счастливой случайности. Волдеморт не ставил цели убивать его, теперь Гарри отлично видел. После всех смертей от рук пожирателей, после парализующего страха встретить кого-то из друзей в последний раз, к нему пришло осознание: с ним игрались. Как кот играет с мышкой, отдавая в лапы той возможность убежать, но в момент, когда игра надоест, мышка умрет. Поттер не хотел лишних жертв. Достаточно. Больше никто не умрет из-за его бездействия. Достав воскрешающий камень, он задумчиво покрутил его в руках. Мальчик взял с собой дары смерти — теперь нужно было спрятать их. Они ни за что не должны достаться Лорду, только не ему. Возможно, стоило отдать их Гермионе: она умная, придумала бы что-нибудь. Только вот уже поздно. Гарри грустно улыбнулся. Не думать не получалось. Ему будет очень не хватать Рона и Гермионы: их совместных вечеров в палатке, шуток, даже ссор. А они, дурашки, наверное, будут проклинать его, после того как осознают, что он сделал. И, конечно же, скорбеть. Гарри считал себя предателем — сбежал и не сказал ничего. Как он мог поступить так с самыми дорогими людьми в его жизни? Герой всея Британии, Гарри Поттер, чувствовал себя последним трусом. Захотелось вдруг оставить это всё. Свернуться клубочком под ближайшей сырой осиной и забыть про окружающих: про войну, смерть, отчаяние и безнадежность, поселившуюся глубоко в душе и пустившую корни в самые нежно-отдаленные места. Хотелось плакать. Но всемирный герой себе этого позволить не мог. Зато мог позволить сам Гарри. Тот, который остался где-то там, в чулане. Слезы всё-таки потекли из глаз, и он попытался стереть их, но лишь размазал грязь по лицу. Кричать было нельзя, и юноша лишь зажал рот рукой, замычав в пыльный рукав. Как больно! Больно. Дерево скрипнуло, а костяшки неприятно начало саднить. «Черт! Соберись!» Пора было начинать игру.

***

Камень был выкинут в какой-то овраг, а мантию он спрятал под корни огромного дуба. Там точно не должны найти. По крайней мере, в ближайшее время. Подходя ближе к поляне, он начинал лучше различать голоса Пожирателей. Чары невидимости пока работали, и никто его не смог заметить, различить. Появилась задорная мысль — а, может, просто уйти? Но Гарри стоял за деревьями, смотря на Волдеморта: Темный маг расхаживал взад-вперед и всем своим естеством выглядел недовольно. Его змея висела рядом в защитном куполе, лениво, по-величественному извиваясь. Очевидно, пробить тот было очень сложно. Приспешники жались по краям, наглядно пытаясь слиться с деревьями. «Наверняка не хотят получать круцио» — Гарри знал, что назначенное время почти закончилось. Пора было выходить, но он медлил. Не мог сделать очевидный шаг. Мысль, которую он отгонял долгое время, наконец сформировалась в его голове. Сердце стало бешено биться, а воздуха — критично не хватать. Это конец. Он умрет. Окончательно и бесповоротно. Умрет! Гарри было всего семнадцать — и он очень не хотел умирать. Вся жизнь впереди, огромный неисследованный мир; Гарри вспомнил, как во время далекого турнира мечтал поехать во Францию, а после в Болгарию, навестить Флер и Виктора, осмотреть все-все достопримечательности. Тогда жизнь была полна яркими красками, она разрешала ему рисовать солнце. Гарри не помнит, когда он в последний раз видел солнце. Ноги подогнулись, и он рухнул в дряхлую листву. «Я не хочу умирать, как же я не хочу. Мне так страшно, пожалуйста, помогите, я не хочу! Я не смогу, мне нужно вернуться в замок и придумать еще один способ». Голова закружилась. Еще немного — и мальчик упадет в обморок, нужно было срочно успокаиваться. Слезы крупными каплями падали на землю, впитываясь в предзимнюю листву. Нет! Он не сможет вернуться. Не сможет смотреть им в глаза после всего. Гарри уже совершил столько героических поступков, что и не пересчитать смертному. Теперь осталось совершить последний, решающий. Стало немного легче. Вздохи успокоились, считаясь реже, и Гарри в конце концов смог встать. Нужно идти сейчас. И он шагнул на поляну, снимая свое последнее заклинание. Темный Лорд, казалось, был удивлён, но Гарри уже стало всё равно. Он перешагнул через себя, почти смог принять неизбежное, хоть и чувствовал тупую режущую боль в груди. Бабочки умрут вместе с ним. Пусть всё закончится поскорее. Перед зеленой вспышкой он закрыл глаза. Это его конец — его, личный, Гарри Поттера.