Утренняя увертюра.

Утро в Доме Совы было тихое, и все жители Кипящих Островов, чья туша Титана все ещё была окутанной предрассветной тьмой, мирно нежились в своих постелях. Гарри Поттер-Клоторн, восьми лет от роду, только что открыл глаза, скорей почувствовав, чем услышал шум беспокойства из соседней комнаты. Если трудные сны беспокоили кого-нибудь из домочадцев то это проявлялось не столь в крика и шуме, в последующих действиях — сломанных по неосторожности вещах, понижении температуры в доме ниже нуля и т.д. и т.п. Но Ичиго был более тихим, привыкшим скрывать свою боль и сносить ее в одиночестве… Но это не означало, что в Доме Совы этого никто не заметил! Гарри аккуратно поднялся из кровати и поднялся на верхний ярус, где спал его старший брат. — Сейдж… — Ага… — из-под одеяло высунулась сначала голова, а затем и все фигура четырнадцатилетнего мальчика-ликантропа, напоминающий щенка японского волка. Мальчики тихонько вышли из своей комнаты и пошли к комнате старших мальчиков и осторожно, что бы не разбудить Соджиро Кусаку, зайдя внутрь, Сейдж и Гарри подошли к кровати Ичиго. Рыжеволосый уже не спал, а просто лёжа на спине, прикрывая глаза сгибом локтя, находясь где-то глубоко в своих мыслях. После нескольких дней эмоциональных американских горок Ичиго надеялся на несколько дней тишины и покоя. Конечно, учитывая всю ту удачи, которая сопутствовала ему как в в первой встречи с Бьякуэй и Рендзи, миссии по спасением Рукии и Орихимэ, и наконец в Зимней Войне, а затем целый год безысходности и бессилия, сопровождающаяся вспышками острой, необъяснимой боли, которые он старательно скрывал от окружающих. Последняя была очень сильной и застигла его врасплох, когда он пересекал мост, от чего Ичиго, пошатнувшись, перевалился за ограждение. Если бы тогда его не заметила Эда… Чья-то маленькая рука осторожно потянула его за рукав. — Эм… Хочешь увидеть магию, Ичи…

***

Через десять минут мальчики уже стояли в темноте у открытого окна. Гарри набрал полную грудь воздуха и изо всех сил дунул. Уличные фонари в Боунстоне мигом погасли, точно свечки на фейском пироге. Сейдж повернулся к Ичиго: — Теперь ты, Ичи. Ичиго немного замешкался, но послушно дунул еще и еще, и в небе начали гаснуть звезды. Затем Сейдж улыбнулся и начал указывал когтистым пальцем. Там и там. Теперь тут и вот тут… В предутреннем тумане один за другим прорезались в домах зажигались огни. — Просыпаетесь! Пора вставать! Дом Совы начал «оживать». — Куго, разбуди Кокуто! — Гарри немного подождал. — Хутси, готовь завтрак! Сквозняк пронес по всем коридорам теплый дух жареного теста. — Просыпайся, Боунстон! Мисс Луламун, господин Эмилио, профессор Бенедикт! Просыпаетесь и будите своих родных! Миссис Баника, запрягайте грифонов, выводите из сарая фургон, пора ехать на пастбища! По ту сторону леса открыли свои драконьи глаза угрюмые особняки, а в воздухе далёким эхом прозвучал клич грифонов. — Мистер Пуддин, бегите в трамвайное депо! И вскоре по узким руслам мощеных улиц поплывет трамвай, запряженный парочкой гипогрифов, рассыпая вокруг жаркие синие искры. — Госпада, вы готовы? — шепнул Сейдж Боунстону . — Готовы? — удивлённо повторил Ичиго у младших мальчиков. — Эй, вы все — ПРОСНИТЕСЬ! Раздались крики будильников. Гулко пробили часы на здании мэрии и библиотеки. Точно сеть, заброшенная рукой Сейджа, с деревьев взметнулись птицы и запели. Юные вервольф и мальчик выжидают посмотрели на и Ичиго, на что Куросаки усмехнулся им в ответ и поднял руку на головой, точно держа в них меч. Прикрыв глаза и сосредоточившись, он глубоко вздохнул, чувствуя как световой глиф на груди начал теплеть, распространяя по телу юноши магию, которая в конечном счёте сконцентрировалась в руках, принимая форму банкая его меча, разве что полностью состоявшего из света — Гецуга Теншо! — с боевым кличем он направил атаку к востоку. И взошло солнце. Ичиго довольно скрестил руки на груди, когда младшие мальчики ликовали, словно приветствуя как солнце, так и вернувшего его героя. — «Вот то-то,» — думал он, все ещё чувствуя как магия теплилась в его груди и на кончиках пальцев. — «Возможно это будет хорошее лето!» И он напоследок оглядел город и щёлкнул пальцами. Распахнулись двери домов, ведьмы и демоны вышли на улицу. Первое лето Ичиго Куросаки на Кипящих Островах только что началось.