Пролог.

Хлоя оглянулась по сторонам. В переулке было темно и неуютно; кто блин назначает встречу в таких местах, если не насильники? И зачем она вообще сюда пошла, спрашивается? Ещё и Сабринчика с охраной отшила: сама дойду, не маленькая уже, семнадцать лет!.. Теперь-то она себя сильно корила за такую самоуверенность. Ей бы развернуться назад, выйти из этого неприглядного переулка, зайти в кафешку и запить свою дурость парой чашечек чая, — Дюпэн-Чэн, сучка, пристрастила к этому напитку; точнее, во всём виновата её мать! От чая худеют, видите ли! — и успокоиться последующим шопингом. Но она, как последняя идиотка, продолжала стоять в переулке, ожидая неизвестно кого. Хлоя сжимала в руках своё единственное оружие, сумочку от Prada, и молилась, чтобы не пришлось пускать её в ход. Она за эту сумочку отвалила просто неприличное количество денег, чтобы бить ею чьи-то рожи; узнав эту сумму, потенциальные недоброжелатели должны немедленно совершить сеппуку. Или харакири. Или что там ещё; Хлоя путалась в терминах, а запомнила их только из-за того, насколько красиво они звучали изо рта Кагами. Только вслушайтесь: ха-ра-ки-и-ири. Сеп-пу-у-уку. Практически Pra-a-ada или Chane-e-el! — Я думал, ты не придёшь, девушка. Хлоя взвизгнула и сразу же повернулась к источнику голоса, выставляя перед собой своё грозное бежевое орудие. Звякнула цепочка на сумке. Ну и ладно, ну и пусть! Испоганит она сумочку о чужой череп, зато останется в живых! К тому же, все эти бренды — фуфера собачья, и настоящие уникальные шмотки делаются на заказ. Она лучше Дюпэн-Чэн заплатит за суперскую сумочку в два, нет, в три раза больше! За Хлоей стоял мужчина. Китаец. Очень низкий, едва ли выше полторашки, и в совершенно безвкусной одежонке. Ну кто носит красные рубашки-гавайки в таком городе, как Париж? Нелепо, совершенно нелепо! А уж про «немецкую» привычку натягивать сандалии на белые носки Хлоя вообще молчала. Не была бы она столь напугана, обязательно прошлась бы по чувству стиля этого мужичонки. — Кто вы? Что вам надо от меня? И откуда вы знаете Поллен?! Китаец хмыкнул и одним пальцем, — брезгливо?! Да ты хоть знаешь, сколько она стоит, насекомоядное?! — отодвинул от своего лица сумочку. Хлоя зашипела практически по-кошачьи и прижала своё сокровище к груди. Ну его! Ещё подхватит от этих китаёз не только любовь к их отвратительному чаю, — «Разгоняет метаболизм, убирает отёки, придаёт бодрости! Попробуй, милая!» — но и к чему-то пострашнее. К цзяоцзы, например. Она вообще не должна знать, что такое цзяоцзы! Даже если у них минимальная калорийность! Чёрт бы побрал эту Сабину!!! — Спокойнее, девушка. Всё хорошо. Как я и упоминал в письме, у вас будет возможность вернуть себе Талисман Поллен. Вы, кажется, здесь ради этого? Хлоя поджала губы и ещё сильнее сжала сумочку. Поллен… да. Она действительно пришла сюда из-за этого. Для того, чтобы вернуть маленькую волшебную пчёлку, которую отобрали у неё совершенно незаслуженно. Нет, конечно, Хлоя признавала, что она была той ещё сучкой, но бог ты мой, будто она одна такая! Сезар вообще сучка в два раза тяжелее — и ничего, бегает в своих лисьих шмотках, будто так и надо! Вы её задницу видели вообще?! Хлоя бы хотела иметь самомнение размером с эту задницу, вот что. — Цена. — Прямо так? — благодушно усмехнулся Китаец. — Сразу к делу? Хлоя откинула волосы за спину и раздражённо посмотрела на мужчину. — У меня как будто проблем нет, чтобы ещё что-то на себя навешивать, — выплюнула она сквозь зубы. — Называй цену и молись своим узкоглазым богам, чтобы она меня устроила. — А если нет? — То я позвоню дяде Роджеру, и тебя разберут на рёбрышки для китайского ресторана. Мужчина засмеялся. Затем он достал из кармана своих отвратительных широких коротких шортёнок шкатулку, и у Хлои мгновенно пересохло во рту. О, она знала эту шкатулку; этот деревянный шестиугольник мелькал в её снах, в кошмарах, являлся в мечтах. Он был тем, о чём Хлоя грезила последние три года — с тех самых пор, когда сучка Дюпэн-Чэн… ...то есть, сучка-Ледибаг... Старик протянул Хлое коробочку, и Буржуа, не думая, выхватила её из старческих пальцев. Внутри был всё тот же золотой гребень с пчелой. И, надев его, Хлоя едва не расплакалась: в ярких искрах перед ней возникла Поллен, маленькая волшебная пчёлка. — Моя Королева! — ахнула малышка, прижав лапки к крошечному рту. — Как я рада вас видеть! Ну, ну, не плачьте, макияж потечёт… — Он водостойкий! — рявкнула Хлоя, не справившись с эмоциями; Поллен сразу же закивала, не смея спорить, соглашаясь с тем, что нет никаких чёрных разводов у Хлои на щеках, и пчёлке это только кажется. Китаец откашлялся. — Говоря о цене, — сказал он голосом змия-искусителя, — то она небольшая. И касается нашего общего знакомого… Кота Нуара. Хлоя сжала губы. Кот Нуар… — У меня есть дела помимо этого кошака, — сказала она, осторожно поглаживая Поллен по голове. — К тому же, его давно никто не видел. Уж несколько месяцев точно. — Ты видела его вчера, — покачал головой старик. — О, бог мой, китайка, я вчера не могла его видеть, потому что целый день была в больнице с другом! А там не так-то много людей! Там… та-ак… Мужчина кивнул. — Начинаешь понимать, верно? Хлоя прищурилась. Посадила Поллен себе на плечо и воинственно упёрла руки в бока. — Выкладывай всё, что знаешь, — приказала она, недовольно смотря на мужчину. — А если нет, то что? — продолжал веселиться этот человек с отсутствующим вкусом. — Сдашь меня на рёбрышки? Она фыркнула. — Мечтай больше. Не расскажешь всё, что знаешь — я прикажу Поллен сделать из тебя маньтоу. …она правда не должна была знать, что это такое. Даже если калорийность у этой булки меньше двухсот.