Личные впечатления

      Варрик встретил их у выхода на мост и заявил, что лучшие книги получаются на основе личных впечатлений, поэтому он идет смотреть, как закрывают разрывы и пусть даже не пытаются его прогонять. Наверное проще было напроситься в компанию к Каллену, который ушел раньше с дюжиной солдат — расчистить подходы. Но что Варрик, собственно пропускал, не увязавшись за солдатами — очередную мясорубку? Насмотрелся, за свою жизнь, спасибо. До того они пытались выставлять вокруг разрывов оцепление, но вышло плохо: когда неподалеку от дыры в завесе были разумные существа, демоны лезли из тени точно слепни, учуявшие вспотевшее тело. Стоило отвести людей — и стало удивительно тихо. Время от времени просачивались призраки, болтались по окрестностям, пока не натыкались на очередной патруль. Солас, услышав об этом, сказал, что все логично, так и должно быть, а на не слишком вежливый вопрос Кассандры, мол какого ж рожна молчал до того, заметил, что его никто не спрашивал. Эльф тоже ушел вместе с Калленом: солдаты солдатами, но когда речь идет о демонах, толковый маг может оказаться куда полезней пары-тройки мечников. Так что сопровождали девочку Кассандра и Лелиана.       Увидев Варрика, Искательница возмутилась, попытавшись отправить «нахала» домой, но тот только ухмыльнулся:       — Я свободный гном, Искательница. Гуляю где хочу. А сегодня мне прямо-таки необходимо прогуляться около разрыва. Говорят, созерцание зеленого благотворно влияет на зрение. Успокаивает уставшие глаза.       Кассандра фыркнула:       — Огненный шар в лицо особенно благотворно влияет на зрение.       — Я буду очень осторожен, — ухмыльнулся Варрик. — Ведь, если что, в моем лице литература понесет невосполнимую утрату.       — Оставь его, — сказала Лелиана. — Меч, лук и арбалет лучше чем только меч и лук.       Кассандра снова фыркнула, но спорить не стала. Варрик нахально оттеснил в сторону Лелиану, подхватив Арайю под руку.       — Как настроение, Незабудка? Готова к подвигам?       Девочка отчаянно замотала головой.       — Боишься? — спросил он совсем другим тоном.       — Да.       — Это правильно. Страх — очень полезная штука. Он дает силы творить такое, на что в обычной жизни мы неспособны. Например, я однажды сиганул на пять саженей вверх по отвесной стене. Без крюка и веревки, что характерно.       — Брешешь, — сказала Кассандра.       — В тебя когда-нибудь плевался ядом виверн? — вкрадчиво поинтересовался гном. — Уверяю, и не то выйдет, когда в морду летит этакая гадость.       — У меня не вышло ничего подобного, когда дракон пыхнул огнем. Хотя очень хотелось, должна признаться.       — Ну куда ж вам, героям. У Хоука тоже не вышло. А гному вроде меня, всех достоинств которого — хорошо подвешенный язык, приходится быть очень шустрым.       Арайя хихикнула:       — Надеюсь, мне не придется проверять, способна ли я одолеть пять саженей по отвесной стене.       — А вдруг получится?       — Не накличь, гном, — оглянулась Кассандра.       — Молчу-молчу.       Но, вопреки сказанному не только не замолчал, а продолжал балагурить, чтобы девочке некогда было бояться. Он не затыкался, пока из-за очередного холма не раздались крики и ругань. Впрочем, когда они взобрались на вершину и в сотне ярдов засветилась ядовитая зелень, крики стихли, а в центре плотного кольца солдат, окруживших разрыв лежали лишь неподвижные тела тех, кого демоны успели одолеть.       — Быстро сюда, — крикнул Солас.       Кассандра схватила девочку за руку, быстрым шагом — Арайе пришлось бежать — спустилась с холма. Солас выхватил у нее ребенка, подняв на руки, заставил вскинуть ладонь, перчатка на которой скрывала метку. Разрыв вспыхнул и исчез.       — Получилось, — выдохнула Кассандра.       — Получилось. — кивнул Солас, возвращая Арайю на землю. Девочка ошарашенно уставилась на собственную руку.       — Значит, действуем по плану, — сказал Каллен. — К храму. Точнее, к тому, что от него осталось.       Повинуясь команде, солдаты перестроились, двинулись впереди.       Когда дорога превратилась в обугленный камень, с разбросанными тут и там мумифицированными телами, притих даже Варрик. Взял Арайю за руку, сказал негромко;       — Не смотри по сторонам. Лучше на небо… Гм, — он поднял взгляд. — Нет, на небо тоже не стоит. Лучше…       Варрик осекся. Будь она постарше, можно было бы предложить полюбоваться на чью-нибудь задницу, это всяко лучше зеленой дыры в небе и обугленных трупов. Да и выбирать было из чего. Но…       — Ладно, проехали, — сказал он. — В общем, не смотри.       Арайя послушно уставилась под ноги. Тоже удовольствие небольшое, но хоть не трупы. Впрочем, трупов было удивительно мало, учитывая, сколько народа собралось на Конклаве и сгинуло в чудовищном взрыве, разорвавшем само небо.       — Нет, — сказала девочка через дюжину шагов. — Так еще хуже. Все время кажется, что-нибудь выпрыгнет, а я не увижу.       — Ну, как знаешь, Незабудка.       Самого Варрика куда больше нервировала красная дрянь, невесть откуда взявшаяся на месте древнего храма, но ему и не двенадцать лет.       Наконец, они оказались на месте. Арайя, задрав голову, уставилась на разрыв.       — Высоко. Дотянусь?       — Дотянешься, — сказал Солас. — Этот разрыв напрямую связан с Брешью. Закроешь его — закроется и она. Только сначала придется его открыть.       — И выпустить кучу демонов, — флегматично заметил Варрик. — Ты уверен?       — Придется. Сейчас он как криво пришитая заплата: дыру прикрывает, но торчит, стягивает все вокруг и долго не продержится. Чтобы переделать как надо, ее придется оторвать.       — А Незабудке обязательно торчать под самым разрывом, когда он откроется?       — Иначе не дотянется. Но тебе не обязательно.       — И пропустить все веселье?       Кассандра смерила взглядом разрыв, ребенка, покачала головой, переглянувшись с Калленом. И оба начали распоряжаться. Пока Каллен объяснял что-то солдатам. Кассандра велела Варрику держаться рядом с Лелианой и Соласом — «вон у тех камней» — и «не путаться под ногами». Гном спорить не стал, рассудив, что с «тех камней» очень удобно стрелять поверх голов в ту дрянь, что полезет из разрыва — а она непременно полезет. Неподалеку солдаты положили здоровый осадный щит — по дороге сюда Варрик еще дивился, зачем они волокут с собой этакую тяжесть, время от времени меняясь. Не крепость же брать. Сейчас, кажется, начинал понимать.       Люди оцепили разрыв. Касандра, Каллен и Арайя остановились под ним. Каллен, присев, что-то втолковывал девочке, та кивала. Переспросил, выслушал. Выпрямившись, глянул на Соласа — тот кивнул.       — Давай, — сказал Каллен.       Арайя вскинула руку, из ладони вырвался зеленый луч. Полыхнул разрыв. Солас взмахнул посохом — вокруг девочки и стоящих рядом взрослых засветился барьер. Арайя порскнула прочь, Кассандра и Каллен за ней. Когда все трое оказались у щита, Каллен приподнял его — девочка мышонком шмыгнула вниз. Командир прикрыл ее щитом, оперев край о камень, проверил, надежно ли держится, не упадет ли сам по себе. Развернулся к разрыву, встав плечом к плечу с Кассандрой — оба с оружием и щитами наготове.       А у разрыва тем временем, на взгляд Варрика, начинался форменный бардак. Всякого он навидался в компании Хоука, но такого здорового гада, что вылез сейчас — в первый раз. И, будто его мало было — парочка демонов гнева и призраки. Пожалуй, зря он не захотел пропускать веселье. Прекрасно бы обошелся без подобного развлечения.       — Смеюн, а точно по-другому нельзя было? — поинтересовался он, всаживая болт в башку призрака, который вздумал отделиться от остальных и рвануть прямо к их маленькой компании.       — Точно. — Эльф саданул призрака заклинанием, нечисть исчезла.       Тем временем внизу Каллен с Кассандрой уделали демона гнева, да так, что любо-дорого было посмотреть. Как будто полжизни учились работать в паре. Впрочем, почему нет? Сражаться в группе, поддерживая друг друга наверняка учат и храмовников, и искателей.       А потом здоровый гад расшвырял солдат, словно кегли, двинулся к ним — и Варрику быстро стало не до того, чтобы наблюдать за остальными: унести бы ноги, когда искрящий хлыст лупит по тому месту, где он только что стоял. Если два-три удара такой дряни разносит в щепки щит, что говорить о бедном гноме, который, хоть и вышел из камня — если верить преданиями — но сам-то совсем не каменный. Он перекатился, вскочил на ноги, выстрелил, еще и еще, снова отскочил, огляделся. И со всех ног рванул туда, где, сомкнув щиты, пятились Каллен и Кассандра, а за их спинами топталась девчонка. Когда они успели выдернуть ее из укрытия, сейчас благополучно превратившегося в обломки под ногами демона, гном не заметил, слишком занятый собственным выживанием.       Взлетел хлыст — Варрик едва не зажмурился — но в последний миг всех троих окутало голубое сияние барьера, в голову демона влетел каменный кулак. Чудище взревело, развернулось. Гном метнулся у него под ногами, едва уберегшись от превращения в лепешку.       — Уводи ее, — выдохнул Каллен.       А следом — еще кое-что, что при детях явно говорить не стоило. Варрик глянул ему через плечо и едва не повторил тираду. Впрочем, времени не хватило, успел только обнять девчонку, да развернуться, а еще во всей полноте ощущений представить, как между лопаток прилетает огненный шар, пущенный демоном гнева — однажды подобный попал ему в бок, и это были не те впечатления, которые хотелось бы повторять. Но обошлось: двое воинов успели сомкнуть щиты, так что только горячим воздухом обожгло.       — Валите нахрен! — рявкнула Кассандра.       Варрик свалил. Рванул к выходу, не забывая крепко держать девочку за руку и поглядывать назад — благо, в такие минуты у него глаза на затылке вырастали. Уложил сунувшегося под руку призрака — Бьянка не подвела. Уронил Арайю, прикрывая собой, пропустив поверху еще один огненный шар: долбаный демон решил, что гном и эльфийка — именно то, что ему не хватало для полного счастья, пока остальные завязли в сражении со здоровенным гадом, который никак не хотел дохнуть. Вскочил. Отпихнул девчонку за спину.       — Беги!       Выстрелил. Еще. И еще, медленно пятясь, привлекая внимание к себе, давая Арайе время смыться. Благо, дорогу к храму они зачистили. Даже если все обернется совсем плохо, до Убежища девочка должна дойти. Оглянулся. Дуреха застыла шагах в десяти от него, таращась на демона широко распахнутыми глазами.       — Беги, мать твою!       Прибавил громко и заковыристо — такого при детях точно говорить не стоило, а уж тем более прямо к ребенку обращаясь, но шкура у Варрика была одна, жаль ее оказалось до невозможности. Шаг назад. Еще один. Из-под ноги вывернулся камень, гном пошатнулся, в лодыжке что-то хрустнуло. Все, добегался. Спустил тетиву, понимая, что уложить демона до того, как тот приблизится вплотную, не успеет.       Девчонка заверещала подстреленным зайцем — и вместо того,чтобы удирать со всех ног, метнулась обратно. Пронеслась в шаге от чудовища тому за спину, подхватила какую-то каменюку, запустила в демона. Монстр замер — Варрик был готов поклясться чем угодно, что чудище ошарашено не меньше, чем он сам, и плевать, что демоны не умеют удивляться. Или умеют? Второй камень прилетел демону в голову, за ним последовал еще один.       — Отвали от него!       Демон развернулся. Арайя завизжала. Варрик выстрелил, еще и еще. Демон снова развернулся, видимо, резонно рассудив, что болт в заднице все же опасней камня, пущенного детской рукой. Если это место у демонов гнева можно назвать задницей, конечно, ног-то у них нет. Схлопотал еще один болт в харю — и взорвался, опалив ворохом искр.       Варрик осел наземь.       — Ну, Незабудка, ты даешь!       Арайя кинулась к нему, обняла и разрыдалась.       Так их и нашли остальные — сидящего на земле гнома и всхлипывающую у него на груди девочку.       — Цела? — встревоженно спросила Кассандра.       — Цела,— сказал Варрик, гладя Арайю по волосам. Добавил: — А девочка-то герой. Подучила бы ты ее, Искательница. В следующий раз камней под рукой может не оказаться.       — Ничего я не герой, — девочка вытерла нос рукавом. — Испугалась просто.       — Ну я же говорил, страх — очень полезная штука, — ухмыльнулся гном. — Давай с ними, Незабудка. Эту дыру еще надо закрыть.       Арайя взяла за руку Кассандру, пошла обратно. Варрик поглядел ей вслед, устало прикрыл глаза.       Дались ему эти личные впечатления.