Падение

      Иногда Каллен сам себе казался мрачным подозрительным типом.       Казалось бы: все хорошо. Возвели вторую стену вокруг Убежища. Не каменную, конечно: полноценное строительство затянулось бы на несколько лет. Просто сруб во всю длину стены и высотой в два человеческих роста, разделенный бревнами же на ячейки, засыпанные землей и камнями. Поверх — дозорные башни, снаружи — торчащий частокол «игл» и ряд рогаток. Не идеал, но все лучше, чем покосившийся частокол, что был раньше. Его, кстати, тоже подновили, хотя, если падет стена, частокол никого особо не удержит.       Стены патрулировали и храмовники и маги. Вот, вроде бы, еще один повод для радости — и те и другие научились не только не бросаться друг на друга, но даже кое-как взаимодействовать. Скольких преждевременных седых волос это стоило Жозефине, серу Делрину, Фионе и ему самому, уже не слишком важно. Главное, никто друг друга не поубивал, притираясь.       Как не поубивали друг друга и Солас, Вивьен и Дориан, пока рассчитывали, как именно нужно подкорректировать влияние метки, якоря, как называл ее Солас, чтобы закрыть Брешь. Крик стоял на все Убежище, таверна, где засели спорящие маги, опустела, а случайно оказавшиеся рядом торопливо убирались как можно дальше. Но все остались целы, и даже ничего не спалили, пока спорили. Дыру в небе удалось закрыть — это стоило Арайе трех дней беспамятства, но в этот раз Адан говорил, что ничего страшного не происходит. Просто очень сильное переутомление, бороться с таким давно научились.       Словом, все шло хорошо, и Каллену стоило бы присоединиться к какой-нибудь компании вот уже неделю обмывающих «зашитые небеса» и расслабиться, но не получалось. Дело было даже не в субординации, хотя и в ней тоже, а в непонятной тревоге, что грызла все сильнее. Все шло слишком хорошо. Слишком просто. И, кажется, так думал не он один — Каллен не видел в компаниях пьянствующих ни Быка, ни Блэкволла, ни гнома, ни магов, о Кассандре и говорить не стоило. Каллен мысленно обозвал себя ненормальным подозрительным типом, не дающим покоя ни себе, ни другим, в очередной раз оглядел окрестности. Солнце садилось за горный хребет, окрашивая вершины алым.       Кто-то тронул его за локоть. Каллен обернулся. Арайя. Он не видел девочку несколько дней: Адан сказал: дать отдохнуть и никаких занятий, его слова подтвердил один из магов-целителей, привезенных из Редклифа. В нескольких шагах за эльфийкой шла одна из ее охранниц. Каллен не был уверен, что это так уж необходимо здесь, в Убежище, но Лелиане виднее.       — Как себя чувствуешь? — поинтересовался он. Прозвучало фальшиво: вместо того, чтобы торчать на стене, нервируя караульных, пошел бы, да сам проверил. Раз уж оказался на положении то ли дальнего родственника, то ли не пойми кого.       — Хорошо, спасибо. — Она привстала на цыпочки, заглянув в бойницу, потом снова перевела на него взгляд. — Сер Каллен, что будет дальше? Со мной?       — Ты по-прежнему единственная, кто может закрывать разрывы, — сказал он, чтобы оттянуть время.       — А потом? Когда разрывы кончатся?       — А сама бы ты чего хотела?       Нехорошо отвечать вопросом на вопрос, но Каллен и сам не знал, что потом. Сможет ли эта девочка после всего, что произошло, снова стать неприметной служанкой. Не сделали ли они только хуже, научив ее смотреть в глаза, отвечать «нет», когда считает нужным, и думать, в конце концов?       Она положила ладони на бойницу, оперлась на них подбородком.       — Не уверена. Минева — эльфийка, но она не прислуга, и не… не общая женщина. Пока я не оказалась здесь, не думала, что так может быть. Хотя, она маг. Но есть еще Сэра, и Шартер. Я не смогу, как они, но мастер Адан говорит, что я быстро соображаю, а, значит, смогу как Минева. Мне никогда не научиться делать сложные зелья, где нужна магия, но есть и простые. И мастер Адан говорит, что подмастерья всегда нужны, а еще всегда нужны недорогие и простые зелья, вроде того, что из эльфийского корня. За счет них можно жить, даже не умея делать что-то сложное и дорогое.       Она помолчала, глядя перед собой.       — Но это та жизнь, которой я не знаю, и совсем не понимаю.       — Разберешься, — сказал Каллен, положив руку ей на плечо. — Время еще есть.       Глянул поверх ее головы на темнеющие горы — и замер. Показалось? Нет. Огни на перевале.       И в тот же миг над горами взлетела шаровая молния, и зазвонил колокол, поднимая тревогу.       Арайя шарахнулась от бойницы.       — Что…       То, чего он ждал, сам того не сознавая. Стыдно сказать, но в этот миг Каллен испытал нечто вроде облегчения: больше не надо было беспокоиться непонятно о чем.       — На нас напали. Бегом в церковь, и не отходи от Жозефины, пока не скажут, что все в порядке.       Арайя замерла, переводя взгляд с него на горы. Потом порывисто шагнула, обнимая.       — Я буду молиться за вас, сер Каллен.       — Спасибо, — он потрепал девочку по голове. — Все будет хорошо.       Охранница взяла ее за плечо, уводя. Каллен глянул вниз — в деревне уже засуетились, кто-то бежал к стене, кто-то — в церковь. Но, несмотря, на кажущуюся суматоху, все действовали как полагается. Вон, солдаты попарно обходят дома с двух концов деревни, вытаскивая и отправляя в церковь гражданских. Вон, Райлен ведет туда же небольшой отряд, который должен вывести остальных через тайный ход, если все обернется совсем плохо. Вон, заняли свои места караульные, а по лестницам на стену уже поднимаются кое-кто из тех, кто был дома, но успел надеть доспех и отправиться на заранее оговоренные места. Вон, Делрин уже что-то командует, а рядом с Калленом появился ординарец, и два вестовых, готовы нестись с приказом на другой конец стены или в церковь, или куда потребуется.       Каллен принял у ординарца подшлемник и шлем. Огляделся, подняв забрало. Все на своих местах, все знают, что делать. Не зря, значит, гонял. Знать бы еще, что за армия на них идет, лавиной стекая с перевала. Ни знамен, ни гербов — ничего.       Шарахнули давно пристрелянные требушеты, прокладывая прорехи в рядах наступающих, которые, впрочем, тут же снова сомкнулись. Засвистели стрелы. Теперь уже можно было разглядеть искаженные алые фигуры. Значит, Старший, кто бы он ни был — агенты Лелианы так и не смогли выйти на этого человека — все же собрал войско. Удержится ли Убежище?       Они держались. Сменялись люди на стенах, лился кипяток, летели стрелы и заклинания — от мажеского огня было светло как днем. Порой вспыхивало дерево стен, но огонь тут же гас, усмиренный или заклинанием, или обычной водой. Снизу взлетали лестницы, снова падали — хорошо, что нападавшие не смогли протащить через горы таран, а то им пришлось бы куда хуже. Убежище держалось, атаки на стену захлебывались одна за другой, и Каллен уже начал надеяться, что они выстоят.       Когда с темного неба прямо на дома спикировал огромный дракон и несколькими ударами хвоста снес сперва частокол, а потом изрядную часть стены и в пролом тут же хлынули чужие солдаты.