Часть 11 (Война: Часть 1)

Ненавижу лицемеров и пиздаболов. Говорил это? Нет? Тогда я их просто презираю и готов убить. С чего всё началось? А именно с того момента, как "Святая Алиеза" прибыла в родные края Королевства Ализар. И всё. Ллойд был признан великим открывателем, который нашёл "мёртвую расу" Довов. И где он открыл это собственно? На острове Драконов. На моей, блять, земле. Понимаете к чему клоню? Я, привёл факты и доказательства о выживании этой расы (чего стоил привоз пару Довов в Москву), а Ллойд просто сказал, что где-то там, на острове Драконов, живёт давно исчезнувшая раса. Понимаете? Он просто сказал. И никаких фактов не привёл. Промямлил что-то там и вот он уже на первых страницах газет, если можно так сказать. Эх... Ладно это... Мать наша прислала мне письмо о том, чтоб я издал указ: Остров Драконов и все, кто и что там находится, будет принадлежать Королевству Серафим. И вы понимаете? Мать не только тайно помогает Ллойду, так ещё и просит, чтоб отдал стратегически важную землю младшему. В тот день я злым был пиздец и все пытались меня успокоить. Даже Клеопатра приехала и предложила провести РЕФЕРЕНДУМ! То есть, опросить жителей острова, с кем они хотят быть. Ну и все до единого твердили, что будут жить в составе России. Пришлось отправить матери письмо с доказательствами, что ничего не поменяется. Не знаю к чему это приведёт, но я готов. Но есть и хорошие новости. Ллойд сказал, что где-то там есть давно забытая раса, как в моё морское пространство начали массово переплывать различные корабли. Это были торговцы, исследователи и просто дворяне. И все они плыли именно на Остров Драконов, чтоб поглядеть на тех драконолюдов. Понятно, что штрафы пролетели быстро. Да и не только штрафы. Часть торговцев решили торговать с Российским Государством, часть исследователей решили переехать в Россию, ну, а дворяне, решили инвестировать в моё государство. Так что теперь у меня не только деньги, но и опытные люди и связи. Также мною была открыта Академия Наук в Москве. Причины? Уже было сказано, что моя башка - не интернет и многое не знает. Поэтому многое придётся открывать и создавать. От простых таблеток против простуды до ракет, что будут бороздить просторы космоса. И на счёт развития. Я долго думал и решил начать разрабатывать двигатели внутреннего сгорания. Это были опытные образцы, что выдавали от 10 до 30 лошадиных сил, но это было прорывом. Где взяли нефть? В Королевстве Импла. Там как раз есть месторождение нефти, которую здесь зовут черной водой, и которая дёшево продаётся. Поэтому бензин, мазут, дизель будут у меня. Если говорить про развития вооружения, то мною был создан бездымный порох - Менделеевский или пироколлодийный. Тот самый универсал, который можно начинять патроны и снаряды. Заебись? Оно то так, но его сложно производить. Нужны характерные ресурсы и производственные мощности. Поэтому, ориентировочно, мы сможем всё это сделать, примерно, к концу зимы. И моя армия. Моя Красная Армия. Мои солдаты было обучены, экипированы и готовы ринутся в бой. Винтовки, картечницы и артиллерия будут писать новые законы о войне, а я буду Моцартом военного времени. Батальон помощи, 300 красноармейцев, были отправлены на территорию Королевства Импла. Они также были укомплектованы, обучны и готовы умереть за свою Родину, не смотря, что будут воевать на чужой земле. Конечно, 300 солдат - капля в ванне по сравнению с армией Имплы, но... Но меня не покидают смутные сомнения... 3000 тысяч вражьих копий выбрали для себя более сложный ландшафт для наступления - каньон Леман. Наступать будет неудобно, но если смогут прорваться, то пойдут на крепость Русс, а там и до столицы рукой подать, никаких крепостей или городов. Как бы мне не хотелось это признавать, но всё-таки, что-то готовиться. Анастасии отправил весточку, чтоб смотрела за своими солдатами и офицерами, ведь риск предательства велик. Не знаю, поверит ли она мне или нет - её проблемы, но не хочется лишаться союзника, который перетянет на себя часть вражьих сил. /// 1 сентября 203 года 3 Эры. Приграничный район между Российским Государством и Королевском Изма. /// Я был в палатке. Передо мной лежала карта, на которой располагалась Королевство Изма и начертаны стрелки: синие - мы и союзники, красные - враги. Моя цель была проста: быстро снести врага, маршем дойти до вражеской столицы, взять штурмом и всё. Грубо говоря, вместо множество бессмысленных больших сражений, я дам три - 2 приграничных и сам штурм столицы. Вроде всё легко, а оно так и было. Не знаю как там у Анастасии будет, но надеюсь, что она сможет продержаться. Я тяжело вздохнул, закрыв глаза. Вчера вражеская группировка, состоящая из тысячи человек заняла холм Алнус, что в паре километров от границы. Умно. Думают, что высота даст им преимущество, но на деле станет могилой для многих. У подножия с противоположный стороны также расположился лагерь, где сидят вражеские офицеры и ещё 500 воинов. Если выбьем врага с Алнуса, они будут у нас как на ладони и мы безнаказанно сможем их расстреливать. Сейчас моя тактика проста: взять врага в окружение. Для этого в тылу использовались партизаны и 1 батальон, который безнаказанно перешёл границу. Почему? Да потому что ясно, что череза пару часов или день - война начнётся. И быть агрессором я не хочу, но чую что история сделает меня не только агрессором, но и тираном, как того же Доктора Дума из вселенной Марвел. И вот вангую. Через час прибыл гонец с донесением о начале войны. А ещё обеда не было. Повезло что не утром в 4 часа. Вокруг меня стояла куча офицеров, которые только и ждали приказа. В их глазах горел огонь решимости, понятно что моя пропаганда о патриотизме работает. — Слушайте сюда, — я посмотрел в глаза каждому из офицеров. — Я не буду долго говорить. Наша задача - выбить врага с Алнуса с последующим окружением их лагеря. И вы знаете что делать. — Так точно! — хором произнесли офицеры, отлав честь. — Вольно. Можете идти, — мой приказ был выполнен. Все, кроме меня, покинули палатку. А через минуту и я. Перед моими глазами предстала картина, словно из фильмов. Солдаты бегали туда-сюда, артиллеристы наводили орудия, а офицеры командовали что и как делать. Это был единый механизм. И оно поменяет историю и тактику войн. Через пару минут всё было готово. Артиллеристы навели орудия, пулемётчики были готовы остановить лавину врагов, а солдаты заканчивали натягивать колючую проволоку и копать небольшие окопы. Осталось сказать только одно слово, сделать одно движение и этот день никто и никогда не забудет. — Огонь, — спокойно произнёс я и махнул рукой. /// Лира была во все оружии и готова ринутся в бой. И не только она. Её товарищи, её люди, её родные души... Все они готовы были отдать жизнь за свою землю, за свою свободу. Они были в густом лесу. Перед ними - лагерь врага. Рядом с ней и её людьми - батальон Красной Армии, которые также должны были вступить в бой после сигнала. Её взгляд скользнул по русским. Они были вооружены и ухожены, но в их глазах читалось решимость и готовность умереть за свою Родину. Потом по своим людям. Они были вооружены мечами, копьями, топорами, на них было минимум одежды и брони, но в их глазах также горел решимость в перемешку с яростью. Если бы не помощь от Даниэля, неизвестно, как бы сложились обстоятельства. Может они воевали дальше, как и раньше или были уничтожены. Никто не знает. Но все знают одно - сегодня решится судьба сразу нескольких стран. Им донесли, что началась война и всё были готовы. Но сигнала всё ещё нет. Лира начала беспокоиться, ведь вот, лагерь перед ними. Сейчас они нападут, уничтожат и окружать тысячную группировку врага на холме. Но нет. Как вдруг... — БАХ! Вью! БАХ! Послышался раскат грома. Волколюди могли только подпрыгнуть от неожиданности из-за своих чувствительных ушей. И перед всеми открылась картина: холм, тысяча человек, а через секунду взрыв, огонь, земля поднялась на несколько метров. Минута. И всё стихло. Теперь перед ними был не зелёный холм, а черное месиво, усыпанное трупами и воронками. — Артиллерия работает, — удовлетворительно хмыкнул один из красноармейцев, который смотрел в бинокль и присвистнул. — Ничего себе. Да там никого в живых не осталось... — Что? — тихо прошептала Лира, удивленная такими словами. — Никого? Нет? В живых? — А, не, поспешил с выводами, — тут же поправил себя красноармеец. — Бегут как милые. Те, кто был в конце. Бегут. /// В воздухе витал знакомый запах пороха. Ах... Ностальгия... Словно я я вернулся на год назад... Так, ладно. Ностальгировать будем потом. Сейчас сражение идёт. Артиллерия стихла и от зеленого халифа не осталось и следа. Всё чёрное. Трупы врага лежать то здесь, то там. Вот что делают 76, 107 и 152мм пушки. Эх, но это слабо... Щас бы сюда родные ЗиС-3, А-19 и Д-1... Так, это вновь потом. Как только последний снаряд вылетел из пушки, всё умолкает. Через пару секунд из окопов повылезали они - штурмовая отряды. Это солдаты, вооружённые карабинами, огромным количеством гранат и аналогом полковой 76мм пушки образца 1927 года (под дымный порох с деревянными колесами), которые пошли штурмовать холм. Я был рядом с ними. Но не был одет в привычную для меня форму. Моя задача была в другом - подать сигнал для окружения. Да и пойдя с солдатами, те с удвоенной силой начали штурмовать холм. Если это можно назвать штурмом. Мы просто зашли и заняли, без боя (если не считать добивания раненный). Оборона была готова в считанные секунды. Стволы пушек и винтовок наведены на лагерь. И мне оставалось сделать только одно... Достав из своей рубахи сигнальную ракетницу, я навёл свол вверх и нажал на спусковой крючок... /// — Наши заняли холм, — отрапортовал красноармеец с биноклем, удивив Лиру. — Так быстро... — прошептала девушка, смотря на холм, на котором уже находились штурмовые отряды русских. В её душе было не спокойно. Теперь она видела на что способно вооружение русских. Артиллерия просто взяла и перевернула представление о войне. И ей было немного плохо. Она заключила сделку с дьяволом? Через минуту артиллерия на холме открыла огонь по лагерю, а солдаты по убегающим рыцарям. И в этот самый момент красный дым, а за ним и солнце тоже цвета озарило небо. — На штурм! — тут же приказал командир батальона, поняв что это сигнал. Красноармейцы схватили винтовки, примкнули штыки и с криками "ура" побежали в бой. Лира посмотрела на своих людей и крикнула: — На штурм! /// Я мог лишь только ухмыльнуться. Вроде плохо, но мне всегда равно. Сами объявили мне войну, вот и пожинайте плоды своего решения. Мои солдаты и союзники атаковали вражеский лагерь со всех сторон. С Алнуса обстреливала артиллерия, но как враг поднял белый флаг, всё затихло. Никто из врагов не смог сбежать, а если и мог, столкнулся с членами Сопротивления. Я-то мог пощадить людей, а те - нет. Это моя... Нет... НАША полноценная победа. По примерным подсчётам враг потерял 60% личного состава, в то время как мы - ни одного! Понимаете? Потерь с нашей стороны нет! Вот что значит технологическое превосходство! Эх... Ещё бы самолёты, вертолёты и танки... Вот тогда б разгулялись, но это потом, я не маг и у меня нет магии перемещения. Интересно... А как на другом фронте обстоят дела? /// Каньон Леман. /// Генерал Эмир, Капитан 1-й армии Королевства Имплы, старик в возрасте 50 лет, с седыми волосами и бородой, а такде серыми глазами, одетый в свои полированные латы, сидел на лошади и смотрел за продвижением армии Королевства Изма. На его лице играла легкая улыбка, когда вражеская кавалерия медленно стала передвигаться по каньону. Рядом с ним был капитан Ир отряда "Серые Рыцари", почти точная копия Эмира, но с более длинными волосами, заплетёнными в хвост и янтарными глазами. В его глазах играло беспокойство и неверие. — Генерал... Вы точно хотите отступить к Крепости Кадия? — ещё раз повторил свой вопрос Ир, глядя на огромное войско врага. — Да. Разведчики донесли, что враг пойдёт именно туда. Если успеем, сможем дать им бой, — простодушно ответил Эмир и его глаза по недоброму блеснули. Ир мог лишь сдать губы в тонкую полоску. Идея была хорошая, отступить к крепости, но... Но почему к Кадии? Не к Руссу? Почему так? И почему отойти к крепости, а не на пару километров и дать бой? Вопросы поступали в голову Капитана с новой и новой силой. Но сказать против ничего не мог. Скажет - голову с плеч за попытку бунта. — Ладно, пошли, надо армию догнать, — тут же приказал Эмир, и посмотрел Иру в глаза. — Что на счёт русских? Их не видно? — Никак нет. Задерживаются, — ответил Ир, повернув лошадь. Теперь двое рыцарей быстро ушли с того места, где были. Но... Но они не знали, что русские за ними наблюдали... /// Полчаса спустя. /// Каньон Леман, изрезанный ветрами и временем, всегда был местом, где эхо могло рассказать больше, чем слова. Сегодня оно должно было поведать историю о немыслимом. Три тысячи воинов Королевства Изма, закованных в сталь, с мечами, сверкающими под безжалостным солнцем, спускались в его узкое горло. Их командир, герцог Вальдемар, с гордостью смотрел на свою армию, предвкушая легкую победу над врагом. Но внизу, в тени скал, их ждало нечто иное. Не горстка, а триста. Триста красноармейцев, чьи красные звезды на пилотках казались ярче солнца. Их командир, товарищ Петров, не был герцогом. Он был человеком, чьи глаза видели слишком много войны, чтобы верить в численное превосходство противника. Его лицо было изборождено морщинами, но в них читалась стальная решимость. — Товарищи! – голос Петрова, усиленный акустикой каньона, разнесся по узкому пространству. – Они идут. Три тысячи. Мы – триста. Но мы – Красная Армия! Мы – народ! И мы умрем здесь! Умрём за Родину, за Царя! Ответом было громовое "Ура!", которое, казалось, заставило сами скалы содрогнуться. Рыцари, уверенные в своем численном превосходстве, двинулись вперед, их латы звенели, словно колокола, предвещая скорую победу. Но они не учли одного – каньон. Узкое ущелье, которое они выбрали для своего наступления, стало их ловушкой. Первый залп полковой артиллерии разорвал воздух. Камни взлетели в воздух, а рыцари, оказавшиеся на пути снарядов, превратились в груды искореженного металла и плоти. Затем заговорили пулеметы. Их безжалостные очереди косили ряды наступающих, словно серп, срезающий колосья. Рыцари, привыкшие к ближнему бою, оказались беспомощны перед этой новой, смертоносной силой. Их латы, призванные защищать от мечей, не могли противостоять пулям. Крики боли и ужаса смешались с грохотом выстрелов. Рыцари пытались прорваться, но каждый шаг вперед стоил им десятков жизней. Красноармейцы, действуя слаженно и дисциплинированно, превратили каньон в ад для врага. Винтовки стреляли без остановки, пулеметы не умолкали, а артиллерия продолжала свою разрушительную работу. Спустя час, когда солнце начало клониться к закату, картина была ужасающей. Каньон был усеян телами павших рыцарей, их сверкающие латы потускнели, покрытые кровью и пылью. Тысяча из трех тысяч были мертвы. Оставшиеся две тысячи, сломленные, деморализованные, с ужасом смотрели на своих палачей. Их гордость была растоптана, их вера в непобедимость – разрушена. Товарищ Петров, сжимая в руке револьвер, вышел вперед и выкрикнул: — Сдавайтесь! Ваша война окончена! Рыцари, не видя другого выхода, начали бросать оружие. Их мечи, символ их власти и силы, с глухим стуком падали на землю. Они были побеждены. К вечеру каньон Леман, еще недавно место тишины, наполнился звуками жизни. Красноармейцы, уставшие, но торжествующие, вели пленных. Тысячи рыцарей Королевства Изма, которые еще утром считали себя непобедимыми, теперь были пленниками. Эхо Каньона Леман разнесёт весть о поражении. Весть о том, что старый мир, мир рыцарей и феодалов, уходит в прошлое. И на его месте рождается новый мир, мир, где сила народа, способна сокрушить любую тиранию. /// На следующее утро, когда солнце уже поднялось над горизонтом, крепость Русс встретила необычное зрелище. По её улицам, под конвоем батальона красноармейцев, маршировали две тысячи пленных рыцарей Королевства Изма. Их латы были помяты, их лица – бледны и испуганы. Они шли, словно тени, потерявшие свою силу и смысл. Красноармейцы, стройные и уверенные, шли впереди. Их винтовки были на плечах, пулемёты неслись на повозках, а артиллерия, хоть и не участвовала в параде, внушала уважение своим присутствием. Командир Петров, шагая впереди своего батальона, чувствовал усталость, но и глубокое удовлетворение. Он знал, что эта победа – не просто военный успех, а демонстрация силы и превосходства новой эпохи. Эпохи, где сталь и огневая мощь, помноженные на решимость и веру, могли сокрушить даже самую грозную, казалось бы, непобедимую силу. Жители крепости Русс, привыкшие к мирной жизни и редким пышным военным парадам, с изумлением наблюдали за этим зрелищем. Женщины прижимали к себе детей, мужчины с любопытством разглядывали закованных в железо пленников, чья грозная репутация теперь казалась лишь бледной тенью. Некоторые из них, особенно те, кто помнил о прошлых набегах и угрозах со стороны Королевства Изма, испытывали злорадство. Другие же, более сострадательные, видели в рыцарях лишь сломленных людей, жертв войны По мере того, как колонна двигалась по главной улице, к ней присоединялись всё новые и новые зеваки. Дети с любопытством показывали пальцами на закованных в латы воинов, а взрослые шептались, обсуждая невероятную новость о разгроме армии Изма. Красноармейцы же, несмотря на свою усталость, держались с достоинством. Они не выказывали излишней жестокости или насмешек над пленными. Их задача была выполнена, и теперь они были просто солдатами, ведущими своих врагов в безопасное место, где те будут содержаться в соответствии с правилами военного времени. Когда колонна достигла центральной площади крепости, где уже были подготовлены временные лагеря для пленных, Петров отдал команду остановиться. Рыцари, измученные долгим маршем и унижением, с облегчением опустились на землю. — Разместить пленных по баракам, – отдал приказ Петров одному из своих офицеров. — Обеспечить их водой и пищей. Никаких провокаций с обеих сторон. Солнце уже поднялось высоко, освещая крепость Русс ярким светом. День обещал быть жарким, но для батальона красноармейцев он уже стал днём славы. Они, триста человек, вошли в историю, доказав, что даже в самых безнадёжных ситуациях, с правильным оружием и несгибаемой волей, можно одержать победу над превосходящим противником. А марш пленных по улицам союзной крепости стал живым свидетельством этой невероятной победы, эхом разносясь по всей земле Королевства Имплы.