Часть 1

— Сапогов и Шершанский, к доске! — скомандовала Амалия Ларионовна, повернувшись в сторону первой парты у окна. Теплые ясные лучи весеннего солнца озарили ее суровое лицо и золотыми ниточками запутались в усах. — Блин, Родя, что-то я не готов сегодня совсем… — Пробормотал Яша Шершанский, выбираясь к доске. В этом нескладном подростке будто собрали все стереотипы о «додиках» и «ботаниках», которые когда либо и где либо были. Он был худой, даже слишком, долговязый, сутулый, рыжий, веснушчатый, с торчащими передними зубами и, в довесок ко всему, в очках со линзами через которые можно было бы увидеть Плутон даже в пасмурную погоду. Ну, по крайней мере, так говорил Родик. — Да не ссы, Шершняга, сейчас разрулим все, ю ноу. Родик Сапогов был яшкиной полной противоположностью. И пусть он не мог похвастаться высоким ростом, зато при нем была внешность вокалиста Ласкового Мая и решимость, с которой он легко бросался во все авантюры и так же легко из них выходил. За Родиком, как и за его старшим братом, Ричардом, всегда таскались толпы девчонок, начиная от третьеклассниц и заканчивая практикантками местного педагогического вуза. Яшке такая популярность даже не снилась. Честно говоря, он не очень понимал, что вообще делает рядом с Родиком и почему тот с ним дружит. — Ну что, Сапогов и Шершанский, вам был задан диалог про ваше хобби. Я вас слушаю. Яша потоптался, зачем-то потрогал мел, проследил путь солнечного зайчика от чьих-то часов, и неуверенно начал: — Хеллоу, Родик… Сапогову это было достаточно. Тот лучезарно улыбнулся, откинул с лица длинную светлую челку и, окинув взглядом очарованных им девочек, ответил: — Хеллоу, Шершняга, блин, то есть, хеллоу, Джейкоб. Хау ар ю, блин? Айм файн, ю ноу! Лет ми телл ю эбаут май хобби, блин! Ай эм рок-музыкант, лайк Оззи Озборн, ю ноу! Амалия Ларионовна одобрительно кивнула. Яша, на всякий случай, тоже. — Ван дей, ю энд ми, Джейкоб, вилл би рок-старс, ю ноу! Ю энд ми, ю ноу! — Ес… — пробормотал Яша — рок-музик… гитар… барабанс. — Ви вилл хэв олл малыхас ин зе ворлд, ю ноу! Зыс из аур хобби! Яша кивнул еще раз и перевел взгляд на Амалию Ларионовну. Та широко улыбнулась и ее верхняя губа в перламутрово-сиреневой помаде почти скрылась за густыми, ухоженными усами. — Ну молодец, Сапогов! Отправлю тебя на олимпиаду, как Ричарда! Это же надо! Такой талант к английскому! Ну конечно же, отлично! Шершанский — четыре, вижу, готовился. Ах, какой талант, какой талант! — Сенкью вери мач, Амалия Ларионовна, ю ноу! Родик пропустил Яшу на его место у окна и, сев рядом, раскрыл тетрадь, в которой поблескивала фиолетовой пастой надпись «Адский Тарантас». — Спасибо, Родь… — прошептал Яша и уткнулся в спрятанную под учебник книгу про драконов.