чтобы не подружиться

Пине - в общем-то - плевать на Риза, его убийства, внешнюю милашность. Пина не боится смерти, умирать, покидая этот бренный мир. Но проходит мимо чуть ли не на цыпочках, осторожно, воришкой прокрадываясь мимо. Страшится бурого меха и больших размеров. Не может посмотреть в зеркало, пошевелить пальцами, выдохнуть. Риз же втягивает воздух всеми лёгкими, прокатывает внутри себя и - непроизвольно - поводит ухом. Пина-кун пахнет страхом, травой и Тэмом. Тем самым, что принял всю его природу, шагнул навстречу и подарил возможность увековечить их дружбу. Пахнет травоядным и прячет травоядные глаза, тёмные и маленькие. Сжимает края раковины, губы, пальцы ног. Замирает статуей, надеется - ложно, и не контролирует тело - импульс проходит от сердца по руке вниз, к указательному пальцу, что раскрывает. Не статуя, живой, пока, ещё, живой. И боится. Смерти, тела за спиной, смерти, смерти, боли, немного медведя с бурым мехом и смерти. Так, что осознаёт не сразу. А осознавая, молится, падает безвольным комом белой шерсти... для того, чтобы оторвать пине-куну палец требуется всего ничего - сжать ближе к левому клыку, легко, напористо. для того, чтобы проглотить - секунда, за которую не успеваешь прочувствовать ничего. поэтому присасываешься к ране, как к материнскому соску, вытягиваешь всё, с остатком и без, смотришь в раскрытые от ужаса травоядные глаза, прикрываешь свои. прижимаешь к себе второй лапой - пина-кун обжигающе-горячий, дрожит, цепляется за мех слишком-короткими-когтями. откусываешь второй палец, смакуя, глотаешь и - не сдержаться - звереешь, скалясь, хватая за шею, смыкая зубы на предплечье. пропитанная кровью шерсть неприятно приклеивается к нёбу, но мясо до ужаса вкусное, такое, что хочется ещё. приподнимаешь, не обращая внимания, пина-кун ведь слабый, шокированный, тычется закруглённымии рогами в пустоту и смотрит - жалобно-обезумевшим взглядом, взглядом настоящей паники. проводишь по спине когтями. у пины-куна красивое тело, красивая шерсть и сытное - почти как у тэма - мясо. и кровь сладкая, бьющая прямо в глотку, когда перекусываешь сонную артерию, а глаза всё также тёмные, травоядные, пустые, безжизненные и вкусные, если лизать их с когтей Риз - довольно - облизывается, смотрит в ответ, пожимает плечами, наблюдая, как принюхивается Легоси. Пина сияющий выходит из душевой.