Глава 2 «Дожди хорошего не предвещают»

Я зашёл, а вернее сказать ввалился в свою комнату, поле долгой дороги из школы домой. На улице ещё холодно после зимы иногда выпадает снег. Но уже стало гораздо теплее, с приходом весны, которая была достаточно холодной. А за столом все молчат. Уже четвертый день с похорон. И всё тишина, тишина , тишина... У матери взгляд отстранённый, словно мёртвый. Она отодвинула тарелку с едой, к которой она почти не притронулись, от себя и встала, молча удаляясь в родительскую комнату. Она сильно побледнела и точно сбросила несколько килограмм в последнюю неделю. Бледная и худенькая как фарфоровая статуэтка. Тихая и молчаливая как куколка. И я помню её заплаканное лицо, и этот взгляд, сине-серых грустных глаз. Мама была в немой истерике тогда. И я хочу помочь ей, и я помогу ей, я обещаю это себе, и ей. У неё наверняка нет половины мира, человека, для которого она жила больше нет. Вовсе не просто потерять сына, возрастом двадцати лет. Матушка всё твердила о его прекрасном будущем, и она радовалась каждой его победе, успеху, достижению. Мама искренне гордилась Одином , и она гордиться мной. И была безмерно за нас счастлива. И куда же это всё потерялось? Сегодняшний день в школе отличался для меня особой тишиной и туманностью. Никто ничего не говорил, никто ничего не спрашивал. Просто молчали в мою сторону и сожалеюще поглядывали. Может, не хотели напоминать о том, что случилось, может их это не интересовало, но в моём классе, всегда были достаточно хорошие ученики, они были хорошими друзьями, и были хорошими людьми. И я всегда хорошо общался с каждым. Но не сейчас, не сегодня. Сегодня просто не хочется с кем-то говорить. Но тишина преследовала меня и по приходу домой, и была со мной, и за обедом, и в собственной комнате. Но в голове стоял шум из мыслей над главным интересом – разузнать о том таинственном человеке (Или не совсем) с кладбища. И именно туда я собирался отправится, прямо сейчас. Я схватил портфель и мобильник и вышел из дома, крикнув матери, что скоро вернусь. На улице уже второй день стояла пасмурная погода. Хотя дожди в моей местности довольно частое явление. Город, в котором я живу с рождения довольно мал, по сравнению с городами по близости, его даже можно было бы назвать "городок". Но здесь безумно красиво, очень, очень. Поэтому мне здесь и нравилось. Большое колличество рек (если хоть к какому-нибудь населённому пункту Норвегии нельзя было бы применить этот параметр) Здесь и в помине нет многоэтажных зданий, только небольшие домики, расположенные на берегу фьорда, а также дома поодаль. До кладбища идти далеко, около получаса, но автобусом выйдет минут пятнадцать, так что в дождь будет глупо идти пешком. Дойдя до ближайшей остановки, я нащупал у себя в кармане около двадцати крон, и я стал ждать ближайший автобус, который, к слову, прибыл достаточно скоро. Никого в автобусе не было, да и на остановке я был единственным. Я зашёл в автобус, где было чуть теплее, чем на улице, и отдал водителю четыре кроны. Также я сказал ему, что еду к Верфи, на что тот кивнул, и я занял место самое близкое к выходу. Автобус тронулся с места, а дождь на улице полил сильнее. Капли стучали по стеклу и скатывались вниз, начался настоящий ливень. Я осознал, что до кладбища мне придётся идти пешком под дождём, хотя с какой целью от вообще идёт туда? К брату, или из интереса к непонятному явлению? Я и сам не понимаю. Автобус двигался вдоль воды, когда вместо ливня начался град, и я тяжело вздохнул. Водитель легко выругался, а затем кивнул в мою сторону – Куда собираешься то в такую погоду? – акцент этого человека был явно не этих мест, скорее всего, он с севера, может даже с островов. Да и говорил он точно не на диалекте, присущем Эйгерсунду. – На кладбище. – мужчина ма мгновение заглянул мне в глаза и воскликнул. – А! Так у тебя то умер братец, так ведь? - я слабо кивнул, а живот скрутило от мысли о смерти Одина. – Я Слышал об этом от людей по-соседству. Братца твоего вроде Одином называли. Мужчина помолчал и опять продолжил через несколько секунд. Видимо, не желал ехать в молчании. – Говорили, он хорошим парнем был. Водитель полуулыбнулся, смотря на дорогу – Жалко мне тебя. И матушку твою, как не встречу её с того дня, вижу её бледной и худющей, сама не своя стала. Я задумался под шум капель, врезающихся в стекло окон, о том, какой всё же маленький у нас городок. Большинство людей друг друга знают и находятся в дружеских отношениях. Даже этот водитель, которого я вижу довольно редко, оказывается хорошо знаком с моей матерью. Диалог не продолжился, автобус остановился и вывел меня из меланхоличных размышлений о жизни в Хеллвике. Я вышел у Верфи и направился к кладбищу. Дорога была недолгой, и вскоре, я уже стоял перед кованной калиткой, служащей входом к кладбищу. От ветра она раскачивались и неприятно скрипела. Я прошёл и сразу же оглянулся. Ничего интересного, кроме надгробий и церквушки я не увидел. В голове снова появились мысли о цели визита сюда. То ли от желания посетить могилу брата я здесь оказался, то ли от желания проверить то явление, которое увидел вчера. Но верил ли я в этого призрака, я не знал. Возможно, мне всё это показалось, возможно, приснилось. Но проверить очень хотелось – Прошу прощения, я заставил вас ждать? Усмешка, послышалась из-за спины