Часть 1

Среди нас нашелся предатель. Я пишу эти заметки в своем дневнике на случай, если что-то пойдёт не так. Хотя о чем я, все давно не так. Мне страшно. Я даже не знаю с чего начать, да и когда все началось тоже не знаю. Здесь на корабле ужасно сложно отсчитывать дни и измерять время. Мне кажется мы все тут немного крышей едем. Недавно мы нашли труп чёрной в электричке (мы так называем отсек с электрощитками и прочей мутью). После этого все пошло наперекосяк. Понимаете, мы - просто кучка космонавтов-исследователей в открытом космосе. У всех свои задачи и все такое. На всякий случай приложу список наших имен, цветов и должностей. (В блокноте, исписанном мелким нервным почерком, был приложен листок с ровным машинописным текстом) Этот листок не сочетается четкостью с хаосом записей, словно это единственное, что остаётся незыблемым в нездоровой атмосфере Скельда. Я постараюсь максимально по порядку описать события, потому что в башке все путается и плывет и я не знаю уже, что правда, а что - выдумка моего больного мозга. Я хрен знает, прочитает ли это хоть кто нибудь, но это - единственное, что меня успокаивает. Смешно. Сразу скажу, хотя это и так очевидно, разумеется у нас есть имена. Но в экспедиции мы ими не пользуемся, а называем друг друга по цветам нашей униформы. Понятно, что на корабле мы не в скафандрах, но вся наша одежда на корабле определённых цветов и это смотрится довольно забавно. НАСА извратились так, чисто, чтобы мы даже издалека сходу узнавали друг друга. Так что думаю - понятно, что у Чёрной вся одежда была черной. Я все кружу вокруг да около, потому что мне плохо и нас осталось четверо. Из десяти. Черная. Голова плывёт, словно в моей голове другой капитан, не я. Черная была медиком. Поэтому, наверное логично сперва убить ее, если хочешь вырезать всю команду, не так ли. Я хочу сказать, что Черная просто выделялась. Поэтому мы нашли ее в электрощитке скрюченную. Это было ужасно и омерзительно. То есть, это правда было ужасно. Она была всегда милой, а кто-то из команды взял и задушил ее. Это была уже не черная, когда мы ее нашли. То что ее никто не видел уже пару дней мы поняли только тогда когда жёлтый нашел ее. Кажется я повторяюсь. Господи. К следующим смертям уже как-то привык что ли, а она… просто блять как гром среди ясного неба. Она уже пахла. Лицо ее почернело и опухло (какая ирония). Помню, Зеленого вырвало, когда жёлтый всех нас созвал. Жёлтый и сам был как Зелёный, но держался. Кто-то, кажется Красная, охнула и попыталась закрыть дверцу щитка, но у нее попросту не вышло. Знаете, как бывает когда хочешь закрыть плотно забитый шкаф с тряпьем, а он упорно не желает закрываться, а содержимое норовит вылезти наружу. Тут то же самое было. Чертовски гадко все это. До нас даже не сразу дошло, что это именно убийство, не несчастный случай, не самоубийство, а именно убийство. Самоубийство ужасно, но убийство да еще в изолированной группе людей - поистине нет ничего ужаснее. То есть я хочу сказать что мне было бы очень жаль Черную, соверши она нечто подобное, но то что ее УБИЛИ - вселяло животный ужас. Очень гадко себя ощущаю от этого. То есть, правда. Я думал, что я хороший и сострадание к друзьям никогда не уйдёт на второй план. Но вот эта экспедиция, у меня убили подругу, то есть спутницу, а я трясусь о себе. Как сделать из умных уравновешенных людей разобщенную стаю. Наверное, если сейчас убить нас, то будут мертвы только наши оболочки, потому что все человеческое было уже в нас убито и эта смерть началась вместе с со смертью Чёрной. Мы попытались как то узнать больше о ее смерти, но в электричке нет камер. Мы не знали ни когда точно она умерла, ни каких то еще деталей. Единственное что мы поняли, что ее задушили проводом, который болтался в щитке. Записи камер судя по всему были удалены за определённый период времени. Понятно, что это все в зоне ответственности Циан, но кто угодно мог это сделать. Мы все плюс минус универсалы с уклоном в свою специализацию. Зелёный соорудил некое подобие порошка для снятия отпечатков, но их не было. Мы провели ужасные несколько дней, лихорадочно роясь в реактивах и записях и глядя друг на друга как на врагов. Это было напряжение, но не паника, потому что паника началась, когда я обнаружил красную в кафетерии. Я позвал на помощь, потому что красная была еще жива. Ее били судороги, а из носа и рта текла кровь. На полу валялся разбитый кувшинчик от кофеварки, кофе растекался во все стороны. Осколки хрустели под ногами то и дело. Синяя попыталась помочь бедолаге, но та затихла у нее на руках. Я помню что тогда наступила поистине гробовая тишина. Мне кажется что мы тогда застыли, то есть я хочу сказать, что я словно замерз внутри, не знаю, как описать, премерзкое чувство. Мы все поняли что это значит. Это значит что черная не была случайной жертвой. А еще это значит что среди нас не просто убийца, а маньяк? К сожалению наши совместные познания о маньяках и работе детектива были целиком почерпнуты из сериалов и фильмов, а значит мы не знали ничего толком. Во всяком случае у нас уже было двое погибших. Белый, помню, подошел к кофеварке и осмотрел фильтр с кофейной гущей. Она была холодной, а значит кофе был заварен довольно давно, возможно еще в начале смены. Мы все побывали в кафетерии за это время. Все до единого. Синяя тогда еще попросила ее сопроводить до лаборатории, взять пробирки для анализа кофе. Самое жуткое, что кофе пили многие из нас. Это значило, что жертвой не была именно красная, просто красной не повезло. Это нагоняло особый ужас. На месте красной мог быть я, Зелёный, или циан. Наша низость в том, что мы, видя две смерти, не столько скорбим о них, сколько боимся за свои шкуры и радуемся что не на их месте. Белый сходил с синей, а мы сверлили друг друга взглядами. Собственно, анализ показал, что в кофе был добавлен яд. Очевидно расчёт был на то, что горечь кофе заглушит горечь вещества. Лучше всего из нас с этим управлялся Зелёный. Я помню мы взбесились, а потом Розовый предложил выбросить Зеленого в шлюз. Дикость. Белый тоже сказал что это дикость, но мы очень боялись. Мы буквально умирали от страха. Когда начинает работать страх, то повиновение капитану отступает на второй план. Зелёный кричал и пытался вырваться, но что он мог сделать против шести человек. Я был одним из тех, кто держал его. Мне тошно от одной мысли, что я был одним из линчевателей. Розовый повернул рубильник и Зеленого выбросило из шлюза. Я знаю что он еще чуть больше минуты был жив. Умирать в течение минуты в открытом космосе. То есть нет. В течение минуты если бы мы его вернули, его еще можно было бы спасти. Так мы своими руками убили еще одного члена экипажа. Чем мы лучше убийцы? Но самое главное, что это было жестокой жуткой ошибкой. Мы убили невиновного. Потому что на следующий день коричневая обнаружила белого за штурвалом. С пробитым черепом. Господи, это зрелище не для слабонервных. Она истошно завизжала и мы сбежались на ее крик. Я думаю внутренне мы были готовы к тому что увидим труп, но не были готовы к тому, что у белого будет снесено полчерепа. Кровь ошметками и почерневшими сгустками раскидана по всему креслу и полу вокруг. Коричневая рыдала на плече у синей. Так дальше было нельзя. Циан осмотрела нас всех от и до, потому что в отличие от предыдущих - это убийство должно оставить капли крови на униформе. Потом розовый осмотрел саму Циан. Мы косились друг на друга как волки. Впрочем я кажется уже сказал это. Надо будет перечитать. Я смотрел на пол в поисках затоптанного пятна или отпечатков следов. Ведь если убийца наступил на кровь, это должно остаться на его подошве не так ли. Я не нашел свидетельств тому, что кто-то наступал на кровь. Мысли путаются если честно. Могу сказать что где-то в этот момент у нас появился вопрос: "кто следующий". Было же очевидно, что тот, кто зашел так далеко, уже не остановится, а значит следующий убитый - дело времени. Мы ходили вместе и пожирали каждое движение друг друга глазами. Был момент, когда Синяя и Циан шарахнулись от Розового, когда он собирался отрезать кусок хлеба. После этого он демонстративно отложил нож и отломил кусок хлеба руками. Это выматывает даже больше самих трупов. Когда убийство произошло, ты можешь на это реагировать, но фактически самое страшное уже произошло. Когда ты знаешь что убийство будет, и ты напряжённо ждёшь следующего крика, и не знаешь чей это будет крик, это хуже по сто крат. Надо ли говорить, что работа встала? Наконец пришла пора ложиться и мы разошлись во мнениях. Ложиться вместе и выставлять дежурного, или запираться по одиночке в спальнях. В итоге голосованием решили запереться по отдельности. Я помню, повернул за собой ключ, для верности. Мало ли магнитный замок откроют. Мне не спалось. Господи, я же думал, что слетаю в эту экспедицию, поработаю, а потом прилечу домой и съезжу на острова. Мне было так тошнотворно плохо от того через что мы прошли, что я размышлял о том, чтобы сдаться и убить себя. Какая разница если я все равно умру, так хоть не так больно. Я долго думал и фантазировал, как я сейчас запишу видео на планшет, чтобы не оставить сомнений, что это я...сам. А не кто-то меня, понимаете. Если бы я мог в одного закрыть ворота шлюза, я думаю, я сделал бы это. Мне чудились реки крови, заливающие Скельд. Интересно какова природа предателя? Что заставляет его убивать? Острые ощущения? Вирус? Психическое заболевание? Я не помню как я заснул тогда и заснул ли, я вообще мало что помню. Мысли путаются. Мне снилась Черная. Или не снилась. Если бы не она, этого бы всего не было бы. Не могу ни на чем сосредоточиться. Утром проснулся и помню меня накрыло ощущение ирреальности. Разве есть хоть одна реальная ситуация где могло бы быть такое? Это больше напоминало какую то злую игру. Я помню в то утро не открывалась дверь у Циан. Мы уже поняли что это значит. А потом в кислородке нашли коричневую. Ее глаза были широко и тускло распахнуты. Ее горло было передавлено рычагом сброса мусора. Она так и висела на этом рычаге. В нос бил запах мочи и ее духов. Сейчас мы остались вчетвером. Я, Желтый, Синяя и Розовый. Я больше не могу. Я сдаюсь. Я скажу им что это я, пусть выкинут. Все лучше чем покорно ждать. В два часа по местному времени, Фиолетовый был сброшен в шлюз. В последние секунды перед раскрытием шлюза, Фиолетовый закричал и потребовал впустить его обратно в корабль, поскольку он передумал. Остаток экипажа остался глух к его просьбам и Фиолетовый был выброшен в космос. Трое выживших из экипажа, смогли чудом отправить сигнал бедствия на Землю и протокол происшествий. Больше убийств не было. Позднее был найден дневник Фиолетового и отправлен на экспертизу. В ходу были гипотезы о психическом заболевании, но было не ясно, подтвердили ее в Центре, или опровергли. В следующие полеты был разработан регламент действий в подобных "нештатных ситуаций", что породило новые слухи и гипотезы среди космонавтов.