Часть 7. Надежда

Кортни прислонилась к холодной стене ангара, чувствуя, как сердце постепенно успокаивается. Марло бросил взгляд на Сайласа: — Если это был первый тест, то я боюсь представить, что будет дальше. Сайлас лишь тихо усмехнулся, проверяя оружие. — Главное, теперь мы знаем, что можем доверять друг другу. Джен задвинула засов на воротах и присела на пустую коробку. — А завтра утром будем решать, куда двигаться дальше. Крис молча раскрыл карту, её края дрожали в его руках. — Дороги перекрыты. Прямой путь отпадает. В ангре повисла тишина, но теперь она была иной — не напряжённой, а решительной. Кортни подняла глаза на своих спутников и едва заметно улыбнулась: — Что бы ни случилось — мы дойдём. Вместе. И где-то в глубине старого здания эхом отозвались шаги будущих событий. Кортни шла впереди, сапоги глухо стучали по ржавому железу настила. В утреннем свете ангара пыль казалась золотой дымкой, и каждый вдох отдавался чем-то хрупким, как воспоминание. Марло проверял, чтобы шаги команды были синхронны. Не потому, что боялся потерять их, а чтобы они сами чувствовали — ритм, цель, путь. Сайлас держал оружие в руках, но ствол был опущен. Сегодня он надеялся не стрелять. Джен, несущая в рюкзаке последние припасы, иногда оборачивалась. Крис шёл рядом с ней, держа карту у груди, словно она могла согреть его лучше любого огня. За воротами ангара их встретил холодный воздух и первое утреннее солнце. Дороги действительно были перекрыты, но тропа вдоль старой железнодорожной линии вела вниз, туда, где серое небо раскрывалось над пустыми равнинами. — Вот он, наш путь, — тихо сказал Крис, развернув карту так, чтобы все видели. Марло кивнул. — Время идти. Они двинулись вместе, и каждый шаг был не просто приближением к цели, но принятием того, что впереди их ждёт неизвестность. Эхо их шагов растворялось в ветре. И когда старая станция скрылась за спиной, осталось только одно — двигаться вперёд, пока есть силы.