Часть 1

— Эй, Казума… Можно войти? — робко спросила Саяка, застыв в проёме. Сидящий за столом, Казума обернулся и сперва, кажется, даже не понял, кто она такая. Потом, наконец, осознание вернулось, он моргнул, возвращаясь в реальность, и растерянно улыбнулся. — Да… Да, конечно. — Пришли результаты экзаменов, — Саяка подошла к Казуме, протянув ему листы. — Ты принят в университет. Инцидент с комой приняли во внимание, так что тебе спустили кое-какие небольшие пропуски и… Казума, не глядя, взял лист бумаги, пробежав по списку, в котором значилось его имя. — Здорово ведь, правда? — улыбнулась Саяка. — Теперь всё будет, как раньше. — Да, — слабо ей улыбнулся Казума. — Всё… Да, всё, как раньше. На столе перед ним лежал лист бумаги, на котором Казума, кажется, писал кому-то письмо. Саяка не хотела лезть не в своё дело, но часто замечала, что после своего возвращения из комы несколько месяцев назад Казума то и дело пытался что-то кому-то написать, но никогда не говорил, что и кому именно. Не говоря уж о том, что вернулся он будто бы другим человеком. Саяка помнила, что до той аварии Казума был довольно замкнутым, эгоистичным и падким на лесть, кое-где саркастичным и занудным, но всё же хорошим человеком и надёжным другом… Хоть так сперва было и не сказать. Открывший же глаза после комы, Казума был… Пожалуй, лучшее слово, которое подбиралось — растерянным. Саяка впервые увидела, как он плачет взахлёб, но не может объяснить, почему именно. Услышала, как ночью в полубреду он называет имена, слишком дурацкие для того, чтобы быть реальностью. Как остро реагирует на какие-то самые обычные её слова или попытки шутить, и как время от времени начинает плакать будто бы вообще без причины. Врачи говорили — в коме случается всякое. Люди иногда видят что-то, а потом это проходит, и им тяжело смириться. Порой мозг переносит сознание человека в мир его мечты, так что возвращение в реальность бывает шоком. Это редкие случаи, но в описанное Саяке по какой-то причине охотно верилось. Только вот Казума ей совсем ничего не рассказывал. Где он был, что видел?.. Были только его письма, адресованные людям с дурацкими именами. — Слушай, Казума, — Саяка присела на кровать, сцепив руки. — Как ты себя чувствуешь? Может, хочешь поесть? Тот какое-то время глядел перед собой, потом повернул голову. Саяке тяжело было смотреть ему в глаза, настолько стеклянными они казались. Казума как будто бы вообще её не видел. — Я не хочу. Спасибо. — Казума, поговори со мной, пожалуйста, — Саяка протянула руку и накрыла ладонь Казумы своей. — Я вижу, что с тобой происходит что-то нехорошее. Я правда хочу помочь. — Ты мне ничем не поможешь, — шёпотом сказал Казума, не глядя на неё. — Значит, всё-таки что-то не так, да? — спросила Саяка. — Я знала это, знала, что что-то происходит… Расскажи, Казума, что ты чувствуешь? Может, стоит позвать доктора… — Хватит с меня докторов! — сжал зубы Казума. — Они исследовали меня вдоль и поперёк! Я здоров! — Но мы же оба знаем, что с тобой происходит что-то нехорошее. Пожалуйста, Казума, — настаивала Саяка. — Я очень хочу, чтобы тебе стало лучше. Доверься мне. Казума схватился за голову, уперев локти в стол. — Довериться… А что, если я поверю в это и ты захватишь надо мной власть… Что, если я попал под влияние какого-то демона, который показывает мне кошмары?! Тогда почему никто меня не вытащит… — Господи, Казума, опять ты за своё, — вздохнула Саяка. — Ты это твердил ещё в больнице. И там мы и сошлись на том, что я не демон, и не пытаюсь захватить над тобой власть. Нет ничего реальнее, чем всё, что сейчас вокруг тебя. Она тут же пожалела, что сказала это: глухо взвыв, Казума уронил голову на стол, закрывшись руками, плечи его затряслись и он бессильно зарыдал. Кинувшись его успокаивать, Саяка обняла его, и Казума, словно ребёнок, отчаянно плакал у неё на груди. Она что-то шептала, гладя его по голове, а затем взгляд её упал на письмо на столе. Пока Казума отвернулся, Саяка пригляделась. Там было много помарок и зачёркнутых слов, но написано было следующее: «Привет, ребята. Я не знаю, куда я отправлю это письмо, и отправлю ли я его вообще. Я так надеюсь, что случится чудо и, дописав его до конца, я вспомню адрес, откроется портал и вы… Ну, кто-нибудь заберёт меня обратно. Я пытался дозваться до Эрис, но бесполезно. Кажется, это не иллюзия. Я помню, что покинул вас посреди ночи… Я стукнулся о ту злосчастную ступеньку, вроде? Перепили с Аквой лишнего. Нужно было оставаться ночевать на первом этаже, на кой меня вообще потащило наверх. Сошёл ли я с ума, или это какая-то очередная иллюзия злобного слуги Владыки Тьмы? Я не знаю, но видит бог, я не помню, чтобы хоть когда-нибудь находился в таком отчаянии такой жопе. Каждое утро я просыпаюсь и вижу потолок своей комнаты. Опять. Снова. Томики с мангой, видеоигры и аниме. Я жду результатов из университета. Со мной моя сестра. Каждую неделю — медицинские обследования… Мне говорят, что я долго был в коме. Сколько-то времени. А я не знаю, что им рассказать. Это же бред. Я никому о вас не рассказывал. Потому что какой смысл? Если они все не настоящие, то какой смысл вообще говорить с ними. Заберите меня. Мегумин. Аква. Даркнесс. Эрис. Кто-нибудь. Я забыл, как вы все выглядите. Сегодня утром я забыл, как звучит голос Аквы. И мне кажется таким невероятным то, что вблизи меня когда-то МОГЛО что-то настолько сильно взорваться, или пролететь меч, или какая-то магия… Чем всё это было? Моим шансом что-то изменить или… всего лишь безумным сном? Нет, я не должен. Я верю. Вы где-то там, вы ждёте, что я вернусь. Я должен верить в это до последнего. Я обязательно найду способ. Я хочу верить, что вы настоящие». На этом моменте письмо обрывалось. Саяка, дочитавшая его, совершенно ничего не поняла: какой-то бред сумасшедшего. Даркнесс? Это что, ник в видеоигре? Наверное, стоит сводить Казуму к психологу… ещё раз. — Я не хочу… — бормотал Казума, и плечи его бессильно сотрясались. — Я не хочу тут быть. Хочу к ним. Саяка не знала, что сказать, поэтому гладила его по голове, стараясь успокоить. — Всё хорошо, Казу-кун. Я с тобой. Ты в реальном мире. Тебя никто никуда не заберёт. А если попытается — я тебя не отпущу… …Отшатнувшись от неё, Казума с покрасневшим лицом закричал: — Я сказал, что не хочу! Я не поддамся!.. Неуклюже вскочив на ноги, он выбежал из комнаты, оставив ошеломлённую сестру в одиночестве...