Мотылек

— Дорогая, — щебечет Лили Поттер, битый час прихорашиваясь у зеркала, — я отлучусь ненадолго. Присмотри за братом, пожалуйста. Мария знает, куда она направляется. Знает настолько хорошо, что её тошнит от одной только мысли о том, чем занимается её мать, пока муж на работе. Её выворачивает наизнанку правда о предательстве миссис Поттер, ранее прекрасной матери и верной жены. Все доказательства у нее на руках, стоит лишь предъявить их отцу… но Мария никогда этого не сделает. Никогда. Если мать уйдет из семьи… Мария умрёт. Не от большой любви к этой женщине. Ничуть. Но от любви к мужчине, с которым миссис Поттер изволит проводить время. Мария влюблена в того, о ком её мать грезит по ночам, лежа в одной постели рядом с уставшим мужем. Мария влюблена в того, кто шлет её матери розы и дорогие подарки. Мария влюблена в того, кто увозит Лили к морю, пока та отговаривается внезапными командировками. Вот только её сияющие глаза никак не соответствуют ситуации. Если Джеймс в ночную смену, Лили нет дома. Лили там, где ее всегда ждут с распростертыми объятиями. И это убивает. Морально. Физически. Марии так хочется кричать. Уничтожить каждую розу, сжечь лепестки. Чтобы мама перестала приносить их, перестала ставить их на самые видные места. Запах темно-алых роз кажется Марии самым мерзким, состоящим из сотни оттенков лжи и предательства. Ей страшно уезжать в Хогвартс, оставлять отца и брата в одиночестве, потому что мама… мама уйдет. Оставит их однажды одних, подобно мотыльку улетев на свет, появившийся из ниоткуда в один пасмурный осенний день. Ей страшно уезжать, потому что там будет он. Будет вести лекции, ругать её за невнимательность, а еще смотреть. Смотреть так задумчиво и проницательно, что девичье сердце будет, конечно же, лихорадочно заходиться от волнения. Вот только глядя на нее, он всегда видит другую. Мария ненавидит их с матерью сходство. Ненавидит так же сильно, как эти взгляды. Она долго стоит напротив своего отражения, сжимая в руках ножницы. Движение за движением, резко, отрывисто, так больно, что она заходится рыданиями, скатываясь вниз. Вокруг пряди золотисто-рыжих волос, ножницы выпадают из дрожащих рук, а ногти впиваются в кожу, оставляя полумесяцы. Зеркало отражает полный боли взгляд и позволяет увидеть сломанную душу. На утро все говорят, что ей безумно идет новая стрижка и цвет. Черный, такой же черный, как и оттенок его глаз, в которых она читает бессильную ярость и радуется этому. Она не копия. Не чей-то прототип. Стоя за спиной матери, Мария обещает себе, что никто никогда больше не увидит её рыжей. Стоя за ее спиной, Мария знает, что утром Лили вернется с новым букетом чертовых роз. Мария думает, что мать предала не только отца, отравляя своим счастливым видом каждый совместный завтрак. Мария думает, что, если отец узнает, его глаза больше никогда не будут сиять так, как за этими проклятыми завтраками. Театр. А она в нем единственный зритель. И сейчас, когда Лили собирается снова стать мотыльком, улететь к яркому свету, Мария может только кивнуть. Конечно, она присмотрит за братом. Конечно, она скормит внезапно вернувшемуся с работы отцу очередную сказку о резко заболевшей подруге, которая обратилась к матери за помощью. Именно поэтому Лили Поттер ушла в день годовщины их свадьбы. Не потому что она превратилась в мотылька. Вовсе нет.