Глава 3

Рита оживала медленно. Оставшись ночевать у Майского, она потом не смогла засыпать дома: там ее мучали кошмары, и на работу она приезжала разбитая и невыспавшаяся. Зато в машине рядом с Сергеем она засыпала практически мгновенно, стоило им отъехать от ФЭС. В один из таких дней, возвращаясь поздно после допроса свидетеля, Майский не стал спрашивать Власову, куда ее везти и сам привез домой. Уставшая и сонная Рита практически не сопротивлялась, увидев перед своими глазами совсем не свой подъезд. Поворчала и вышла вслед за коллегой, едва плетясь за ним на уставших подкашивающихся ногах. — Заходи, я сейчас чай сделаю, — любезно пригласил гостью майор. Пока он хозяйничал на кухне, Рита, из последних сил стараясь не уснуть, обводила глазами его квартиру. Холостяцкий бардак присутствовал почти везде, хоть Сергей всячески и пытался это замаскировать. Вон его штаны, брошенные на окно, прикрытые занавеской, интересно, сам Майский про них помнит? Пыль на телевизоре почти не видна, зато на полочке с цветами лежит толстым жирным слоем. Да и цветочки тут скорее образное наименование, а то, что стоит в горшке, больше похоже на гербарий… Рита мысленно поставила галочку полить засохшее несчастное растение, а затем откинулась на спинку дивана, чуть прикрыв уставшие глаза. Когда Сергей вошел в гостиную с двумя кружками горячего напитка, Власова уже спала. Наутро Майский проснулся, как обычно, по будильнику. Риту, уснувшую в гостиной, он будить не стал, просто осторожно, стараясь не потревожить, снял с нее рабочую куртку и накрыл одеялом. Впрочем, она так крепко спала, что раздень он ее всю, она бы не заметила. Правда утром ему пришлось бы явно не сладко. Сам же Сергей вырубился в спальне, даже не раздеваясь. Выйдя в гостиную, он на секунду зажмурился, словно думая, что он еще не проснулся. Она вся практически блестела чистотой. Сбоку у стены стояла сушилка для одежды, откуда-то найденная Ритой [Майский понятия не имел даже, где она была все это время], на которой уже висела одежда, а часть ее, явно высохшая, лежала стопкой рядом на стуле. С кухни доносился приятный аромат, и, повинуясь сразу же возникшему аппетиту, Майский незамедлительно пошел туда. У плиты стояла Рита, смешно убрав волосы в косичку и надев на себя одну из длинных футболок майора. Впрочем, футболку Сергей заметил во вторую очередь, а сначала уставился на длинные обнаженные ноги Власовой. — Я все вижу, — коротко хохотнула она, поворачиваясь. Было в этом смешке что-то такое… Естественное. То, чего давно уже не было в тоне и голосе Маргариты Власовой, а ее смех, что изредка слышали в ФЭС после гибели Данилова, был вымученным и искусственным. Это наблюдение Майского порадовало, а вот синяки, залегшие под красивыми любимыми глазками, — нет. — Ты вообще спала? — Он нахмурился. — Да, часов 5, — бодро отрапортовала Рита. — Больше не сплю. Да не переживай ты так, дома я вообще сплю по 2 часа и ничего, это, считай, рекорд, — добавила она, заметив недовольный взгляд Майского. — Значит с сегодняшнего дня будешь спать только у меня, — сделав суровый вид, решил майор. Рита хохотнула, думая, что все это — очередная его шутка… … и так она и осталась ночевать в квартире Майского. К нему она привыкала медленно, вернее, к тому, что он старательно пытается стать частью ее жизни. Напрасно Рита убеждала Сергея, что любить ее не стоит, что ясно все с ней — счастливого финала ее романы не предусматривают. Тот ничего не хотел слушать. — Сереж, — в очередной раз устало произнесла Рита, заметив по возвращению домой розы и свечи, — ну и зачем все это? — Сказать, что ты уже полгода живешь у меня, и я решил это отпраздновать. — Он улыбнулся, как чеширский кот. — Подумаешь, живу, — протянула Рита, но уже заприметила свое любимое грузинское вино. — Это, что, саперави? — спросила она, ткнув на бутылку. — Оно самое, — подтвердил Сергей. Все недовольство Риты как ветром сдуло. — Обалдеть! Оно же мое любимое! Сереж, — на этот раз его имя из ее уст прозвучало с нежностью, — как ты узнал? — У меня свои методы, — уклончиво ответил Майский, разливая по бокалам ароматный напиток. Они уселись на диван, и Сергей тут же включил какую-то легкую романтическую комедию. На журнальном столике уже стояли морепродукты, фрукты и свечи. Все это придавало особую интимную обстановку. Вино уже почти закончилось, закуска тоже, и Майский, придвинувшись ближе, не сумев сдержаться, провел рукой по ее плечу. Она сидела здесь сейчас все еще в строгой одежде ФЭС, отнюдь не в романтическом вечернем платье, но так она заводила его все сильнее, ведь именно в такую Риту он и влюбился. — Сереж… — В голосе Власовой, как и в ее сердце, сейчас велась ожесточенная борьба. — Не надо… — Почему? — искренне изумился он. Сергей вовсе не хотел занять место Данилова, потому что знал: тот всегда будет с ней, но он хотел стать для нее кем-то большим, чем просто друг и коллега, тем, кто сможет всегда поддержать и стать опорой, стать ее любимым человеком. — Ну что ты пристал ко мне? — Власова развернулась и уставилась на майора. В ее глазах плескалась огромная боль. — Найдешь ты себе кого-то лучше, красивее меня, успешнее. Все мои романы заканчиваются плохо, я просто черная вдова, я не создана для отнош… — Тшш… Сергей приложил руку к ее губам, прерывая поток оскорбление самой себя. Заглянув в эти глаза напротив и утонул в них, совсем забылся и потерялся. Спустя пару минут он осознал, что его рука все еще на ее лице, а Рита вовсе не отстраняется. Поэтому, осмелев, он провел рукой, обводя контур ее губ, очерчивая скулы, запуская руку дальше в волосы. Рита прикрыла глаза, рвано выдохнув. — Сереж… Он не дал ей договорить, не желая слышать новые отговорки. Его губы накрыли ее в долгожданном сладостном поцелуе. Ответ последовал не сразу, лишь после того, как Майский дважды спускался губами на шею и снова возвращался к ее устам. Наконец, Рита сдалась, отвечая на жаркие прикосновения коллеги [уже нет], положила свои руки на его сильные плечи и подалась вперед, вжимаясь в его тело. Поцелуи становились все настойчивее, пальцы требовательно скользили по телу, обводя каждый изгиб Ритиной фигуры, а ее вздохи становились все хаотичнее. Не став сдерживать себя, она первая потянулась к футболке Майского, стаскивая ее и скидывая на пол. Следом туда же полетела и одежда Риты, и вот они уже обнаженные соприкасались телами, наслаждаясь теплотой и ласками друг друга до самого утра.