***

Она. Убьёт. Этого. Белобрысого. Каин с радостью поможет. Заботилась. Выхаживала. Защищала. Как он мог? А они? Как могли Авелю-то поверить? Ладно, но генерал-то как мог? Дотошный в таких вопросах до мозга костей. Чем думал? Обидно. Лэйн все рассказала. Как на духу. Искренне, с выражением и щепоткой обвинения. И потом произошло странное. Ребята кинулись ее утешать и даже обнимать. Дмитрий же поджал губы, но с места не сдвинулся. Девушка бросает на него мимолетный взгляд. Это что? Чувство вины? Или его любовь угасла? Так ведь бывает, что отвратительные поступки отталкивают даже самые сильные чувства. Грудь сжало. Она пытается отогнать эту мысль, но поведение генерала говорит об обратном. Он не смотрит на нее. Увы… Мужчина, потирая переносицу, начинает объяснять, что происходит. Не хочет, но больше некому. И он понимает, что чем больше говорит, тем бредовее действительность. Даже смешно. Взрослый. Мудрый. Расчетливый. Поверил ангелу, которого терпеть не может? Она не может залезть в его голову и понять, как он облажался. Оба по-своему правы и в то же время нет. Ведь в итоге что получилось? Мир разрушен, как Авель и предрек. А Лэйн все время молчала. «Ты ведешь себя странно. После того, что он сказал, не сложно поверить». Что он тогда ей выдавил? Но ведь выглядело правдиво. Еще и Донован подгадила, как обычно. С ней спорить опасно. Именно от нее зависят сейчас жизни, лаборанта в том числе, и никто ничего с этим поделать не в силах. С радостным облегчением Анна упоминает что-то про «прежнюю тебя», но девушка скромно воздерживается. Несмотря ни на что, она рада, что ее не ненавидят. С этими мыслями семенит за подругой, когда все расходятся по делам. В свое оправдание Дмитрий мысленно заявляет. «Что мне еще было делать, если она язык в причинное место запихнула?». Авель тоже тот еще экземпляр. У бессмертных сила такая: затуманивать мозги. С человеком это сделать – раз плюнуть. Может, он провернул это с ним? Со всеми? Ну иначе как он мог позволить себя одурачить? И затем ужасная мысль: Лэйн он все-таки боялся. И, к сожалению, инстинкт вытолкнул из него последние крохи доверия. Все-таки Баал одержал над ней верх на какое-то время. А этого допустить он не мог. Не справился. Лэйн не знает, как он страдал по ней. От одной мысли, что не уберег. От мысли, что был использован. Сам не знает, на кого сейчас злиться. Потому что все ещё любит. *** Он помнит. Помнит, каково же было счастье, когда узнал, что спустя месяцы Донован нашла ее и отдала Анне на реабилитацию! Он даже с места вскочил, позабыв про все дела. Сжав в кулаке ее жетон, сбил с ног плечом пару зевак по дороге. Толкнул дверь в лабораторию, что была закрыта изнутри. Сердце чуть не выпрыгнуло. На несколько мгновений даже плюнул на то, что обижался. Главное увидеть ее. Самобичевание потом: жива. Дверь открывается, и он видит хрупкую руку, что безжизненно свисает с кушетки. И только потом профессора. - Сюда нельзя. – Цедит женщина, выдыхая дым мелиссы ему в лицо. Упирается рукой в его грудь. Не толкает, но ясно дает понять, что Дмитрий не посмеет ослушаться. И теперь ему только и оставалось следить исподтишка. Или же задолбанную сестру теребить глупыми просьбами, кидая мимолетные взгляды на несмотря ни на что любимую. Верил, что очнется, она не могла умереть. Всем назло всегда выживала. И какова была его боль, когда он периодически видел ее без сознания, всю в проводах и накаченную снотворным. Каждый день. На протяжении полугода. С приказом тетушки «не подходить» не спорил. Тайком пробирался. Сидел тише мыши. Боялся, что кто-то его заметит. Боялся, что она почувствует его. Испугается. Она ведь так бурно реагирует на людей с этой пластиной в голове, когда периодически просыпается. А главное - боялся, что доводы Авеля подтвердятся. Боялся услышать её версию. Она не должна знать, что настолько его сломала. А когда полностью приходит в себя... Молчит. Глазами хлопает. Ей неинтересно, что стало с миром. С отрядом. С ним. Трясется и жалеет себя, на контакт не идет. Смотрит на него жалобно, будто и он должен пожалеть. Очередная манипуляция? А самое паршивое, что сердце снова хочет поверить. Вот только мозг не ведется. Поэтому она обижается, как делала много раз, когда не получала того, чего хочет. «Она делает это, чтобы разрушить мир. Это смысл её жизни. Ее желание. Ее цель, и вы помогли. На вас всех ей плевать. На тебя плевать. На твою любовь плевать. Хорошо играет?» Эти слова крутятся в голове до сих пор. И Дмитрий не хочет их принимать. Кто он вообще такой? Мальчик из пробирки. Однако картинка в голове складывается четкая: она всегда сторонилась, многое скрывала, манипулировала его чувствами, играла всеми членами отряда. Что-то пошло не по плану? Поэтому в ее глазах стыд и сожаление? Сам виноват, спускал ей все с рук. Это стало роком. А потом… Произошло то, что произошло. «Не хочу отпускать. Боюсь, если отпущу – ты исчезнешь». Дмитрий отпустил. И она исчезла. Его лаборант исчезла. Обещал защитить даже от самой себя – дьявола в юбке – не смог. Анна сказала, что несколько раз пыталась сбежать. Но Дмитрий больше не проглотит. Застрянет в глотке, но выплюнет. **** Время ползет, жизнь тоже. Генерал иногда смотрит на девушку, но та сразу отворачивается, пытается не заплакать. До сих пор. О чем думает? Осматривается вокруг с грустью, начала понимать, видимо. Дмитрий не отходит далеко, но и не давит. Вопреки всему охраняет даже когда дуреха почти впечатывается задумчивой головой в столб. Оттаскивает, но за капюшон. Иногда предлагает локоть, помогая неокрепшим ногам идти по дороге. Она прихрамывает от того, что жмут сапоги. Но зубы упрямо стискивает. Он намекает ей полежать, а не таскаться за ним маленькой собачкой. Но она как назло все равно тащится и лишь смотрит ему в лицо блестящими красивыми глазами. Чего-то просит или ожидает. Генерал делает вид, что не понимает. Она не видит его чувств. И это, наверное, хорошо. - А как вы спаслись? – Пфф. - А ты не знаешь? Странно. – Отрезал как хлыстом. Затем сто раз отругал себя за то, что не удержался. Если надавить, то ее разум может снова помутиться. Ага, оправдывай ее снова. Молодец. Неужели Дмитрий настолько обижен, что ведет себя по-детски? Но не может по-другому «раненый волк». Даже если ему под сраку лет. Дмитрию отвратительно одиноко. Лэйн изменилась. Будто вместе с Баалом у нее вытянули и часть ее самой. Осталось лишь опустошение. Это настораживает даже больше. Мужчина не знает, за какую мысль хвататься. «Генерал, я…» - Блеет в очередной раз, и душа Дмитрия в тысячный раз ухает в пятки. Он неосознанно сжимает ее предплечье сильнее, чем хотел. «Генерал», значит. Ясно. Отпускает. Едва заметно кивает. Так будет лучше. И быстрее переключает внимание на товарищей, пока не сдал свою боль с потрохами. *** И, как оказалось, к счастью, он идиот. Сейчас именно к счастью. Маленькое огниво вновь вспыхивает в груди. Лэйн скрытная. Она всегда такой была. Но все-таки не стала разочарованием. Он хотел, чтобы его подозрения развеялись! Выпалил про то, что демон в белом смог запудрить его прожжённые мозги на одном дыхании. Но в то же время не хочет признавать свою слабость. - Еще по одной? – Они с Яном курят, сидя на крыльце поместья. Дмитрий никогда толком женщин не понимал. Их логика слишком сложная. Поэтому и серьезных отношений в его жизни было мало. Но Лэйн другая. Еще более чокнутая. Но она – любимая. Ее он понять хочет. А вот Ян – дамский любимчик. Поэтому он сейчас многозначительно улыбается. Но совета его генерал не просит. - Вам надо поговорить наедине. – После долгого молчания заключает парень. – Советую подкатить к ней снова. Дмитрий задыхается затяжкой и возмущением. Он дает ему указания? Он? Ему? Этот патлатый? Своему генералу? Ян понимает его негодование без слов. Тактично затыкается. Все в отряде в принципе поджимаются в неловкости. А генералу сложнее. Тот переводит на него убийственный взгляд. Но рот открыть не успевает, как Ян вскидывает руки в сдающемся жесте. - Пойду-ка мешки перетаскаю, да? – Дмитрий ему не отвечает. И даже головой в знак согласия не кивает. Прожигает его ледяными глазами, будто горло этими льдинами перерезает. Да-а, к нему лучше не соваться в ближайшую неделю. Затем мужские зубы скрипят, а скулы разжимаются, натягивая кривую улыбку. Получается слишком жутко для дружелюбия. Парень сглатывает. - Эм… Отпусти меня, пожалуйста? – Ян вроде бы ничего такого не сказал, но создается впечатление, что издевается над раненым. - Угу. – Дмитрий мрачно делает новую затяжку и тушит бычок о свой ботинок. – И сними уже эту фигню с башки! – Щелкает по отросшей челке, скидывая розовую заколку сестры. – А то обрею! Парня как ветром сдувает. Напоследок видит, как бывший командир все-таки давит показавшуюся за долгое время улыбку, отворачиваясь. Этим двоим будет непросто помириться. Какой же Дмитрий тормоз в делах сердечных. Ждет, пока девушка, смотрящая ему буквально в рот, сама залезет к нему на колени? - Эй! – Слышит он в спину. – Отнеси ей те ботинки 38-го размера. - «А сам чего не отнесешь? » - проносится мысль, но Ян кусает губу. Ему забавно, как генерал борется с собой. И … смущается. – Пожалуйста. – Мужчину перекашивает, будто в мясорубке крутят. Но за это стиснутое «пожалуйста» брюнет готов хоть с крыши прыгнуть. *** - Прости! Сделаю вид, что совсем не ждала, когда мы вновь будем ходить под ручку… Как подружки. – Ведет бровями Анна, обнимая Лэйн. - Вроде бы все налаживается, встает на свои места. Ребята стараются помириться, но неловкость буквально осязаема. – Я говорила, что нужно растормошить тебя и выведать все, но Дмитрий запретил тебя трогать. А руки так и чесались. Отношения с друзьями действительно теплеют. Слишком быстро, это даже странно. Люди в отряде, как она себя убеждает, не зря всегда так бдительны. Доверяют инстинктам, соблюдают осторожность. Поэтому, кстати, все ещё живы. Все это время подбирала им оправдания. Не всегда выходило. Как оказалось - они тоже это делали. Не получалось ни у нее, ни у них. Сейчас же, наверное, всем просто нужно немного времени. - Ауч! – Задницу в обтягивающих штанах обжег смачный шлепок, оставленный перепачканной в мелу ладонью. Лэйн кидает прищуренный взгляд на Яна, который тычет в Грега пальцем. И тут же прячет руку, рассмеявшись. - Ну же, подруга! Лицо попроще, смотреть больно! - Хэй! Лучше помоги балку с прохода отодвинуть, умник! – Девушка топает новым сапожком и выпрямляется. - Да, генеральша! – Шутливо вскрикивает парень, приставляя руку к виску, и она тут же меняется в лице. Ян так-то и скромностью никогда не отличался. - Это была просьба, а не приказ. Не хочешь – не помогай. – Наспех перекинув тяжелую ношу в другой конец прохода, быстро удаляется, чувствуя лопатками на себе тяжелый внимательный взгляд. Такой знакомый, пронзительный, и так не вовремя. Щеки запылали. То ли от неуместной клички, то ли от жарких воспоминаний, которые лезут в голову вопреки всему. - Ну Лэйн! Я пошутил! Хочешь, я всю твою часть туннеля расчищу, а? *** - Раз. Два. И… - бормочет девушка себе под нос, пытаясь сосредоточиться на кувырках. – Три. – Закатывает глаза и падает спиной на мат при очередной неудачной попытке. Дмитрий наблюдает сзади, привалившись плечом к стене. Она его не замечает и не поворачивается. Слишком упорно-увлеченная. С растрепанным хвостом и сжатым ножом в руке. Дурочка, так никто в стойку не встает. И уж тем более острое лезвие на себя не направляет. Он стоит так уже минут десять, не решаясь зайти в тренировочный зал полностью. Он хочет, но тогда придется поговорить хоть о чем-то. А что сказать? Абсолютно виноватым Дмитрий, к сожалению, тоже себя не считает. Отец никогда не перед кем не извинялся. По крайней мере он не слышал. Не то, что перед товарищами, даже перед мамой. Даже перед ним и любимой дочерью. «Много чести»,- считал. – «Я генерал и знаю, что делаю. Решения просто не даются. Если их кто-то не понимает – это не мои проблемы. Точка». И Дмитрий безропотно учился быть таким же. Все в жизни взвешивать и обдумывать. Из его рта просто так ничего не вылетало. - «Ирина, успокой ее. Опять истерику устроила.» - В адрес сестренки 13-ти летний Дима слышал это часто. Даже любимицу закалял с пеленок. А уж его – взрослого пацана – тем более. Отец – не папа – кумир, пример для подражания. Волевой, жесткий в своих убеждениях, с командным голосом – наверняка ни о чем никогда не жалел. Дмитрий хотел так же. Даже спалившись с сигаретой за гаражами в 14 лет, стойко пережил армейский ремень на заднице. Тогда он впервые влюбился. В учительницу. Замужнюю. И она его, естественно, ласково отшила. Но Димка был упертым, старался долго. И, видите ли, содрать со школьной клумбы три пиона – значит вызвать родителей в школу. От директрисы досталось всем. Такую «романтику» возлюбленная почему-то не оценила. И он решил: в трещину этих девчонок и эту любовь. Вот и отобрал у одноклассника пачку. На адреналине-то. Но о поступке не пожалел. Ллойд-старший не любил, когда сын его бесит. Однако эту гадость они в итоге вместе и раскурили за душевным разговором про половое созревание. А извинения… Так получалось, что они с Анной слишком сильно любили папу, и не нуждались в них. Все всегда возвращалось на круги своя само собой. По-другому они не умели. Мужчина не знает, почему об этом вспомнил. Интересно, Лэйн отходила бы его по роже этими пионами? Ножом привычнее. Падет в бою как герой. - Опять не спится, генерал? – Она, уставшая, но не утратившая энтузиазма, заметила. Вздернула бровь с легкой усмешкой. Вроде в неплохом настроении. Какой вспомнилась ему при первой кулуарной беседе у камина. - Неплохо-неплохо, - краешком губ улыбается он. Иронию оценил. Вспоминаются первые дни в Роткове. - Да, все стали такими же колючими и холодными. Все еще дуется. Рано обрадовался. Старается показать себя отчужденным, чтобы не уступать ее язвительному поведению. Но это ох-как трудно. Один взгляд на неё, и Дмитрий хочет раскрутить планету, чтобы отмотать время назад. Туда, где они еще безумно любят друг друга. Как они оказываются на полу он не помнит. Как она садится верхом – тем более. Мужское тело ниже пояса напрягается, а руки машинально хватаются за упругие бедра. Девушка прямо на его паху, и это опасно. Скидывает ее и подминает под себя. Еще хуже. Она сбивчиво пыхтит, загнанная упражнениями. Вот только кто из них еще в ловушке. Дыхания смешиваются. Лэйн видит «тот самый» взгляд, приоткрытые губы, жилистую широкую шею. Его сексуальные руки держат крепко, но не больно. Дразнит ее. «Ты не победишь соперника». Соперника. Лэйн хитрит: тянется за "поцелуем". Ситуация беспроигрышная: отстранится – хорошо, есть шанс подвинуть и выиграть немного времени. А нет – что ж, проиграет. Но сладко проиграет. Он на удивление наклоняется навстречу. Неужели ответит? И только тогда горе-боец понимает: она выбрала бы именно это. Ох уж этот свет. И эти гребаные отродья. *** - Ммм… - Наконец, выдается спокойный вечер. Девушка расслабленно растягивается в пенной воде, опираясь руками о бортики купели. Запрокидывает голову и закрывает глаза. Свечи по бокам почти потухли, оставляя ее в темноте. В тишине и одиночестве комфортно. Пластина не беспокоит. Стараясь усилить эффект, ныряет в воду с головой. Пока не чувствует странного колебания, будто кто-то брызжется. Выныривает. - ААААА! – Визжит от неожиданности и наспех закрывает грудь ладонями. - ААА! – От внезапного писка Ян подпрыгивает на корточках и зажмуривается. - Эй! Я же голая! – Лэйн начинает шарить рукой в поисках полотенца, но оно слишком далеко. - Да не кричи ты! Я не смотрю! – Парень нащупывает махровое прикрытие, подползает, и вслепую протягивает ей. - Вы уже вернулись? - Да, повезло найти стаю достаточно быстро. - И что ты тут делаешь? Это вообще-то женская половина! - Я стучал, но ты не отвечала. Забеспокоился. Пожалуй, в коридоре подожду. Девушка фырчит и вылезает из воды, все еще прижимая ладони к груди и нижней интимной зоне, нелепо, ведь рук не хватает. На полу скользко, и при попытке встать ботинки брюнета разъезжаются в разные стороны. - Осторожнее! – Сказать, что неловко – ничего не сказать. Девушка едва успевает завязать узел на теле, как подскакивает к двухметровому падающему туловищу, пытаясь поймать за плечи. Лбы с глухим хлопком ударяются друг об друга. С*ка. Чуть глаз не выбила. Ян мычит и утыкается носом в ее ключицу, хватается за дрожащие хрупкие локти. – Ты в порядке? - Угу. - Так что ты хотел? Казалось бы, они могли унести этот позор с собой в могилу. Но дьявол с ними еще не наигрался. На женский визг по темному коридору кто-то прибежал. Кто-то огромный. Дверь резко распахивается, почти срываясь с петель. - Что такое? - Да ну нах*й… – Стонет Ян. Картина маслом. Как в тупой дешманской комедии. Парень виснет на голой девушке, чье полотенце почти расцепилось. И к мизансцене с расстегнутой ширинкой и увесистым кожаным ремнем в руке подключается полуголый Дмитрий. - Не понял. Я еще не умер. Генерал негодует. Его голос тих и мрачен. А «парочка» косится на армейскую бляшку. - Ты правда не так понял. Если я так скажу, не поверишь ведь? – Обреченно констатирует - даже не спрашивает - Ян. - Генерал, я… - Блеет Лэйн. – Черт. Да отцепись ты! – Резко меняет заискивающий тон. – Мне дадут сегодня помыться? - Он ведь тебя не облапал? - Что? Нет! – Возмущается блондинка, кутаясь в полотенце сильнее и сжимая пальцы на ногах. – А ты… Почему здесь? - Искупаться пришел. Что тут еще можно делать? В раздевалке крик услышал. И прибежал аж с полуспущенными штанами, конечно. Девушка юркнула взглядом по обнаженному торсу и распахнутому паху. Сглотнула и опустила голову. - Что-то ты на этой неделе слишком часто попадаешься мне на глаза без дела. И твои ручонки тоже. Тебе стало скучно? - Нет, сэр! - Не называй меня «сэр», не беси! - Да, сэр! Яна веселит старый друг. Он знает, как можно раскачать эту громоздкую кучу занудства. Командир никогда не разрешал так себя называть: смущался, ведь они были кем-то большим, чем сослуживцы. Но что-то не сейчас. Сейчас генеральские тумаки ему такими родными явно не покажутся. - Кыш! – Рычит мужчина, оскалившись. Дергается даже девушка. Крабиком пятится на выход вслед за товарищем, заливаясь краской. Совершенно забывая, что вообще-то это Дмитрию нужно покинуть помещение и зайти с другой – мужской стороны. Откуда и должен был изначально. - Подожди… - Тихо бубнит мужчина, когда она уже хочет обогнуть его фигуру. – Я не тебя прогонял. Девичье сердце пронзает трепетом. Он так близко… Его рука… Рука, мягко обхватившая ее хрупкое запястье. Она поднимает голову, и их взгляды сталкиваются. Ненадолго, но хватает, чтобы сглотнуть желанный поцелуй, которому сбыться не суждено. Она думает – поезд ушел. Он думает, что обделался он. Лэйн закусывает нижнюю губу, но затем резко отстраняется, поняв, что это слишком интимно. Дмитрий быстро облизывает свою и выпускает. От скорой разлуки по нежной коже расползаются мурашки. И ей становится холодно. - Не бери в голову, генерал. Я все равно уже собиралась домой. – Говорит с надеждой. На что? Не знает. - Я не буду смущать тебя. Все равно ухожу на мужскую половину… На что ты надеешься, Лэйн? Что он сейчас разденется, возьмёт тебя в охапку, и вы примете ванну вместе? - …просто испугался за тебя. Ты в порядке? – Брюнет легонько цепляет указательным пальцем ее подбородок и заглядывает в глаза с нескрываемым беспокойством. – Эй… Мне стоит надрать ему задницу? Вопрос? Он спрашивает позволения? Интересуется, не пострадала ли ее честь? Или ревнует? В любом случае ему не все равно. И это делает ее немного счастливее. - Это всего лишь Ян. Не стоит. Просто недоразумение. Бесовских голосов в голове больше нет, если ты об этом. - Почему ты решил, что это я кричала? - Потому что знаю твой голос. От его слов, от того, что он такой родной и знает каждый ее жест, звук и даже запах, между ног проходит разряд. Но Лэйн держится, чтобы не сжать бедра. Становится снова жарко. Мужской взгляд мутнеет. Ну же, поцелуй! - Я пойду. - «Зови если что» говорить он не стал. – Не торопись, здесь больше никого нет. Краем сознания, тем, что он упорно отрицает, он подумал, что снять штаны здесь, прямо перед ней, было бы не так уж неуместно. Это купальня. Да и чего она там не видела? Но воздерживается. Меняет траекторию и уходит. - Боже… - Она вздыхает и отворачивается. Трёт лоб и закрывает ладонями лицо. Вот это идиотка... Задумывается, бросился бы Дмитрий спасать кого-то другого? Конечно же да! Глупая. Не надумывай. Дмитрий раздевается полностью и, поджигая несколько свечей, погружается в пену. Их колыхания отбрасывают блеклые светотени на ширму. Мужчина невольно бросает туда взгляд. Наблюдает за аккуратным женским силуэтом. Девушка сбрасывает полотенце, обнажая лёгкий стан, обтирается. Ее движения элегантны, словно танцует. Наклоняется, чтобы надеть трусы. Прогибается в спине, чтобы натянуть майку. Встряхивает волосы, отжимает. Округлые полушария груди даже с такого расстояния манят его придвинуться ближе, рассмотреть более детально. Да и небольшой треугольничек между сведенных бёдер тянет зарыться туда лицом. Но это будет значить, что она услышит плеск воды и заметит его. Заметит, что он пялится. Почему не остался на той стороне? Все слишком сложно. Идиот, поговори с ней! Она выглядит веселее, но все еще в своем мире. Из-за этого на душе какая-то пустота. Охладела? Отношения с остальным отрядом наладила быстро. А с ним... Пока мужчина наблюдает. Да и больно себе снова сделать боится. Однажды девушка разорвала его сердце в клочья, сама того не понимая. А он ей не подружка, с которой можно выпить и скрестить мизинцы. Но, дурак, не замечает, что она тоже ждет первого шага. Если намекнуть чу-уточку конкретнее – значит сказать «возьми уже меня, пока я берусь». Но генерал все убегает, не видя никаких знаков. Мужчины… *** - Мы где могли протянули канаты. Сюда. Пристегнитесь и съезжайте один за другим. Съезжайте. Класс. Лэйн, конечно, когда-то любила скалолазание, тарзанку и тросы. Но, черт возьми, не в потустороннем мире. Для человека давление на такой высоте практически нереальное. Вниз смотреть страшно. Девушка застывает как вкопанная. Соберись. Соберись. Соберись. Несколько людей уже скользнули в неизвестность. Я такой трусихой не была. Не показывай, как это страшно. Улыбнись. Иди. И она идет. - Погоди. Хочу закрепить сам, чтобы наверняка. Ну вот. Появились галюны. Осталось дождаться, пока кровь носом пойдет. Но свист и улюлюканье друзей за спиной доказывают, что ей не показалось. Он хочет, чтобы она не превратилась в расплюснутую на асфальте (или что у них тут) лепешку. - А эта опция только для избранных?... Избранных. Генерал Грега не поправляет и не отрицает. Всего лишь заговорщически улыбается, косясь на лаборанта. Та мяукнуть не успевает, как огромные руки стягивают трос на ее талии и вжимают в тело, к которому прилагаются. Ох. - Нужно будет подкинуть ему работы, как вернемся обратно. О-ох. Дмитрий как-то подозрительно нежно мурлычет ей в ухо. Она даже не верит, что это все еще он. Но смех невольно вырывается. Это было смешно. Он что, пошутил? Спустя столько времени? Приятное удивление вспышкой проносится по сердцу, и Лэйн позволяет себе обвить мужчину ногами и руками. Чтобы не упасть, конечно же. - Как легко провиниться перед тобой. Хорошо, что меня ругать не за что. – В ответ ластится, а он и не против. - Надеюсь, ты еще дашь повод. - Продолжает флиртовать генерал, ближе прижимая к себе. Игриво подхватив под попой и встряхнув для удобства. Хватаясь за крепление, отталкивается от земли - и оба уже летят по канату. Вниз. В бездну. В невесомость. Да куда угодно - все равно. Главное вместе. Смеясь. Как и прежде. Лэйн раскидывает руки в стороны, держась за его туловище лишь ногами. Подставляет лицо ветру и громко хохочет от того, как сейчас ей уютно. А Дмитрий напрягается, разволновавшись за ее безопасность. Ведь сам держать не может – иначе оба сорвутся. - Держись крепче! Она слушается и снова обвивает руками его шею. Кутается носом в шинель, пытаясь насытиться его запахом. Затем поднимает голову и жмется виском к щетинистой щеке. Ощущает, как острые скулы дрогнули в улыбке. Как она скучала… Дмитрий тоже доволен. Сначала не решался приближаться. Но, увидев, как девушка с ужасом смотрит на Соню и Донован, не сдерживается. Руки тянутся к ней автоматически. Он категорически против, чтобы она прыгала сама. Ага, сейчас. Как же! А то, что сзади люди оборзели – да хрен с ними. Что они понимают, идиоты завистливые? И получилось так, как получилось. Возможно, это и есть маленький шажок к ней. Разведывательный. Возможно, она сделает ответный. Возможно, все наладится быстрее, чем он думает. После полета расстаться пришлось быстро. Пара открепилась друг от друга слишком спешно. И неловко разошлись. Ведь следующей паре наблюдать за романтической короткометражкой с высоты на огромной скорости не очень удобно. Пока Лэйн переваривает, что это нахрен сейчас было, сзади подкрадывается Анна. -... Несколько недель назад ты пошла на поправку и вернулась. Но до этого все было иначе… Я долго не решалась сказать, ведь он мне запретил, но… Я подумала, что ты должна это знать... Вон оно как. Девушка переводит взгляд на генерала, что сосредоточенно помогает остальным. И картинка начинает проясняться. «Один и тот же разбитый взгляд»… Он думал, что он всего лишь инструмент. Что больше не нужен мне… Весь оставшийся путь вплоть до убийства бессмертного и момента, как потеряла сознание, Лэйн не может выбросить это из головы. А очнулась уже в своей комнате в поместье. Ближе к ночи. С перевязанной головой и перебинтованной рукой с катетером. *** - Ауф… - Черепушка трещит, а желудок издает жалобную трель. Сколько времени прошло? Нужно встать и пробраться на кухню. Не могут же ее тут вечно держать? Только аккуратно. Если попадется кому-нибудь – точно изолируют. Выскальзывает в коридор – все тихо. Правда придется пробираться мимо кабинета генерала. Дмитрий... А что, если он волнуется? Дать знать, что очнулась? И что теперь будет? Дать понять, что она все знает или не подставлять подругу? В обоих вариантах достанется от кого-то из них. А что, если сделать вид, что ничего не произошло? А что? Заговорить, пококетничать, предложить начать сначала... А если не ответит и выставит дурой? Если ему просто надоело вариться в этом дерьме? Хотя там, на канате, он равнодушным не выглядел. Может, это шанс? Лэйн явно терять его не собирается. Неприятная ситуация, конечно. Но сколько можно морозиться, если уже во всем разобрались? «Это длилось месяцами. Если бы умерла, он бы мне не простил». Больно. Она все исправит. Иначе сойдет с ума. - Ты занят? – Голос подруги приглушенно доносится из убежища брата, и блондинка юркает за угол, прислушиваясь. - Да. – Голос генерала задумчивый. Что он сейчас делает – не видно. Может, читает, составляет очередной отчет или же снова пьет свой виски. Скорее всего все вместе. Но то, что вымотан, заметно даже снаружи. - Нам нужно поговорить. - О чем? - Ты знаешь. – Анна наверняка сейчас перейдёт на шепот и уже оглядывается на дверь. - Нет, не знаю. – Он явно начинает нервничать. – У тебя что-то срочное? - Не срочное. Но важное. Может хватит уже комедию ломать? Смотреть больно. Я о Л… - Если не срочное, то выходи. – Перебивает мужчина. - Или нечем заняться? Слышится обреченный вздох. Брюнетка наверняка сейчас стучит носком сапога по его ковру. - И когда у тебя на меня будет время, м? Его же никогда нет! Может, снизойдешь, как освободишься? - Я буду здесь всю ночь. - Серьезно? После всего, что сегодня было? Ты даже Каина послал, когда он... - Аня. – Отрезает он сердито. – Так поступил бы любой в отряде, если бы товарищ попал в беду. Мы всегда друг друга спасаем – так должно быть. А если тебе некому вытрахать мозги – иди к Ноа. Они с Лестером любят подушнить. - Да что за херню ты сейчас несешь! Дальше Лэйн подслушивать не стала. Что это снова было? Ну мы ещё посмотрим, «товарищ». Злобно протопав на кухню и набрав в карман печенья, хватает фляжку с явно горючей жидкостью и топает обратно. - Подумаешь. Отнёс бы тогда Ноа, раз все равно кого. Знатно нализавшись, девушка подумала о том, что нужно бы раздобыть еще. Есть два варианта: либо этот алкоголик-коллекционер, либо подвал Романова. И пока выбирала, заметила рацию на тумбочке. Ого… Бинго. Шшшш-пшш. - Товарищ генерал! Разрешите обратиться! Пшшш-пшшш. - Товарищщщ... - Лэйн? – Осторожно отзываются на другой стороне. - Прием-прием! – Скалится блондинка. - Ты очнулась? Как ты? Что с голосом? - Да все супер. Как дела? Пшшш-пшшш… - Л..н... Пшш.. - АЛ-ЛО! - Ты что, пьяная? - А ты? - Ты в курсе, что это общая волна? - Да? Ну тогда иди ко мне и покрути мои… - Боже, отключаюсь. – Перебивает и откашливается мужчина. Хах, интересно. Что о нем подумают? Что он помчался к ней? Или не помчался, а просто нахрен опозорился и теперь точно запрется от подколов? Так тебе и надо. Признаться, сначала она и правда хотела попасть лишь к нему. Возможно, соблазнить. Но получилось даже лучше, чем она ожидала. Деловая колбаса. Нашел товарища. Злорадно хихикая, девушка засовывает в рот последнее печенье и зарывается с головой под одеяло. И моментально засыпает с блаженной улыбкой и мечтами об этом грозном идиоте. - Лэйн… - Дверь скрипит, ведь она забыла запереться. – Спишь? Ммм… Какой сладкий сон... - Дми-итрий… - Урчит она. – Ты пришел ко мне? Над миниатюрной тушкой нависло тестестероновое тело. - Ты звала, и я пришел. Подумал, ты заболела. - Ммм.. – Теплые руки обхватывают ее плечи и касаются шеи. - Снова холодная. - Согреешь? - Тебе нельзя пить, лаборант. Тебе вкололи антибиотик. - Мне плевать. Если ты хотя бы так со мной останешься, я обчищу погреб… - А-ха-ха… - Бархатное и ласковое урчание над ухом щекочет слух. – Эх, лаборант… - Останься… Обними меня. В туманной дымке девушка пытается поймать его руку, чтобы попытаться повалить рядом. Но, конечно, в грезах она растворяется. - Я так люблю тебя… Генерал. Девушка не хочет просыпаться. Никогда. Чтобы он так и остался рядом. Пусть даже призраком. Она ведь даже чувствует, как он гладит ее макушку и оставляет легкий поцелуй на лбу. Как бережно укутывает в сброшенное одеяло. Как напоследок проводит пальцами по щеке. Она пытается поймать и задержать это прикосновение, но то неизбежно ускользает. Какой же он сладкий… *** - Доброе утро, алкоголичка! Лаборант стоит у столешницы с чайником в руке. Кисть слишком трясется, чтобы попасть кипятком в кружку. Глаза все еще не могут открыться толком, а во рту обделались кошки. Три. Два. Один. Осознание. Что я вчера выкинула? - Доброе. – Нужно приложить немало сил, чтобы притвориться, что так и было задумано. И еще чуточку, чтобы не обращать внимания на небрежное прысканье Лестера. Ноа бурчит, что их мерзкое хрюканье не позволило ему выспаться. Их? Отлично, в ее позоре поучаствовали все. Анна тактично разворачивается спиной и берет огурец, чтобы его порезать. Грег подмигивает и перехватывает у нее половину овоща прямо с доски. Еще две пары глаз Вана и Сони обжигают спину до легкого пота на позвоночнике. Виснет неловкая, любопытно-выжидающая пауза. - Давайте уже… - Обреченно стонет Лэйн. - Аха-хах-кха! – Акт стеба, сопровождающийся коллективным свистом и гарканьем свершен. Передразнивая гримасы друзей и медленно макая в кружку чайный пакетик, блондинка швыряет его в мусорное ведро и шоркает тапками обратно в комнату. Больше пить не буду. Позорище. - О, какие люди и без охраны… Доброе утро, солнышко! – Задорно воркует Ян, выныривая из генеральского кабинета. - А-ха-ха… - Сонно не смеется Лэйн. – Щас умру. И да. Пошел ты. - Ути-бозецки… Какие мы грозные и неудовлетворенные. Оба. А-ха-ха. Судя по тому, откуда он выскочил, держась за затылок, это он и про Дмитрия. *** Это какой-то заговор. Его женщины точно объединились, чтобы изнасиловать в мозг. Сначала одна буквально выпихивала его из кресла. Пришлось отшить в грубой форме, надеясь, что больше не пристанет. Но сестрица, не поверив в бредятину о безразличии, сношала его еще минут двадцать. Пришлось согласиться, что все-таки навестит и разберётся с ее подружкой-пьянчужкой. Отстала относительно быстро, но обещала вернуться. А затем вторая… Если честно, Дмитрий сам долго хохотал и не мог успокоиться. Он знал, что завтра станет объектом массового буллинга. Поэтому заключил: если и будут издеваться, то хоть за что-то. Выждав минут десять и отложив уже не такую уж и важную папку с документами, крадется в ее спальню. Маленькая идиотина, даже не закрылась. Посапывает в подушку, обнимает ее и прижимается как к любимому мужчине после секса. Ногой почти до нее достала. - Лэйн… Спишь? – Сдерживает смешок мужчина. - Дмитрий… - Соблазнительно стонет лаборантка… - Ты пришел ко мне? А дальше ему стало не смешно. Свалил оттуда быстро, пока не соблазнился. В гостиной уже шушукаются. Точно уши грели. Но пока они не знают, каких пиздюлей за ничегонеделание огребут завтра. *** На столе разложена карта местности. Генерал нависает сверху, уперев накаченные до греха руки по сторонам столешницы, и чертит карандашом неровные круги и стрелки. Прядь челки небрежно свисает со лба, и блондинке хочется смахнуть ее. Брови хмурятся, но грудь поднимается и опускается ровно. Он не волнуется перед заданием, зная наперед, чего он сегодня добьется. - Разделимся. – Серьезно приказывает он. – Ван, Соня. Нужно проверить ловушки на северной стороне. Грег, Ян – запад. Лестер, Ноа – юг. Анна – ты со мной. Возьмем восточную часть. Каин и Авель – патрулируйте с воздуха. Не ходите по одному. Прихватите солдат. Не теряйте друг друга из вида. Связь держим по рации. Заметите отродья – не молчите. - А я?... – Спрашивает Лейн осторожно. – Мне куда? - Тебе? В комнату. Анна, дай ей лекарство. – Дмитрий поднимает на лаборанта загадочный взгляд. Какой-то странный, будто что-то задумал. Девушка хочет спросить почему, но вопрос внезапно застревает в горле: мужчина обаятельно улыбается и подмигивает. Подмигивает? Я что, сделала еще что-то, о чем не помню? Хоть Донован и отправила всех на серьёзную миссию, готовясь к чему-то, о чем знает лишь она, атмосфера в кабинете какая-то шутливая. Друзья кидают на командира секундный взгляд, но улыбки проглатывают. Лэйн успевает заметить. И самое странное: человек, которому она нагадила – хозяин положения. Да как так-то? - Сегодня после обеда месса. Все ждут тебя. Мы насчитали около дюжины культистов, которые бродят у ограждений церкви. Сначала хотели стрелять, но они заговорили. Мы не доверяем им. Наша «святая» не должна свалиться в обморок от головной боли на пьедестале как вчера. - Вот как? – Лаборант чувствует нотки сарказма. – Я уже не нужна тебе, генерал? - Нужна. Ты самое важное наше оружие. И моя задача – тебя сберечь. «Наше». Лэйн себя снова сбивает. Понимает свою ценность. Но спросить при всех еще кое о чем себе не позволяет. - Вопросы еще есть? Вперед. Все расходятся, распихивая ножи по карманам и подтяжкам. Кто-то берет ружья, кто-то пару бит, кто-то скручивает цепи. От смеха не остается и следа. - Генерал… - Останавливая у двери, девушка шепчет у его уха, чтобы никто не услышал. Осторожно берет мужчину за запястье, невольно отмечая, что он уже не убирает руку. – Прости за вчерашнее. Это…обычно я так не делаю. И с тобой шутить не позволено. Я просто… - Ццц… Не бери в голову, лаборант. Все всё поняли, не переживай. У тебя стресс и все такое. Если тебе одиноко – ты можешь меня набрать. Только настрой волну правильно. Хорошо? – Дмитрий ласково мажет пальцем по хрупкому подбородку, как бы подбадривая, и выходит из комнаты. – Меня не будет пару часов. Не скучай. «Меня». Он хочет узнать, буду ли я его ждать? Таким образом Лэйн остается в поместье одна. На улице ходят кругами человек пять незнакомцев, периодически всматриваясь в небо. Но это абсолютного чувства безопасности не дает. Обезболивающее немного помогает, она уже может вытащить катетер и стянуть повязку с головы. Надо отвлечься. Сегодня нужно стать самым добрым и лучезарным в мире созданием, и от этого немного подташнивает. Вот черт. Платье порвалось сбоку. Интересно, тут есть какое-то другое белое? Или хотя бы нитки? Девушка, пользуясь тишиной, крадется в старую комнату Бориса – к сундукам. Насколько она помнит – там всегда хранились роскошные платья. Относительно новые и самое главное чистые. Интересно, откуда он их брал? Они сохранились? И она действительно находит: сногсшибательное, словно свадебное. Не пышное, как сначала думалось. Тонкое, струящееся, с небольшим шлейфом. А также еще несколько: голубое, алое, зелёное. Их тоже, естественно, берет. Глаза девушки загораются азартом и предвкушением примерки. Она рыщет глубже и натыкается на маленький мягкий сверток. Что это? Платок? О, боже мой… Белье. Нижнее белье. Лифчик, трусы и легкий халатик. Лэйн даже проморгаться пытается. Откуда? Явно не от мамы или бабушки. Но мысли про любовниц дворянина быстро пропадают: она представляет его на себе. Не Victoria’s Secret, конечно, но вполне соблазнительное. Белое, удобное, гладкое. В голову лезут мысли надеть его на службу под платье. Ведь она так давно не носила красивого белья… И уж тем более его давно никто с нее не снимал. Не думая, девушка хватает находки и несется в свою комнату. Раскладывает все на кровати и идет к зеркалу. Хоть бы по размеру подошло, пожалуйста… Снимает свитер и прикладывает лифчик поверх майки. Черт, немного маловат… А потом останавливает свой восторг. Что я делаю? Зачем мне красивое белье в апокалипсис? Перед кем мне в нем щеголять? Дмитрий – гремит в голове. Но девушка заранее остужает себя. Его возможный взгляд заставляет колени подкоситься только потому, что это лишь фантазия. Лэйн хотела бы покрасоваться перед ним. Возможно, специально, делая вид, что не заметит, как он подсматривает в «случайно» незакрытую дверь. Но также девушка сомневается, что он станет подсматривать. Да, у них налаживается контакт. Но отношения будто обнулились. Не опозорится ли, если станет навязываться? Ведь кроме осторожных улыбок, и то, когда он сам захочет, она больше ничего не получает. К черту. Идет как идет. Блондинка убирает всю красоту и запихивает в шкаф. Надевает новое платье и закрывает лицо вуалью. *** - Ты молодец. Справляешься все лучше. – Хвалит профессор. - Не то что в прошлый раз. - Не без доли иронии, конечно. Лэйн могла бы лучше, но актерский она не заканчивала. Паства идет за ней, этого хватит. Пока. Лэйн кривится, когда выходит на улицу. Накидывает пальто. Голова раскалывается, но она привыкла. Прихожане для того и ходят, чтобы найти свою истину, и чем больше она будет стараться, тем самой же будет легче. - Ну что, домой? – Спрашивает Грег, убеждаясь, что посторонние покидают территорию. - Да, все свободны. – Отпускает команду Дмитрий. Они неплохо поработали: сигнализации настроены, ловушки тоже, дежурных сегодня много. Даже удалось пополнить запасы еды. Лаборант осторожно идет по протоптанной дорожке, иногда утопая в снегу. - Ты в порядке? – Генерал немного отстает от шеренги. - Да, вполне. Ерунда. – Девушка устало улыбается. Случайно касается его ладони. Интересно, если взять его за руку – как когда-то – отпрянет? Закусывая губу, касается снова. Снова «случайно». Дмитрий улыбается в ответ, но ей не показывает. Понимает, чего она хочет. Снова привыкает к нему. Он расслабляется и позволяет. Еще касание. И еще – более смелое. Генерал чуть сгибает свои пальцы. И когда она вновь проверяет: цепляет ими ее холодную руку, не давая разорвать связь. Они встречаются взглядами: ее – смущенным, и его – по-доброму насмешливым. Девушка поджимает губы и слегка покрывается румянцем. Он же отводит глаза: на щеках появляются ямочки. Теперь она смелеет и ныряет пальчиками в его большую шершавую ладонь. Он же уверенно сжимает их между фалангами и ведет блондинку за собой, отмечая, как же сильно скучал по этому ощущению. *** Похоже, ребята решили устроить посиделки у камина. Лэйн, наливая чай перед сном, слышит задорный смех, шутки и вскрики. Анна зовет присоединиться, и она решает посидеть с ними минут пять. Бегло осматривается, пытаясь найти глазами его. Но Дмитрия нигде нет. К таким сборищам он обычно не присоединяется. Незаметно ускользая, девушка крадется мимо кабинета, куда почему-то сейчас так тянет. Дверь на удивление немного приоткрыта. Она хочет подсмотреть, чем он занимается. Не стучит, только носом в щель ныряет. Внутри нет никакого движения. Однако свечи на тумбочке горят. Заходит и замирает. Генерал спит. Причем так, будто задремал случайно. Вокруг раскиданы бумаги, ручка все еще зажата между пальцев, волосы всклокочены, рот приоткрыт. Девушка улыбается, умиляясь. Он жутко уставший, с кругами под глазами и отросшей щетиной. Хмурит брови, будто видит беспокойный сон. Лаборант крадется ближе. Ставит свой чай ему на стол. Себе сделает новый. А он проснется – будет приятно. Правда, наверняка напиток остынет – но все же. Он всегда о ней заботится, даже когда… Неважно. Поправляя кофту на молнии поверх ночнушки, обходит стол и кутает руки в рукава. Опирается ягодицами на столешницу, случайно коснувшись коленом мужской брючины. - Ай! – В глазах заискрило. Девушка вскрикивает, приземляясь на генеральские бедра, будучи дернутой за руку. – Хорошая реакция, генерал. Прости, я думала ты спишь. Ответа так и не получает. Он будто еще в дрёме. Руки работают на рефлексе, крепко ловят, но создается впечатление, что мужчина не хочет выныривать из своего сна. Будто не чувствует опасности и знает, что это не вор и не враг. - Лэйн… - Сонно хрипит. Девушка настораживается. Немного наклоняется, чтобы всмотреться в его лицо. - Эй, все нормальн… Ох! – Вздох сделать не успевает – он стягивает ее небрежный пучок на голове пальцами и жадно впивается в губы. Девичье сердце делает кульбит от неожиданности и такой резкой смены его настроения. В этом весь Дмитрий. Подбирается к тебе слишком аккуратно и скромно, чем начинает раздражать. Но в самый неожиданный момент, когда ты совсем этого не ждешь, сбивает тебя напором словно гребаный танк. Между ног резко мокнет. Очень сильно, что аж стыдно. Но мозг не раздумывает. Послушно подчиняется девушке, что с ярой готовностью распахивает рот и впускает туда его язык. Скользит ладошкой по широкой горячей шее и удерживает, надеясь, что хотя бы во сне он представляет ее такой. Податливой, мягкой, ласковой. Его женщиной. Полностью. Кожа мгновенно покрывается мурашками. Лэйн льнет к его груди, обнимает, впитывает носом его запах. Дмитрий же ныряет под ее толстовку на спине и крадется по лопатке. Поцелуй становится все глубже. Настойчивее. Почти животным. И генерал открывает глаза. Отрывается. С*ка. Отстраняется, осознавая, что ошарашил. Сам от себя не ждал. Во всем водовороте пиздеца это то, что было ему нужно. Голова устала, тело устало. Организм требует отдыха, разрядки, что никакими тренировками и медитациями не удается получить. Генерал почти убил себя грузом, что тащит на себе столько лет. Грузом, что стал невыносим последние полгода. Но, к его счастью, проходит всего секунда, как девушка снова подается вперед и впечатывается ртом в его рот уже сама. Ей безумно понравилось то, как он ее взял. Как плавится ее тело. А закрыться додумалась? То, что в гостиной куча народа – больше подстегивает. Да пусть хоть дверь выбьют и увидят, как она ерзает на генеральском паху – плевать. Она слишком долго мучилась в догадках. - Ммм - Гладя руками по щекам, сражается с его языком, сладко стонет и улыбается урчанию. Сейчас девушка счастлива. Осознает, что Дмитрий облегченно выдохнул. Свет свечей колышется, отбрасывая тени на стену. Зрелище эротичное: оба буквально пожирают друг друга, тонут в похоти. Лэйн прогибается под его руками, кружит бедрами на его коленях, вытягивает спину, чтобы навалиться сверху. Мужчина подчиняется, дает несколько секунд, чтобы позволить вдавить себя в хрустящую кожу кресла, а затем подается вперед, отбирая инициативу. - Я надеялся, что ты придешь… Поцелуй. - Почему же? - Потому что ждал… Поцелуй. - И как ты понял… - Поцелуй… - Что это я? - Потому что не стал бы целовать никого кроме тебя… Поцелуй. - Твой запах… Твое дыхание… Поцелуй. - Ты громко шлепаешь тапочками… Поцелуй. - Значит ты не спал? - Я никогда не сплю. В порыве вожделения девушка стискивает его кофту на груди. Та послушно тянется в кулачках, и она чувствует, как рельефный торс оголяется. - Осторожнее, лаборант… Не дразни. - Рычит брюнет. - Генералам слова не давали… - Скалится девушка, впиваясь в его горло. Голова мужчины податливо откидывается назад, а глаза закрываются от наслаждения. Женская ладонь по-собственнически скользит по прессу вниз и накрывает ширинку. - Ммм… - Стонет генерал. Хочет сказать «еще», но вырывается другое. - Хочешь трахнуть меня? - Хочу… И он срывается с тормозов. Оба понимают, что сейчас будет быстрый перепих. Но обоим он чертовски нужен. Говорить больше неохота. И выяснять, что между ними – тоже. Пальцы Дмитрия трясутся, он тянется к молнии на брюках. Лэйн немного приподнимается, чтобы помочь ему расстегнуть ширинку. А сама пытается стащить с него кофту. Спазмы сводят тело вплоть до колен. Мужчина поднимает руки, чтобы она освободила его от одежды. - Идеально… - Мурлычет девушка, дразня легкими полизываниями ушную мочку. А затем ниже. Ниже. Дмитрий покрывается мурашками. Предвкушает. Ерзает по сиденью. Затем резко отрывает спину и сжимает хрупкое тельце любимой. Стягивает вниз по плечам распахнутую кофту. Ныряет ладонями под задравшийся подол. С голодной яростью жамкает ягодицы. Направляет их, надавливает. Лэйн стискивает в кулаке его член, водит по нему через трусы. - Иди ко мне… - Скулит мужчина, заваливая любимую на себя и приподнимая таз. Проведя пальцем по ее липкой ложбинке, впивается ртом в сосок и приспускает свои трусы. - Генерал! Ты здесь? – Доносится из-за двери голос Лестера. ЧЕРТ! БЛ*ТЬ! Дмитрий раздражённо рычит, а Лэйн в панике отпрыгивает. В ужасе распахивает глаза, таращась на брюнета в поисках поддержки. Готова сквозь землю провалиться, но он, мгновенно собравшись, закрывает ее рот рукой. Зажмуривается, делает глубокий вдох и цедит. - ЧТО? Лестер парень рисковый. Однако даже если дверь не закрыта, будь-то пожар или землетрясение, войди без разрешения сюда не осмелится. - У нас большие проблемы, генерал. Кто-то отключил всю сигнализацию. Грег обнаружил новую стаю. Она уже близко к соседнему поселению. - ЧЕРТ! Девушка стекает под стол, пунцовая. Мужчина наклоняется и прижимается лбом к ее лбу. Шепчет что-то. Оба понимают, что это что-то гораздо важнее них. - Минуту! Быстро встав, Дмитрий заправляет взбухшее хозяйство в штаны. Запахивает девушку обратно в кофту и застегивает на замок до самого носа. - Я могу спрятаться. Если кто-то нас застанет... – Едва заметно шевелит губами лаборант. - Фигню не неси… - Натягивает рашгард обратно. – Я сейчас. Сейчас генерал похож на самого черта. Прическа взъерошена, кофта мятая. Отдышаться и сбросить напряжение все еще не может. Оно топорщиться так, что молнию застегнуть не получается. И времени уже нет. Встряхнувшись, медленно открывает дверь, высовываясь в коридор наполовину. - Прости, генерал. Я бы не стал отвлекать…кхм... вас…, если бы не было так срочно. - Парень цепляется взглядом за блондинистую женскую голову, которая вжалась в плечи и закрылась капюшоном. - Все в порядке. Правильно сделал. Собери всех у входа через 5 минут. - Я ничего не видел, если что. - Ты о чем? - О чем? Не понимаю, генерал. - Отлично. Вон отсюда. Скажи Анне, чтобы осталась. Они с Лэйн будут охранять поместье. - Как скажешь, генерал. На его лице нет усмешки, которую мужчина ожидал. Ситуация и правда серьезная. Донован наверняка уже приказала нагрузить патрульный джип всем необходимым и ждет его. - Мы еще вернёмся к разговору. – Обещает Дмитрий девушке. Посиди тут, пока мы не уйдем. А потом беги в комнату. Я направлю к тебе Анну. Охраняйте друг друга. Вот, - он отодвигает ящик стола, доставая пистолет. – Стреляйте на поражение. Скоро будет жарко. Той ночью ребята так и не вернулись. Девушки легли спать в одну кровать, то и дело глядя в окно. Спалось плохо. Все время казалось, что сейчас оно разобьется, и в комнату ворвется кто-то ужасный. Но больше боялись, что парни пропадут. Под утро не выдержали и схватили рацию. Но выдохнули, когда она зашипела сама. - Девчонки! Пшш…Пр…пшш..м! - Грег! Вы как? - Откройте входную дверь. И несите аптечку. *** Этим утром Дмитрий принимал ледяной душ уже три раза. Прошлая ночь, именно самая вкусная ее часть, не вылезает из головы. Плановая тренировка – хороший способ выпустить пар. Однако… Лэйн сегодня снова в обтягивающих трико. Нужно ли еще что-то добавлять, чтобы мы его поняли? Девушка запрыгивает на турник и переминается руками на перекладине. Заметно, что еще слаба и потеряла сноровку, за что себя постоянно ругает. Поэтому решительно настроена. То ли в желании нагнать остальных в нормативе, то ли… Ох. Стискивает зубы, потеет, волосы лезут в глаза. Коса растрепалась от идущих ранее кувырков. Но мышцы забились. Отвратительно. Один. Два. Три. Ч-че-ты-рре… - Не, подруга, так не пойдет. – Отзывается Грег. – У тебя руки трясутся. Давай помогу. «Давай помогу». Дмитрий напрягается. Парень слишком бережно обхватывает лапищами ее бедра. Бедра - это почти задница. Держит навесу, пока она меняет положение. И его гребаный нос прямо на уровне… - Эм… Грег… - Жмется девушка, ей явно некомфортно. - Неправильно! – Гремит генерал. Парень вздрагивает, но хватку не ослабляет, чтобы не свалилась. Наверное, думает, что это он ей. – Неправильно страхуешь. До парня доходит, почему командир ошивается рядом. - Все в порядке, Грег, я держусь. - Хорошо. Дмитрий занимает пригретое местечко. - Лапая девушек за мягкие места, пользы ты им не принесешь. – Непринужденно комментирует мужчина. – Нужно здесь. – Ладони обхватывают женские ноги ниже колен. Затем ловко тянут вверх, давая возможность с легкостью поднять подбородок над турником. – Вот так ты не сковываешь ее движения. Ее пресс должен работать. Кажется, мужчина вспоминает, что именно Лэйн должна стараться, только тогда, когда она отпускает руки после десятка хорошо «страхуемых» упражнений. Пока он сканирует на предмет любопытства остальных мужчин, лаборант падает практически ему на лицо. Ойкает и хихикает, ожидая, пока соприкоснется с полом. Но этого не происходит. Дмитрий продолжает держать и прижиматься сзади. Несколько секунд. Потом плавно отпускает. - В чем дело? – Смеется девушка. – Ох, боже… - Она понимает, что в поясницу ей упирается далеко не кобура. – Эм… Объясни еще раз, пожалуйста… - Выручает его. Но не запоминает и половины, пока пялится вверх. Ведь он кладет руки на ее живот, пока говорит, и незаметно поглаживает. Пожалуй, у них проблема... - Попробуй еще. – Генерал отодвигается от греха подальше. Девушка движется увереннее, мышцы все быстро вспоминают. Он проходится мимо остальных, дает новые задания. И лишь когда другие увлекаются отжиманиями, возвращается. - Ну что, лаборант, разогрелась? - Да, наконец! Как же я скучала по спорту… - Дашь мне фору? – Генерал ухмыляется и метит на тот же турник, только с другой стороны. Лицом к лицу. - Думаю, я уже выбилась из сил. - Не бойся. - Мужчина ловко подхватывает тонкие икры, закидывает их за свою поясницу и запрыгивает. – Я не отпущу. Лэйн сглатывает слюну. Его торс обнажен и покрыт испариной. Их кулаки почти соприкасаются на узкой перекладине. От напряжения мускулы перекатываются под кожей, демонстрируя недюжую силу. Низ живота простреливает электричеством, но свести бедра не получается. Между ног пристроился он. Мамочки. Раз. Два. Три… Пять… Восемь… Семнадцать… Кажется, мужчина совсем не напрягается. Лэйн уже выдохлась и ничего не делает. Лишь виснет на его торсе, скрестив лодыжки на крепкой заднице. Вокруг какие-то голоса, споры, ругань, соревнования, мат. Все сливается в общий гул. Они смотрят друг другу в глаза: неотрывно, с интересом, азартом и в предвкушении. Их поза весьма откровенна и заставляет фантазии вылезать наружу. - В следующий раз потренируемся наедине. – Выпаливает девушка. Хорошо, что шепотом. И краснеет, невольно облизывая губы. Жест волнения, но завораживает тренера. Он смотрит на них и кивает болванчиком. Спустя еще немного времени он спрыгивает вместе с ней, разрешая отдохнуть. Когда делает последний рывок вверх, позволяет себе коротко и незаметно чмокнуть девушку в губы. И смеется. Вместе с ней. *** Как прошел конец дня они не помнят. Осознают лишь, что время близится к вечеру. Оба горят. Хотят. Но никто не говорит этого другому. Это на невербальном уровне. Предвкушают. Предчувствуют. Она подсознательно будет ждать его в своей комнате. Он – в своей. Напрямую никто другого не зовет. Трепыхания в груди сбивают с толку. - Анна! – Лэйн вбегает в комнату девушки и резво запрыгивает к ней на кровать. - Ты какая-то возбужденная… - Медленно тянет брюнетка, отрываясь от ковыряния в ящике стола. – Что-то случилось? - Да, то есть нет. Пока нет… - Та-ак… - В глазах подруги вспыхивает интерес. – Что происходит? - У тебя есть? … - Блондинка играет бровями и чертит в воздухе маленький квадратик. - Что? - Ну… эм… - Да что? Что? - Презерватив! – Борясь со смущением пискает лаборант. - Уоу… Даже так? - Так есть или нет? – Краснеет Лэйн, наблюдая за удивленным выражением лица подруги. – Ладно, забей. Забудь, что я сказала. Это же ее брат, тупица! Сейчас допрос начнется. Может, у нее нет и я зря опозорилась? Как-то кринжово обсуждать интим с ее БРАТОМ! Но у кого еще спросить? У нее все аптечное хранится, да и самая близкая мне. Не к парням же идти? А если он вообще не придет? - Э-э… Нет-нет-нет… Куда? - Да, этого и следовало ожидать… - Рассказывай! Она даже дела отложила. И идет к ней, устраиваясь рядом. Черт. - Ясно… - Поправляет очки. – Если честно я и сама не уверена, что хочу знать такие подробности… - Фух… - Тебе один? О, боже… Лэйн ерзает, но заставляет себя собраться. Анна ведь не дура. - Держи парочку. – Опережая ответ, брюнетка деловито топает к большой аптечке, больше похожей на огромный сейф. – С твоей стороны очень дальновидно подумать о защите. – Парируя терминами гинекологии с деловитым видом врача объясняет. – После долговременных перерывов организм, особенно мужской, особо ярко реагирует на акт. У тебя ведь не овуляция? Даже прерванный чреват бер… - Я знаю. Спасибо. – Перебивает девушка, осознавая, что та просто над ней стебется. Посмеявшись, Анна добавляет. - А знаешь, я буду рада, если вы снова сойдетесь. Дмитрию было и правда нелегко. В последнюю неделю он ожил. Я часто наблюдала за его кризисами, иногда было совсем плачевно, но…Так – никогда. Еще немного поговорив, Лэйн помчалась обратно. В груди гремит, а в животе бесятся бабочки. Будто собирается на первое свидание. Сделав кое-какие процедуры, распихивает добытые фольгированные пакетики туда, где они могут понадобиться. Один под подушку, другой – под плед на диванчике. Наносит на глаза тени из разбитой палетки. Кусает губы, чтобы приобрели алый оттенок. Сушит волосы, примеряет запрятанное белье. Дышать в нем тяжеловато, зато красиво. Крутится перед зеркалом, любуясь своим видом. И платье. Нужно классное платье. Руки трясутся. Так. Спокойно. Взгляд цепляется за маленькую стеклянную бутылку с настойкой. Черт, Лэйн, серьезно? Ее от одного глотка уносит – проверено. Но успокоить нервы очень нужно. Один маленький глоточек. Для храбрости. Может, он вообще не придет? Или снова вызовут. И когда от укола расстройства начинает дрожать губа, девушка решает. Была не была. Он придет. Поморщившись от крепости алкоголя, возвращается к примерке. - Не то. Снова не то. Слишком вульгарно. Слишком просто. А это что-то на боярском. А это вообще джинсы. - И вот, чем-то ведомый, ее взгляд цепляется за него. Самый идеальный выбор из возможных. Его подарок. В памяти калейдоскопом проносятся воспоминания: она померила его всего раз… И больше не надевала. Зато бережно таскала в рюкзаке. Наверное, Анна вместе с другим "наследством" берегла и повесила. Лэйн вспомнила, какое оно «гибкое». Как приятно тянулось в его руках. И как просто его снять. – То, что надо. Дмитрий тоже без дела не сидит. Если бы кто-то из его армейских товарищей узнал, как он собирается на чпок – ржали бы как кони. Но настоящего мужчину этим не смутишь. Их синюшные яйца скукожились бы от зависти. Генерал бодр и воодушевлен. Зубы почистил, волосы уложил, одеколоном побрызгался. Открыл шкаф и сканирует каждый прикид, которых у него не так уж и много. На горообразную фигуру непросто что-то подобрать. Да, он стоит и смотрится в зеркало. Даже мускулатурой немного поиграл, пока его никто не видит. Через отражение косится на свою постель. Большая для одного. Интересно, каково было бы видеть ее в своей кровати с красивым и уютным постельным бельем? В теплом доме… В красивом пеньюаре… Дмитрий застыл с блаженной улыбкой. Странно, но факт. У влюбленного в женщину мужчины тоже рано или поздно начинается период гнездования. Он видит ее и представляет семью. С чего начать и как спланировать общий комфорт на будущее. Дмитрию всегда было не до этого. А сейчас считает себя старым. Да и реальность разбивает мечты вдребезги. Что было бы, если бы не было апокалипсиса? Ждала бы Лэйн его на гражданке из вечных командировок? Делила бы с любовницей по имени "работа"? Он никогда не заставлял своих бывший пассий жить с ним и мотаться хвостиком по городам. А ее бы попросил. Анна бы поддерживала ее. Его зарплаты военного, да еще и такого ранга, наверняка бы хватило, чтобы она покупала все, что пожелает. Для себя, для дома. У Анны была "огромная корзина" в этой черной дыре под названием Вайлдберис. Генерал в этом не разбирался, но знал, что это создание шайтана, так как суммы давал приличные. Учитывая любовь Лэйн к переодеваниям, он сейчас на полном серьезе представляет, будто девушка затаскивает в комнату, где сейчас находится, розовые распашонки и с брюхом наперевес… Так. Отставить! Хотя, может, Дмитрий не так еще и стар? Мир же восстановится быстрее, чем его хозяйство перестанет функционировать? И на детской площадке его не будут называть дедушкой собственной дочери? … Да, блять, соберись! Имя бы дал ей русское. Лэйн наверняка загуглила бы, какие бывают. И наверняка бы захотела что-то оригинальное. Но Дмитрий не поленится помочь выбрать. Что-нибудь не имеющее ничего общего с предводителем похода на галлов. Черт! Лэйн хоть знает, как быть матерью? А Дмитрий? Знает жизнь вне казарм? Пометка первая. Нужно заглянуть к Анне за презервативом. У нее есть, он видел. Пометка вторая. Постараться не представлять и не спрашивать, куда она их дела, если у нее нет. Пометка третья. Удержаться и не закатить глаза, пока она будет издеваться. - О, рубашка... - В первый раз он появился перед лаборантом именно в ней. Не считая шинели, конечно. Вполне подойдёт. Стоп. А если она не придёт? Проходит час… Почти второй. Она ждет его, волнуется. Как себя вести? Представляет стук в дверь. Открывает и бросается к нему на руки прямо с порога. Он подхватывает, целует… А дальше … Ох… Но так, наверное, будет глупо? В голове это горячо, но ведь Дмитрий человек приличный. Наверняка сначала нужно будет поговорить, выпить. Настроиться. Настроиться… Да ей плевать на разговоры. Может, у него появились дела? Лэйн уверена, что он также как и она думал о ней весь день. Вдруг и правда что-то произошло? В последнее время она не участвует в патруле. И вообще ее никуда не берут. Значит и сейчас решили не напрягать зря. Пшшш…Пшшш. - Генерал? – Осторожно прикладывает рацию к губам. Молчание. Лишь шипение. - Лэйн? – Спустя пару минут отзывается Дмитрий. Его голос слегка удивлен, и поэтому она теряется. Он не ждал звонка? - Занят? – Шепчет блондинка, немного расстраиваясь. - Я... Эм… Нет. - Ты тут один? - Да. Один. - Чем занимаешься? - Думал… О тебе. Все хорошо? - Я соскучилась. – Немного смущается девушка. Надежда начинает пропадать, но она не позволяет. – Может, зайдешь ко мне? - Конечно. Что-то случилось? Дмитрий сам растерялся. Что ты несешь? Девушка зовет тебя к себе. Напряги извилины. - То есть... Да. У меня осталось небольшое дело, и я приду. - Важное? – Перебивает Лэйн. Вырвалось резче и грубее, чем ожидала. Дура, конечно важное. У него неважных нет. Неужели она начинает ревновать его к работе? Нельзя! Он же мягко смеется на другом конце. - Хотелось бы… - Может, забьешь на него? То есть, если такое возможно… - Хорошо-хорошо… Могу попробовать. - Правда? - Да. Иду. Конец связи. Лэйн глупо улыбается и кусает губу. Откладывает рацию и еще раз критично себя осматривает. Так. Я красивая. И совсем не волнуюсь. На крайний случай есть немного фруктов и настойка. Предложу романтИк. Подумает, что я алкоголичка. Хотя… Я не алкоголичка. Выдохни, все хорошо. Мандражируешь, будто замуж выходишь. Дмитрий не замечает, что переходит на бег. Ему кажется, что его походка совсем не подозрительная. Хорошо, что в коридоре пусто. На повороте замедляется. Расстегивает еще одну пуговицу на рубашке и, посвистывая, идет до нужной двери. Выдохнув, стучит. - Дмитрий? – Лэйн открывает и немного нервно поправляет прическу. – Входи. Она пятится к диванчику и вытирает ладошки об длинную юбку. Она… Черт… Она… Генерал не проходит. Застывает в проеме. Оглядывает с ног до головы и обратно. Открывает и закрывает рот, не в силах подобрать приличного слова. Она… прекрасна. И платье… Его платье… Сохранила… Кружится, хитро улыбается. Дмитрий надеется, что сегодня все-таки опробует, как оно снимается. Когда они садятся рядом, запал теряется в нерешительной реальности. Они как два истукана пялятся друг на друга. - Хочешь выпить? – Выдают одновременно. И улыбаются. Этой неловкой паузой можно орехи колоть. Но Лэйн опозориться себе снова не позволяет. - Я налью. – Генерал наполняет рюмки и галантно протягивает одну. Она его не ждет. Наспех опрокидывает в себя. И сразу закашливается. А мужчина хмыкает и аккуратно подносит к ее губам кусочек яблока. – Не торопись. - Я обычно не пью. - Я вижу, ха-хах. - Дмитрий… - Блондинка кокетливо перехватывает у него из рук его опустевшую рюмку и ставит на столик. Ее взгляд мутнеет. Перекидывает колено через его бедра и обвивает шею ладонями. - Ммм? – Его же взгляд заинтересованный и любопытный. Будто совсем не догадывается, что она делает. Будто пришел для светских бесед. Но он же не может вот так сразу подложить девушку под себя, нужно соблюсти все негласные правила приличия. - Как ты относишься к тому… - припадает носом к его виску и шумно вдыхает, – что девушка ведет себя немножечко распутно на свидании? Это унизит ее достоинство? - Вот как? А у нас с тобой свидание? – Подыгрывает Дмитрий. Опускает ладони на круглую задницу и зарывается носом в волосы, наслаждаясь свежим ароматом. - Угу… - Хихикает лаборант. За вечер храбрости она набиралась раза три. - Это не свидание, красавица моя… - Шепчет мужчина, поглаживая ее спину. – Когда все закончится… Я устрою тебе настоящее свидание. – Лэйн поднимает голову, и их лбы соприкасаются. - И каким бы оно было? - Я старомоден. Скорее всего позвал бы тебя в хороший, но немноголюдный ресторанчик… - А потом… - Я бы накормил тебя… - Легкий поцелуй в губы. - И потом пригласил бы тебя на медленный танец. - Прямо в ресторане? – Девушка закрывает глаза, будто хочет представить их там, в его фантазии. Мягко отвечает на поцелуй. Он тоже мечтательно расслабляется. - Почему бы нет? Я неплохо танцую. - Серьезно? Ты знаешь что-то кроме строевого шага и порхания тяжелых ботинок над полом? – Прижимается щекой к щеке, все крепче и интимнее. - Ой, как шаблонно, лаборант… Она смеется, трется носом об его нос и снова целует. - Ммм! – Глухо взвизгивает, когда мужчина с ней наперевес поднимается на ноги и опускает на свои ботинки ступнями. - Могу показать. - Тут нет музыки… - Для тебя это проблема? - Если честно, то мне все равно. - Загадай какую-нибудь песню. Любую. - Загадала. - А теперь напой ее нам. Лэйн смутилась окончательно. Петь она не умеет. Ну почти. Но почему-то думает, что это ему ни капли не помешает. И едва слышно замурлыкала в его ухо. Не идеально, но генерал смог поймать такт. - У тебя действительно неплохо получается… - Из головы все вылетает. Все вопросы, страхи, неловкость, недопонимание, сомнения. С ним уютно. Сейчас, почти в тишине, лишь они. Наедине. Скрыты от чужих глаз. Ни приличия, ни стыда. Лишь нарастающий пожар внизу живота. Лэйн до сих пор поражается, что смогла очаровать такого бронебойного мужчину. И что он оказался мужчиной ее мечты. Которым очарована не меньше. Который стер в порошок все ее домыслы, что такие остались где-то в средневековье и пришло время равноправия. Где выбираешь меньшее из зол. - Я бы долго за тобой ухаживал. Не смел бы распускать рук или говорить грязные словечки, пока бы ты сама мне не разрешила. - То есть… Мне самой нужно было бы добиваться твоих прикосновений? - Их губы в жалком миллиметре друг от друга. - Я бы не решился озвучить, что хотел бы разложить тебя прямо в машине по дороге домой… - Мужской голос тихий и хриплый. Генерал едва держит себя в руках. Да, он тоже покушал тремя-четырьмя коллекционными роксами у себя в комнате. Мысленно он уже перевернул их в горизонтальное положение. В каждом свидании есть определённый шарм. Это игра, и оба знают правила. Если женщина заинтересована, то позволяет за ней побегать. И это будоражищий процесс. Затягивающий. Чтобы потом получить приз победителя. Чтобы она добровольно его вручила. В этом ведь и есть смысл встреч. Прелюдия. Иначе бы они просто не состоялись. Слова мужчины звучат очень сексуально. Лэйн хочет услышать еще что-то подобное. Генерал очень тактичен и обычно не позволяет себе вульгарностей. Для этого ей нужно довести его до точки кипения. Ведь на контрасте с его «ухаживаниями» пошлость из его рта сносит крышу. - Чего бы ты еще не решился мне сказать? Фантазия генерала помчалась галопом. Алкоголь в организме дает о себе знать, так же, как и поддразнивания девушки в его руках. Чистая провокация. - То, как хочу снять с тебя это платье… Как хочу увидеть тебя обнаженной… Провести по твоему сексуальному телу пальцами… - Ммм… А еще? - Целовать… Исследовать твою кожу губами. Каждый гребаный сантиметр. Спускаться ниже и ниже… Стянуть твои трусики. Раздвинуть ноги. Погрузиться лицом между ними… Боже… Девушка стонет. Желает этого. Внутри все невыносимо пульсирует. Она краснеет, но теперь даже хочет, чтобы он заметил реакцию ее тела на него. - Ну так… Ты не ответил на мой первый вопрос… - Она целует его. Пока дразнясь. Коротко. Но с языком. Когда он отвечает, она отстраняется, заставляя его тело дрожать от возбуждения. И еще раз. И еще. - Напомни, что ты спросила… - Что бы ты сделал, если бы я… Сделала так… - Женская рука ползёт вниз и теребит пряжку ремня. - Ммм… - Генерал издает грудной рык. - Если бы… - Поглаживает молнию на брюках. Сильно не давит, – я увела тебя в уборную… И там… - Губы накрывают волевой подбородок, начинают слегка посасывать. - Лэйн… - Выдыхает брюнет. – Мы все еще говорим о романтическом свидании или… - Не будь занудой, мой генерал. Для свиданий уже поздно. Я уже очень давно безумно в тебя влюблена… Дмитрий расплывается лужицей. Покрывается колючими мурашками. Анна как-то ляпнула, что мурашки – это кожный оргазм. Тогда он чуть не помыл маленькой биологичке рот с мылом. Никогда не задумывался об этом факте всерьез. Но теперь понимает смысл. Яйца сводит, а на них еще и нажимают. Мужчина жмурится и цепляется за воздушный подол этой маленькой ведьмы. Пальцами перебирает юбку, пока та в итоге не задирается гармошкой. Жадно сминает оголенные ягодицы и впечатывает пахом в свой. Наклоняет голову, чтобы быть с бесстыдницей лицом к лицу. - Тогда покажи мне это, наконец. Генеральская рука ныряет в женские трусы. Влажная. Слишком. Девушка подается навстречу и трется. Затем нападает на губы и толкает на диван. Торопливо, дерзко, нагло. Он довольно скалится в поцелуй и поддается, завалившись на спину. Лэйн седлает его пах. Целуются словно похотливые подростки. Генерал играет с ее телом. Шарит под юбкой, пощипывает кожу на бедрах, большим пальцем кружит по клитору через ткань. Он еще не видел сюрприза. Но сейчас она это исправит. Девушка резко разрывает поцелуй. Упирается ладонью в его грудь. Он не понимает, почему прекратила, но застывает, когда она кладет на его губы палец. - Раздень меня. Мужчину просить не нужно. Он сам с наслаждением касается тонких плеч и, оглаживая, медленно спускает лямки вниз. - Черт… - Хрипит, наблюдая, как из тонких белых чашечек аппетитно выглядывают мягкие вершинки груди. - Тебе нравится? – Закрывает глаза девушка, когда Дмитрий, изучая, гладит кожу, а затем с голодом начинает мять и сжимать их пальцами. - Ты такая сексуальная… - Приподнимаясь, берет их в рот через ткань. - Ах… - Протяжно стонет Лэйн, запрокидывая голову назад и запуская руку в его прическу. Его язык с каждым нажимом становится все требовательнее, и округлостями уже не ограничивается. Уже буквально лижет ключицы, плечи и ложбинку. Подключаются руки. Пока зубы покусывают одну грудь – пальцы стискивают вторую. Тонет носом посередине и шумно впитывает аромат её кожи. Бретельки плавно скользят по плечам. Девушка вытаскивает оттуда руки. Чашечки тоже тянутся вниз. Но не полностью, открывая ему лишь соски. Дмитрий не хочет снимать всю красоту сразу. Хочет распаковывать ее как конфету постепенно. Втягивает в рот один, а второй выкручивает. Член топорщится под ее ягодицами, и она ерзает. Невольно, следуя за инстинктами. Блондинка массирует его затылок подушечками, а второй ладонью скользит от шеи к щеке, намекая не останавливаться. - Даа… Как же хорошо… - Шепчет, оттягивает за волосы и вновь прижимается к мужским губам. Проникает в его податливый рот, поводит языком по нёбу. Он же облизывает ее нижнюю, и они встречаются слишком уж синхронно. Глубоко. Мокро. Хрясь. Лаборант возбужденно хохочет, когда черная рубашка рвётся под её пальцами, а пуговицы катятся по дивану на пол. Взору открывается тяжело вздымающаяся грудь и поджарый пресс. Жадно и по-собственнически начинает покрывать мужчину всасывающими поцелуями: шея, кадык, плечи. Укус на соске. И сразу зализывает. Шершавые большие пальцы щелкают на застежке бюстгальтера. Крючки послушно расходятся, и лиф падает ему на грудь. Пока девушка соскальзывает куда-то совсем вниз, он берет его в руку и подносит к носу. Щелк. Дзынь. Характерный звон пряжки ремня, а затем и жужжание молнии. Лэйн даже не замечает, как отточено делает это. Тело генерала будто слеплено умелым скульптором. Он идеален буквально везде. И чертовски послушен сейчас. Наспех стаскивая подол со своих ягодиц, девушка принимается за пуговичку его штанов. Распахивая ширинку, размашисто проходится языком по трусам. Оттягивает и их. - О, черт… - Шипит генерал. Как только теплый рот накрывает головку, слегка посасывая, капитулирует шеей на подголовник дивана. Стонет и позволяет девушке освободить себя от штанов и ботинок. - Ммм… - Проведя языком по уздечке снизу-вверх, девушка поднимает взгляд. Он уже где-то далеко. Закусил лифчик и закрыл глаза, сводя брови. Она довольна. Крадется ладонью по подтянутому животу вверх и насаживается ртом на член. Голова начинает двигаться: то упорно, втягивая щеки, то слегка – неглубоко и ласково, пробегаясь влажными губами по тонкой коже. Лэйн скучала по этой пульсации. По этому пьянящему запаху его возбуждения. По каждой взбухшей венке. По его вкусу. Сочному, слегка солоноватому, немного терпкому. Она наслаждается собственными хрипами и кашлем, пытаясь достать как можно глубже. Ведь ему нравится. В ее свободную руку ложится тяжелая мошонка. Девушка нежно массирует ее, поглаживает, слегка щекочет. Выпускает изо рта упругую каменную плоть и ныряет ниже. Играет языком с каждым мешочком и мычит от удовольствия. Ей нравится реакция любимого. Он подается бедрами навстречу, пропускает пряди волос сквозь пальцы, сжимает на макушке. Сначала слегка, будто хваля, а затем все требовательнее. Сопротивляться этим ощущениям у него нет никаких сил. Теперь он управляет: скоростью, глубиной. Когда девушка опять кашляет, отстраняет. Гладит по щеке, обтирает слюну с подбородка. Насаживает снова. Бедный лиф почти прокушен. - Блять… - Нажим. И еще один. И еще. – Красавица, я сейчас… Но она не останавливается. Перехватывает и двигает рукой по всей длине. Играется с трещинкой, кружит вокруг, весь рот и так уже наполнен предэякулятом. Смыкает губы на головке и, втягивая щеки, продолжает испытывать мужскую выдержку. - Лейн…Хочешь, чтобы я кончил тебе в рот? - Он скручивает ее рассыпавшиеся по спине локоны в хвост и наматывает на кулак, чтобы хотя бы попробовать оторвать ее от своего занятия. Но та лишь хватается за его ляжки, чтобы не рухнуть с колен. - Ммм... Бля-ать… - Дмитрий кончает с хрипом. А она послушно ждет, довольная. Впивается ногтями в его бедра, отмечая, как он сладко содрогается от спазмов. Несколько вязких струй заполняют рот, и она глотает. Понемногу, чтобы не запачкаться. Поднимает голову и продолжает облизываться, глядя прямо в его глаза. - Встань с колен. – Сглатывает генерал. Девушка поднимается, не обращая внимания на легкую боль от ковра. – Ты великолепна… Поцелуй. Самый откровенный и пошлый, который она не могла себе даже в фантазиях представить. Пожирающий, высасывающий душу. Она стонет и жмурится от удовольствия, пытаясь найти опору на его плечах. Дмитрий не встаёт с дивана, но придвигается к девушке корпусом. Ныряет носом в ее пупок и проводит ладонями под коленями. Затем крадется вверх, не забывая помять попу. Опускается сам. Даже сидя у неё в ногах генерал источает доминирование, контроль, власть. Лэйн уставилась на него в упор. Эти глаза... Голубые-голубые... Пробирающие северным морозом... Но мороз тоже обжигает, и это манит ее. Должно было стать страшно. Но нет. Мужчина наклоняется вперед, нежно целуя трусики прямо над пульсирующим бугорком. - Я чувствую запах твоего возбуждения, мой лаборант, - говорит он хриплым голосом. Ухмыляется, приоткрывает рот, высовывает язык и проводит им по маленькой ложбинке, где тонкий хлопок липнет к складкам. - Ты позволишь мне стянуть с тебя трусики и попробовать твою киску? Она ничего не говорит, поглощенная такой откровенной дерзостью. Он, заботливый и нежный, выпускает наружу своего хорошенько запрятанного от неё дьявола. Обескуражена его чуть ли ни одержимым ею взглядом. Она не соглашается. Но и не говорит "нет". Потому что хочет. Хочет его так, как никогда ничего и никого не хотела больше. Брюнет осторожно цепляется пальцами за пояс. Наслаждаясь ее молчанием и бездействием, тянет вниз. Она вздрагивает, но поднимает ноги по очереди, чтобы снять их. Его глаза на уровне с ее промежностью. Клитор блестит от сока, а губки распухли от возбуждения. Он приближается, вдыхая ее пьянящий аромат. Ведет шершавыми ладонями по нежным бедрам. Большие пальцы гладят мягкие складки и раздвигают их, открывая маленький комочек. Она судорожно вздыхает в ожидании. - Хочу съесть тебя... Я буду очень внимательным. - Он наклоняется и легонько лижет клитор. Она прикусывает губу, подавляя звук. Дмитрий отодвигается на пару сантиметров. - В чем дело, сладкая? Смущаешься? Не дожидаясь ответа, генерал ныряет с маленькими, нежными облизываниями, проверяя, как она отреагирует. Поток ее сока - его награда. Член пульсирует каждый раз, когда язык погружается между ее губ, от входа до клитора. Он пробует на вкус каждую часть ее сладкой кожи, зная, что скоро войдет в нее. Лэйн дрожит, ноги начали подгибаться. - Держись за спинку. - Приказ, не принимающий возражений. Дмитрий касается внутренней стороны ее колена и сдвигает вбок. Запрокидывает голову вверх, его руки обвиваются вокруг ее бедер и крепко тянут на лицо. Уперевшись в потрепанную спинку дивана, блондинка смотрит вниз. Волосы лезут в лицо, пока она наблюдает, с каким наслаждением он изучает ее. - Как тебе больше нравится, скажи... Когда я веду языком вдоль твоих розовых губок по всей их длине? Или когда просовываю его внутрь? Или...когда сосу клитор, м? - Любимый... Мужчина вздрагивает и невольно улыбается. Она впервые так его назвала. - Мы попробуем все. Лэйн раскачивается на его лице почти отчаянно, и он выполняет ее молчаливое требование, лаская, погружаясь. Затем женские губы приоткрываются, брови сходятся на переносице от удовольствия, и она напрягается. Потемневшие от похоти глаза упиваются выражением ее лица, дикой страстью на идеальных чертах, шоком, покорностью, восторгом. Он стал первым мужчиной, который дал ей это, и почувствовал себя тем самым собственником и завоевателем, который слепо готов разорвать за нее. Она стала его уже не только телом, но и душой. И будет, пока он не отпустит её. А он не отпустит. Не повторит ошибки. Мужчина ухмыляется, когда ее плоть запульсировала. В последний раз мягко и размашисто проведя языком, он разжимает пальцы на её заднице и снимает с себя. Она пытается отдышаться, заваливаясь на спину. Но как же она ошибается, если думает, что он с ней уже закончил. Мужчина хватает девушку под бедра и несет к кровати. Кидает на подушки и нависает сверху. - Подожди… - Шепчет она, зарываясь рукой под одеяло. – Вот. Перед носом сверкает фольгированный пакетик. - Ты… Только что… - Облизывается. – Прошло еще слишком мало времени. Понимаешь, о чем я? Конечно, он понимает. - Ты права. – Отстраняется, вставая на коленях на матрасе. - Можно я? - Если ты так хочешь… Мужчина расставляет ноги, выпячивая свое достоинство. Блондинка аккуратно открывает презерватив и с любопытством раскатывает по всей длине. Осторожно гладит и наслаждается его твердостью в своих руках. Дмитрий снова стонет от ее манипуляций, уперевшись кулаками в свою поясницу. Девушка немного увлекается процессом и позволяет ему вскинуть руку и стиснуть одно полушарие груди. Когда заканчивает – устраивается головой поверх одеяла и кокетливо разводит бедра. Брюнет не торопится: смакует ее позу, изгибы, мягкость кожи. Лобок, живот, ребра, торчащие от холода соски. Берет за горло, наклоняется лицом над ее. - Ах! – Толчок. Лэйн закатывает глаза. - Знаешь, о чем я сейчас подумал? - Ммм… - Я ведь так и не был нежен с тобой… Толчок. - Тебе и не нужно. Ты мне нравишься таким… - Я хочу ласкать тебя, а не смотреть, как потом ты прячешь синяки. Еще толчок. Глубокий, но не грубый. Мужчина замирает, наслаждаясь соприкосновением их грудных клеток. - Как я уже говорила: ты не должен спрашивать моего разрешения. Я хочу, чтобы ты просто брал меня, как тебе захочется. Даже само нахождение рядом, ощущение его веса на себе уже сводит девушку с ума. Ей все равно, насколько груб он будет. Самое важное, чтобы он наслаждался ей. Чтобы ощущал, насколько ей приятно. Дмитрий искусный любовник. Она обожает давать ему чувство превосходства. Податливость, послушание, беспомощность в его руках – все это разжигает в нем больше страсти, чувства собственничества и зависимости. Рождает инстинкты защищать как свою самку. Любая девушка хочет, чтобы мужчина лепил из нее как из пластилина то, что он хочет видеть под собой. Распаленную, стонущую, выгибающуюся и покрытую испариной. Ту, которую он сам раскрывает и тут же видит результат своих стараний. Именно это дает ему силу стараться еще сильнее. Желание запомниться ей, отпечататься на подкорке и пробраться в сердце. Хочет знать, что она будет хотеть его еще и еще. И Дмитрий, естественно, хочет. Ложится, сжимает женские ягодицы, ласкает шею, ушко, подбородок. Изгибается на мягком теле при каждом толчке, урчит, шумно дышит. Входит глубоко, но не быстро. Вращает бедрами, трется головкой о каждую эрогенную точку, подстраивается под каждый стон. Чем он громче – тем сильнее и чаще проникновения. - Ах… Да… - Лэйн плавится в его больших руках. Они везде: сминают бедра, ведут по талии, обхватывают грудь, прокручивают соски. Она выгибает спину дугой и запрокидывает голову, подставляясь под россыпь мокрых поцелует. Ловит ртом воздух, облизывает пересохшие губы, закатывает глаза. - Покажи мне себя… - Тихо выстанывает. Мужчина поднимается с нее, переминается на коленях и рывком придвигает за талию ближе, закидывая стройные ноги за свою спину, чтобы стало теснее. Она наслаждается видом. Дмитрий сжимает челюсть, кадык дергается, а на широкой шее проступают жилы. Мускулы перекатываются под кожей на бицепсах, когда он дергает ее за ноги, ритмично впечатываясь пахом. Торс, покрытый испариной, сокращается, когда он подается вперед. А ниже пупка… Черт… Его большой палец кружит по клитору и тонет между половых губ. Лэйн не может сфокусировать зрение. В глазах туман, перебиваемый острыми сладкими спазмами. Девушка периодически вздрагивает, хватаясь ногтями за одеяло. Когда становится приятно аж до сладостной боли, пытается вцепиться в мужские предплечья. Оставить там царапины – метки. Толчок. Толчок. - Ммм… - Женский стон перебивается утробным мужским рыком. Держа за ягодицы, вбивается жёстче, резче, сильнее. С хлюпающими хлопками. Не сдержался. Разве можно сдержаться, когда внутри так влажно и узко? Шлепает отрывисто. Размашисто. Растрепанные волосы липнут ко лбу, по шее бежит капля пота. Дыхание тяжелое, напряженное, сквозь стиснутые зубы. - Ты великолепен… Великолепен… Ммм… - Бредит девушка, стараясь дотянуться ладонями до его груди. Дмитрий доволен произведенным эффектом. Соблазнительно улыбается, мягко обхватывает ее левую икру и тянет к своим губам. Тягуче целует тонкую лодыжку и оставляет легкий укус. Ведет языком до колена и тянется корпусом навстречу загребущим женским рукам. Лаборантка сразу обнимает его, зарываясь пальцами во влажную прическу. Сдавливает талию ногами, почти душит. Брюнет урчит ей в ухо от удовольствия и продолжает двигать тазом. Так же обхватил за затылок и сжал блондинистые волосы, чтобы хоть как-то сдержать пыл. Переминается коленями на покрывале, подбираясь теснее, и кружит накаченными ягодицами, доводя девушку до крика. - Я люблю тебя… - Хрипит генерал. – Не бросай меня больше… - Не обижай меня, пожалуйста… - Больше не позволю. – Рычит мужчина. Толчок. Еще. И еще. - Блять! – Протяжно стонет мужчина, буквально сваливаясь на женское тело под собой. Громко кончает внутрь, все еще покачиваясь. Ищет ее руки и переплетает пальцы, сжимая до хруста. Вжимается лбом в изгиб изящной шеи и слышит, как сладко и истошно она выкрикивает его имя. - Да! Дми-итрий! – Судорогой прошибает оба тела одновременно. Ее вход сильно сокращается, не выпуская член наружу. А когда оргазм успокаивается, он плавно и медленно выскальзывает. Даря любимой финальный поцелуй, Дмиртий устало перекатывается на спину и старается отдышаться. Затем лениво поднимается и стягивает наполненный презерватив. *** Утро встречает на удивление ярким солнцем и морозом. Дмитрий жмурится спросонья и понимает, что до комнаты так и не дошёл. Лежит абсолютно голый, прикрытый лишь треугольничком простыни, остатки которой хер пойми где. Держится за попку лаборанта, что удобно разместилась титечками на его груди. - Как льдина... - Бормочет, вздыхая. Аккуратно, чтобы не разбудить, привстаёт и тянется к одеялу, что лежит на её стороне. Он укрывал её перед сном, когда обещал немного поваляться перед уходом. Повалялся. Потянув за край, не смог не усмехнуться, укутал снова. И сам пристроился в тепло. - Ммм... Дмитрий? Ты здесь? - Мурчит Лэйн в его шею, все ещё в состоянии дремы. - Угу... - Он снова закрывает глаза, не в силах вылезти из уютных объятий. - Спишь? - Она трётся носом под его подбородком и обвивает рукой живот, кутаясь в его тепле. - Угу. - Давай ещё поваляемся. Пожалуйста... Тук. Тук. Черт. На стук девушка не реагирует. Слишком пригрелась. - Я сейчас... Генерал нехотя стекает с постели. - Кто там? - О, боже! Фу! - Анна таращит глаза и резко отворачивается, чуть ли не роняя поднос с едой из рук. - Ты голый! - А ты с завтраком. И что? - Парирует брюнет. - Прикрылся бы хоть! Что ты вообще тут делаешь? - Вообще-то это ты меня отправила. Не помнишь? - Смотрю, тебе весело? Наконец-то. - Ну так что пожрать сегодня? - Ты просто беспардонное хамло. Как обычно. Под издевательский хохот брата, девушка впихнула ему поднос, развернулась на каблуках и поцокала прочь. - Мы ещё поговорим! - Передай всем привет. Я их вообще - то отсюда слышу! - Зачем ты ей нахамил? - Осторожно высовывает голову из кокона Лэйн. - О, я не хамил, поверь. Думаешь, у нас просто так появилась доставка в номера? - Вообще-то она всегда приносит мне завтрак. - И свежие сплетни, да? Что ж, девочка моя, сегодняшняя сплетня - это мы. - И ты решил запустить петарду в их горящую фантазию? - Ха-ха-хах. Согласись, что это весело. - Да ты гений. - Если бы я чего-то боялся или смущался... Я бы не стал тем, кто я есть. Ставя поднос с кашей и компотом в изножье кровати, мужчина гладит возлюбленную по щеке. - Смотри сюда. Не многовато ли тебе одной? - Хитро ведёт бровью генерал, получая положительный кивок. - Анна никогда бы не оставила меня голодным. - Боже... - Закрывая руками раскрасневшееся лицо, стонет Лэйн. - Они нас слышали, да? - Пусть. Нужно же поднять настроение маленьким засранцам, - подмигивает генерал, снова начиная приставать. -ДМИТРИЙ ! - Резко шипит из рации строгий голос профессора. - Живо сюда! Где тебя носит? - Ну нееет...