1

томми вытер горячий пот со лба и придирчиво оглядел стену перед собой. в углах чуть краски добавить, а так всё получается прекрасно. покрас стен шёл полным ходом. вокруг железной стремянки, на которой сейчас стоял том, было много-много вёдер с голубой краской, предоставленной ему для того, чтобы покрасить стены летнего коттеджа в берёзовом лесу, тропинка к которому была протоптана от самого л’мэнбурга. коттедж, между прочим, был довольно далеко — приходилось тратить половину дня, чтобы пешком добраться до него, но все сочли, что игра будет стоить свеч, ведь дом выглядел многообещающе. основу строили фил и техно, полами занялись фанди и туббо, крышей — квакити и эрет, а на вилбура и томми положили оставшуюся работу, то есть им нужно было покрасить стены и обставить дом мебелью, кроме личных трёх комнат других людей, которые их владельцы пообещали обустроить самостоятельно. томми слез со стремянки и обернулся, когда сзади послышался топот. к нему бежал вилбур с охапкой цветов в руках — как обычно радостный и энергичный. хотя нет. в последнее время он был скорее подавлен, хоть и говорил, что все хорошо, потому том и все остальные, кто приезжал посмотреть, как идет работа, были рады, что вил чувствует себя лучше, занятый делами. — я принёс ещё цветов, — сообщил вилбур радостно, остановившись перед подростком. тот закатил глаза. иногда люди говорят вещи, которые абсолютно очевидны. — мне кажется, ты уже все поля обобрал. хоть какой-нибудь цветок голубого цвета на территории вокруг нас остался? — сложил томми руки на груди, и по футболке тут же расползлось несколько голубых пятен. том склонил голову и распахнул глаза, тут же начиная усиленно тереть ткань пальцами, из-за чего она только сильнее пачкалась. вилбур захихикал, и у него из рук выпало несколько бутонов, так что он поспешно сложил цветы на землю. — не уверен, но я думаю, что мы ещё найдём где-нибудь васильки. да и я не вырывал цветы с корнями; обязательно вырастут новые, — объяснил вил, опускаясь на колени и протягивая руки к спокойно лежащим цветам. томми наблюдает, как его пальцы перебирают их, оглаживая лепестки бутонов и короткие листочки на тонких стебельках. — тебе нужно ещё? — нет. я уверен, что этих цветов хватит, чтобы переделать их в дополнительную краску и докрасить стены. к моменту, как солнце будет в зените, всё будет готово, и нам останется лишь пошляться где-нибудь, чтобы когда мы пришли, в доме и вокруг не воняло краской. вилбур кивнул. — я могу помочь тебе чем-нибудь ещё? — спросил он вежливо. томми задумчиво поднял взгляд в небо. — знаешь… мне бы футболку застирать. *** солнце уже начинало склоняться за горизонт, когда вилбур и томми вернулись с прогулки, оставив дом, чтобы тот проветрился, и воздух вокруг избавился от запаха краски. они были в хорошем настроении, да и осталось им только обустроить несколько комнат, и на этом их рабочий день подходит к концу, что несомненно радовало обоих, так как они уже подустали, исследуя окружающую их местность и пещеры под землёй. томми уже представлял, как они заваливаются на диван, сладко вздыхая после утомительного перетаскивания мебели, и засыпают в обнимку, потому что по одиночке спать холодно, а никаких одеял или пледов у них пока что нет. — вау. со стороны коттедж выглядел потрясающе. свежевыкрашенные в нежно-голубой цвет бетонные стены, берёзовые балки и опоры, переливающаяся в лучах солнца белоснежная крыша, отполированная всеми щётками, что только нашли, и даже небольшая башенка-площадка на ней специально для туббо, который любил выходить в тёмное время суток наружу и смотреть на ночное небо, полное кварцево-мраморных сверкающих звёзд с сырным рогаликом месяца где-то среди миллиарда белых точек. внутри дома, впрочем, было уже не так классно, но это только пока — если расставить по нужным местам мебель, то коттедж будет что снаружи, что внутри смотреться просто шикарно, в чём томми был уверен, да и вилбур, судя по глазам и довольной полуулыбке, тоже. — пойдём. нам нужно многое успеть, — томми тянет старшего за руку, тот промаргивается и начинает двигаться, и братья заходят в дом, ни капли не огорчаясь от резкой смены внешней полноты картины к внутреннему ощущению пустоты, созданному отсутствием каких-либо предметов интерьера или мебели в доме, помимо, разве что, верстака и одной-единственной печки в углу коридора, где уже несколько дней подряд ютились «строители». несколько дней потому, что сначала вилбур и томми заделывали прорехи в крыше, потом выравнивали бетонные стены, чтобы было легче красить, самостоятельно перевозили мебель от самого л’мэнбурга до дома… и помимо основных задач в итоге у них было множество побочных, только закончив которые, они наконец смогли приступить к главной работе. и сейчас томми, понимая, что им осталось всего-то расставить мебель по нужным местам, чувствовал облегчение от того, что скоро утомительный труд закончится, и наступит период долгожданного отдыха. томми обращает внимание на корзинку у входа, пока вилбур закрывает за ними дверь, и поднимает её с пола. замечая в складках ткани, которой была накрыта корзина, сложенную пополам бумажку, он разворачивает её и обнаруживает, что это записка с текстом данного содержания: «дорогие томми и вилбур, я принесла вам немного поесть. я заметила, что работы вам осталось немного, и вот что я вам скажу — дом выглядит просто великолепно! так как вас не было в доме, когда я пришла, я оставила корзину с провизией у входа. надеюсь, с вами всё в порядке! мне жаль, вилбур, но для тебя угощение может показаться не таким вкусным, как для томми, потому что ты не чувствуешь вкуса сладкого. именно поэтому там есть лимон! я хотела принести рыбы, но не могла решиться, что лучше, потому остановилась на этом варианте. надеюсь, вам обоим понравится еда, которую я выделила для вас! мы придём завтра, думаю, к обеду, так что не скучайте тут без нас, осталось совсем немножко. люблю вас >3 — ники» — ники оставила нам записку, — сказал томми, коротко хмыкая после слов «дом выглядит просто великолепно». вилбур заглядывает ему через плечо и прищуривается, вчитываясь в текст, заставляя тома вспомнить, что у старшего, вообще-то, со зрением не всё в порядке после многих лет чтения книг и полугода изготовления веществ, которые зелёный мудак и очкастый задрот признали наркотическими и запретили их. вымеривание нужных пропорций тех или иных ингредиентов требовало чёткой сосредоточенности, которая достигалась путём буквально часов сравнивания разных колбочек и баночек, а у вилбура так ещё и была привычка засиживаться допоздна и работать без освещения, из-за чего темнота окончательно убила его зрение, заставив носить очки, которые плохой мальчик не очень-то любил. — как мило с её стороны! — заметил вилбур. младший легко кивнул, отдавая записку вилбуру и снимая с корзины плетёную скатерть нежно-жёлтого цвета с бурыми узорами созвездий. наверняка туббо шелестел у ники над ухом, пока она вышивала, рассказывая о своих звёздах и небесных светилах, вот она и решила не тратить даром непрошенные знания, в итоге вышив различные созвездия, среди которых томми смог узнать ковш большой медведицы и кассиопею. остальные же были ему незнакомы; хотя он наверняка просто не запомнил их обозначений, потому что слушать о теме, в которой ты не особо разбираешься и которая тебе не очень интересна — не самое весёлое занятие, потому томми обычно занимался своими делами, пока лучший друг и по совместительству брат в упоении болтал о всяких ореонах или чём-то там ещё. под скатертью действительно оказалась еда, которая, между прочим, источала восхитительный аромат свежей выпечки; это были маффины из светлого теста с яркими дольками лимона на верхушках. вилбур тихонько бросил «о-оо!», заглядывая в корзинку, а томми отдал её ему и разулся, ступая босыми ногами, совсем только недавно бывшими мокрыми от холодной речной воды, на тёплый пол. — я чертовски проголодался! — на самом деле томми слегка приукрашивал, но он действительно был бы не прочь подкрепиться. вилбур, впрочем, покачал головой: — не стоит. после еды мы размякнем и обленимся, и тогда кто будет расставлять мебель? томми всё-таки согласился с ним, стараясь не смотреть на корзину, от которой шёл умопомрачительный запах кексов. вилбур отнёс её в комнату, которая должна быть кухней, и братья приступили к последней оставшейся части работы. *** — черт! томми плюхнулся на кровать, со вздохом протягивая ругательство, за ним — вилбур, даже не сдерживаясь в проявлении чувств, хотя такое было присуще их семье. как бы томми не хотелось этого признавать, их эмоции не всегда были абсолютно правдивыми, и всё-таки была какая-то искра неискренности, хотя мало кто её замечал, помимо непосредственно участников семьи. том был исключением из правил — он никогда не сдерживался (возможно, из-за бунташного возраста), вываливал все свои эмоции разом и делал то, что ему хотелось делать, в отличие от более старших членов семьи. даже тоби, будучи не родным, перенял привычку «закрываться» в себе и был совсем не таким, каким обычно бывают подростки его возраста. у томми вся эта искренность, кстати говоря, была знаком того, что все в порядке — стоило бить в колокола, когда он молчал или отнекивался от прямых вопросов. с тем же вилбуром и его эмоциями пересечение грани между «все хорошо» и «все НЕхорошо» было заметить в разы труднее, но сейчас каждый мог бы увидеть, что вилбур искренне рад проделанной работе и доволен результатом. теперь им можно было отдохнуть, провести оставшееся время вместе и что там ещё обычно делают братья после тяжёлого труда. — афигеть, — выдохнул вилбур, переворачиваясь на спину и смотря в бежевого цвета потолок. — я устал, — заныл томми. вилбур бы пожал плечами, но неудобно было тереться одеждой о голый матрас, потому он вслух сказал: — давай ляжем спать. будет чуточку неудобно, правда, но так лучше, чем не диване. они сейчас находились в четвёртой, самой последней от начала коридора спальне, которая была предназначена для двоих человек, как, впрочем, и остальные три. лишь одна была для одного человека, и это была спальня ники, все остальные ютились с соседом по комнате. томми и туббо хотели жить в одной комнате, но так уж вышло, что фанди почему-то забрал к себе тоби, и томми в итоге оказался с вилбуром. впрочем, его это не особо огорчало. он задавался вопросом, связано ли нежелание фанди жить в одной комнате со своим отцом с обострившимися в последнее время отношениями между ними, но не забивал этим голову, решив, что незадавшийся папаша и фурри-бой сами решат все свои проблемы, а тому лучше в них не вмешиваться, пока напрямую не попросят. — окей. все равно сейчас уже поздно, опасно гулять по лесу в такое время. — ага. спокойной ночи, тогда? — нерешительно скорее спросил, чем утвердил вилбур. — стой, — заёрзал томми, переворачиваясь с боку на бок и перебрасывая ногу через ногу старшего, прижимаясь к тому поближе и обхватывая руками. — мне страшно подумать, что ты бы сделал с туббо, — усмехнулся вилбур, но менять позы не стал, только чуть-чуть наклонив голову, чтобы та удобно упиралась томми в макушку. — да ничего я с ним бы не сделал, — проворчал том, и вил хихикнул, расслабляясь. томми закрыл глаза, проваливаясь в приятную темноту. *** — вилбур, томми, мы пришли! с наступлением утра (которое, вообще-то, было обедом) в доме стало шумно, и пока ещё пустые комнаты без жильцов наполнились шорохом и голосами. — где они? — спросил туббо, заглядывая на кухню. квакити хотел крикнуть погромче, чтобы слышно было, но фил вовремя прервал его, пробормотав: — стойте, может, они ещё спят. давайте посмотрим по комнатам и на всякий случай будем вести себя потише. все кивнули. фанди открыл первую попавшуюся дверь, которая вела в полупустую личную комнату, ники заглянула во вторую, и так все добрались до последней двери в коридоре. фил осторожно нажал на ручку, и та тихо щёлкнула, отворяя дверь. он просунул голову в проём; у дальней стены в комнате стояла незаправленная кровать с голым матрасом, на которой расположились два тела непосредственно вилбура и томми. ну, как расположились — томми почти полностью пристроился на вилбуре, а тот спокойно себе спал, обвивая младшего руками во сне. картина выглядела забавно и в то же время гармонично; было в ней что-то особенное, притягивающее, по-семейному мягкое. — они спят, — шепнул фил, улыбаясь, высунув голову из проёма. тихонечко прикрыв дверь, он отошёл, осторожно ступая по полу, чтобы ни одна половица не скрипнула. — наверняка опять полночи не спали, — проворчал техноблейд, вызывая у туббо смешок. уж он точно знал, чем может этот подросток заниматься в такое время вместе с человеком, режим сна которого окончательно канул в небытие ещё несколько лет назад, и в список действительно не входил сон. — пойдём. как проснутся, узнаем у них всё-всё, а пока пусть спят, — прошептал филза, и группка гостей направилась по коридору на кухню, ещё не зная, что уже через полчаса на них будет возмущаться проснувшийся от грохота томми.