Часть 14

– Хлоя! – Открой глаза, давай, посмотри на меня. Не смей, слышишь?!? – Я не могу, Люциф... – еле проговорила она. – Конечно, можешь! Ты даже не стараешься, давай же! Паника захлестывала его с головой, как ледяная волна. Он видел, как стремительно гаснет свет в её глазах, как бледнеет кожа, как замедляется дыхание. Он потёр ладонями её щёки, пытаясь вернуть хоть немного тепла, призывая её очнуться. Бесполезно. Холод пронизал её насквозь, сковывая каждый мускул, каждую клетку. Что он мог сделать? Он, Люцифер Морнингстар, повелитель Ада, бессмертный ангел, прижимал к себе хрупкое человеческое создание, бессильный остановить неумолимый холод, похищавший её жизнь. Он прижал её к себе, стремясь согреть своим теплом, но этого было явно недостаточно. Её тело коченело в его руках, ледяное, словно кусок мрамора. Страх сковал его сердце. В Аду он был всесилен, здесь же чувствовал себя жалким смертным, обреченным наблюдать за гибелью любимого человека. – Хлоя, пожалуйста... – прошептал он. – Пожалуйста... С нахлынувшим отчаянием он почувствовал ещё кое-что, а точнее, это что-то было болью, которая резко ударила его в спину. В месте, где находились его шрамы, жутко зажгло. Будто раскаленные иглы пронзали его кожу, разрывая её изнутри. Боль была настолько сильной, что Люцифер подавился криком. Он зажмурился, пытаясь удержать контроль, но это было невозможно. Каждая клетка его тела пылала, а особенно мучительно было в тех местах, где когда-то были крылья. Шрамы, те самые, что напоминали ему о его падении с небес, пульсировали, горели адским огнём. Он чувствовал, как они набухают, как под ними что-то рвётся и растёт. Он, конечно же, понимал, что сейчас происходит. Но выдержать, казалось, было невозможным. Никогда раньше не было такой боли... Вообще боли не было. Но самое главное, они смогут ей помочь сейчас, а он перетерпит боль, ерунда... Собрав всю свою волю в кулак, он попытался подавить крик, превратив его в глухое рычание. Боль пронзала каждым нервом, но он не мог позволить себе потерять сознание. Он должен был оставаться здесь, быть с ней. Сквозь пелену боли он видел ее лицо – бледное, безжизненное. Она была так хрупка, так беззащитна. И он, всемогущий дьявол, не мог ничего сделать, чтобы спасти ее. Кроме одного. Он продолжал бороться с болью, позволяя трансформации завершиться. Кожа на спине трескалась, обнажая еще не сформировавшиеся кости и мышцы. Еще мгновение, и они наконец полностью развернулись, и он сразу, как на автомате, накрыл ими ее, садясь на пол и усаживая ее на себя так, чтобы закрыть ее ими с головы до ног. Если честно, он вообще не понимает, почему до такой степени было больно, да и до сих пор жжет. Может, это из-за того, что он уязвим рядом с ней? И он ощутил эту боль, как ощутил бы человек? С губ женщины сорвался слабый стон, и дьявол облегченно выдохнул, дрожащими руками проводя ими по ее лицу. – Где мы? – еле слышно прошептала Хлоя, и только сейчас Люцифер осознал, что она ничего не видит. Хотя... О чем это он? Он даже не подумал о том, что она может увидеть его крылья. И именно сейчас, после того как он услышал ее голос, ему стало страшно, что она испугается его крыльев. – Люцифер! Он вдруг услышал крик и не сразу разобрал, что это за крик, доносившийся из-за его крыльев. Но потом всё-таки смог понять, что это голос Аменадиила. Никто не мог даже и представить, и сам Люцифер уж точно не думал, что, когда он начал слегка убирать крылья, открывая ей вид на этот злополучный холодильник, она всё-таки увидит, в какой темноте она находилась все это время. Дьявол думал, что она потеряла сознание до того, как он убрал крылья, но, пожалуй, он ошибался... *** – Что за бред? Почему я не мог открыть эту чертову дверь!? – воскликнул Люцифер, сидевший возле палаты Хлои. У него всё еще ужасно болела спина, боль была такая жгучая, что он дышал через раз. – Может, это из-за твоей уязвимости? – предположил Аменадиил. Морнингстар фыркнул сквозь боль. – Как оригинально. Тогда почему я не подох от холода? Ангел пожал плечами. – Вот! – воскликнул Люцифер, но в следующую же секунду согнулся от боли в спине. – Люцифер, тебе надо уйти! – сказал брат, не в силах ему помочь. – Иди ты! Никуда я не уйду! Я не собираюсь уходить, чтобы стонать от боли в своей кровати! Тем более, мне надо убедиться, что с ней действительно всё хорошо. Аменадиил глубоко вздохнул, качая головой. – Какой же ты упрямый. Морнингстар поднял взгляд и перевел его на брата, чувствуя, как тоска разливается в груди. Совсем недавно он ей тоже самое сказал. – Мы ведь по камерам на первом этаже и поняли, что вы где-то застряли на кухне, – продолжил ангел. – Даже когда ты становишься уязвим рядом с Хлоей, твоя сила ведь не исчезала. И это странно, что сейчас все так получилось. – Спасибо, брат, – благодарно сказал дьявол. – Правда, спасибо, как бы я ни орал, я правда благодарен тебе. Ангел удивленно посмотрел на него, не ожидая от него таких слов, но потом улыбнулся, вставая с места. – Я рад это слышать. Вот только, мне надо идти. Ты если что звони, я надеюсь, на этот раз у тебя будет связь. Морнингстар усмехнулся, оценивая его подкол. – Надеюсь, на этот раз вообще не понадобится звонить, – ответил дьявол, снова переводя взгляд на палату детектива. *** Когда Хлоя открыла глаза, она сначала даже не поверила, что находится не в этом злополучном холодильнике. Она сразу поняла, где была. Конечно же, больница. По этому месту она явно не успела соскучиться. И вот теперь она снова здесь. Замечательно. Женщина встала с места, ощущая, как ноют мышцы, словно после тяжелой тренировки. Каждое движение отдавалось неприятной дрожью, пробегавшей от кончиков пальцев до затылка. Она потерла руки, пытаясь согреть их, но кожа казалась на ощупь странно онемевшей, словно на ней были надеты толстые варежки. Перед глазами все еще плавали странные пятна, а в висках пульсировала тупая боль. Хлоя попробовала вспомнить, что произошло, но в голове был словно густой туман. Холодильная камера... холод... страх... Люцифер. Стоп, а где Люцифер? Ей вдруг снова стало холодно, и она забралась под одеяло до подбородка, чувствуя, как ее пробирает дрожь. – Ло? Деккер подняла глаза и увидела Маркуса, который с чувством вины смотрел на нее из прохода двери. – Привет, – ответила она. – Одеяло слишком тонкое, привези из дома что-то нормальное! Мужчина усмехнулся, увидев ее недовольство. Он прошёл дальше в палату и остановился возле ее кровати. – Как себя чувствуешь? – спросил он. Недолго думая, Хлоя ответила: – Я замерзла, – пожала она плечами. – Ужасно замерзла. Какая вообще мощность у этого холодильника? Мне кажется, что невозможно, чтобы было так холодно. Пирс неловко улыбнулся. – Тут такое дело... – начал он. – Выяснили, что кто-то специально увеличил мощность. Деккер распахнула глаза. – Надо было самой додуматься... Теперь она хотела поймать этого убийцу быстрее. Вроде до этого она очень хотела его поймать, но сейчас это желание стало особенно сильным. – Что с Люцифером? С ним всё хорошо? – вдруг спросила женщина, прислоняя колени к груди. Получается, она из-за него и осталась в живых? Если бы не он, она бы просто вырубилась и не проснулась? Все воспоминания были мутные, как будто она смотрела на всё через запотевшее стекло. Она точно помнила, как он прижимал её к себе, помнила, как заплакала перед ним. Но из-за постоянно витания то в сон, то в реальность... – Всё с ним в порядке. Даже очень в порядке. Странно это всё... – сказал Маркус, нахмурившись. – Ну так где он? – немного нервно спросила она, поджимая губы. После слов Маркуса и его попытки её поцеловать она испугалась. Как маленькая девочка, которую просто загнали в угол. Теперь она винила себя, считая, что ужасно отреагировала. Ей казалось, что она должна была с ним обходиться мягче. Как она может винить Люцифера тогда? – Скоро придёт, он там с какой-то женщиной разговаривает. Хлою как будто со всего размаха треснули по лицу, а потом облили холодной водой. Он почти никогда не разговаривал с женщинами просто так... Наверное, она просто не так всё поняла и, как обычно, накрутила то, что нет. Она всё ещё остаётся для него просто напарницей, другом. Как обычно, она слишком много надумала. А что вообще она надумала? – Я хотела попросить у тебя прощения, – начала Хлоя, тяжело сглатывая. – Бред, это я должен просить у тебя прощения за те слова, – быстро сказал Пирс, не давая ей больше ничего сказать. – Я должен был себя контролировать, не знаю, что на меня нашло. Но я так не считаю, это не так. Я знаю, что Люцифер сделал тебе что-то плохое. Женщина опустила взгляд вниз. – Я понимаю, что это всё будет висеть между нами. Мне жаль, честно. Мне жаль, что я испортил нашу дружбу. Я понимаю, если ты больше не сможешь со мной дружить. Если бы он не попытался её поцеловать в губы, то сейчас его слова «Ты мне небезразлична» она бы переиграла. – Я не хочу терять такого друга, как ты, – грустно сказала Хлоя. – Ты не потеряешь, – улыбнулся мужчина. Послышался звук открывающейся двери, и в проходе появился Люцифер, который выглядел так, будто ему пару раз сковородкой по голове треснули. – Детектив, всё хорошо? – спросил он, поглядывая на Пирса, стоящего рядом. – Как-то ты долго, – сказал лейтенант, смотря на него сверху вниз. – Разве? Я думал, что быстро справился, – нахмурился Морнингстар. Хлоя, казалось, стала ещё бледнее, хотя, казалось, уже некуда. Она опустила взгляд вниз и не знала, куда деться. Настроение до этого момента не было хорошим, а сейчас упало совсем. Люцифер нахмурился, глядя на Деккер, не понимая, что он уже успел сказать. – Что ты ей сказал, идиот? – спросил Морнингстар, подозревая, кто был замешан. Маркус развел руками, возмущённо глядя на дьявола. – Ничего. Люцифер злобно зыркнул на него. – Да неужели? Уверен? – прошипел он. – Нехрен шляться с какой-то телкой, может, тогда не пропустил бы интересующие тебя вопросы, – в ответ огрызнулся Пирс. – Ясно, – кивнул Люцифер, когда весь пазл сложился. – Детектив, это была моя мать! Маркус ахнул, уже сам понимая, в чём дело. – Вот это у тебя мать, – изумлённо произнёс он. Дьявол махнул рукой, подходя ближе к кровати Хлои. – Ты так и не ответила, детектив, – сказал он, слегка улыбаясь.