лучшее в..

— — — 1 — 2 - Вейн уже как несколько дней является ученицей Лема. за это время они встречались лишь один раз, когда пророк попросил ученицу собрать нужные для обряда вещи, для чего нужно отправиться к реке, чем сегодня Веспер и собиралась заняться.  натянув обычный коричневый плащ и прихватив небольшого размера рюкзак, девушка направилась в шепчущий лес, вход в который был достаточно близко к месту обитания небольшой, но тесной общины хора.  Вейн, ощущая небольшой тремор в руках, ступила на тропинку. самым главным страхом было потеряться, но она не редко была здесь с другими членами общины, и знала местность хорошо.  большой опасностью для людей были мотыльки. да, вроде тех, что поселились на окне дома Веспер незадолго до смерти родителей. последствия могли быть совершенно непредсказуемыми, но понятно одно - ничего хорошего не случится. однако Вейн подозревала, хотя, скорее, была уверена - у нее есть одна особенность, которая проявляется в невосприимчивости к ауре мотыльков. она же жила в одном доме со своими родителями, но не ощутила и толики действия агрессивного эха. все же та старалась не думать об этом, ведь ответа на вопрос "почему?" всё равно не найти. с каждой из возможных сторон доносился шепот, но из-за количества звуков было невозможно разобрать хоть что-то. и говорящие голоса сильно друг от друга отличались: разный возраст, пол, тональность, интонация.. говорят, что пророк так много знает о новом мире из-за того, что с ним общается шепот и бездна, но как он разбирает хоть что-то в бесчисленной количестве звуков? они же просто сливаются в единый фоновый шум, который со временем перестаешь даже замечать. Вейн, погрузившись в свои мысли, прошла более половины пути. далее дорога лежала через статую соли - во время разрыва человек кристаллизовался, и теперь обречен вечно оплакивать себя, бездвижно погрязнув в жалости к собственной персоне. ее завывания не столько завораживали, сколько пугали. вскоре девушка оказалась у реки, которую составляла далеко не вода: это река жидких теней и памяти пострадавших во время разрыва. говорят, что если испить из нее, ты потеряешь большую часть своей памяти, взамен на осколки чужой. до конца в это не верилось, так как за время своего существования живых примеров Вейн встречать не доводилось. откуда они это знают? так сказал пророк? от одной мысли об этом человеке тело наполнялось благоговением, теплом и.. безмерным восхищением. он один смог возвести укрытие от всеобщей паники и суеты, создать крепкую семью из совершенно незнакомых друг другу людей, вероятно, не сказав и слова. и как можно не восхищаться этим человеком? он ведь так много сделал лишь для нее одной, а население этого лагеря исчисляется сотнями.. и все они нашли здесь спокойствие в стремительно изменяющемся мире. собирая с берега реки камушки, впитавшие в себя часть памяти теней, в небольшой серый мешочек, Вейн отвлеклась на шорох. крупных зверей здесь не водилось. может, кто-то из учеников? прикарманив мешочек, Веспер направилась к источнику шума. это ведь территория, приближенная к дому, и здесь не может быть чего-то враждебного, верно? с такой мыслью девушка раздвинула кусты, и.. немое удивление. пророка, сидевшего на краю реки, они точно не ожидала увидеть.  тот судорожно обернулся на шорох, чуть съежившись, но признав Вейн, облегченно вздохнул, принял чуть более расслабленную позу и позвал Веспер к себе жестом. с неунимающимися дрожью и покалыванием в коленях, та подошла к загадочному, но такому родному человеку в маске. она заволновалась, не зная, что нужно сказать или сделать, и ситуацию усугубляло то, что Лем не помогал в этом: он смотрел на переливающиеся в реке тени, медленно проворя по ним рукой, ощущая сопротивление. это ритуал? общение с почившими, с бездной, с самой рекой?..  — Вейн, помните ведь, что нужно быть в обители через 3 часа? — тихо, но четко, и даже завораживающе прожурчал голос пророка. Вейн слышала его впервые, и даже подозревала, что тот вовсе не может разговаривать. от его голоса по телу пробежали мурашки. Лем вызывал безмерное доверие и уважение у нее. как много людей кроме нее слышали этот томный, усталый, но будто бы заряженный чем-то мистическим голос? Веспер смогла только кивнуть, ибо по привычке впала в безмолвие. более пророк не проронил не слова, он продолжал смотреть в "воду", водя по ней кончиками пальцев. только сейчас она заметила, что Лем сейчас не в руковицах. тощин мужские руки больше напоминали поле боя: кожа вокруг ногтей отсутствовала, ее заменяла корочка засохшей крови. трепет в груди всё нарастал: Вейн ощущала себя слишком близко, и это очень ей нравилось.  как-то незаметно для самой Веспер, прозвучал её голос. тихо, но четко: — какой у бездны голос? вы ведь слышите ее шепот.. Лем слегка вздрогнул. тот тоже впервые слышал голос девушки: он редко вступал в плотный контакт с людьми вне своей обитель. пророк неспешно развернулся к Вейн, положил руки на свои колени. голос того был негромким, а маска на лице еще сильнее портила слышимость. — это сложно назвать именно голосом, но если пытаться описать, то.. имитация издаваемых человеком звуков при помощи звуков битого стекла или ударов по наполовину полному стакану. — более он не продолжал диалог. а время все текло, пускай и так медленно.  Вейн, вспомнив о предстоящем ритуале, входящем в ее обучение, привстала и хотела было уйти, привстала, но остановилась, ощутив на своей ладони хватку холодной крепкой мужской руки. она вопросительно посмотрела на пророка, чуть смущаясь.. или скорее, пребывая в немом шоке. — раз уж молчание между нами нарушилось, почему бы не перенести занятия из обители бездны в другое место?.. говорит на жестах в варежках не так уж и просто, прошу заметить! — легко и непринужденно произнес Лем, даже немного игриво. безжизненные глаза маски будто бы заглядывали в душу Вейн, впавшей в ступор. — Веспер? вы меня слышите? та чуть зажмурилась и поспешила ответить: — а, конечно, как пожелаете. но куда? — всё так же приходите в обитель в назначенное время, проведу оттуда. — договорив, Лем отпустил мягкую руку девушки и продолжил наблюдать за переливающимися в "воде" тенями. Вейн же поспешила обратно. в назначеное время она шла по дорожке, вдоль которой находились тоненькие красные свечи. Вейн шагала по темному пространству без пола, потолка и стен, как вдруг начала замечать, что звук шагов заменяется звуком того самого битого стекла, о котором говорил пророк. в груди стало тепло от того, насколько этот человек искренен. он ведь мог и не рассказывать столь подробную информацию, которую, наверное, не всем стоит знать. деревянная дверь среди пустоты без ручки и замка. Вейн толкает ее, а на месте её уже ожидает Лем. без варежек.  заметив девушку, сразу же вступает с ней в диалог языком жестов: — вы вовремя, это достойно уважения. как и обещал, предлагаю отвести вас в другое место, чтобы облегчить процесс нашей коммунакации. не бойся. — он протягивает тощую руку с подрагивающими пальцами. Вейн, не раздумывая, хватается за нее, и холод тела пророка ее совсем не отталкивает. не важно, каков ты снаружи — главное, каков ты внутри. и в том, что этот человек достоит доверия, новоприбывшая ученица ничуть не сомневалась. Лем, ведя за собой девушку, выходит из комнаты, где они сидели ранее, и они двое снова оказываются в пространстве, устланном бездной. пророк обходит дверь, чтобы оказаться с другой ее стороны. теперь в ней появился замок. он достает ключ, пытается открыть - но понимает, что дверь и так открыта - снова забыл ее запереть. аккуратно ее толкает и входит вместе с Вейн.  комната с деревянными стенами, которую наполняет запах еловых досок. много, очень много книг, неразборчивых записок от руки, напсанных черными чернилами. Лем провел гостью к низенькому столику, жестом предложил сесть на кресло, а сам устроился на диване, стоявшем рядом. — вы здесь живете? — осторожно проговорила Вейн с боязнью, что ошиблась в своей догадке. — верно. а еще предлагаю перейти на ты. и еще, можешь звать меня Стасом, — весьма расслабленно и спокойно сказал пророк, без лишнего пафоса или официальности. Вейн потеряла способность дышать на несколько десятков секунд. насколько она близко к раскрытию загадки о том, кто же скрывается под этой маской? интерес накипал все сильнее. словно бог, существо, знающее все и обо всем снизашло до нее, чтобы донести сложные истины протым для человека языком.  — камни, принесенные тобой, могут помочь разгадать кое-что очень важное для меня. и если моя гипотеза, о которой я пока что умолчу, окажется верна, мир заиграет новыми красками, — отвлеченно и томно, словно мысли вслух, сказал Стас, после чего повернулся к девушке и обратился к ней. — коснись камня двумя руками, — без давления, с едва различимой небольшой степенью отчаяния попросил наставник. Вейн бесприкословно выполнила его указание.  — а теперь попрбуй вобрать в себя часть воспоминаний, как вы делали это с разными вещами в певчих. девушка усиленно постаралась пренять улавливаемые воспоминания, которые удавалось узреть, но тень камня все никак не впитывалась в кончики пальцев. Веспер закрыла глаза в надежде, что это поможет сосредоточится, пока Лем не коснулся ее плеча, что заставило девушку открыть глаза. тень камня постепенно растворялась в воздухе, пока не испарилась совсем, оставив самый обычный камень. пророк пристально смотрел на Вейн сквозь полупрозрачные глаза маски. судя по всему, его предположение оказалось верно. ученица не могла понять, что именно произошедшее только что помогло понять пророку, но он явно был впечатлен.  холодная, но родная рука продолжала покоиться на плече Веспер, чуть подругивая, а пророк какое-то время не мог подобрать слов.  — мне нужна еще одна проверка, чтобы до конца убедиться, — спутанно пробормотал тот. на шее Лема висела подвеска с символом хора, но звездочка, находящаяся посередине, была не серебрянная, как у всех культистов, а из какого-то черного камня. Стас снял ее и поспешно коснулся изящной женской руки обеими своими. затем посмотрел на нее. — да. именно ты была нужна. именно тебя искал и не могу найти.