Часть 1

***       — Мое предложение все еще в силе, — голос с ореолом загадочности на другом конце провода заставил Агату хитро улыбнуться.       — А я сказала, что подумаю.       — А вдруг у этого предложения ограниченный срок действия? Не успеете оглянуться, миледи, как наступит полночь, и все превратится в тыкву. Кажется, отсчет уже пошел. Неужели я слышу бой часов?       А он хорош.       — Уговорил. Где и когда?       — Вот такой разговор мне больше по душе. В течение часа вышлю точные координаты.       — Договорились. И не опаздывай.       Агата нажала на «отбой» и задумчиво прислонила телефон к подбородку. И что она делает? Сейчас, конечно, самое время разъезжать с подозрительными бронзововолосыми пареньками по незнакомой стране, где она даже языка-то не знает. Ну, кроме, разве что, изысканных шведских ругательств, на которые Александр, вынужденный вновь вернуться к делам собственного бизнеса, в последнее время не скупился. Впрочем, может, именно такой набор лексики ей и пригодится, если что-то пойдет не по плану.       А вообще заигрывать с Кристофером до умопомрачения приятно. Пикантные диалоги будоражили сознание, а граничащая с ними опасная игра обостряла все ощущения до предела. И ей нравились эти загадочные лукавые искорки в его зеленых глазах, напоминающих скандинавскую лесную рощу. Безупречные манеры, указывающие на благородное происхождение. И отточенный флирт, говорящий об умениях опытного соблазнителя.       А еще ей нравились свидания. Настоящие, с ухаживаниями. Нравились настолько, что временами она забывала, что должна играть роль неприступной наследницы состояния дома Сильвер-Харрис, но все равно наивно наслаждалась происходящим. Кристофер умело подбирал места, удивляя ее с каждым разом все больше и больше, отчего задорная улыбка все дольше задерживалась на ее лице. А уж пронизанные страстью поцелуи, которые непременно сопровождали их тайные и не очень встречи, и вовсе заставляли затеряться во времени и пространстве.       А она ведь никогда не находила рыжих мужчин даже отдаленно привлекательными! Да и ещё эти прилизанные волосы… Взъерошенные ежики, без сомнения, симпатичней. И цвет глаз она всегда предпочитала голубой, или, на худой конец, серый. Но зеленый? Что же такого оказалось в Крисе, что ее вкусы столь кардинально изменились?       И еще есть в нем что-то неуловимо подозрительное. Какая-то едва заметная дистанция, заставляющая все время оставаться начеку без единой возможности расслабиться. С другой стороны, стоило только вспомнить его надменного брата-близнеца, Эдварда, полную противоположность мягкого Кристофера, как становилось немного легче и понятней. Неудивительно, что при взгляде на одного, она невольно припоминала и второго. Неотесанного, грубого и еще более подозрительного.       Впрочем, об этом думать не хотелось. Ведь сегодня ее, как никак, ждало еще одно удивительное свидание.        ***       Он стоял перед зеркалом и вновь приглаживал волосы гелем. И что только Крис находит в этой затее? Столько времени тратится впустую. Еще и эти вечные костюмы. Он уже замучился отдавать их в химчисту. Коженка ведь намного удобнее.       А еще весьма удобно не врать, но…       Желание узнать представительницу семьи Харрис поближе в конечном итоге сыграло с ним злую шутку, и так одна встреча-проверка превратилась в череду свиданий, которым он не видел, а, по-хорошему, и не хотел видеть конца и края. Его игра порядком затянулась, а сам он не мог найти повода прекратить ее, каждый раз уверяя себя, что на сегодняшней встрече раскроет все карты, но каждый раз что-то шло не по плану. То долгожданный поцелуй оказывался слишком волнительным, то ее шведский друг весьма невовремя начинал маячить на горизонте, готовый поделиться очередной теорией заговора. То ему просто не хватало слов. Или смелости. Или и того, и другого.       Но вот сегодня он непременно все ей расскажет, твердо повторил Эдвард себе.       Он бросил последний взгляд на себя в отражении, после чего, удовлетворенный результатом, решил покинуть комнату.       Только на выходе он неожиданно нос к носу столкнулся с братом, который чуть было не решил, что влетел в зеркало.       — Эд, я смотрю, тебе пришелся по вкусу мой стиль, — заметил он. — Только, может, купишь уже себе гель для укладки и закажешь у портного собственный костюм?       — Я обязательно подумаю над этим. А пока вынужден откланяться.       Надеясь, что Крис не найдет его поведение чересчур странным, он поспешил испариться. ***       — Кристофер! — Помахала ему рукой она, и он сморщился. С каждым разом все сложнее и сложнее.       — Мисс Харрис, великолепно выглядите.       — Агата, — машинально поправила она. — И что я вижу? Ярмарка! Опять? — наигранно зацокала языком она. — А ты начинаешь повторяться.       — Уверяю, миледи, локация похожа, но программа совершенно иная.       — Посмотрим, посмотрим, — подернула плечом она, демонстрируя эффектный наряд. — Так что же мы делаем?       — Пока предлагаю прогуляться.       Он жестом предложил ей пройти вперед, и она, со всей присущей ей грацией, послушалась. Проходя мимо, Агата специально заманчиво улыбнулась, чем только подстегнула его и без того взбудораженный настрой.       — Это что? Аттракционы? — неожиданно воскликнула она, и ее загоревшиеся светлые глаза подтвердили, что он не ошибся с выбором.       — Так точно.       — Ты только посмотри, какие русские горки! Обожаю!       Неожиданно она смутилась излишнему энтузиазму, что он нашел одновременно милым и забавным.       — Говорят, эти горки чересчур крутые. Не думаю, что ты осмелишься.       — А это мы еще посмотрим. — Она состроила прелестную гримаску, принимая брошенный вызов, а дальше он обнаружил себя тонущим в омуте ее азарта и очарования.       Русские горки, башня свободного падения, колесо обозрения, комната страха, больше напомнившая комнату смеха — мисс Харрис все было нипочем. И ее задорный смех все больше и больше разжигал в нем интерес.       В какой-то момент ему пришло сообщение от отца, на которое он вынужденно отвлекся, отчего потом не сразу осознал, что Агата уже некоторое время звала его.       Точнее…       — Кристофер! — Раскрасневшаяся, подбежала она к нему, а к его горлу вновь подкатила неприятная тошнота. — До тебя не докричишься.       Она схватила его за руку на диву крепкой хваткой и потащила к одному из киосков. Подумать только, в очередной раз чуть не попался.       — Ты только взгляни, какие милые мишки! — Над мишенями в тире, действительно, красовались на редкость миловидные мягкие игрушки. — Давай попробуем выиграть одного?       Она посмотрела на него таким взглядом, что устыдила бы даже Бэмби.       — Можем попробовать. Но не хочешь ли ты сделать это сама?       Наблюдать за сменой эмоций на ее лице оказалась упоительно приятно. Она обрадовалась, когда он согласился. Затем в глубине глаз пробежало замешательство, которому на смену пришла приятная гордость.       — Хочу. Но не думаю, что у меня получится.       — Я помогу.       Взяв ружье твердой рукой, он протянул его ей.       — Сперва займи устойчивое положение.       Он не отказал себе в удовольствии положить одну руку на ее талию, а вторую — на плечо, практически накрыв ее тело своим. Он незаметно улыбнулся, почувствовав, как она напряглась, и продолжил.       — Винтовка должна лежать между большим и указательным пальцами. Установи приклад твердо на плечо. Вот так.       Он помог ей правильно поставить оружие, не преминув скользнуть рукой по открытому участку кожи, даже не имея понятия, какие мысли в тот момент вереницей пробежали в голове у вроде как достопочтенной мисс Харрис.       — Сфокусируйся на мушке. И, самое главное. — Он наклонился к самому ее уху, коварно обжигая и нежно щекоча его, после чего терпко прошептал: — Держи открытыми оба глаза.       Не успел он закончить, как первая мишень оказалась пройдена — Агата угодила точно в «яблочко».       — Новичкам везет, — невинно пожала плечами она. — Или кто-то очень хороший учитель.       Только потом мисс Харрис покорилась и вторая, и третья, и четвертая, и даже пятая мишени, отчего он невольно сглотнул. Эта женщина не переставала удивлять. На что еще она способна?       Когда ей поддалась и последняя цель, она пронзительно завизжала и захлопала в ладоши — почти по-детски, но ни капли не потеряв своего женственного обаяния.       Не успел он опомниться, как она уже сбегала за главным призом и теперь радостно подпрыгивала рядом с ним, обнимая бурого медвежонка размером с половины нее самой.       — Это было просто невероятно! — делилась с ним на ходу эмоциями она, когда они немного отошли от тира. — И как я попала в цель! Ты ведь видел, видел? У меня даже слов нет! Не знаю, как отблагодарить тебя, Кр…       Прежде, чем она бы в тысячный раз произнесла совершенно неуместное имя, от которого в его груди разгоралось пламя неописуемого раздражения, он накрыл ее губы внезапным для обоих поцелуем. Агата оказалась застигнута врасплох, так и застыв посреди ярмарочной аллеи с гигантским медведем наперевес, скорее всего, мешая прохожим и привлекая к себе всеобщее внимание. Кристофер вновь целовал ее жадно, требовательно, не давая даже возможности одуматься. Впрочем, чего-чего, а иного ей и не хотелось. Пока прохладный шведский ветер гулял в волосах и пощипывал щеки, а его губы обжигали кожу, жизнь казалась идеальной, а все возможные подстерегающие опасности будто отступали на второй план.       — Я хотел бы попросить тебя об одолжении, — неожиданно серьезно заговорил он, прерывая поцелуй, а Агате вновь пришлось гадать, что вообще творится в голове у этого молодого человека.       — Не могу обещать, но попробуй.       — Не называй меня по имени.       Если она еще раз назовет его именем брата, он точно сойдет с ума.       — Что?       — Просто не называй.       — А иначе что? — Она с вызовом посмотрела на него, соблазнительно закусив пухлую губу.       — А иначе я за себя не отвечаю.       — Вот как? — рассмеялась она. — Могу тогда звать тебя Эдвардом. Так лучше?       Ты даже не представляешь насколько.       — Не думаю… — тем не менее начал он.       — Эдвард… — хотела упрямо поддразнить она, но только в этот раз еще более неожиданный поцелуй буквально выбил у нее почву из-под ног, и обреченный медведь все-таки безвольно упал на жухлую траву, стоило языку Кристофера соединиться с ее.       Если бы Агата не оказалась окончательно сражена романтичным напором своего загадочного кавалера, отдаваясь во власть накрывших ее чувств, то, она, наверно, призадумалась бы над странным поведением близнеца Кадоган.       А вот тот самый близнец Кадоган тем временем размышлял о том, что в следующий-то раз он уже точно все ей расскажет.       А сегодня пусть все идет своим чередом.