-

      Пока некоторые мои коллеги с довольным и горделивым видом получали «Золотой граммофон», я же провел свободный вечер с пользой, решив побаловать себя новинками, парочку из которых, возможно, Вы видели в моих сториз. Впрочем, мне, как шопоголику со стажем, захотелось большего. Одной поездки в ЦУМ оказалось мало. Что-то внутри меня толкнуло на мониторинг новеньких дизайнерских классических костюмов в Интернете. Наполнив наполовину бокал виски (так, чисто для удовольствия) и потянувшись к своему включенному лэптопу, принялся изучать содержимое вкладок «Гугла».       Возможно, полазив минут десять, наткнулся на костюм Тома Форда, который бы мне подошел… Как всегда строгость и красота во всех вещах. Представляя, как на моем теле будет сидеть темно-синий костюм-тройка, я отвлекся на сообщение, присланное в «Ватсап». Мигом глянув на уведомление, усмехнулся и подумал: «Неужели Лазареву без меня там скучно?». Проведя большим пальцем по экрану телефона, увидел картинку, как Киллиал Мёрфи держит в пальцах бокал с шампанским. Ниже фотки прочитал текст: «Фил, у тебя такой же mood? Погнали куда-нибудь отмечать мою награду?! Ааа, я его получил! Так рад! Можешь меня поздравить. Жаль, что тебя не было. Коля тут изображал Короля! Весь такой в красном. Перец в блестках!». «Как живо написано!», - подумал я, беря свой гаджет в руки. Аж нос зачесался после прочтения сообщения от Сереги. Решив проявить вежливость, быстренько набрал: «У меня дела, Серёжа. Молодец, бро, поздравляю! Басков довыпендривается… Ну, ничего, настоящий Король скоро сделает свой ход! Не сомневайся ;)». «Кстати, надо бы найти для себя какой-нибудь классный сериал… Так, на будущее…», - решил я. «Острых козырьков» смотрел. Томас Шелби охрененен, если можно так выразиться. Вот блин! Лазарев со своими сообщениями меня заставил про него вспомнить! Мне там еще парочка героинь очень понравилась. Одна блондинка… Грейс вроде, а вторая – не помню имя, но ничего такая. Глаза у нее очень красивые.       Уж не знаю, что на меня повлияло – виски, приятная усталость после шопинга или зажженный огонь в камине (сидел я в гостиной практически в полумраке), - мысли унесли в другую реальность. Уставившись на пламя, увидел перед собой стройную девушку. Она держала в руке цепочку и с интересом смотрела на меня. Видел себя. Правда, немного моложе. Мои черные волосы были зачесаны назад, словно у гангстера. С правой стороны лишь свисали парочка прядей. Подбородок скрывала трехдневная щетина, а сам был одет в тот самый клетчатый костюм-тройку, сидевший, словно на мне же и сшитый. Я смотрел на себя, прошедшего в какую-то не особо просторную, но роскошную комнату, в которой имелись два кожаных кресла, небольшой диван, деревянный столик, занятый подсвечником на три свечи, бутылкой ирландского виски с парой пустых бокалов и хрустальной пепельницей.       - Вы решили уйти с ярмарки тщеславия и скрыться в этой комнатке? – вполголоса спросил я незнакомку, сидевшую в белом платье с блестками, открывавшем ее плечи и колени.       - Да, - только ответила она, поправив рукой свои уложенные лаком волосы, не доходившие даже до плеч. – У вас не найдется сигаретки?       - Ох, конечно, - спокойно ответил я, нырнув рукой во внутренний карман пиджака. Прикинув, что мне будет в нем жарковато, снял его со своих плеч и кинул на подлокотник дивана, рядом с которым стояла довольно красивая ваза с высокими красными розами. Подойдя к незнакомке, подал ей сигарету.       - Спасибо.       - Пожалуйста, - сказал я, поднося уже зажигалку к кончику сигареты, зажатой меж двумя тонкими пальцами.       - А вы не желаете закурить? – уверенно спросила девушка.       - Нет. Я курю редко, - проговорил я.       - И это когда же? – кажется, моя персона действительно интересна для этой милой барышни.       - Когда очень нервничаю.       - Хм, надо же…, - протянула она. - Мне показалось, что все мужчины, находящиеся в этом особняке, дымят как паровозы. На улице даже подышать нельзя толком. Стоят и курят с деловым видом…       - Ну что вы…, - расплылся я в улыбке. – Нет.       Присев напротив нее в удобное темно-коричневое кожаное кресло, положил ногу на ногу. Потянувшись к часам, спрятанным в кармашке, убедился в том, что время еще не столь позднее.       - Красивые у вас карманные часы. Сразу видно, что настоящее золото!       - Спасибо, - поблагодарил я и тут же задал вопрос: - Как вас зовут?       - А разве это так важно? Мы пообщаемся с вами, возможно, еще с час и снова разойдемся.       - Меня Филипп, - не выдержал я.       - А меня Элизабет, можно Лиззи, – выдыхая табачный дым, уверенно сказала она.       - Знаете, Лиззи, если мы желаем узнать друг друга получше, можем добавить к нашему диалогу виски. Как в здешних кругах говорят: виски – лучшая сыворотка правды.       - А зачем нам друг друга узнавать? – подняв слегка голову, спросила шатенка с закрученными внизу кончиками волос. – Повторюсь, мы с вами все равно разбежимся. Честно, плевать, как тут и что говорят. Если вы действительно желаете что-то обо мне узнать, скажу прямо, у меня есть молодой человек и через месяц у нас свадьба. Мы будем жить в центре Лондона и, слава богу, не будем ни в чем нуждаться, поскольку наши родители обеспечены, да и мы оба способные на всякие делишки. У меня, как это люди любят говорить, - натянуто произнесла она, щелкая своими пальчиками, - светлое будущее, - и резко сменив жеманство на простоту, продолжила откровенничать дальше: - я не против того, чтобы выпить с таким джентльменом виски и я приехала на юбилей своего брата ради забавы. Видите ли, я хочу пока побыть плохой девочкой, вот и делаю, что хочу…       - Лучшие грехи таятся в мечтах хороших девочек? – исподлобья уставился на нее.       Вместо ответа, она лишь скинула туфлю, мигом положив спрятанную в прозрачный чулок, ступню, на мое колено. Такой жест говорил, что ответ на только что прозвучавший вопрос, положителен.       - Давайте перейдем к виски, – торопливо предложил я.       - Да, конечно, - пожав плечами, равнодушно ответила Лиз, поставив ногу обратно на ковер. – Полбокала, пожалуйста, - твердо потребовала она, громко поставив передо мной стеклянный сосуд.       Открыв бутылку, я плеснул ей и себе немного.       - За знакомство! – торжественно сказал я.       А она не такая простая… Сдается мне сам дьявол скрывается под этим ангельским платьицем и с серебристым украшением на тонкой шейке. Проглотив напиток, заметил, что фианиты ее украшения были такими же синими, как и ее выразительные глаза.       - Вы еще что-то хотите обо мне узнать или же перейдем к делу? – откровенно выдала она, не смотря на меня, гася сигарету в пепельнице.       - К какому делу? – безо всякого волнения в голосе спросил я.       - Вы прекрасно знаете к какому. Ваши глаза так и изучают меня на протяжении всей нашей беседы.       Прозвучавшее являлось правдой. Я изучал ее тело: бедра, прячущиеся под платьем, ноги, спрятанные в чулках, обнаженные руки, желавшие коснуться моей кожи тоже, губы и шея, так и просившие их поцеловать.       Не дожидаясь моего ответа, она уверенно встала с места и, сбросив с себя вторую туфлю, подошла ко мне. Наши пальцы замкнулись. Опустив ногу на пол, усадил ее на себя.       - Вы очень красива, - обронил я, смотря в глаза, в которых начинал тонуть.       - Спасибо, вы тоже, - она неторопливо провела своей узкой и длинной ладонью по моим волосам.       - Вам нужна другая пена для укладки волос, - цокнула она.       - Да, вы правы…Длинная челка все-таки упала…, - заметил я, ощутив, как она ее убирает наверх.       В этот самый момент наши губы прикоснулись друг к другу. Лиз прижалась ко мне, крепко сжав меня в своих объятиях. Подавшись слегка вперед, обнял ее за плечи. Чувствуя, что возбуждаюсь и, продолжая целовать ее, принялся искать замочек на платье. Чиркнув им и на миг, отлипнув от ее вишневых губ, стянул блестящее платье с ее спины. Ее руки секундой позже ослабили мой коричнево-красный галстук и помогали моим пальцам расстегивать жилет, который я абы как стянул с себя.       - Я хочу тебя, - в порыве страсти обронил я, поднимаясь с кресла вместе с ней.       Держа на своих руках Элизабет, сбросил ее на то самое кресло, на котором мы секунду назад сидели. Она ловко встала на колени и уперлась локтями об спинку кресла. Покрывая поцелуями ее шею и облизывая лопатки, избавил ее от белья. Припустив свою одежду и смочив слюной головку члена, вошел в нее. Мы почувствовали друг друга. Обняв ладонями ее шею, слегка нажимал на кожу, проталкиваясь все дальше…       - Тебе не больно? – прошептал ей под ухом, тяжело дыша.       - Нет, продолжай…, - простонала она, сжав одну грудь своей рукой.       Заметив это, схватился за напряженные груди, в то время как она принялась ласкать себя между ног.       Я пил ее, когда она уже сидела на мне. Ее пальцы с силой впивались в мою кожу. Двигаясь то вниз, то вверх, Лиз жадно глотала воздух. Сквозь полуоткрытые веки смотрел, как подрагивают ее черные ресницы. Нам было очень хорошо. Моя белая рубашка слегка стала мокрой, отглаженные прислугой штаны валялись на моих начищенных до блеска коричневых ботинках, а галстук, за который она держалась, раздвигая ноги все шире двигаясь навстречу сладострастному пику, так и готов был задушить меня. Но к счастью, я его достаточно сильно ослабил, поэтому это была всего лишь тонкая и узкая тряпка, болтавшаяся на моей шее. Выгнувшись дугой, Лиззи и вовсе оставила ее в покое.       Когда волна огразма покидала ее, она уткнулась носом в мое плечо. Позволив Лиз прийти в себя, я попросил ее лечь на пол. Заметив блеск в ее глазах, а на лице ехидную улыбку, она молча легла на спину, раздвинув ноги. Сев на колени и освободив себя от рубашки, положил ее ноги на свои обнаженные и крепкие плечи. Войдя в нее, двигался, что есть сил. Я был голоден… Она громко стонала подо мной, хватаясь то за край стола, то за свои соски. Смотря пристально в ее глаза, с повторяющимся криком «Да!», кончил ей на живот.       В комнате стало жарко: от всей этой страсти, от языков пламени, колыхавшихся в паре метров от нас, от этой сыворотки правды…       - Горячая ты штучка, - восхитился я, натягивая на себя брюки.       - Ты тоже… О, надо же, мы как-то незаметно перешли на «ты»! – с легким раздражением, но в то же время с жуткой радостью в голосе, воскликнула она. Точно, эта особа та еще...       - Может быть, повторим? – вдруг спросила она. – Я люблю пожестче, а мой парень способен на такое, когда напьется в хлам со своими друзьями.       - Так мы же вроде разойдемся как в море корабли после этого вечера?       - Ха, - засмеялась она громко. – Ты меня слушал…       - Да, я тебя слушал.       - А я думала, что нет, раз изучал мое тело…       - У тебя прекрасное тело…, - ответил я, наполняя бокал виски.       - Ты тоже в хорошей форме. Наверно, думаешь, что я шлюха? – с неким отвращением к самой себе спросила она.       - Нет, не думаю… Все люди по сути такие, раз продают разные части себя.       - Да, а я еще я слышала, что люди преданы тем, кто им платит.       - Пожалуй, ты права, детка…, - нехотя дал ответ я, испытывая сухость во рту.       - Ну, так как? Повторим? – словно издалека прозвучал ее голос.       Смотря в полыхающий огонь, снова услышал тот же самый вопрос:       - Ну, так как? Повторим? – голос Арсена заставил меня вернуться в реальность. – Филипп Бедросович, Вы как к этому относитесь?       Взмахнув головой, мигом обернулся к своему стилисту, который держал в руках выгулянный мной look на «Песне года».       - Что? – спросил его, не до конца придя в себя.       - Я спрашиваю, повторим выход в этом черно-белом пиджаке «Бальман»?       - Да, повторим, - уверенно ответил я, тут же добавив: - Арсен, можно добавить к образу снова ту шляпу.       - Отлично! – показал он большой палец вверх.       Шляпу, обязательно надо снова выгулить! Странно, что не видел на себе шляпу в своей очередной фантазии. У гангстеров, кстати, она была обязательным аксессуаром. Ох, уж эти 20-30-е гг. XX века. Как же люблю эту эпоху! Поскольку я сам себе революция, как и мистер Шелби, то вполне вероятно увижусь снова с той девчонкой. Разумеется, в своем воображении. Во вторую нашу «встречу» добавлю больше огня и дерзости. Ну, а пока… Пока!