Видимо нам обоим не везет

— Что... Ты? - недоумевающее посмотрела на него и стала перебирать все свои мысли в голове. Он был среднего роста с широкими плечами, что доказывало его крепкое сложение. Глаза серо-голубые, как тучки, приплывшие на лазурное небо. Квадратный подбородок сразу же давал понять, что характер у человека сильный и стремительный. Тоненькие губы, рядом с которыми росла небольшая бородка. А одет он был, как всегда. Белая рубашка, которая требовала лишь одной пуговицы на ключице, но она отсутствовала. Темные брюки с ослепительно чистыми туфлями. Это все не складывалось у меня в голове. Я была поражена такому развитию событий. Вполне естественно, что это обрадовало меня, но когда находишься в таком положении вовсе трудно чувствовать себя счастливой. Особенно осознавая, что возможно из-за него погибли солдаты. Он лукаво улыбнулся и заметно взглянул на меня. — Ты, наверное, удивлена? — Если бы я не была связана. - отвечала я. Он улыбнулся вторично. — Извини, Миса. Кацу, помоги нам! — Конечно. - в комнату зашел тот самый паренек, который совсем недавно стоял ошеломленный. Достав из своего кармана раскладной нож, он стал перерезать ткань, которой я была привязана к кровати. Мои руки, а затем и ноги ощутили свободу. Я приподнялась с кровати, попутно наблюдая за глазами отца, который в свою очередь смотрел на Кацу с взглядом приказа. Паренек быстро сообразил и занавесил окна. Опять наступила темень. — Хорошие занавески. - саркастично произнесла я, после чего увидела свечу, которую зажег Кацу. — Ты наверное проголодалась, пошли со мной. - вмешался папа, разворачиваясь в сторону коридора. — Отец... - осторожно начала я, словами останавливая отца. - Где я? — Дома... Ты дома. - ответил он, повернувшись. Его лицо растрогалось, и папа подошел ко мне, крепко обняв. - Хорошо, что с тобой все в порядке. — Папа... - я ответила такими же крепкими полными любви объятиями. Минуту спустя, он отодвинулся и положил свои руки на мои плечи. — Мелисса... Она жива? - спросил с глазами полными надежды. — Нет... - моя вторая ложь за день. Какие чувства мне испытывать? Приятно видеть, что близкий человек, который, как я думала, был мертв, оказался жив. Но из-за него произошел весь этот шум. Разведкорпус возможно вернулся с минимальным количеством людей. Я отчетливо помню красные выстрелы, разлетающиеся по небу. Надеюсь с ними все хорошо. — Понятно, тогда идем. - растерянно ответил папа. Он будто бы ждал положительного ответа. Мы шли на кухню, но стоит подметить, что везде были закрыты окна от любого света. Он не хочет, чтобы я знала, где нахожусь? Или есть другая причина? Стоит спросить, но прерывать тишину, наверное, не следует. Скорее всего, он хочет поболтать на кухне. По крайней мере, надеюсь, отец приведет мне логическое объяснение всего происходящего. Мы вошли в светлую просторную комнату, где, что странно, было открыто окно. Утро было свежее, дул теплый ветерок, пели птички и шелестели листья деревьев. Одно была ясно точно, я в лесу. — Садись. - указал на стул отец, присев вместе со мной. Посмотрев на пустой стол, на котором стоял лишь красный цветочек в горшке, он вскрикнул. - Кацу! — Конечно. - паренек сразу же стал разливать чай. Зачем было так кричать, ведь он находился рядом. — У тебя, наверное, много вопросов. Ну, что ж давай. - с этими его словами я чувствовала себя не комфортно. Я ему служанка, которая может говорить только с его позволения? Как-то я не чувствую себя его любимой дочерью. Он сильно изменился. Это не тот его прекрасный характер, на который я ровнялась. — Почему ты меня привязал? - настойчиво и недоверчиво спросила я. Действительно, в данный момент это волновало меня больше всего. Раз он так рад, что я в порядке, то зачем было связывать. И тем более он прибежал именно к моему отряду, чтобы взять только меня. — Я не знал... Не знал, что делать. Как ты отреагируешь... Но к моему счастью ты оказалась довольно спокойнее и рассудительнее. Извини уж. - он ухмыльнулся и посмотрел на Кацу, который уже ставил чашки с чаем на стол. А мне, как мученику положил картофель. — Просто картошка? - поинтересовалась я. — Извини, не богат. - посмеялся отец, после чего удостоверился. - Больше никаких вопросов? На что получил от меня странный взгляд. Думаю, мое лицо в этот момент казалось смешным. — Где я? Как далеко от стен? - и после этого вопроса я начала есть картофель, запивая его чаем. — Послушай, Миса. Забудь про своих друзей. Они больше тебе не нужны. - папа встал и медленно прохаживаясь из стороны в сторону, начал говорить. - Ты ведь не глупа. Я забрал тебя, потому что хотел спасти. Пойми, я не причиню тебе вреда. Но следует распрощаться с прошлым. Он что серьезно? Он несет какую-то чушь! Я глотнула чая и встала, подражая ему. — Но там прошла вся моя жизнь... Я не могу так просто с ней расстаться. Да и зачем. Поехали обратно... Домой... — Исключено! - стукнув по столу, он вскрикнул. Кацу, стоящий рядом дернулся, испугавшись. - Ты не понимаешь... Я должен напасть на стену Роза... Поэтому я спас тебя! Это заявление привело меня в смятение. — Так нельзя... Не надо, там же обычные люди, как мы с тобой. - мои слова ему явно не понравились. Он посмотрел на Кацу и приказал отнести цветок, стоящий рядом, на окно, якобы он его раздражает. Паренек послушался и обошел меня, чтобы выполнить поручение. - Ты хочешь, чтобы я тоже напала на стену? — Уже не важно... Ты не согласишься. Я думал, ты не станешь так говорить. У тебя есть время подумать. - он одобрительно кивнул и по моей голове ударили чем-то тяжелым. Цветок был предлогом. Я потеряла сознание. Уж не знаю, сколько я "отдыхала" после удара, но моя голова раскалывалась. Кацу хорошо постарался. Я пришла в сознание, но теперь уже не лежала на кровати в удобном положении, а привязанная сидела на стуле. Зато в той же самой темной комнате, в которой я была изначально. — И как после этого можно считать его отцом? - проговорила я сквозь зубы. Боль была ужасно невыносимая. Опять пришлось ждать пока кто-нибудь придет ко мне. Но в этот раз такого не случилось и я заснула.

***

Все это время Леви ничем не занимался. Он сидел в комнате Мисы и как и планировал, думал обо всем на свете. Надеясь, что его никто не потревожит. Кроме раннее пришедшего Эрена, который интересовался о родственниках Мисы. Йегеру не давало покоя то письмо. Но Леви отвечал кратко, лишь предвкушая тишину, когда Эрен выйдет из этого кабинета. Просто сидеть и думать. Как же это прекрасно. Не слышно абсолютно никого. Но тишина не длится вечно, ее все время кто-нибудь прервет. В этом случае женщина, вошедшая в комнату. — Тц, опять ты? - недовольно заявил Аккерман. — Извини, но я... Расскажи, как погибла Миса... - Элисон произносила это аккуратно и осторожно. Она была не бесчувственной и сочувствовала смерти девушки. — Зачем? - недоумевающее спросил капитан. Ему было бы намного легче рассказать это самому себе, нежели кому-то другому. — Разве тебе не хочется высказаться? - посмотрела с удивлением женщина, наблюдая неодобрительную реакцию Леви. - Ах, да. Ты же у нас загадочный человек. Прости. Но я пришла сюда не за этим. Воцарилось недолгое молчание. Элисон будто бы ждала, пока Леви поинтересуется. Но он молчал, потому как знал, что рано или поздно она сама все расскажет. — Я уйду ненадолго. - сказала женщина. — И? - не понимая к чему она клонит, произнес Леви. — Оставлю ее вместе с тобой. Прости. - Элисон сказала это очень быстро. Так же быстро, как и вышла из комнаты, подтолкнув девушку в кабинет, все это время стоящей за дверью. Девушка была поистине красива. А глаза бегали по комнате так хаотично и удивленно, что по ней можно было понять, что она молода и тиха. — Привет? - едва слышно произнесла девушка, подняв правую руку и помахав ею.