Рождество

Суббота

За неделю до Рождества Нью-Йорк — это ещё одно чудо света. Яркие огни, шумные толпы людей, улыбающихся и спешащих куда-то. Но в Рождество весь город как-будто замирает, останавливает своё движение и замедляет ход. И только одинокая фигура девушки на катке в Центральном парке, выбивается из общей картины Рождественской тишины. Впервые за всю свою жизнь, Марисса проводит праздник, как хочется ей. Не нужно приторно улыбаться многочисленной семье и слушать рассказы о бизнесе или о политике, не нужно приветливо здороваться с друзьями семьи, и уж тем более не нужно притворно поздравлять новоиспеченную семью Бустаманте. После их поцелуя с Пабло, Марисса ни разу не пожалела, что рискнула, но её мечтам не суждено сбыться. Он не пришёл к ней, не сказал, что всё бросил и не стал говорить о большой любви. Глупая. Начиталась своих сказок и верит в принцев. А она действительно полюбила, ей на время показалось, что она именно в волшебном мире грёз и фантазий. Но, в очередной раз судьба их развела по разным дорогам. Глубоко вздохнув холодный воздух и подняв выше воротник белого свитера, она закружила по катку, отдаваясь небольшому потоку ветра. Она крутилась и улыбалась как ребёнок. Да, возможно она навсегда потеряла свою настоящую любовь, но сейчас, в эту минуту, в это мгновение она счастлива. Она воплотила одну из самых заветных своих мечт. Короткий звук смс сообщения: «Ты потрясающе выглядишь, но мне кажется, тебе чего-то не хватает». Прочитав текст сообщения ещё раз, девушка недоуменно стала осматриваться по сторонам. И как только она развернулась ко входу, её взору предстал Пабло, нервно переминающийся на ногах. — Ты что здесь делаешь? Мне кажется или ты должен быть на свадьбе? По-моему даже своей, — нервно улыбнулась и подъехала к нему. — Я не мог оставить тебя мёрзнуть здесь одну, — Пабло вытащил руку из кармана пальто и осторожно провёл пальцем по скуле шатенки. — Пабло, я серьёзно, почему ты здесь? — Я отменил свадьбу, — он это сказал таким будничным тоном, казалось, что он делает это каждый день. — Пабло, не смешно. А как же Оливия? — она не отрывала своих недоверчивых глаз от его. — Марисса, я повторю, я отменил свадьбу. И ты бы, к слову знала бы об этом, будь сейчас с Леонардом— он опустил руку и взял её холодные ладони в свои. — Я…я ушла от него, — опустив взгляд, она нервно дёрнула коньком, — Но, что со свадьбой? Я не понимаю! — она покачала головой, — почему, что произошло? Ты сейчас шутишь? — Женщина, — он выдохнул, — сколько бы ты раз не спросила, ответ будет один — я отменил свадьбу, — он залез в карман и вытащил небольшую коробку, — и я уже ответил почему, я не мог позволить тебе мёрзнуть, — и протянул ей подарок, — возьми, это принадлежит тебе. Взяв коробочку, Марисса, аккуратно расшнуровала ленту и подняв крышка, просияла. В глазах стояли слёзы, а пальцы медленно повторяли рисунок на вещи лежащей внутри. — Но откуда? Как? — трясущемся руками она взяла перчатки. — Мари, это долгая и не интересная история, — пожал плечами Пабло, подтверждая таким образом свои слова. — Я не верю тебе и очень хочу послушать эту историю, — она уже натягивала белоснежный женский аксессуар на ручку и с блеском в глазах продолжала разглядывать вышитого попугая, — Пабло, я жду! — Ты же не отстанешь, да? — Марисса покачала головой и выжидающе посмотрела на Пабло, — Ладно.

***

Год назад

Пабло со всех ног летел в антикварный магазин. Пока это единственное звено, которое соединяло его с Мариссой. За кассой стояла та же девушка, что и вчера. Не мало трудов Пабло стоило узнать, хотя бы имя покупательницы. И ему повезло, что она здесь частый клиент. Найти адрес женщины дело техники и так же, как и в антикварном пару сотен баксов. Получив заветный адрес, Шерлок Бустаманте, отправился по свежему следу. Как только он позвонил в дверь, она тут же открылась и на пороге показалась пожилая, хрупкая, рыжеволосая женщина. — Простите, миссис Акоста, я полагаю. — Нет, юноша, я мисс Акоста. — Ой, простите, — Пабло замялся и не решался дальше продолжить разговор. — Юноша, вы что-то хотели? — она приподняла бровь, но почему-то начала усмехаться. — Да, я вообще, то есть…мне… Вы вчера… — Так, давайте иначе, проходите, я налью Вам чай и Вы скажете, зачем же пожаловали. Женщина пропустила Пабло в дом и показала где ему расположиться, сама же отправилась на кухню. Как только они расселись друг напротив друга, мисс Акоста ещё раз поинтересовалась зачем же он пожаловал? Пабло начал свой сбивчивый рассказ. — И Вам нужны эти перчатки, чтобы отдать Мариссе? А вдруг, юноша, Вы её больше никогда не встретите? — почему-то Хильда всё время ухмылялась и Пабло всё никак не мог понять почему. — Я её встречу. Я уверен. — Всё же Вы сдались и поверили в судьбу, интуицию? — теперь её взгляд стал хитрым, как у настоящей лисы. — Нет, я доверяю своей логике. И если уж я нашёл перчатки, то и разищу её номер телефона, — он поставил чашку и выжидающе посмотрел на женщину. — Но ведь условия были таковы, что Вы должны отискать книжку, а не номер? — и вновь эта дурацкая ухмылка. — Мисс Акоста, с этим я разберусь позже, что насчёт перчаток? Вы мне их продадите? — в нетерпении Пабло застучал пальцами по столу. Мисс Акоста встала из-за стола и прошла куда-то вглубь квартиры, спустя пару минут она вернулась с бордовой коробочкой в руках. — Держите, юноша, и обещайте, что найдёте книгу и Мариссу? — теперь она ему подмигнула. — Сколько я Вам должен? — он полез в карман за портмоне, но женщина остановила его попытку. — Мне не нужны деньги, Пабло, просто обещай одно, найди своё счастье, и как найдёшь, больше не отпускай, договорились? — она слегка похлопала его по руке и получив согласную улыбку, вручила мужчине коробочку.

***

Выслушав историю Пабло, Марисса чуть не завизжала от восторга. Неужели это происходит с ней. Настоящая Рождественская сказка. Вот герой её романа, а вот, почти как у Гоголя, только вместо черевичек, перчатки. Недолго думая, она приблизилась к Пабло и в нежном, лёгком поцелуе коснулась его губ. — Спасибо, — выдохнула она и прижалась к его груди. Они так и стояли, боясь разрушить этот волшебный миг, — подожди, — Марисса быстро отпряла от Пабло, — а откуда у тебя мой номер? Вряд ли тебе его дал Лео, — она с замиранием сердца следила за движениями «джентельмена». Из другого кармана Пабло вытащил ту самую книжку. Того самого «Щелкунчика» и раскрыл обложку, на которой были прописаны те самые цифры её телефона. — Но, как? Тут даже моя интуиция в растерянности, — она взяла издание и недоверчиво взглянула на Пабло. — Что-то Вы, мисс, слишком много вопросов сегодня задаёте, — он слегка улыбнулся. — Пабло, выкладывай, — строго произнесла Марисса. — Ох, ладно-ладно, — сдался Пабло, — я на самом деле и сам хотел тебе рассказать, ведь таких совпадений не бывает.

***

День назад

— Вы? — Привет, Пабло, так и знала, что сегодня встречу тебя здесь, — женщина широко улыбнулась и открывая сумку, вытащила оттуда небольшую книжку. — Мисс Акоста, но как? — Пабло не понимал, что происходит, но книгу из рук женщины принял, — Вы опять скажете, что я Вам ничего не должен? — Именно, — вот, эта ухмылка, он её ждал, — ты же встретил Мариссу? Отдал ей перчатки? — Мариссу встретил, но перчатки ещё не отдал, — он чувствует себя нашкодившим мальчишкой, под взглядом этой женщины, — не было повода, да и обстоятельства… — Юноша, неужели ты не хочешь поменять эти обстоятельства? — не дав ему закончить, спросила женщина, —неужели всё было тщетно? С минуту Пабло мялся. Он не знал, что ответить. Он боялся? Да боялся. Ни того, что отменив свадьбу, вызовет на себя целую лавину нелицеприятных слов от Оливии и родителей. Он боялся, что его чувства не взаимны. Он признался себе, что влюблён в Мариссу. Спустя год он осознал это, что девушка глубоко засела не только в его голове, но и сердце. — Обстоятельства нужно изменить, — он как-будто только сейчас понял, что женившись на Оливие, совершит самую большую ошибку в своей жизни, — спасибо, Вам, мисс Акоста, — Пабло подошёл и крепко обнял женщину, — а что делать с библиотекой? — Беги, Паблито, с этим я разберусь сама, а у тебя и так мало времени, удачи, — и подмигнув ему, дама в зелёном берете растворилась в толпе, словно её никогда и не было.

***

— Может она наша фея-крёстная? — рассмеялась Марисса. — Возможно, — пожал плечами Пабло, — а может она мисс судьба, — притянул девушку к себе. — Ты всё же в неё поверил? — хитрая мордашка подняла глаза на Пабло. — Мари, — он провёл рукой по её волосам, — я поверил в неё ещё много лет назад, когда здесь на этом катке каталась достаточно странная парочка: пожилая женщина и её внучка, с чудной шапкой в виде пингвина, копной рыжих волос и необычными перчатками с вышивкой. А потом представляешь, спустя долгие годы я встретил эту девушку вновь. — Это был не пингвин, это была сова, — она надула губки, но всё равно оставалась в состоянии шока от слов Пабло, — значит всё же судьба существует и свела она нас в нужное время и в нужном месте? — Я думаю она нам просто давала время присмотреться к друг другу. Я достаточно милый и добрый мужчина, ты вредная и немного капризная женщина, — улыбался Пабло. — Ой, Паблито, не с той женщиной ты связываешься, я же за такие слова знаешь, что с тобой сделаю? — Что же? Она притянула парня за шею и крепко поцеловала, спиной выезжая назад на каток. Пабло в попытке поймать её губы выбежал за Мариссой. Она же хохоча развернулась и поехала в центр катка. Нагнав шатенку, Пабло развернул её и обняв за талию, вновь поцеловал. — Мари, может теперь попробуем, как нормальные люди? Общаться, встречаться и без всяких приключений? — Как же это без приключений? Так скучно жить будет, — она задорно засмеялась, — но потерять тебя вновь я не готова. — Теперь ты от меня никуда не денешься, — он вновь её поцеловал. И они закружились в медленном танце, под известную только им мелодию. А циклон наконец-то принёс в Нью-Йорк такой долгожданный снег. Который хлопьями падал, блестел и переливался, отражая свет фонарных столбов и ярких гирлянд в Центральном парке. Дама в зелёном берете, сидя на лавочке, хитро улыбалась и с наслаждением любовалась происходящим. Она то точно знала, что только любовь, а ни интуиция или судьба, объеденит два любящих сердца. Закрыв томик какого-то романа, она поднялась и, закружившись в вальсе, растворилась в круговороте снегопада. Как-будто её никогда и не существовало.