Глава 4

Питер не может вспомнить дорогу домой, все было слишком туманно. Питер стоит возле кухонной стойки и сверлит пустым взглядом уже холодный кофе. Он не помнит когда он успел его заварить. В голове рой мыслей: недавний разговор с Барнсом, Старк, много мыслей по поводу прошлого. Все так сложно, страшно и ужасно, что становится не по себе. Паркер привык решать все свои проблемы самостоятельно, но сейчас он хочет только закрыть глаза и больше никогда не открывать. Стефан непременно будет обеспокоен, если узнает об этих мыслях, но с этим ничего не поделаешь. Стажировка у Старка обязательна, а этот мужчина практически не изменился с того времени, только теперь отвечает на звонки Пеппер Поттс. Питер несколько раз моргает, дымка перед глазами постепенно рассеивается. Он дергается и обливается горькой жидкостью, когда ему на плечо ложится рука. Стрендж убирает руку и немного отходит, чтобы было удобнее разговаривать. На улице уже темно, Паркер уже давно должен был спать, но мысли не дают погрузиться в это чудесное состояние. — Как все прошло? — Несколько секунд Питер не понимает о чем вообще идет речь и просто смотрит на мужчину пугающим взглядом, — Ты был у Старка. Как все прошло? — Парень морщится и отпивает напиток, не замечая его температуру и отвратительный вкус. — Совершенно ужасно, — Питер не собирается дальше продолжать и дает это понять, отворачиваясь к окну. — Скоро Рождество, — решил перевести тему Стефан, — Где будешь праздновать? Паркер помнит первое Рождество в Санктуме, Стрендж тогда задал этот же вопрос. Тогда он больше походил на издевательский, сейчас же Питер впервые задумался. У него есть с кем праздновать, у него есть выбор. Впервые. Он должен радоваться, но ему страшно, чертовски страшно. Чем больше у тебя близких, тем больше ты можешь потерять. Питер не хочет терять, он строил стену, он не хочет ее разрушать. Сейчас хочется просто оттолкнуть всех и остаться самому, но уже поздно это делать. Остается только бояться и пытаться не потерять никого. Питеру бы, по-хорошему, сходить к психологу, но он не идет. — Сочельник в Санктуме, а утром в Ваканду, — Питер улыбается и на миг забывает о том, что ему предстоит провести перед этим несколько дней в компании несносного миллиардера. Питер очень любит Рождество, хотя был период, когда он не праздновал этот праздник. Парень рано перестал верить в Санта Клауса, но магия этого праздника никуда не делась. Вместе с тетей они украшали елку и готовили пудинг, а утром он находил подарок. После смерти тети он все еще украшал свою комнату, но дерево уже не ставил. Сейчас он старательно пытается не показывать свое восхищение, когда недовольный Вонг выносит из портала огромную елку. Ему нравится вешать стеклянные шары и смотреть на свое искаженное отражение, Стефан называет его ребенком и продолжает распутывать гирлянду. Несколько минут идет не совсем честный бой за право вешать звезду, но все решают уступить Плащику и просто следят за процессом. Питер откидывается на спинку дивана и закатывает глаза, Шури на это все только цокает языком и продолжает рассказывать историю. Девушка бурно размахивает руками и время от времени использует совершенно не королевскую лексику. А Питер всего лишь рассказал о стажировке у Старка. Баки заходит в лабораторию совершенно серьезный, но за секунду смягчается, когда видит недовольного паренька. Паркер поворачивается к источнику звука и неловко улыбается, ему все еще не привычен их новый статус отношений, но пока все нравится. Мужчина подходит ближе и раскрывает руку для объятий, Питер прижимается и чмокает Джемса в щеку, густо краснея. Это так странно, все знают Питера Паркера собранным, не по годам серьезным и в какой-то мере безразличным, а сейчас ведет себя будто влюбленная девчонка. Шури кашляет в кулак, привлекая к себе внимание и продолжает вести свой монолог. — Он мне никогда не нравился, да и моему брату тоже. Слишком эгоцентричен, не позволяет даже подумать, что ты лучше его. Да о чем ты, он не признавал, что технологии Ваканды лучшие! — Питер натуральным образом ржет с такой бурной эмоциональности Шури. — Он ничего лишнего себе не позволял? — Хриплым шепотом спрашивает Джеймс вопрос, который очень всех интересовал. — Нет. Нет, у него сейчас есть Вирджиния, на сколько я знаю. Да и теперь я могу просто его отправить падать во тьме. Питер смотрит на Шури, которая сосредоточено щурится, а после победно улыбается, что-то мастеря. Смотрит на Барнса, который чуть ли не засыпает, пока Питер перебирает его волосы и рассказывает про магию. И он все еще боится, он и так слишком близко их подпустил, уже нельзя просто уйти. А Шури гений, она все это по глазам читает, боится, что он выберет уже привычное одиночество, сделает больно и себе и им. А Барнс был шпионом, он видит этот бегающий взгляд и грустную улыбку. Джеймс и сам не лучше, он все еще думает, что не лучший вариант для изломанного Питера. Они друг друга стоят, но все еще держатся. Питер смотрит на свой шрам на ноге и думает, что в следующий раз удар будет смертельным и он причинит боль своим близким. Питер заходит в мастерскую и видит Старка, который сложил руки на груди и всем своим видом показывает превосходство. Парень про себя считает до десяти, до невозможности хочется врезать по этой довольной роже, но он держит лицо и проходит к своему столу. Тони уже поднадоело такое спокойствие и наглость, хочется вывести парнишку на эмоции, хочется конфликта. А Питер не тупой и все это понимает, он учился в школе, она его и научила закрывать глаза на таких противных людей. Мужчина встает из-за своего стола и становится прямо возле парня. — С семьей будешь праздновать Рождество? — Питер усмехается, нигде не написано про опекуна, сам засекретил эти данные. — Да, мистер Старк, а вы? — Совершенно не интересует ответ на этот вопрос, он просто наблюдает за реакцией мужчины. —Даже самый лучший шпион не может полностью скрыть свои эмоции. Смотри на лицо, особенно в глаза и на губы, шею и грудную клетку. Три уязвимых места, они всегда сдают людей, — Стефан снисходительно улыбается и убирает иллюзию человека. Питер смотрит в глаза, не прерывает зрительный контакт, ему начала нравится эта игра. Он сам не против посмотреть на напыщенного индюка, который впервые заходит в тупик от своих же слов. Конечно, вечер можно было бы провести в более приятной компании, но ведь везде стоит искать плюсы, даже если их нет. Дальше работа идет тихо, становится даже комфортно, но ведь все имеет конец? — Ты не боишься одиночества? — На миг с Паркера слетает маска незаинтересованности и он непонимающе смотрит на Старка, — В документах написано, что ты сирота. Да и не видно, что у тебя есть друзья или девушка. — Одиночество — удобно. Его не стоит бояться, но людская натура требует общения. Даже такие, как Вы должны найти себе пару, — не отвлекаясь от работы говорит Питер, а Старк в очередной раз поджимает губы и думает, что этот парень слишком странный. Питер выходит из здания со смешанными чувствами, в этот раз ему не хотелось отрезать руку мужчины порталом, но и проводить с ним больше время он не горел желанием. В последнее время Паркер вообще не понимал, что ему делать. Оставалось только еще сильнее натянуть шапку и пройтись по Рождественскому Нью Йорку. Все витрины магазинов уже были нарядными, огоньки мерцали отовсюду, а новогодняя музыка уже порядком надоела продавцам. Появились маленькие магазинчики с горячими напитками. Питер вдохнул запах какао, который он купил, и отпил немного слишком сладкого напитка. Он любил готовить, но делал это довольно редко. Чаще всего у него просто не хватало на это времени, но он не мог просто заказать еду на Рождественский стол. Питер не был очень верующим человеком, он не молился на ночь и редко ходил в церковь, но все религиозные праздники исправно праздновал. Рождество уже давно стало чем-то большим, нежели рождеством Христовым. Редкие дни, когда все семьи пытались не ссориться и быть дружными. Питер поставил перед двумя мужчинами утку и улыбнулся, увидев восхищенные взгляды. Празднование Рождества — волшебное время, все становится чуть ярче. Музыка и люди чуть добрее, кажется, будто все сбежали из сказки. Питер впервые за долгое время может почувствовать себя ребенком, самым обычным ребенком. Он может забыть про всю ответственность, которую он взял на себя и просто прижаться к теплому боку Стефана. Не хочется думать о завтрашнем дне, есть только сегодня. Приятный запах ели, Один Дома и пудинг. Стефан открывает неаккуратно запакованную коробку и на миг застывает. Он несколько раз смаргивает слезы, которые скопились в уголках глаз и достает самую обычную кружку. Он никогда не думал, что такая будет у него и он будет искренне рад ей. Раньше он был успешным нейрохирургом, который имел огромную коллекцию дорогих часов, а сейчас плачет над чашкой за пять баксов. “Лучший отец” — гласит надпись. Питер получает новый ноутбук и он хотел бы отказаться от такого дорогого подарка, но тушуется под взглядом Стренджа. От Вонга ему достается целая стопка книг, которые Древняя отложила специально для него, становится не по себе от такой ответственности. Даже Стефан не прикасался к ним, книги специально для Питера Паркера. Питер не хочет знать где Т'Чалла взял елку в Африке, но в лаборатории Шури она стоит. — Я вообще не католик. Но я люблю получать и дарить подарки, так что… — Шури смеется и присаживается под елкой. — Я вообще сто лет не праздновал Рождество, я не образно, — Джеймс притягивает Питера ближе к себе и целует того в висок. — Это я делала специально для тебя, — Шури протягивает коробочку Питеру и нервно закусывает губу, — если тебе не понравится, то можешь просто отдать их кому-то. Питер поднимает левую бровь и достает из коробки несколько браслетов. Несколько секунд он просто смотрит на них и пытается понять для чего они, а после вспоминает чертежи, которые валялись всюду и открывает рот. — Да, тут браслет тебе, мне, Белому Волку, мистеру Стренджу и Вонгу. Они связаны, ты будешь получать информацию о здоровье каждого из нас, а мы о твоем, — Питер не собирался плакать, он этого просто не позволяет себе. Парень запрокидывает голову и несколько раз моргает, почему-то от этого подарка становится не по себе. Когда ты осознаешь, что ты кому-то все же дорог и нужен, именно это испытывает Питер. Паркер протягивает друзьям по браслету и надевает свой, они дальше обмениваются подарками. От Баки Питер получает самую обычную книгу, но прочитав название он опять думает, что не должен плакать. Джеймс хорошо запомнил название книги, которую Бен продал, чтобы купить выпивку. Она была очень дорога Питеру, ее читала еще мама, а после и Мэй. — Я вас обожаю, — судорожно шепчет Паркер.