Часть 13

-А вот я ей не верю, Дамблдор! — Аластор Грюм скосил взгляд на безмятежного Альбуса Дамблдора. Только от одного это взгляда любой, слабый духом человек, мог потерять возможность трезво мыслить — казалось, что мракоборец видит тебя насквозь, особенную жуть его сверлящему взору придавали три грубых шрама, проходящие через его лицо, как будто бы кто-то огромный и когтистый ударил Грюма по лицу. -Это твое полное право, — улыбнулся Альбус Дамблдор, — но мы не можем игнорировать тот факт, что ее предложение нам очень удобно. -Ага! — Сириус Блэк — молодой и неугомонный, вечно вертящийся под ногами, вечный задира, не считающийся ни с возрастом, ни с опытом старших членов Ордена Феникса, все-таки вылез с замечанием. -Сядь, Сириус! — зычно одернул его Кингсли, отличавшийся абсолютной немногословностью, а Римус Люпин — усталый и замученный, только потянул его за рукав, но Сириус только отмахнулся: -Отлезь, Лунатик! И ты, Кингсли, дай мне сказать! -Имей хоть немного… — зашипели откуда-то справа, но дошипеть этому человеку было не суждено — вмешался уже Джеймс Поттер, сидевший напротив Сириуса: -Дайте ему сказать!       Дамблдор не выглядел смущенным или огорченным, напротив, он жестом призвал всех к молчанию, и ободряюще улыбнулся: -Говори, Сириус. Мы все тебя внимательно слушаем. -Спасибо, — буркнул Сириус, прокашлялся и, драматично обведя рукою всех присутствующих за столом членов Ордена Феникса, начал. — Я немного знаю эту Алиру Розье. Я учился с небольшой разницей в годах от нее и успел застать ее присутствие. И вот, что я могу сказать вам: ее словам нельзя верить! -Она считается предательницей среди своих, — неуверенно ответила Алиса Долгопупс и, боясь обращенных на нее взглядов, плотнее прижалась к своему мужу Фрэнку. Они сидели рядом. -И что? — возмутился Джеймс. — Враг нашего врага необязательно может быть нам другом! Она же…слизеринка! А они все… -Да дайте же мне сказать! — возмутился Сириус Блэк. — Сохатый, сядь тоже, не возникай! Спасибо. Так о чем…ах да! Она все время была рядом с Рабастаном Лейстренджем. Ее брат — Эван Розье имеет дурную репутацию. Ее друзьями были Алекто и Амикус Кэрроу. Вы что, хотите мне сказать, что она, имея такое вот соседство подле себя… -Ну ты тоже имеешь семью, которая из Слизерина, и которая открыто выступает за… Того-Кого-Нельзя — Называть! — не выдержала Лили Эванс, обладающая обостренным чувством справедливости. — И всё же, ты с нами, так почему… -Лили, Мерлин тебя разрази! — выкрикнул Сириус, у которого на языке крутилось явно нечто похлеще, но Лили была возлюбленной Джеймса, его друга и потому, даже в такую минуту, он сдержался. -Эванс, дьявол! — это не выдержал сам Джеймс. -Я просто…- Лили метнулась взглядом по столу, умоляя простить ее. -Лили просто хотела сказать, полагаю, что мы не имеем права судить человека по его окружению, — мягко заметил Римус Люпин и странное дело — его спокойный голос вернул атмосферу дружелюбной напряженности. Джеймс замер на полуслове, запустил пятерню в волосы и взлохматил их, растерянно глядя на Люпина. Питер Петтигрю, жавшийся к Римусу, смущающийся собственной неловкости, что-то пискнул. Алиса выдавила улыбку, Фрэнк как-то дернул плечом… -А я ей не верю! — гнул свое Грюм. — Блэк прав! Сириус всегда шел против семьи, а эта…ваша Алира… -Она не меняется, — хмуро заметил Блэк, как будто бы признание Грюма было ему особенно неприятно. — Она не изменится. Она всегда была рядом с теми, кто… -Да чего уж! — не выдержал Джеймс. — Эта Алира навела на Марлин МакКинон летуче-мышиный сглаз. А причина была только в том, что она увидела, как они целуются с Рабастаном под лестницей. Марлин неделю провела в лазарете! -А мне вы все утверждали, что это была случайность, — попенял Дамблдор, — я же спрашивал, приходил… -При всем уважении к вам, директор, — заметил Римус Люпин, — как вы себе представляете, чтобы гриффиндорец открыто жаловался на то, что не смог противостоять слизеринцу? -Разделение на факультеты раскалывает волшебников! — покачала головой все еще смущенная Лили. -Нет! — в один голос возразили Джеймс и Сириус. -Разделение всегда губительно, — зычно перекрыл их Кингсли. — Дамблдор… -А еще, — неожиданно пискнул Питер Петтигрю, — эта Алира в долгах из-за брата. -Хвост, — Сириус закатил глаза, — это сейчас к чему? Долги ее отца, долги ее брата…какая разница? -Разделение волшебников на чистокровок и маглорожденных — вот, что раскалывает сообщество! — тряханула головою Алиса. -Грязнокровок, — ехидно ввернула Эванс. — таких, как я. -Эванс! -Лили! -Мы отвлекаемся, — напомнил Дамблдор негромко. — Еще раз, я возвращаю вас к повестке дня. Алира Розье, считающаяся мертвой, предлагает дать нам информацию в обмен на возможность скрыться. -Как она скрылась от Авада-Кедавры? — хмуро спросил Грюм. — от нее никто еще не увернулся настолько, как она! -Ей помог…друг, — Альбус едва заметно нахмурился сам. Эта часть ему тоже казалась очень уж мутной и странной, а он любил пусть и неочевидное, но понятное ему. -Какой еще друг? — спросил Джеймс. -Рабастан? — Сириус развел руками. — Да Лейстренджи все, как один, пришибленные! Они все твердо верят в этого вашего Врет-нагла-морда! -Воландеморта, — хором поправили Лили и Римус. Лили при этом нервно поежилась, а Римус ободряюще улыбнулся Питеру, который затрепетал от этого имени. -Того-Кого-Нельзя-Называть, — напомнил им Кингсли. -Напрасно, ты, Кингсли, так носишься! — гаркнул Грюм. — Страх перед именем — это только страх перед человеком. Но и ты, Сириус, напрасно так кичишься своей храбростью. Нужно брать умом. Нужно брать опытом и осторожностью! -Ну-ну…- Сириус только и нашел в себе силу, чтоб улыбнуться, и не вдаваться в детали своего многозначительного «ну-ну». -Врага надо уважать! — рявкнул Грюм и даже стекла тоненько дрогнули от его яростного призыва. -Мы снова отвлекаемся! — напомнил Дамблдор. -Думаю, Алире нужно дать шанс, — неуверенно предложила Алиса, оглядев присутствующих. — Ну, может же она нам быть полезна в борьбе? -Голосуем? — предложил Кингсли. — Кто за то, чтобы дать ей шанс — палочки вверх! ***       Август Руквуд снова оказался в своем тайном убежище в тот час, когда Алире удалось забыться тревожным сном. В последнее время ее мучила беспричинная слабость и это ее раздражало. Она, попавшая в зависимость от опасного мага, умеревшая для любимого человека, не имевшая будущего, находила лишь одно упоение — уход в сон.       И Руквуд разбудил ее. -Пора красавице воскреснуть, пора ей зелье доварить! — он потряс Алиру за плечи, не заботясь о том, что она может напугаться его присутствия. -Отвали, — попросила Розье сонно. — Я не хочу вставать. -Я тебя оболью водой, — пригрозил Руквуд. — Вставай! Алира, я не шучу.       Пришлось воскресать. Хоть и не была она похожа на красавицу, как позвал ее шутливо Август, особенно в такую минуту после пробуждения, но в ней все еще было что-то очень привлекательное. -Каков наш результат? — Август продемонстрировал ее коробку с пирожными, которые прихватил по дороге. -Сказал, что посоветуется со своим птичьим двором, — Алира пошлепала в ванную, зашумела вода и она крикнула, перекрывая шум воды. — Но я бы не надеялась. -Напрасно, — возразил Руквуд, не заботясь о том, слышит она или нет — он был одинок и ему не с кем было поделиться своим ощущением, своими планами. — Они трусливы. Они примут твое предложение.       И уже громче добавил: -А ты себя сильно не запускай! К тебе через пару недель заглянет один гость. Да ты не переживай, ты его знаешь! Рудольфус Лейстрендж.       Шум воды резко прекратился.