Открой глаза.

Лежа абсолютно без сил в месте, которое я считала укрытием и окруженная толпой зевак, пришедших посмотреть на то, как в очередной раз бесславную «человечишку» карают за факт ее рождения, я всегда вижу его лицо. На первый взгляд абсолютно безразличное, но его глаза всегда выдавали беспокойство. Юнги стоял поодаль, не смея приблизиться и помочь, потому что мы оба знаем – это бесполезно. Меня это не обижает и не злит, потому что я понимаю, каково одному вступаться против толпы, в то же время я знаю, что как только все разойдутся, он придет поддержать меня и обработает мне раны. Однако, возвращаясь в данный момент, все, что я видела – боль и все, чем дышали мои отбитые легкие – унижение. Я ждала момента, когда сие цирковое выступление закончится и я смогу себя подлатать. Это уже превратилось в церемонию. Когда я делала это, мне было спокойней, чем обычно, потому что мне казалось, что за всей этой горой дерьма обязательно будет долина счастья. Я уже не спрашивала вопросы, такие как «Почему?», «За что?» и «Почему я?». Я уже приняла все это как данность, ну или по крайней мере так я думала, потому что довольно часто раскалывалась и плакала, пока никто не видит. Еще один удар по лицу и коронная фраза – «На тебя жалко смотреть.» – маг с длинными блондинистыми волосами отошел от меня и направился на выход вместе со своей сворой. Мне всегда было интересно, как чувствует себя человек, который только что кого-то избил. Типа «уоу я такой клевый, избил беспомощного» или «я преподал ей должный урок сегодня…»? Если да, то что я должна была вынести из этого урока? Что мне лучше сдохнуть, чтобы какой-то там гандон был счастлив. Ага да. Нет. Если уж подыхать, то хоть ради чего-нибудь значимого, а данная причина стояла в моем списке на отрицательном месте. Наконец я одна. Достаю из-под раковины хлоргексидин, бинты и пластыри. Руки трясутся. Намокает воротник водолазки. Юнги сегодня не придет. Я собираю оставшиеся силы чтобы намочить ватку и поднести ее к своей щеке, прикладывая к кровоточащей ране. Голова совершенно пустая. Не могу ни о чем думать, хотя это, наверное, и к лучшему. Больно. Руки не слушаются, и ватка падает на пол. Я сдаюсь. Не особо брезгуя, я сажусь на пол, ведь я сейчас сама не чище, чем пол. Надеваю наушники, чтобы заглушить реальность и теряюсь во времени, ведь домой совсем не хочется. Кажется, я заснула….

***

Я захожу в помещение, такое светлое и отделанное мрамором. Похоже, это домик на побережье реки. Солнце садится. Я стою посередине этой самой комнаты и чувствую странное волнение. Из комнаты выходит мама. – Привет, дорогая, где ты была? – говорит она, подходя ко мне вплотную. Мне не очень хочется отвечать. Я иду к открытому балкону, залитому вечерним светом, будто кто-то опрокинул туда палитру, когда пытался нарисовать Солнце. Пляж из белоснежной гальки так же отражал цвет неба, река спокойно тела на запад. Так спокойно и блаженно. Вдруг я начала слышать отвратительный оглушающий звук, причем было понятно, что источник этого звука приближался, и очень быстро. Я посмотрела на небо и застыла – огромный самолет, полыхая, падал и, похоже, собирался приземлиться куда-то в районе соседнего дома. Это было так зрелищно, что я не могла и двинуться с места. Вдруг я все же поняла, что я умру здесь и сейчас, если ничего не сделаю. В последний момент я прыгнула обратно в комнату. Падаю на пол. Взрыв. Я открываю глаза, и я все еще в той комнате. В ушах звенит. Я встаю на ноги. Внутренности комнаты, здание и я сама выглядят слишком живыми после того, что произошло. Странно. Только на месте моего падения трещины и следы гари. Из комнаты выходит мама. – Привет, дорогая, где ты была? – говорит она, подходя ко мне вплотную. –«Что происходит, дежавю? Нет, такого не может быть, мы уже встречались несколько минут назад.» – подумала я и подняла кисть, чтобы сверить время, но часов на мне уже не оказалось, зато оказался маникюр. Тот маникюр, который я сняла два месяца назад. – Эм…что, я сдохла типа? Я вообще не понимаю ничего. – сказала я, отходя к стене. Мама исчезла. Тихо. Слишком тихо. – Правильный ответ, браво! – слишком громкий для этой тишины женский голос раздался слева, сопровождаясь аплодисментами. Женщина подошла ко мне и указала на потрескавшийся кусок мраморного пола. – Ты умерла, а я, ангел Адоэль, предоставлю тебе выбор: пойти со мной или пойти обратно! Такой выбор предоставляется далеко не всем, так что подумай хорошенько! – сказала она, улыбаясь, подходя ко мне ближе. К моему удивлению осознание пришло ко мне быстро, и я была спокойна, но черт возьми, ангел, серьезно? Обратно возвращаться совершенно не хотелось, умирать тоже не особо классный вариант. Пока я была в раздумьях, женщина ходила по комнате и разглядывала картины. – Если соберешься все-таки вернуться, я отвечу на любой твой вопрос – с хитрой улыбкой сказала она, явно пытаясь дать мне шанс. Если так, то есть вопрос, на который я хотела бы узнать ответ. Хотя я думаю, что она вряд ли мне ответит. Я понимала, что возможно сплю, а во сне ты не можешь дать себе ответ на вопрос по теме, о которой не имеешь никакого понятия. – Существует ли Бог, и если да, то в чем его замысел? – отчеканила я, заранее готовясь к отказу. –Мм, довольно банально, но я понимаю, почему Земных так интересует вопрос. Все сложно. Бог есть, но он довольно-таки бесполезен в плане благословлений и влияния на других. Он просто есть. Для галочки. Есть много разных существ которые выполняют «его замысел», существа, такие, как я, но самого замысла не существует. Между ангелами и демонами нет большой разницы, мы все – Высшие существа, выполняем ту или иную работу, так что все мы можем считаться «богами» для Земных. Пока она говорила, я шокированно внимала каждому слову. Неужели все так? Это не то, как я себе все представляла. – Чтож, понимаю, это сложно принять, но ты сама спроси… – Нет-нет, я просто задумалась. А почему именно мне дали шанс вернуться? – Нет причины. Я наблюдала за тобой и так решила. К тому же, может ты об этом и не знаешь, но внизу есть тот, кто непременно жаждет твоего возвращения, поэтому сладких снов, дитя. – медленно проговорила она, поднося руку к моему лицу.

***

Пришлось потрудиться, чтобы открыть глаза, а глаза открыть хотелось, потому что на меня кто-то пялился. Это был сон? Как странно. – Ты в порядке? –услышала я. Это Юнги? Я почувствовала прикосновение теплой руки. Это не Юнги. Я в панике открыла глаза. Это он. Он смотрел на меня, видимо ожидая ответа на свой вопрос, но у меня во рту было так сухо, что я даже раскрыть его не могла. Его глаза светились даже во мгле заброшенного туалета, в котором и окон-то особо не было. Я совершенно не понимала, что мне ответить, да и не то, чтобы я должна была. Просто странная ситуация – кто-то желает узнать, в порядке ли я. Слезы предательски собираются вокруг глаз и скатываясь по щекам. Нет. Нет я не в порядке.