Часть 1

— Ну что, о, великая и могучая Роуз Тайлер, богиня… — Доктор замялся, не зная, как закончить свое невинное поддразнивание. Хотя, кажется, уже сказанного было достаточно, потому что Роуз смущенно рассмеялась и игриво пихнула его кулачком в плечо. — Издевайся сколько хочешь. Это не я создала статую в мою честь, — парировала она, скрестив руки на груди и хитро улыбнувшись. Как же чудесно было вновь оказаться в ТАРДИС с ней в безопасности. По крайней мере сейчас, на время — казалось, не было ничего прекраснее. — Я сделал ее, чтобы избежать жуткого парадокса! — притворно возмутился Доктор. Он уже подошел к консоли и запустил ТАРДИС во временную воронку, и старушку стало немного потряхивать, — Но как я уже говорил, я был вдохновлен, — Роуз хихикнула, и Доктор не удержался от теплой улыбки, — и как ты уже говорила, статуя идеальна.       Конечно она уже похвалила его (причем гораздо раньше, чем даже узнала, что ее статуя — творение его рук*), но слышать ее похвалу всегда было приятно. Тем более, его замечание могло сойти и просто за то, что он дразнил ее. Роуз вряд ли бы удивилась этому. С его регенерации количество таких разговоров, кажется, увеличилось в несколько раз, и Доктор не знал: это ему легче флиртовать в этом теле, или Роуз легче флиртовать с ним таким. На самом деле, это не так важно, потому что… она осталась с ним и, кажется, больше не переживала из-за того, что он изменился. По крайней мере Доктор на это надеялся.       Неожиданно Роуз, почему-то оказавшаяся так близко, нежно улыбнулась и коротко поцеловала его. Простое прикосновение губ к губам, от чего-то ощущающееся таким правильным и естественным. Оно было новым, но при этом знакомым. Очень легкое домашнее прикосновение… А потом Роуз без слов обхватила его шею руками и крепко обняла. И Доктор обнял в ответ, потому что иначе и быть не могло. Это тоже очень правильно и естественно — их объятия. Тем более сейчас, когда они просто рады быть вместе, целые и невредимые. Доктор мог бы даже легко и искреннее сказать, что он счастлив. Прямо сейчас, прижимая Роуз Тайлер к себе за талию, он счастлив. Неожиданно Доктор поймал себя на том, что улыбается и не может (да и не хочет) прекратить. Он просто улыбается ей в плечо и чувствует, что она делает тоже самое.       ТАРДИС резко встряхнуло, и Доктор с Роуз тут же опасно покачнулись. У них было мало шансов остаться на ногах, и, кажется, везение все-таки покинуло их: Доктор упал спиной на консоль и утянул тихо вскрикнувшую Роуз за собой. Ее лицо находилось так близко к его собственному, что выбившиеся из сложной прически локоны светлых волос щекотали его щеки. Оба сердца забились чуть чаще под ее смущенным взглядом, и Доктор знал, что она точно это почувствовала. — Привет, — хихикнув, нежно улыбнулась Роуз. — Привет, — ответил он такой же улыбкой.       Одной рукой Доктор осторожно заправил прядь волос ей за ухо и тут же ласково коснулся щеки. Она рядом с ним. Настоящая, живая, совсем и полностью не мраморная. Роуз будто бы зеркально повторила его действие, положив ладонь на его щеку, и Доктору почему-то казалось, что в ее глазах он сейчас может прочитать свои собственные чувства. Верно, она ведь тоже застала его, заключенным в мрамор.       Будто бы припоминая ему момент освобождения, Роуз снова коснулась его губ своими и, быстро отстранившись, улыбнулась еще шире. Она словно бы проверяла, правда ли может делать так — может ли мимолетно целовать его. Вместо ответа Доктор потянулся к ней за следующим поцелуем. — Два-два, верно? — фыркнув, немного смущенно уточнила Роуз. Доктор только коротко чмокнул ее. — Четыре-два в мою пользу, — довольно ухмыльнулся он и игриво приподнял бровь. Конечно же Роуз не помнила их первого поцелуя, потому что тогда умирала от поглощенного ею временного вихря, но Доктор ведь все помнил. — Врунишка, — Роуз убрала руку с его щеки и щелкнула по носу, — а может быть великолепный Таймлорд, чей мозг превосходит человеческий в несколько раз, совершенно разучился считать? — в этот раз она улыбнулась так, что кончик ее языка показался между зубами. И если бы не столь возмутительное заявление, Доктор бы растаял в ту же секунду. — Роуз Тайлер! — воскликнул он, и брови его удивленно полетели вверх, — если ты чего-то не знаешь, это еще не значит, что у меня проблемы с, — закончить Доктору не удалось, потому что Роуз, фыркнув и пробормотав что-то вроде «о, заткнись уже», поцеловала его в третий раз. Уже не так невинно и по-домашнему. В этом поцелуе был какой-то напор и почти что агрессия. А еще Роуз задержала свои губы на его чуть подольше и в конце даже игриво коснулась их языком, — О, — когда она отстранилась, удивленно выдохнул Доктор и мотнул головой, чтобы сфокусировать взгляд. Она только одарила его еще одной обворожительной улыбкой. — Считается за два очка сразу? — кажется, совершенно не смущаясь, уточнила Роуз. — Математика работает не так, — уверенно заявил Доктор. В целом, у этого было две причины: во-первых, это действительно работало не так, а во-вторых, если этот поцелуй принес ей всего одно, то возможно она поцелует его еще разок, может даже так же смело…       Однако надежды не оправдались, потому как Роуз только хмыкнула, спрыгнула на пол уже спокойной ТАРДИС и направилась в сторону коридоров — в душ или в свою комнату или куда еще. Доктор, избавляясь от непрошеных мыслей, тихо кашлянул и дернул себя за ухо. Произошедшее только что было странным, если подумать об этом как следует, но еще таким… правильным. Даже тот последний поцелуй казался правильным. Несмотря на его… откровенность.       Снова дернув себя за ухо, Доктор кое-как удержался от улыбки и подлез под консольную ТАРДИС. У него было несколько идей по улучшению системы приземления, которые стоило опробовать. Новое тело, свежие мысли — вот это все. А Роуз… ну, Роуз нужно отдохнуть после последнего приключения, а потом нужно будет отвезти ее домой ненадолго — Джеки вряд ли будет в восторге от того, что ее дочь снова не попрощалась. И Доктор очень сильно надеялся, что его не встретят новой пощечиной (несмотря на новое тело, при одной только мысли о том ударе, щеку начинало неприятно покалывать), и лучше бы Микки не говорил ничего о статуе Роуз, которую они с ним приняли за настоящую Роуз, заключенную в камень. Если честно, до конца времен скрываться от Джеки не входило в планы. Но если она вдруг узнает, что могло случиться… Да, будет плохо. — Доктор! — неожиданно раздался крик Роуз откуда-то неподалеку, и Доктор почти бессознательно помчался к ней. Сложно было сказать, она напугана или все в порядке, или что вообще произошло, но… лучше бы оказаться рядом с ней как можно раньше. Так, на всякий случай.       Первой же попавшейся дверью оказалась та, которая вела в одну комнату с Роуз, и Доктор, ворвавшийся туда практически на бегу, не очень удачно затормозил об спину девушки и, чтобы не дать ей упасть, за талию прижал ее к себе. Как и некоторое время назад, они опасно покачнулись, но в этот раз удалось устоять. Чувствуя себя немного неловко из-за произошедшего (сбивать Роуз с ног в план точно не входило), Доктор ласково приобнял ее со спины и поцеловал в светлую макушку. Судя по свежему запаху шампуня и еще немного влажным волосам, в душ она уже сходила. Видимо, он пытался усовершенствовать ТАРДИС гораздо дольше, чем ему казалось. — Извини, — осторожно шепнул ей на ухо Доктор. Причины не говорить громко не было, просто… ну, сейчас ему как никогда хотелось какой-то близости. Любая форма близости была предпочтительна. Именно поэтому вместо того, чтобы просто отпустить Роуз сразу после того, как они крепко стояли на полу, Доктор продолжал удерживать ее в чем-то, смутно напоминающим объятия. Кажется, она была совсем не против, так что и причин останавливаться не нашлось.       Когда Роуз кашлянула, привлекая внимание Доктора, он с интересом стал оглядывать комнату, в которой они сейчас стояли. Она была… незнакомой. Словно бы ТАРДИС создала ее за последние несколько часов. По крайней мере она выглядела созданной недавно — какой-то искусственной. Хотя, кажется, если учесть, что именно это была за комната, то не «искусственной», а «для искусства». Это была мастерская для ваяния статуй. Доктор закатил глаза и послал недовольный сигнал старушке. Если он один раз, во имя спасения Вселенной, создал статую, это еще не значит, что у него в планах превратить это занятие в свое хобби. — Ммм, Доктор, — неловко протянула Роуз, и он снова коснулся губами ее волос, показывая, что слушает, — ТАРДИС привела меня сюда, хоть я и направлялась к себе в комнату, — медленно Доктор начинал понимать, в какую сторону она клонит, и напрягся. — Я не буду ваять еще одну статую, — уверенно заявил он, и Роуз издала разочарованный вздох. — Просто мне так и не довелось взглянуть на то, как это происходит. Из Урусуса** скульптор оказался никакой, — в ее голосе слышались немного обиженные нотки, и она явно пыталась перекрыть этой обидой легкую дрожь от последнего вроде как шутливого предложения.       Доктор не знал, что именно Роуз ощущала, когда была мраморной, и ощущала ли вообще что-то, но он не сомневался, что во время обращения она натерпелась. Потому что Роуз Тайлер никогда не пугалась по пустякам. Единственное, что он знал наверняка — как сильно испугался сам, осознав, что с ней случилось. И как ему стало в несколько раз хуже от мысли, что он потерял ее навсегда. И статуя в музее и опустевший пузырек с противоядием… — Все в порядке, — неожиданно хрипло прошептал Доктор и уткнулся носом ей в плечо, — ты в порядке, мир в порядке. Сейчас все в порядке. — Я так испугалась, когда подумала, что потеряла тебя, — чуть повернув голову в его сторону, так же тихо и хрипло выдохнула Роуз.       Невольно Доктор усмехнулся — они всегда беспокоились друг за друга больше, чем за себя. И это, честно говоря, заставляло его беспокоиться за Роуз еще сильнее. — Не нужно было, — слабо улыбнулся он ей в плечо и нежно коснулся его губами. Даже через ее футболку Доктор почувствовал, что по коже Роуз пробежали мурашки от его жеста. Вместо ответа она только слегка покачала головой. Очень грустно она это сделала, если честно. Так… искренне разочаровано, — Я всегда в порядке, — пояснил Доктор, надеясь, что ее устроит такое объяснение (и они оба знали, что не устроит).       Но Роуз снова слегка покачала головой, невольно пощекотав его влажными волосами. Доктор поморщился (это тело боялось щекотки, вот это да!), но ничего не сказал — у них и без разговоров о таких глупостях хватает тем, чтобы обсудить. Кажется, их было даже слишком много, учитывая, как легко менялось настроение их взаимодействий сейчас: легкий дразнящий флирт, явный флирт, мягкие объятия, глупый спор, так и не успевший начаться, а теперь эта странная невысказанная, но очевидная грусть и тишина. Наверное, им и вправду нужно было немного помолчать рядом друг с другом, просто почувствовать присутствие друг друга. Без встряски от ТАРДИС, без поцелуев, без взглядов глаза в глаза — только тишина и такое необходимое соприкосновение тел.       Доктор даже дышать старался тише обычного (не то чтобы обычно он делал это очень громко), просто чтобы дать им обоим подумать. В этой еще не грязной от мраморной пыли комнате (к слову, грязной она никогда не станет, потому что Доктор совершенно не планирует ваять новые скульптуры), такой по-дурацки искусственной легко думалось. Конечно Доктор мог как следует подумать в любом месте, но это не значит, что ему абсолютно везде было так комфортно. Здесь даже не отвлекало то, что отвлекло бы в любом другом месте: легкий аромат шампуня Роуз, она сама, прижатая к нему и… — Ммм, Доктор? — внезапно спросила Роуз шепотом, который после тишины казался просто оглушающим. Из-за этого Доктор слегка вздрогнул и тут же невнятно промычал в ответ, что слушает, — А у меня и вправду такой зад, как у статуи? *** Доктор тихо простонал. — Да, Роуз, именно такой. И я думал, что мы закрыли этот вопрос еще тогда, — он ощутил что его щеки покраснели. О, Рассилон… Зачем он только послушал этого перфекциониста Микеланджело****, который постоянно повторял, что «такие формы должны быть запечатлены со всей страстью, которая у Вас только есть, синьор Доктор»?!       Однако Роуз только хихикнула и, извернувшись, поцеловала Доктора в макушку. Казалось, что от ее грусти не осталось и следа. Очевидно, что это не так, потому что Доктору все еще было немного грустно, а их эмоции и чувства последнее время было просто зеркальными. Но если она уже чувствует себя достаточно хорошо, чтобы смущать его без причины, значит, все действительно получше. — Я хотела, чтобы ты сделал новую статую, чтобы убедиться в этом, — игриво произнесла она и Доктор тихо хмыкнул, — к тому же, как я уже говорила, интересно было бы посмотреть на мастера за работой. — У тебя не получится убедить меня, Роуз. И лесть точно не поможет, — тепло улыбнулся он. — Попытаться стоило, — изобразив безразличие, парировала Роуз и повернулась к Доктору лицом.       И они поцеловались еще раз, но на этот раз сложно было сказать, кто потянулся первым и кому стоило засчитать очко — они просто поцеловались. Не короткое прикосновение губ к губам, не игривая агрессия, но нескончаемая нежность. Неторопливый поцелуй, полный уверенности. В эту секунду Доктору казалось, что у них и вправду есть все время во Вселенной, что дуэт Доктор-Роуз это что-то, что будет существовать всегда, несмотря ни на что. Так что почему бы просто не позволить себе насладиться этим? — У тебя не получится перевести тему, Доктор. И поцелуи точно не помогут, — пояснила Роуз ему почти что в самые губы. — Попытаться стоило, — ответил Доктор и снова поцеловал ее.       Однако звонок телефона заставил их вздрогнуть отстраниться друг от друга. Прежде, чем Роуз ответила на него, они посмотрели друг другу в глаза и прыснули от смеха. Доктор не сомневался, что она подумала о том же, о чем и он, — Джеки всегда вовремя. — Если ты скажешь, в какой именно день и во сколько ты мне звонишь, то мы будем через пару минут, — бросив короткий взгляд на Доктора, постаралась убедить Роуз явно взволнованную Джеки.       Повторять дважды ему не нужно было, так что Доктор тут же направился в консольную, чтобы выставить нужные настройки. И даже если Джеки наорет на него немного позже, сейчас он по-настоящему счастлив.