Часть 1

Примечание: Как обычно, курсивом выделены реплики, произнесенные на русском. И еще пропетые) С наступающим! Настроения нет, зато есть немного флаффа)       Николь оглядывала толпу, словно потоком горной реки, вытекающую из разъехавшихся стеклянных дверей. В аэропорт Кеннеди прибывали десятки рейсов одновременно, и высмотреть нужных людей казалось вообще невозможным, но Николь старалась. И как только заметила среди кучи народа знакомую рыжую шевелюру, взяла Элис за руку и потащила за собой. Признаться, когда Николь увидела пост Риты в фэйсбуке с мыслями о том, где бы провести новый год, и написала ей единственно верное решение — Нью-Йорк, то не особо рассчитывала, что та согласится.              Но вот, они встречали ее в аэропорту, да еще и не одну, а с Михаилом. Точнее — Мишей. Николь виделась с ними несколько лет назад, когда они приезжали на очередную геологическую конференцию. Тогда они решили, что Михаил — слишком сложно, на Майкла он не согласился, поэтому сошлись на Мише. Николь понравилось — прямо как имя актера, игравшего одного из любимейших персонажей в сериале, который они смотрели с Элис. И пусть сначала пришлось ее долго уговаривать, но в итоге она даже втянулась и прониклась.              Риту и Мишу очень хотелось познакомить с Элис, с которой наконец все наладилось. Да, им порой приходилось непросто и друг с другом, и с призраками прошлого, никак не желавшими отпускать, но Николь все равно чувствовала себя самой счастливой рядом с Элис. А все остальное — неважно.              — Николенька! — заметив ее, пробирающуюся через плотный поток людей, воскликнул Миша.              Николь лишь успела заметить, как Элис усмехнулась с легким недоумением, когда тот сгреб ее в объятия, поднял над полом и даже закружил. В этот момент она почувствовала себя словно на каком-то аттракционе.              — Поставь, поставь меня! — упиралась Николь, пытаясь выпутаться из крепкой хватки, но безуспешно — Миша отпустил ее, только когда захотел. Впрочем, она особо и не была против.              Наконец освободившись, Николь с энтузиазмом обняла Риту. Элис с улыбкой наблюдала за трогательной встречей и не вмешивалась. Николь много рассказывала ей о русских друзьях накануне приезда, так что такое эмоциональное приветствие не должно было стать чем-то неожиданным.              — Добро пожаловать в Нью-Йорк! — поэтично продекламировала Николь. — Это Элис — моя девушка.              — Приятно познакомиться. — Элис протянула руку для приветствия, но вместо того, чтобы пожать ее, Миша сгреб в объятия и ее.              Николь услышала, как она, явно не ожидавшая этого, тихо ойкнула, но сопротивляться не стала, даже обняла Мишу в ответ. А потом и Риту. Николь по началу тоже не могла привыкнуть, но, видимо, у русских так принято. Она ни за что не позволила бы такое любому, но Риту и Мишу как будто окружала какая-то аура, и прикосновения к ним, объятия не отталкивали — наоборот, заряжали энергией. Николь не могла этого объяснить, но ей нравилось — было что-то особенное в обществе Риты и Миши. Интересно, со всеми русскими так же?              — Миша, а ты спирт привез? — спросила Николь, когда они лавировали между машин на парковке.              — Вот это разговор, — хмыкнул тот и приобнял ее за плечи. — Не волнуйся, золотце, будет тебе спирт на новый год. Как же без него?              — А огурцы?              — И огурцы, — улыбнулся Миша, тогда как Рита и Элис лишь хихикнули, переглянувшись.        ***       Пока по пробкам добирались до отеля, в котором остановились Рита и Миша, Николь расписала то, как они с Элис думали отпраздновать новогоднюю ночь. Но их план с посещением вечеринки и Таймс-сквер совсем не устроил Мишу. Он решительно заявил: «К черту эти ваши глупые вечеринки. Мы покажем, как надо встречать новый год. Уютно, по-домашнему». Элис с Николь недоверчиво переглянулись, но спорить не стали. После всего пережитого им не помешало бы что-то «уютное и домашнее», что бы это ни значило у русских.              Отдыхать после долгого перелета Миша не позволил, ведь у него уже был расписан весь день, а еще составлен список того, что нужно купить. О существовании половины продуктов Николь даже не подозревала, но Миша заявил, что без них в новый год не обойтись, и он точно знал, где все это достать.              Мотаясь по русским магазинчикам, Николь чувствовала себя контрабандистом, скупающим запрещенные продукты. Но зато, когда они закончили и притащили кучу бумажных пакетов, набитых неизвестно чем, в квартиру Николь, Миша довольно кивнул и сказал, что теперь можно и новый год праздновать.              Оставив Элис и Риту распихивать продукты в ящики и холодильник, Николь взяла бутылочку пива и собиралась развалиться на диване, как Миша заявил, что нужно готовиться. К чему именно, она не особо понимала — у них имелась тонны еды, что же еще нужно? Новый год ведь только завтра, но Миша использовал загадочную фразу: «Крошить салаты».              — А почему мы не можем просто заказать еду? — удивленно вскинув бровь, спросила Николь, когда тот вручил ей нож и огромный кусок больньи, или вареной колбасы, как ее назвала Рита. — А может, съесть все то, что мы накупили?              — Ты что? А как же новогодняя романтика? — хмыкнул Миша. — Режь кубиками.              Николь умоляюще посмотрела на Элис, но, судя по горящим энтузиазмом глазам, той не терпелось научиться готовить что-нибудь русское. Вообще, Мише и Рите очень повезло, что Элис, часто остающаяся у Николь и периодически готовящая ужины, пополнила ее кухню всякими чашечками, приборами и прочими неведомыми устройствами, а то тут бы и разделочной доски не нашлось.              Вздохнув, Николь глотнула пива и принялась старательно нарезать болонью. Она даже язык вытащила от усердия, когда Миша воскликнул:              — Николенька! Ну что ты делаешь?              — Режу, — усмехнулась она, невинно хлопнув ресницами. — Ты же сам сказал.              — Кубиками! А это что? — Миша взял немаленький кусок и закинул в рот, потом одобрительно кивнул. — А неплохая колбаска, интересно, где они ее тут берут…              — Так чего тебе не нравится? — спросила Николь, кивнув на прекрасные куски почти идеальной кубической формы.              — Они должны быть вот такими. — Пальцами он показал размер едва ли дотягивающий до четверти дюйма.              — Так бы сразу и сказал, — буркнула Николь и сделала несколько глотков пива.              Она решительно не могла понять, о какой романтике говорил Миша — «крошить салаты» оказалось каким-то странным и совершенно бессмысленным ритуалом. В голове все еще крутился вопрос, почему они просто не заказали еду, но стоило посмотреть на Элис, увлеченно обсуждающую с Ритой какой-то рецепт, как все сомнения и возмущения отступили. Наверное, именно это Миша и имел в виду под «уютным и домашним». А ради безмятежной улыбки Элис Николь была готова на все, даже нарезать болонью нужными кусочками.              Больше Николь не доверили ничего, решив, что проще сделать самим, чем переделывать за ней. Она только овощи начистила — оказывается, в мире придумали очень удобное устройство для этого — и расслабленно устроилась на стуле, наблюдая за тем, как ловко орудуют на кухне Рита, Миша и Элис. Из них вышла отличная команда, хоть сейчас в шоу Гордона Рамзи, так что это зрелище приносило истинное удовольствие.              Попивая пиво, Николь следила, как они сооружают какие-то невероятные блюда. Честно говоря, она не была уверена, что попробует их все — слишком уж странно выглядел торт из соленой рыбы и вареных картофеля, свеклы и моркови. Миша назвал этот шедевр «Сельдь под шубой», но Николь так и не поняла, при чем тут эта теплая вещь. А уж варящиеся в огромной кастрюле мясные отходы… И откуда у Николь такая большая кастрюля? Но еще больший вопрос, как Миша достал эти мясные отходы? И что за блюдо могло из них получиться? Холодец, как сказала Рита. Все-таки странные эти русские.              А когда Николь решила попробовать русский салат, который Миша гордо именовал французским оливье, тот и вовсе запретил, сказав: «Это на новый год». Она не понимала, зачем приготовили столько еды, но трогать ее до завтрашнего вечера нельзя. И Николь в очередной раз посетила мысль о том, какие русские странные.              Закончили уже глубоким вечером. Холодильник ломился от еды, но они все равно заказали пиццу на ужин и, развалившись на диване перед большим телевизором, быстро умяли ее. А потом Элис отвезла Мишу и Риту в отель, хотя Николь упрашивала их остаться. Но им хотелось поспать в нормальной кровати, а не на надувном матрасе, а заодно переодеться к празднику. Очень уж русские идеализировали новый год.        ***       — Тебе помочь? — обняв Элис со спины и положив подбородок ей на плечо, спросила Николь.              Та возилась с огромной индейкой, натирая ее специями и запихивая в самое нутро начинку.              — Нет, спасибо. В этот раз я сама. А ты пока отнеси салаты на стол.              Николь кивнула, связываться с индейками она больше не собиралась. Как-то раз она хотела порадовать Элис на их годовщину ужином, приготовленным собственными руками, но все чуть не закончилось пожаром, а обугленную тушку бедной птицы пришлось отправить в мусорное ведро. Николь уже давно смирилась, что кухня совершенно не для нее, зато могла помочь хотя бы с сервировкой.              Посуды у нее, конечно, тоже на такую толпу не нашлось, но Элис обо всем позаботилась заранее. Поставив очередной странный салат на стол, Николь прищурилась, оценивая, хватит ли пустого места в центре для индейки. Потом пересчитала количество тарелок и приборов — вроде все сходилось. А еще прикинула количество шампанского, вина и виски, надеясь, что им хватит. Хотя Миша принес спирт, так что можно точно не переживать. Миша и Рита в это время развешивали гирлянды и мишуру по стенам, смеясь и о чем-то переговариваясь на русском.              Вдруг вспомнилось их знакомство и посиделки на крыше отеля. Николь до сих пор не понимала, почему повела малознакомых пьяных русских туда, но еще ни разу об этом не пожалела. Сверкающий в ночи Нью-Йорк, песни и спирт, от которого Николь едва не задохнулась в первый раз. Все-таки русские умели веселиться, и тот вечер, плавно перетекший в утро, надолго остался в памяти. Даже в следующие пару раз, что они встречались, все было не так ярко, как в первый.              Переставив все салаты из холодильника на стол, Николь уселась в кресло и принялась руководить процессом украшения, хотя никто особо не просил. Пожалуй, ни разу ее квартира так не блистала на новый год. И давно Николь не встречала его в такой приятной компании друзей, а еще любимой девушки. Это будет идеальный праздник.              Дверной звонок выхватил ее из блаженной дремы в темном, переливающимся разными цветами гирлянд свете.              — Я открою! — воскликнула Николь и вскочила с кресла.              Буквально пролетев по небольшому коридору, она распахнула дверь.              — С новым годом! — послышался радостный голос, а следом взорвалась хлопушка, осыпав Николь кучей блесток.              Пытаясь отплеваться от тех, что залетели в рот, она процедила:              — И вам того же.              Широко открыв дверь, она отступила на пару шагов и пригласила гостей. С использованной хлопушкой и воплями: «С новым годом!» ввалилась Кассандра и тут же заключила Николь в объятия. И только потом вошли Джессика, Дерек с Джейсоном, а за ними угрюмый рыжий парнишка. Это, наверное, был Чарльз, Дерек рассказывал о нем и о том, что он потерял девушку, сестру Джессики, и до сих пор не мог оправиться. Но друзья поддерживали его как могли, и Николь верила, что он справится. Она не понаслышке знала, каково это, потерять любимого человека, и это никогда не отпустит, но с этим можно научиться жить. А с такой поддержкой у Чарльза были все шансы. По крайней мере, Николь надеялась на это.              Когда все обнялись и представились друг другу, поздравили с наступающим новым годом, Николь предложила пройти к столу. Все начали рассаживаться, скептически рассматривая странные блюда. А Дерек задержался у стены, присмотревшись к портрету спящей Николь.              — Это ты нарисовала? — спросил он у Элис, на что та смущенно кивнула.              — Конечно, это просто хобби, я не… — начала она, но, обняв ее со спины, Николь заявила:              — Не преуменьшай свои таланты, Эл. Ты отлично рисуешь.              — Да, — кивнул Дерек, — мне нравится.              — Мне далеко до тебя. — Элис подмигнула. — И я все еще под впечатлением от вашей с отцом выставки.              — Я тоже, — вставила Николь. — А теперь, может, пойдем к столу, а то Миша нас убьет. Он сказал, что он Ледяной Генерал, так что попасть под его гнев я не готова. А вы?              — Идем, — усмехнулся Дерек и поспешил в гостиную.              Николь поцеловала Элис в щеку, шепнула, что она — самый лучший художник на свете, и направилась к столу, где уже все собрались. Джейсон, Чарльз, Кассандра, Джессика и присоединившийся к ним Дерек с подозрением посматривали на расставленные на столе салаты, не спеша пробовать. Однако Рита взяла все в свои руки и начала накладывать всем по чуть-чуть. Противиться никто не стал, лишь с обреченным видом смотрели на то, как оливье, селедка под шубой и холодец перекладываются на их тарелки.              Николь села на стул и первым делом взяла соленый огурец. Миша уже успел налить всем шоты спирта. На них тоже посматривали с большой опаской.              — Как на счет спирта? — усмехнулся он, подняв рюмку.              — За здоровье! — С этими словами Николь повторила за ним, а все — за ней.              — Закусывайте! — сказал Миша, выпил, чуть поморщился и сунул в рот соленый огурец.              Чарльз последовал его примеру в точности. Джейсон и Дерек неуверенно переглянулись. Элис с недоверием посмотрела на прозрачную жидкость, потом на Николь. Кассандра и Джессика усмехнулись и почти синхронно опрокинули спирт, тут же выдохнув от неожиданности, но Миша и Рита сразу подсунули им огурцы с возгласом: «Ешь!» Николь помнила это ощущение, и сейчас было занятно наблюдать за другими со стороны.              — И это все? — хихикнула Кассандра. — Я думала, русский напиток будет пожестче.              — Подожди немного, солнышко. — Миша подмигнул и посмотрел на Дерека и Джейсона. — Ну что, ребята?              — А почему бы и нет? — Дерек махнул рукой, выпил содержимое рюмки и скривился, а Рита быстро вручила ему соленый огурец. Похрустев им, он отдышался и улыбнулся. — Ну и гадость. — Потом повернулся к Джейсону. — Давай, Джей, ты должен попробовать!              — Ну ладно, — хмыкнул тот и заранее взял у Риты огурец. Опрокинув в себя шот, он на пару секунд зажмурился, потом закусил и только после этого открыл глаза. — Ну и гадость, — с улыбкой повторил он.              — Элис, твоя очередь! — с энтузиазмом заявила Николь, заметив, что та так и не выпила.              — Я не… — замялась та.              — Давай, Элис! — подбодрил ее Дерек.              — Они ведь от тебя не отстанут, — улыбнулась Рита. — Но, если раз попробуешь и тебе не понравится, обещаю, что больше никто не будет тебя этим донимать.              — Хорошо. — Элис кивнула и быстро выпила стопку спирта, скривилась и быстро съела огурец. Потом улыбнулась, казалось, как-то неохотно. — А это неплохо. Никогда не ела огурцы просто так.              — Между первой и второй промежуток небольшой! — Миша поднялся и начал наливать всем спирта, но почти все запротестовали.              В итоге с шотами спирта остались только Миша, Рита, Николь и Кассандра, а остальные предпочли кто шампанское, кто вино, кто виски — благо и этого хватало. Тосты проносились один за другим, а с каждым из них русская еда становилась уже не такой странной. К холодцу кроме Миши и Риты никто так и не притронулся, но вот остальные салаты вроде даже поели — по крайней мере, попробовали. В основном русский салат, а вот странный торт с рыбой, похоже, пришелся по вкусу только Николь. Конечно, она пыталась съесть кусок холодца, но это оказалось слишком странной штукой, непохожей ни на что. К мясному желе она не была готова.              Но ведь самое главное, что в этот вечер стал действительно душевным и уютным. Прямо таким, как обещал Миша. До полуночи оставался еще целый час, когда все наелись и выползли из-за стола развеяться. Элис настроила канал на телевизоре — посмотреть, как на Таймс-сквер опускают шарик в двенадцать.              А Николь скрылась в комнате, чтобы принести то, что купила, как только Рита ответила согласием. К этому празднованию она подготовилась основательно. А Элис ее поддержала, за что Николь ей была безумно благодарна.              Бережно достав из чехла акустическую гитару, она вынесла ее и вручила Рите. Давно хотелось услышать, как та поет под настоящую музыку, а не динамик телефона, и это было прекрасным шансом.              — Вау, отличная гитара! — только и выпалила Рита, принявшись настраивать ее. — Есть пожелания?              — Давай про новый год, — предложил Миша.              — Как банально, — хмыкнула Рита, а потом, закончив настраивать гитару, запела «Happy New Year» группы «АBBA».              Ее завораживающий, обволакивающий голос ничуть не изменился, даже стал сильнее. Николь тонула в этом тембре, манере исполнения, голосе — черт, да Рита могла бы собирать стадионы. Николь отстукивала ритм ногой и даже начала подпевать ей, что Рита не оставила без внимания.              — Николь, давай. — Поманила она.              — Да я не…              — Давай. — Обняла ее Элис и поцеловала в щеку. — У тебя прекрасный голос.              — Только если со мной споет Дерек, — выдала Николь.              Тот удивленно захлопал глазами, явно намереваясь отказаться, но Кассандра вытолкнула его из-за стола, сказав, что пора реализовывать и другие таланты.              — Я хочу это делать еще меньше, чем ты, — пожав плечами, хмыкнула Николь, — но раз им так хочется, давай представим им супер-пение. Ты ведь не только рисовать умеешь?              — Не уверен. — Дерек взъерошил волосы на затылке. — Но праздник… Что случается в этой квартире, остается в этой квартире, так?              — Абсолютно, — хихикнула Николь. — Выбирай песню.              — Давайте уже! — крикнул Миша.              — Терпение, друзья мои, терпение, — успокаивающе приподняв руки, меланхолично произнесла Николь.              Дерек наклонился и зашептал Рите на ухо. Они перекинулись еще парой фраз, прежде чем та начала играть. Николь не сразу смогла узнать мелодию, лишь только когда Дерек вступил — и надо сказать, что неплохо, ну или просто Николь ничего в этом не смыслила, — поняла, что это: «Patty Griffin — Heavenly Day». И, черт возьми, как же он угадал с песней, ведь именно это Николь чувствовала сейчас. Случайно ли Дерек ее выбрал или у них Джейсоном происходило то же самое? Николь никогда бы не решилась спросить напрямую. Но эти слова…              «Oh heavenly day, all the clouds blew away       Got no trouble today with anyone       The smile on your face I live only to see       It’s enough for me, baby, it’s enough for me»*              Николь присоединилась к Дереку и не могла не признать — из них вышел неплохой дуэт. Конечно, они путались, пропускали забытые слова, иногда не вытягивали ноты, но дело ведь не в этом. Текст песни и прекрасно сыгранная Ритой мелодия словно задели какие-то струны души. Николь даже почувствовала подступающие слезы к концу, даже несмотря на то, что какую-то часть песни они с Дереком смеялись. Все-таки у него превосходный вкус.              — А теперь Джей! — Николь ткнула в него пальцем, закинув руку Дереку на плечо.              — Я, конечно, не хочу прерывать веселье, — вставил Чарльз, — но мы пропустим новый год.              Он кивнул на часы, показывающие без одной минуты двенадцать. И тут же началась суета. Отчего-то все решили, что к этому знаменательному моменту нужно торжественно приготовиться. Рита отложила гитару, Миша наполнил рюмки и бокалы, Кассандра приготовила хлопушку и обняла Джессику, Чарльз встал с важным видом, будто собирался петь национальный гимн, Элис сделала погромче на телевизоре, где показывался пресловутый опускающийся каждый год шарик, а Дерек и Николь лишь посмеивались, наблюдая за этим.              И когда начался отсчет — десять, девять, восемь, семь, шесть, — Николь подумала, что это, пожалуй, лучший новый год, который она встречала. Теперь она понимала, что значит «уютно и по-домашнему». И она очень надеялась, что следующий год будет таким же, как эта ночь — веселая, в кругу друзей и рядом с возлюбленной. Николь сделает все для этого.              Пять, четыре, три, два, один…                            А потом пришел ковид, и все сдохли :D