Око за око

Кот Нуар боялся встретиться с Ледибаг сегодня вечером на патруле. Они не виделись с тех пор, как провели ночь на крыше. Тридцать два часа и шесть минут с момента их первого поцелуя, если быть точным. А с его предательства чуть меньше. Не то чтобы он считал… От чувства вины его уже тошнило. Он не мог спать каждую ночь с тех пор, как покинул балкон Маринетт. Он думал об этом снова и снова, и хотя сначала он думал, что все будет хорошо, он понял, что неправ. Нуар продолжал ворочаться и вертеться — так же, как и его желудок — и ему просто хотелось ударить себя несколько раз. Он был идиотом. Кот никогда не заслуживал ни доверия Ледибаг, ни ее сердца. Она была такой чистой и чудесной, а он просто плюнул на нее. Не то чтобы Маринетт не была чистой и чудесной, но Ледибаг так долго сохраняла лишь дружеские отношения, и он был на седьмом небе от счастья, когда она наконец приняла его чувства. Но что-то щелкнуло в его голове на балконе Маринетт. Его тянуло к ней, как и к Ледибаг, и ему нравились его случайные визиты к ней. Это дало ему представление об истинном поведении своей застенчивой одноклассницы. Маринетт также дала ему то, чего никогда не давала Ледибаг: открытость. Божья коровка была конечной целью; он чувствовал, что она его судьбой. И он все испортил отсутствием самообладания рядом с красивой девушкой. Он никогда не будет винить Маринетт. Она была невинной, необычной и совершенной. Это все его вина. Кот никогда не вернет доверие Ледибаг. Она наконец смогла принять его чувства, но он просто взял и испортил все, чего так долго добивался. Что она подумает? Будет ли она расстроена, начнёт сторониться его, оттолкнёт и не захочет больше быть с Котом партнерами? Разозлится ли она и будет вечно ненавидеть его? Станет ли она настолько обезумевшей, что откажется от своих серёжек, полагая, что он испортил ее? Он действительно был идиотом. К тому времени, как Кот достиг их места встречи на вершине Нотр-Дама, он заметил, что Ледибаг уже была там. Она встала, как только он приземлился, и повернулась, сверкнув ему ослепительно ошеломляющей улыбкой, от которой у него остановилось сердце. Чувство вины охватило его, сжимая его грудь тисками так сильно, что он не мог дышать. Ее улыбка исчезла почти мгновенно, когда она увидела его страдальческое выражение лица и бросилась к нему.  — Кот? Ты в порядке? Она была так близко, что он чувствовал маслянистый запах ее лосьона и ванили от ее волос. В романтическом свете парижской ночи он рассматривал ее щечки и носик, покрытые веснушками, ее совершенные глаза, синий цвет которых сверкал в ночи. Он также видеть в этих глазах беспокойство, и Кот опять почувствовал желание ударить себя. Он быстро покачал головой и отвернулся, слишком стыдясь того, чтобы посмотреть ей в глаза.  — Что случилось, котёнок? Ему не хватало воздуха. Его вина нарастала, и он почувствовал, как его решимость сломалась в мучительных рыданиях.  — Я-мне так жаль, моя леди! Ледибаг положила руку ему на плечо и тихо спросила, пока он плакал.  — О чем ты должен сожалеть, Кот? Теперь его трясло, он рухнул на колени. Он задыхался, пытаясь говорить.  — Я-я такой ужасный человек, Ледибаг. Я-я обидел тебя, и я-я-я не могу больше лгать. Ледибаг опустилась рядом с ним на колени и закрыла его лицо руками. Она просто посмотрела ему в глаза на мгновение, прежде чем приблизила его лицо к своему и легонько поцеловала его в губы. Как только она прикоснулась к нему, он замер, и ужасное раскаяние, которое он чувствовал, увеличилось в десять раз. Он был ужасным человеком, и он не заслуживал больше жить. Когда он ничего не ответил, Ледибаг мягко сказала:  — Расскажи мне, что происходит, Кот. Он моргнул пару раз, прежде чем смог собраться с силами, чтобы разорвать ее сердце в клочья.  — Я… я поцеловал кое-кого, и… не только. Он посмотрел на неё, но выражение ее лица не изменилось. Она смотрела на него слегка нахмуренными бровями и сосредоточенным взглядом (так она выглядела, когда анализировала ситуацию с Акумой). Леди моргнула один, два, три раза, прежде чем сделать глубокий и неровный вздох. -Мне очень жаль, Ледибаг, — взмолился он, — Я был глупым и безрассудным. Я просто так увлёкся этим моментом, что понял все только тогда, когда покинул ее балкон…  — Так, хватит. Он быстро закрыл челюсть и начал бороться с новым потоком слез. Наконец она посмотрела на него со странно пустым выражением лица, как будто она изо всех сил пыталась скрыть то, что чувствовала. От этого Кот стал еще больше походить на мешок с грязью.  — Это что-то значило для тебя? Он действительно не знал, как ответить. Потому что да, потому что он чувствовал, что у него есть что-то к Маринетт, но то, что случилось с Ледибаг, такое же особенное, может даже особенней, и Нуар не хотел потерять ее, но и понимал, что недостоин своей Леди.  — Я не знаю, — сказал он неубедительно, — Я… я дружу с ней. И мы просто… увлеклись. Я не знаю, что это значит… Ледибаг продолжала смотреть на него пустым взглядом.  — Но то, что случилось с нами, очень важно для меня, — слабо добавил Кот, взяв ее руки в свои. Удивительно, но она пустила сделать ему это, — То, что произошло между нами, не может быть не важным для меня. И я чувствую себя таким ужасным человеком, что провёл ночь ещё и с другой. Если б я мог вернуться в прошлое, я бы никогда в жизни не вышел в тот день из дома. Я предал тебя и твоё доверие. И я пойму, если ты не захочешь быть моим партнером больше-  — Зачем я должна желать этого? Он посмотрел ей в глаза и нахмурился.  — Потому что я предал тебя. Партнеры не должны так поступать. Ледибаг покачала головой и посмотрела на их сцепленные руки.  — Между нами произошёл один момент, да… Но это не значит, что у нас теперь серьезные отношения. Это не мое дело, с кем и когда ты проводишь своё время. и вам не о чем беспокоиться.  — Но я хочу быть с тобой в отношениях, — почти скулил он. Она взглянула на него и мягко улыбнулась.  — Я знаю, глупый котенок. И, возможно,… мы могли бы подумать об этом. Когда-нибудь, но не сейчас. Тебе не нужно чувствовать себя виноватым за то, что ты бываешь с другими.  — Я ничего не могу с этим сделать, — жалобно ответил Кот, — Ты — самый важный человек в моей жизни, миледи. Я чувствую, что нанес тебе огромный вред и запятнал любые шансы быть с тобой, сделав это. Я напортачил… Ты должна кричать на меня, ударить меня. Я заслуживаю каждую каплю твоей ненависти.  — Кот, пойми. То, что я буду кричать на тебя или бить, ничего не изменит- Она продолжала говорить, но Кот ее уже не слышал. Мог ли он как-то… уравнять ситуацию. Он не мог предложить ничего подобного. Но она была права. Они не были вместе, и, возможно, однажды они будут. Однако до тех пор он будет чувствовать себя мерзавцем, потому что прикоснулся к кому-то еще, когда ее сердце уже принадлежала ему. Мог ли он предложить ей сделать то же самое, что и он; прикоснуться к другому, прежде чем они сделают еще один шаг навстречу друг друг? Если бы она сделала это, то ситуация могла бы уравняться. Это была глупая идея. Но когда за последнее время Кот Нуар принимал умные решения?  — Что, если… — начал он, прервав ее и заставив повернуть голову к нему лицом. Он глубоко вздохнул и собрался с силами, — Что, если бы мы уравняли эту ситуацию, Если бы ты сделала тоже самое, что и я… Ледибаг уставилась на него, как будто он отрастил вторую голову. Ее рот был широко открыт, а глаза расширены еще шире. Она быстро закрыла рот и яростно покачала головой.  — Абсолютно нет. Как это что-нибудь решит?  — Ну, я не буду так плохо себя чувствовать, если ты тоже проведёшь время с другим, — добавил он, пожимая плечами, глядя в сторону Эйфелевой башни, — И это поможет немного попрактиковаться, если ты хочешь попробовать наладить отношения со мной.  — Ты свихнулся? — недоверчиво спросила она, — Это, возможно, худшее решение этой проблемы.  — Я не мог смотреться в зеркало, после этого случая, — мягко сказал он, все еще не глядя на нее, — Я напортачил и думаю, что это может быть единственное решение. Иди найди кого-нибудь, немного повеселись и забудь, что это когда-либо происходило. Это также облегчило бы мое состояние… Не знаю почему, но… Я не могу жить с этой мыслью. Это честно.  — Честно? Думаешь, ты сможешь жить, зная, что я прикасалась к кому-то другому? Он снова пожал плечами.  — Это ведь будет только один раз… и, как ты сказал, мы не вместе. Но мне будет намного легче. Кот мог представить себе, как бровь Ледибаг выгибается, когда она сказала:  — Ты серьезно хочешь этого?  — Мне очень жаль. Но для меня это облегчило бы ситуацию. Он услышал, как она встала, и повернулся, чтобы посмотреть, как она направляется к краю крыши.  — Ну… если тебе станет легче… я подумаю. Патрулируй как обычно и иди домой. Увидимся в субботу. С этими словами она грациозно спрыгнула с крыши и скрылась из виду. По какой-то причине Коту сейчас было даже хуже, чем несколько минут назад. Она действительно не злилась. По крайней мере, так она говорила себе. Почему она должна расстраиваться из-за того, что Кот Нуар, с которым она провела интимную ночь, провёл интимную ночь с ней же без маски несколько дней назад? Что ей было делать? Она не могла вести себя так, будто она была опустошена, потому что от этого Коту стало бы только хуже. Но она не могла просто отмахнуться от этого, как будто для неё это ничего не значит, потому что это было бы подозрительно. И она явно не могла просто сказать: «Да, я знаю, потому что это я — та девушка, которую ты вылизывал на балконе.» Нет. Так почему же она оказалась на крыше Адриана Агреста после продолжительного патрулирования, глядя на звезды и размышляя, что делать? Он попросил ее познакомиться с кем-нибудь еще, чтобы облегчить его чувство вины и вернуть их к равному счету. Что бы это ни значило, черт возьми. У нее была возможность, которой она могла воспользоваться без каких-либо последствий и при этом остаться с Котом. Но действительно ли она этого хотела? Да, ей нравился Кот, но сейчас она не могла видеть их в отношениях. Нужно было защищать город и победить Бражника. Для них не было времени для любви. В ее голове все перемешалось. Ледибаг заглянула в окна Адриана. Он сидел за своим компьютером, глядя на текстовый документ, отображаемый на одном из экранов, и его рука бесцельно листала книгу. Без сомнения, летняя домашняя работа, но почему он делал ее так поздно в четверг? У нее не было времени подумать об этом, потому что он внезапно повернулся на стуле, чтобы посмотреть на нее. Блин, он должно быть услышал, как она приземлилась. Адриан быстро вскочил на ноги и бросился к окну, открыв одно и высунув голову наружу. Даже в темноте Ледибаг могла видеть, как его щеки немного розовели.  — Ледибаг? Ч-что ты здесь делаешь? Она почувствовала, как ее сердце подпрыгнуло, как всегда, когда она была рядом с ним в качестве Маринетт, и быстро откашлялась.  — Честно говоря, не знаю.  — Ты не хочешь войти? Она застыла на своем месте и задумалась. Если она войдет, пути назад не будет. Или она могла просто поговорить с ним и узнать его мнение. Когда она была рядом с ним, она всегда чувствовала себя увереннее, как Ледибаг, что давало ей преимущество сегодня вечером. Адриан всегда давал Нино хороший совет, когда тот спрашивал. Возможно, его понимание могло быть тем, что ей нужно. Она кивнула, и Адриан быстро отошел в сторону, чтобы она могла проскользнуть прямо внутрь. Свет был приглушен, но компьютер был включен, так что это придавало слишком большой комнате жуткое сияние. Адриан стоял немного справа от нее, как бы у стены, и как бы нет, пока она любовалась его комнатой. Краем глаза она наблюдала за ним, пока шла к его кровати, касаясь кончиками пальцев атласных простыней. Когда она повернулась и расправила к нему плечи, она заметила, что он заметно подпрыгнул и закашлялся, чтобы скрыть это.  — Итак… чем я могу тебе помочь? Ох, ты даже не представляешь чем. Если я решусь, конечно, довести дело до конца. Ледибаг подавила желание застонать. Как она могла вообще об этом думать? Кот не сделал ничего плохого! Так почему она думала о том, что ей надо это сделать? Чтобы Коту стало лучше? Честно говоря, оно того не стоило. Разочарованно вздохнув и покачав головой, Ледибаг повернулась и направилась обратно к открытому окну.  — Извини, мне нужно идти. Рука Адриана вылетела и схватила ее за запястье. Когда Ледибаг просто стояла на месте, не сводя глаз с земли, Адриан, должно быть, воспринял это как очередь, чтобы говорить.  — Послушай, что бы тебя ни беспокоило, я думаю, что смогу помочь. Просто… начни с самого начала. Ледибаг хмыкнула и осторожно вырвала свою руку из его хватки, когда повернулась к нему лицом.  — Ты говоришь как психиатр.  — Может быть, это то, что тебе нужно», — невозмутимо ответил он, напоминая ей о Нуаре. Ледибаг почувствовала, как ее сердце упало при мысли о своем партнере. Она вздохнула и села на угол его кровати. Она не заметила, как глаза Адриана как-то болезненно следили за ней.  — Какое-то время я испытывала странные чувства к Коту Нуару… Как будто я начинаю что-то чувствовать к нему, хотя знаю, что не должна, потому что это будет мешать всему, что мы создали в качестве партнеров. Не говоря уже о том, что это может помешать нашей работе, и наши враги могут использовать нас для эксплуатации друг друга.  — Ледибаг, ты бессвязно болтаешь. Ледибаг почувствовала, как ее щеки стали горячими, и закашлялась.  — Ой, извини. В любом случае… пару дней назад у нас с Котом Нуаром произошло… кое-что, чего, вероятно всего, не следовало делать.  — И что же? Ледибаг почувствовала, как ее щеки разгорелись, и она наклонила голову, чтобы он ничего не видел.  — Мы… поцеловались. И сделали кое-что… другое. Но это не относится к делу. Дело в том, что мы перешли черту, и я тогда чувствовала себя виноватой за это. С тех пор я чувствовала себя так, как будто я ошибалась все это время насчет Кота, и, возможно, мы могли бы быть чем-то большим, чем просто партнерами, потому что я знаю, что он этого хочет. Но сегодня он сказал мне, что поцеловал кого-то другого. Он действительно сожалеет об этом и просит у меня прощения, но я не могу по-настоящему расстроиться из-за этого. Мы не встречаемся, мы даже не выяснили, кем мы являемся друг другу. Дело в том, что он чувствует себя настолько виноватым из-за поцелуя с другой девушкой, что хочет, чтобы я тоже с кем-то поцеловалась. Таким образом, он будет чувствовать себя не так паршиво. Он сказал, что это справедливо… Но я не уверена, что смогу это сделать.  — И… поэтому ты здесь?  — Получается так.  — Если ты хочешь узнать мое мнение, — наконец сказал Адриан, глядя в угол своей кровати, — твое решение в этом вопросе будет основано исключительно на том, как ты хочешь продолжить своё общение с Нуаром. Если ты хочешь отношений с ним, ты должна начинать с доверия. Как ты думаешь, он будет доверять тебе, если ты пошла и познакомилась с кем-то еще, даже если он предложил это? Да, он был тем, кто сделал это первым. А вы, ребята, не состоите в отношениях, так что это не измена. Но если смотреть с его стороны, то если он хочет начать отношения с тобой, ты должна будешь сделать то, что сделал он. Возможно вы должны пройти через это испытание, чтобы после вам было комфортно вместе. Она уже думала обо всем этом и раздраженно бросилась на кровать Адриана и закрыла лицо руками.  — Это слишком сбивает с толку! Голос Адриана был странно напряженным, когда он ответил:  — Хорошо. Давай упростим: он тебе нравится? Не двигая руками, Ледибаг ответила:  — Да, я так думаю.  — И ты ему нравишься?  — Он влюблен в меня, так что да. Адриан усмехнулся, и Ледибаг раздвинула пальцы, чтобы увидеть, как он покачал головой. Она нахмурилась, и он сразу же протрезвел и откашлялся.  — Послушай, я понимаю, что с этим сложно справиться. Поверь мне. Как насчет того, чтобы ты подумала об этом: ты бы расстроилась, если бы оказались на его месте? Ледибаг моргнула и медленно села, обдумывая это. Если бы она провела ночь с кем-то, вскоре после того, как переспала с Котом, она бы чувствовала вину. Официально они не были вместе. Но Кот чувствует вину. Он утверждал, что полностью предан ей и только ей — когда на самом деле этого не знал. Он определенно не пошел бы на свидание с кем-то еще, чтобы уравновесить это по ее просьбе. В глубине души Ледибаг она понимала, что это уменьшит чувство вины Кота. Она не могла поставить под угрозу свою личность, сказав ему, что она была Маринетт, даже если бы это было таким же облегчением. Может ей солгать? Сказать, что она переспала с другим, но на самом деле не довела дело до конца? Но с этого начнется вранье во всем, а она не могла так поступить с Котом. Ледибаг глубоко вздохнула и встретилась взглядом с Адрианом.  — Я думаю… Если бы я была на его месте, я бы не просила его сделать что-то подобное. Когда она это сказала, она не пропустила странного блеска в глазах Адриана. Но он исчез прежде, чем она смогла по-настоящему интерпретировать то, что он думал. Вместо этого он выглянул в окно и ответил:  — Может быть, ты смотришь это со своей точки зрения. Кот попросил тебя встретиться с кем-нибудь еще, чтобы он почувствовал себя лучше. Он, будет испытывать чувство вины, если ты не сделаешь того, что он просит, и все, что вы, ребята, начнете вместе, не продлится долго, потому что он все еще будет чувствовать, что предал тебя. Просто сделай это. Когда их взгляды встретились, Ледибаг почувствовала, что-то внутри нее. Та странная тяга, которая заставила ее поцеловать Кота на той крыше, толчок в животе, который заставил ее снова позволить Коту поцеловать ее на балконе… Адриан был здесь, прямо сейчас. Он был решением проблемы. Не говоря ни слова, Ледибаг встала и подошла к тому месту, где стоял Адриан. Она остановилась, когда они соприкоснулись нос к носу, и медленно прошептала:  — Если ты не хочешь этого делать, то сразу откажись. Он не ответил. Вместо этого он обхватил ее затылок и притянул к себе, сжав их губы в настойчивом поцелуе. Ни одна из их частей не колебалась, что показалось ей немного странным, но ее разум затуманился после того, как Адриан скользнул языком ей в рот и притянул к себе бедро. Он прижал их к стене с глухим стуком, но не прервал поцелуя. Ледибаг не могла успокоиться, положив одну руку ему за голову, а другой взявшись за волосы. О, как ей хотелось, чтобы на ней не было перчаток, чтобы она могла почувствовать, насколько его волосы мягкие на самом деле. Были ли они такими же гладкими и шелковистыми, как у Кота? Сейчас не время сравнивать их, Маринетт. Но тут возникла проблема: они мало что могли позволить себе, ведь она еще пребывала в трансформации. Хотя она могла сделать то же, что и Кот с ней… Ее сердце подпрыгнуло, и непроизвольный стон, вырвавшийся из нее, только подстегнул Адриана. Он углубил их поцелуй, как раз перед тем, как прервать его, чтобы поцеловать ее шею. Что было не так с ее шеей? Сначала Кот, теперь Адриан? В любом случае, это было потрясающе, когда он задел зубами ее открытую кожу. Она снова ахнула, и Адриан усмехнулся, заставив ее почувствовать прилив смущения. Ее щеки были горячими и красными — этого он не мог разглядеть в тусклом свете, но становилось слишком жарко. Ледибаг быстро оттолкнула Адриана от ее шеи и проигнорировала его тихий стон, когда она начала целовать его грудь и прошлась вниз по его животу. Она приподняла его рубашку, наслаждаясь прекрасным видом его подтянутого пресса, и начала расстегивать его штаны. Сверху раздался небольшой протестующий шум, но она проигнорировала его, когда она опустилась на колени и стянула его штаны до колен, оставив его в тонких боксерах, которые демонстрировали все. Она сглотнула. Ее последняя неделя была разнообразной в сексуальном плане, но она ни разу не видела пениса. Это был настоящий член. Очень прямой и твердый, пробивающийся сквозь эластичную ткань нижнего белья Адриана. «Просто сделай это», — снова этот голос в ее голове. Но на этот раз он был немного более суровым и нетерпеливым. Ледибаг стянула нижнее белье с его круглой попки и спутала его с помятыми джинсами. Она с трепетом смотрела на его мужское достоинство, высовывающееся прямо перед ней. Головка была темнее от крови, а вена, проходящая наверху, казалось, буквально пульсировала от желания. Маленькая щель блестела, и Ледибаг покраснела при мысли, что она и вправду собиралась сделать это. Неуверенно она протянула руку и обхватила тонкими пальцами ствол. Эта ситуация была нервной. Как, черт возьми, Кот сделал это, не испугавшись? Или он просто вел себя так, как будто это было ничто… Тем не менее, ей нужно было это сделать. Она хотела, она должна была. Не раздумывая, Ледибаг высунула язык и ощутила на кончике капельку жидкости. Бёдра Адриана дернулись от контакта, и вся головка почти врезалась ей в рот. Не то, чтобы она возражала, она хотела это сделать. Она начинала приобретать некоторую уверенность в том, что она сможет уничтожить известную модель Адриана Агреста. Он хныкал, как голодный человек, впервые получающий еду. Ее рот обвился вокруг головки, и она медленно всасывала его член дюйм за дюймом, пока не почувствовала, что больше не может. Ее рука погладила ту часть его достоинства, до которой она не могла дотянуться, а другая прижалась к его бедру, чтобы не упасть. Руки Адриана каким-то образом запутались в ее волосах — куда делись резинки, она не знала. Ледибаг набрала скорость, и Адриану было трудно сохранять спокойствие, когда она сжимала рукой основание. В то же время ее язык крутился вокруг него, а во рту с каждым разом текло все больше слюней. Это было так… приятно. Неудивительно, что Коту было хорошо, когда он доставлял удовольствие Маринетт. Она получала удовольствие, просто слыша тихие стоны и вздохи Адриана.  — Ле-ледибаг, я собираюсь кончить, — пробормотал он, теребя ее за волосы, будто чтобы остановить. Она просто покачала головой и снова увеличила темп, пока не стала сосать кончик, а ее рука поглаживала ствол. Он тихонько вскрикнул и свернулся, как будто получил удар в живот, выпуская свое семя ей в рот. Это было сюрпризом, но Ледибаг приняла белую жидкость спокойно. Она была липкой и тёплой, и девушка сделала единственное, что могла придумать, — проглотила ее. Она позволила его члену выпасть из ее рта, вытерла губы рукой, и в глубине души она надеялась, что этот беспорядок исчезнет, ​​как только она детрансформируется. После того, как Адриан успокоился, Ледибаг начала вставать, подтягивая штаны и нижнее белье, как это сделал с ней Кот, и полностью выпрямилась. Глаза Адриана открылись, он несколько раз лениво моргнул, прежде чем ухмыльнуться ей. Ледибаг сама ему улыбнулась и томно поцеловала. Он прервал поцелуй и сжал их щеки.  — Вау… это было… Могу я сделать то же самое для тебя? Ледибаг почувствовала, как ее сердце подскочило к горлу, и она снова почувствовала надвигающийся румянец, но скрыла его, хихикая, когда отстранилась от него.  — Прости, красавчик, но это все, что я могу сделать сегодня вечером. Адриан бросил на нее странный взгляд, который она не могла понять, прежде чем кивнул и позволил ей отойти. Он любезно поблагодарил ее и подвел к окну. Когда она прыгнула на уступ, он крикнул ей:  — Ледибаг! Она повернулась и одарила его легкой улыбкой.  — Я… — он покраснел, отвернулся и потер шею, — Спасибо. И я знаю, что это самое странное, что можно сказать после того, как мы… того, но я надеюсь, что это поможет уладить отношения с Котом Нуаром. Он хороший парень. Ледибаг подавила тревожное чувство в животе и натянуто улыбнулась ему. -Да… Спасибо, Адриан. Она выпрыгнула из окна и швырнула йо йо на ближайшую крышу. Героиня проигнорировала эту странную улыбку Адриана. Слёзы начали гореть на глазах, и она опять почувствовала стыд. Неужели она всегда будет плакать после близости с кем-то? Или это должно было случиться только тогда, когда она знала, что ей, вероятно, не следовало ничего делать и просто оставить все в покое? Как бы то ни было, теперь она чувствовала больше вины, чем в первую ночь с Котом. Разве она не должна испытывать гордость за то, что, наконец, поцеловала Адриана и пошла дальше? Нет, он поцеловал Ледибаг. Он провёл ночь с Ледибаг. Не с Маринетт.