Глава 4. Первый курс

      В этом году в Академию поступило почти шестьдесят маленьких волшебников, из которых именно людей было не больше десятка, все остальные ученики оказались так или иначе представителями самых разных магических рас: волколаки, гарпии, дворфы, гномы, эльфы и даже парочка энтов, которые, усаживаясь за деревянные парты, буквально срастались с ними. Учитывая количество учеников, Мастера и Подмастерья не сильно напрягались в огромных, просторных аудиториях и залах подготовки. Неведомым образом учителя умудрялись следить за всеми сразу, пресекать конфликты на занятиях и останавливать учеников, решивших сделать что-то не то.       Учителя, кстати, оказались тоже не самыми обычными людьми, так что оставалось только удивляться. Во-первых, как выяснилось, к учителям положено обращаться не иначе, как "Мастер" для тех учителей, кто получил статус Мастера в той или иной отрасли магии, и не иначе, как "пан" или "пани" по отношению к учителям-подмастерьям. Разумеется, учителя тоже были не простыми людьми. Вообще, как выяснилось, человеком была только пани Свободка - довольно миловидная, чуть полноватая женщина бальзаковского возраста, учитель теории магии. Все остальные преподаватели так или иначе принадлежали к другим магическим народам.       На первом курсе изучали не так много дисциплин - профильные дисциплины и некоторые маггловские предметы начинали учить курсе на третьем-четвертом, однако темп обучения был весьма высоким, так что скучать не приходилось. Как шутили многие старшекурсники, на первом семестре был "щадящий режим", ученики отбывали в Академии всего по три, реже - по четыре пары. Учили на совесть, хотя, по мнению Гарри, привыкшего в английской школе к несколько меньшему темпу, несколько поспешно. Однако, объясняли настолько просто, доступно и понятно, что отстающих не было. По крайней мере, пока что. На первом курсе изучали математику, языки, биологию и физику, а также все обязательные магические предметы.       Теорию магии, как мы уже говорили, вела самая обычная женщина, пани Свободка. Веселая, очень живая и активная учительница, которая над первым курсом хлопотала, будто наседка над цыплятами. Впрочем, не смотря на всю ее веселость и активность, никто на уроках не баловался, почти все ученики внимательно слушали, кое-кто вел конспекты шариковыми или перьевыми ручками, что совершенно не вязалось с теми перьями, которыми предполагалось писать в том же Хогвартсе. Вообще, пара ребят с третьего курса, которые, как выяснилось, перевелись на втором году из Хогвартса и постарались забыть про Туманный Альбион, будто про страшный сон, рассказывали про свою бывшую школу такое, что у Гарри и без того торчащие волосы вставали дыбом.       Занятия по бытовой магии вел самый настоящий свободный джинн, который попросил называть его просто Ахмед-джан и всегда здоровался первым. Потому что на востоке, откуда он был родом, было принято, что первым здоровается старший с младшим, стоящий - с сидящим, хозяин - с прислугой, отец - c сыном, мать - с дочерью, горожанин - с сельским жителем, всадник - с пешим, ну и так далее, как оказалось, в традициях ближнего востока черт ногу сломит. Ахмед-джан оказался вполне добродушным дядькой. Учебников он не признавал совершенно и отдал их изучение на самостоятельное обучение. В качестве аудитории, он взял большой пустующий зал и зачаровал все так, что аудитория выглядела настоящими арабскими палатами, которым в древности иные султаны бы позавидовали. На его уроках сидели не за партами, а на удобных подушках, раскиданных по полу, или на мягких креслах. Нередко урок сопровождался чаепитием с восточными сладостями, но, в любом случае, не смотря на всю доброту и дружелюбность атмосферы, дисциплина на уроке была, хоть и весьма своеобразная. Потому что джинн хоть и был добряком, но хулиганов карал не столько жестко, сколько забавно. Например, один из поступивших волколаков в течение трех дней превращался не в грозного волка, а в розовую овечку с бантиком на шее.       Учитель по самообороне чарами, мастер Вохомурка, оказался волколаком. Вообще, как понял Гарри, у людей-волков под Прагой было целое свое поселение, так что по количеству "своих" среди учеников, с ними могли поспорить разве что вампиры из города Челаковицы, да дворфы, у которых в Квартале Инженеров была своя многочисленная община. Вохомурка был существом неоднозначным. Ему было уже под семьдесят, но, благодаря замедленному старению, которое ему давало волколачество, выглядел он максимум лет на сорок. Ветеран войны, до Берлина дошел, но на войне, похоже, оставил не только мягкосердечность и левую руку, замененную магомеханическим протезом, с которым он управлялся, будто с настоящей рукой, но и все полагающиеся нормальному разумному существу тормоза. Мотивация у него была примерно следующая: ты можешь не знать всего на свете, но то, что знаешь, ты должен отрабатывать до автоматизма, ведь чем быстрее ты соображаешь и чем лучше пользуешься своими навыками, тем больше вероятность, что ты уцелеешь. Готовил он, соответственно, не столько спортивных дуэлянтов, сколько уличных воинов, у которых задача не показать красивое шоу на помосте, а быстро и качественно нейтрализовать угрозу, не оглядываясь на правила и моральные нормы.       Зелья вела очень милая внешне эльфийка, пани Лотус. Тоже довольно строгая, но справедливая женщина, которая учила не только и не столько варить эликсиры по рецептам, сколько составлять собственные рецепты, ориентируясь на огромную таблицу совместимости свойств компонентов, которых было просто неисчислимое множество. В идеале, требовалось к пятому курсу выучить эту таблицу полностью, но никто не запрещал пользоваться этой таблицей даже во время экзаменов - уж больно объем данных был большой. Упростить эту задачу помогала алхимия, которую вел пан Ренс-старший, который, как потом узнал Гарри, был отцом его сопровождающего. Ренс-старший от своего сына отличался, разве что, длинной гривой волос, на время занятий убираемых под шапочку, и количеством морщин на лице. На алхимии их учили с помощью магии извлекать алхимические аспекты и заключать их в кристаллы, после чего разлагать сложные аспекты на более простые и собирать из простых более сложные, комбинируя и переставляя свойства. Семь самых примитивных аспектов - огонь, вода, земля, воздух, свет, тьма и магия - позволяли составить просто немыслимое количество производных аспектов разного порядка. Легендарный философский камень был, по сути, аспектом жизни, вот только никто, кроме легендарного Фламеля, так и не смог получить формулу, последовательность и пропорции аспектов. Но, в любом случае, это было легче, чем запоминать всю огромную таблицу совместимости.       Впрочем, и по остальным дисциплинам преподаватели были своеобразными. Трансфигурацию, например, вел Мастер Кальзар, бывший верховный маг Чехии, ушедший на покой ото всех политических распрей лет сто назад и вернувшийся в родную Академию для того, чтобы передавать свои знания новым поколениям волшебников и волшебниц. А вот руны и магозоологию вели дворфы - Мастер Береза и пан Кржемилек, почти не отличимые внешне, но диаметрально противоположные по характеру. Спокойный и размеренный руновед против непредсказуемого, будто некачественная петарда, магозоолога. Но предметы свои эти учителя знали очень хорошо, да и преподавали интересно, много времени отдавая практике и лишь совсем немного поясняя теорию, больше отдавая ее на самостоятельное изучение.       Учиться было, по мнению Гарри, довольно трудно, но учителя, все же, старались не давать невыполнимых заданий, так что мальчик успевал не только учиться, но и находить время для прогулок по академическому парку в компании друзей. Постепенно прошла первая учебная неделя, за которую Гарри окончательно убедился, что он не просто ничуть не уступает остальным, но и многих превосходит по своим успехам. И это не смотря на то, что многие ребята в группе всю жизнь росли в волшебном мире и учились пользоваться магией, считай, с пеленок. Тем не менее, в алхимии и бытовой магии он явно выделялся. И если с бытом все понятно - когда с самого раннего детства занимаешься тем, что приводишь в порядок дом родственников, то так или иначе вырабатывается привычка видеть разницу между тем, что есть, и тем, что должно быть, и Гарри оставалось лишь проецировать привычку в заклинания - то вот его успехи в алхимии не мог объяснить почти никто. Разве что сам Гарри подозревал, что не последнюю роль сыграло его трехнедельное общение с Ренсом-младшим, который основы алхимии объяснял, пожалуй, даже лучше, чем его отец.       Гарри даже сам не заметил, куда делась первая неделя, так что в субботу - в первый выходной в Академии - он рефлекторно проснулся в половину восьмого и с криком "мы проспали!" за пять минут привел себя в порядок, после чего пошел будить друзей, за что в первой же комнате получил подушкой в голову и крепкий посыл, куда ему идти пешим маршрутом, дорогой длинной да извилистой. Все в рамках приличия, конечно, но высказано было так, что Гарри моментально все понял и отправился досыпать.       Собственно, в тот день ребята, покончив с довольно поздним завтраком, собрались на прогулку в город. Ох, с каким наслаждением Гарри переодевался из практически офицерского мундира в простую и удобную маггловскую одежду! Легкость в движениях, полное отсутствие каких-либо стесняющих швов или усилений в ткани... Вообще, курсанту Академии казалось, что он обрел совсем уж магическую легкость. Впрочем, все это продолжалось недолго, ровно до тех пор, пока он не спустился вниз и тело не привыкло к весу одежды.       - Куда пойдем? - размяла крылья Алиса.       - Может, закупимся всякими вкусняшками - и рванем за стену погулять на озеро? - Предложил Рорк. - Я там в квартале магов замечательное кафе-мороженое видел, так что...       - Шоколадное? - Мечтательно протянула Герда.       - С орехами?! - Тут же заулыбалась ее сестричка, которая на третий вечер принялась удивлять всех тем, что умудрялась, обращаясь в свою птичью форму, клювом колоть орешки, будто семечки.       - С орехами, шоколадом и шишечным вареньем.       Чуть позже у озера за стенами собралась небольшая толпа ребятишек, с огромным удовольствием трескавших какие-то несусветные по своему размеру порции мороженого. Самая обычная картина, которая точно не привлекала бы внимания, если бы только у двух девчонок из этой компании не было крыльев, а трое мальчишек не были бы менее, чем по пояс ростом остальным. Вот только никого вокруг это не волновало. Картина была более чем привычная для всех обитателей Зерашаля и прилегающих деревушек, что раскинулись на другом берегу.       Общались ребята на тему семей. Вернее, говорили все больше ребята, Гарри слушал, ведь все более-менее были в курсе о его ситуации с опекунами - мальчик как-то проговорился об этом за обедом - и старались его не слишком сильно расспрашивать, но сами с большим удовольствием говорили о своих собственных семьях. Дворфы, например, были тремя старшими сыновьями в своей многочисленной семье. Как оказалось, у них было еще одиннадцать младших братьев и сестер.       - У нашего народа традиция такая. - Принялся пояснять Хар. - Два'ары или "дворфы", как вы нас называете, воюют почти всю свою историю. Перерывы в десяток-другой лет для нас - это лишь возможность для отдельных кланов пополнить армию да запасти припасы. А потому, чем больший клан по численности, тем мы сильнее. Так что у нас в семьях отцы стараются иметь побольше сыновей.       - Ну а как же наследование? А ваши законные гешефты?!       - Отстаешь от жизни, Изя. У нас уже лет триста, как не монархия. - Поддержал брата Тод. - Представителя в совете кланов все равно выберут за нас, а золота наберем-навоюем.       - А у нас не так. - Потянулась до шелеста Алиса. - У гарпий обычно выводится всего один птенец. То, что нас с сестричкой двое...       - Это был шок для всей семьи, - закончила за сестру Герда. - Хотя все были очень и очень счастливы.       - А почему тогда ты попросила избегать при вас проповедей? - Вдруг заинтересовался Рорк.       Девчонки синхронно покраснели. Дворф понял, что брякнул что-то лишнее.       - Давняя история. - Отмахнулась Алиса. - Мы жили среди магглов длительное время, после переезда. И у нас в городке был священник, падре Витторио, итальянец по происхождению. Маггл, который искренне считал, что его фальшивые проповеди могут хоть кому-то помочь и даруют ему магическую силу.       - А еще он был самым настоящим козлом. - Огрызнулась Герда, в одно мгновение превращая руки в крылья. Так происходило всякий раз, когда она злилась особенно сильно. - И больным на всю голову психом, который искренне считал, что мы одержимы дьяволом.       - Обе сразу? - Хохотнул Гарри.       - Да, обе сразу. - Без тени иронии поддержала девушка. - Как бы там ни было, он, когда у нас был первый сброс перьев, заметил опадающие из-под рукавов перышки, собрал толпу таких же фанатиков, как и он - и потащил их следовать заповедям инквизиции. Собственно, с тех пор у нас правило - никакой религии.       - Знакомая история. - Поморщился Игорь. - Волколаков тоже не везде любят. Но наше племя хотя бы может дать нормальный отпор...       - Мы тогда отбились. - На глаза Алисы навернулись слезы. - Это было трудно. Да и после того случая мы были вынуждены переехать...       - А я-то думал, что у меня все плохо. - Сглотнул Гарри. - Да я, оказывается, просто счастливчик.       Впрочем, вскоре все вернулось на круги своя. Все же, дети - это дети, они длительное время не могут зацикливаться на чем-то одном, тем более - если вокруг целый магический мир. Общение на тему семей постепенно перешло на тему традиций, затем - на тему жизни среди магглов, ведь все, кроме дворфов, так или иначе пожили среди простых смертных. К вечеру о неприятном разговоре все и думать забыли.

***

      - Профессор Дамблдор, вы серьезно? - Шокированно рассматривал документы Фадж. - После почти что трех десятилетий абсолютной изоляции, вы хотите, чтобы маги Британии вот так, с бухты-барахты, показали себя и для этого вы хотите организовать...       - Дуэльный турнир и чемпионат по квиддичу среди подростков, министр. Все верно. - Сияя лучезарной улыбкой, кивнул Дамблдор. - Вдумайтесь! Профессиональные команды и национальные сборные Соединенного Королевства по полетам так или иначе выходят в лидеры из года в год, так почему бы не показать, что и наши дети во многом превосходят остальных? Это показало бы, как сильны мы стали за то время, что сохраняли свои традиции.       - Вы так считаете, директор? А не рановато ли? - Почесал в затылке Фадж. - Представляете, что начнется, когда все узнают, что... Мы ведь до сих пор не отмылись от истории с потерей Мальчика-Который-Выжил.       - Вот именно, мистер Фадж! Вдумайтесь, министр, какое внимание привлечет к себе это событие! - Принялся подогревать сомнения директор Хогвартса. - Когда все пройдет удачно - вообразите себе, до каких высот возрастет ваш рейтинг. А ведь у вас скоро выборы...       Фадж посерел. Напоминание про выборы и его абсолютно никудышние позиции были ударом ниже пояса. Полноватый волшебник сложил руки на затылке, крепко задумался. Предложение Дамблдора вообще было разумным, вот только политическая интуиция министра буквально вопила о том, что что-то идет не так. Ведь это именно директор в свое время настаивал на полной изоляции магов Британии. С другой стороны, это был идеальный повод, чтобы поднять рейтинги и наладить контакт с остальным миром. Фадж уже давно перестал верить в сказки о том, что Туманный Альбион справится и без остальных волшебников, а одними только чемпионатами мира по квиддичу контакты не наладить.       - Но ведь придется утрясти столько вопросов... - облизнул пересохшие губы министр магии Туманного Альбиона. - Департамент спорта и так с ума сходит. А сколько придется утрясти с департаментом внешней политики! Вы хоть представляете себе, сколько всего придется поменять! А отношение к нам?! Представьте, какой шум поднимет Международная Конфедерация Магов, стоит нашему представителю заявить о подобном намерении! Это будет звучать как вызов!       - И именно поэтому они этот вызов примут. А вы станете министром, который привел магическую Британию к ее новому Золотому Веку.       Стоило неприятному разговору закончиться, Дамблдор тут же поспешил вернуться в Хогвартс. Прошло уже почти полмесяца с момента начала занятий, так что следовало начинать что-то делать. История с Избранным требовала перезапуска. И хотя с историей Гарри Поттера все еще не было ясности, директор предпочел заиметь запасной вариант. Вот только была маленькая проблема - Невилл не был героем по характеру. Вообще, для Альбуса было шоком, что этот тюфяк оказался в Гриффиндоре. В любом случае, старый волшебник решил, что стоит попробовать. Мальчик Лонгботтом не был героем, но он был добряком и был очень восприимчив. Как бы там ни было, его следовало проверить. И идеальным вариантом была бы та полоса препятствий, что была возведена на третьем этаже к приезду Поттера и которую так и не успели до сих пор разобрать, но Альбус понимал, какие могут быть последствия. Поэтому он решил попробовать начать с чего-то попроще. В любом случае, это "что-то" требовалось еще найти и подстроить.