У вас что, сколиоз?

«Соу сорри, — звучит на таможне вопрос. — Зачем вам корсет? Из ит сколиоз?». Блять, нет, не поверите — бомбу везу! Или что круче — к примеру, траву. Грамм триста, ну двести, не знаю пока. Ещё пять ножей и труп хомяка Поместятся под поебенью пластмассовой, Которая служит для основной массы Народа причиной вечных вопросов: «Зачем вам корсет? У вас что, сколиоз? Так есть операции, да, дорогие, Но лучше же так, чем мучения такие! Быстрее и легче ведь этот подход!» Да только возможен летальный исход. А дохнуть досрочно я не желаю, Поэтому ною, затем и страдаю. Впрочем, не все понимают причину Моей кислой и заебавшейся мины: Ну как объяснить одноклассникам мне, Что не барабан я ношу на спине?! Пеналами, ручками, карандашами Они поделом и без дела стучали. Вроде взрослые люди, но им не понять, Что не по всем плоскостям всегда надо стучать. А может, им просто на это плевать — Мне ведь не больно, чтоб психовать. А что слышу звук и смех за спиной — «Да ты не шаришь, это юмор такой!». Смешно, наверное, быть лишней болью для тех, Кому ломит спину даже во сне. Давно я не помню, насколько кровать Может и мягкой, и твёрдой бывать: В корсете и сплю, мне уже всё равно, Спиною не чувствую я ничего За тем толстенным слоем пластмассы, Из-за которого большая часть массы Людей повторяет вечный вопрос: «Зачем вам корсет? У вас что, сколиоз?». В случайный момент мне защемит ребро, Хрустнет позвоночник, натрёт и бедро, И наклоняться — отдельное дело, Чтоб не повредить никакую часть тела. Но ни в лагерях, гоня на зарядку, Ни на физре, заперев раздевалку (А с ней и меня), проблему мою В расчёт в случаях реже алмазов берут. Подумаешь — после не сможешь дышать, Ведь главное — мозг постоянно ебать, Вновь из печёнок доставая вопрос: «Зачем вам корсет? У вас что, сколиоз?».