17. Зеркало Еиналеж

— Гостиная Гриффиндора? — изумлëнно воскликнула Мэриан.       Близнецы, выйдя из Большого Зала, привели её к картине, знакомой девочке по рассказам. Перед ней во весь рост сидела Полная Дама. Конечно, студентам других факультетов не полагалось знать расположение чужих гостиных, но… когда ты обитаешь в Хогвартсе, не принадлежа никакому факультету, можно ненароком услышать разговоры о гостиных. Само собой, пароль Риа не знала, как и точное расположение картины, но вот та, что открывала проход, была известна девочке.  — Здравствуйте, — всё ещё не отойдя от шока кивнула Мэри Даме, а потом повернулась к друзьям, — вы, что, хотите провести меня в свою гостиную?  — Да, и что? — протараторил Фред.  — Неужели вам это разрешается?  — Да, и что? — повторил за ним Джордж.  — Но я же слизеринка… Мне вряд ли будут рады. Вы правда собираетесь?.. — Мэриан потупила взгляд, когда её перебили.  — Да, и что? — в один голос заявили братья.  — Но… — начала было Мэри, когда близнецы снова её перебили.  — Никаких «но»! — воскликнул Джордж, пока Фред шептал пароль.       Мальчишки подхватили подругу под руки и завели в открывшийся проход. Мэриан даже не сопротивлялась — она по собственному опыту знала, как бесполезно сопротивление с братьями. Стоило этой троице войти в помещение, как все гриффиндорцы тут же стихли.  — Я же говори… — растроенно опустила голову слизеринка.  — Мэриан! Как хорошо, что ты пришла!.. А как, кстати? — Рон оглядел своих братьев, подумал и понимающе кивнул, — рассудишь нас с Гарри?  — Рас… рассудить? — гостиная вновь наполнилась разговорами, будто ничего и не произошло, — а что случилось?  — Эти фигуры и Перси мешают мне играть, — указал на шахматы Гарри, высовываясь из кресла, — если бы не они, я, может быть, смог бы выиграть или хотя бы проиграть не так быстро!  — Твоя игра не зависит от фигур! — возразил самый младший из Уизли.  — И вот это продолжается уже четверть часа! — взвыл кто-то из глубины гостиной.  — Так сыграйте маггловскими фигурками! Или заколдуйте эти так, чтоб они молчали…  — О! У нас есть фигурки магглов! — сообразил на слова Мэри младший из близнецов.       Фред, кивнув брату, тут же убежал в их комнату и вернулся уже с увесистой коробкой шахмат. Рыжики собирались изучать оживляющие чары. Проще всего им показалось заколдовать шахматы. Те, которые были принесены Фредом, магии ещё не подвергались.  — А ты, Перси… сыграешь со мной? Зато скучно не будет, — улыбнулась Мэри, уводя старосту с коробкой магических шахмат подальше от Гарри.  — А ты умеешь играть? — усомнился тот.  — Конечно! И довольно неплохо, как мне кажется.       На какое-то время в башне Гриффиндора наступила приглушëнная тишина. Только где-то в креслах шептались старшекурсники, да Мэриан приказывала фигурам замолчать.       Девочка, играя и просто болтая, сама не заметила, как пролетело время до обеда. В Большой Зал слизеринка шла в середине компании гриффиндорцев. После обеда, на котором Риа также сидела не за своим столом, все дети школы высыпали на улицу — вновь поиграть снежки. И снова играли они до самого ужина, забыв про все статусы, возраста и факультеты. «А что…» — задумалась тогда Мэри, — «это было бы неплохой школьной традицией…»       И когда все ушли в зал на ужин, девочка подошла в своему отцу. Это была их собственная семейная традиция — каждое Рождество ужинать вдвоём, несмотря на то, где они находятся. В школе ли, дома ли — не важно. Главное, вместе. И в этот вечер, как и каждый год, они садились есть вместе и рассказывали друг другу о самых важных воспоминаниях года, об изменениях, которые он принёс.       В этом для Снейпов и заключалось настоящее волшебство.

***

       С того Рождества Мэриан часто сидела в гостиной Гриффиндора — и никто не был против. Прошло два дня и к ней вдруг подошёл взволнованный Рон. Было видно, что он не уверен, стоит ли говорить девочке то, что он хотел сказать, но в итоге мальчишка всё же собрался с мыслями.  — Послушай, Мэри, — он словно обдумывал каждое слово, — ты видела, какой Гарри в последнее время?       Слизеринка утвердительно кивнула. Трудно было не заметить отстранённость и мечтательность Избранного. Конечно, в обычной мечтательности не было ничего плохого, но… Что-то в Поттере было не так. Он не просто мечтал, он бросил реальность ради этой странной мечты.  — Что с ним? — Риа верно подумала, что Рон что-то знает об этом.  — Ты когда-нибудь видела зеркала, которые показывают что-то неправильное?  — «Что-то неправильное»? Не уверена, о чём именно ты говоришь… Я знаю зеркала, которые разговаривают, но показывают неверное изображение? Не могу точно вспомнить.  — Мы нашли одно такое. Я увидел себя постарше и… лучшим учеником школы и с Кубками за разные успехи… В общем, там было множество наград. А Гарри… Гарри увидел своих родителей, — закончил Рон, ещё сильнее сбавляя голос.  — Но ведь… — пробормотала Мэри, позволяя Рону закончить фразу.  — Да, его родители мертвы. Но там, в зеркале, он отчётливо их видит.       Блондинка задумалась, припоминая всё, что помнила про необычные зеркала. Она порылась в памяти, закрывая глаза, и…  — Ну конечно! — её восторженное выражение сменилось испуганным, — скорее всего, это… Это одно из зеркал, что показывают желания… Они бывают разные. Показывают мысли на данный момент, желания самые сокровенные, желания самые невыполнимые…  — Думаю… — подключился Рон, — это показывает самые сокровенные, самые сильные. Я всё-таки надеюсь, что хотя бы моё желание выполнимо, — пояснил он.  — Не важно! — вскинулась вдруг слизеринка, — не важно, кто что видит… Главное, что мы должны уберечь Гарри! Иначе он утонет в этих мечтах. А к хорошему такое не приведёт.  — Он снова пойдёт туда сегодня ночью, — кивнул Рон, а потом, задумавшись, добавил, — и у Гарри есть мантия невидимка… Но в комнате он её точно снимет. Я покажу тебе, где находится зеркало, а ты уж спаси его, ладно? Меня он не слушает и вряд ли будет.

***

      Гарри вновь сидел перед зеркалом, смотря на своих счастливых родителей, сидящих рядом с ним. Он был настолько погружен в мечты, что говорил с отражением, обещая ему вернуться сюда. Он решил, что сегодня останется здесь на всю ночь и никто, и ничто не сможет ему помешать. И ничто ему не мешало, пока…  — Гарри! — послышался рядом знакомый голосок.  — Мэри? — Избранный повернулся, чувствуя, как мороз бежит по коже оттого, что его обнаружили.  — Да, это я, — девочка старательно отводила взгляд от поверхности зеркала, — идём, прошу тебя. Зеркало показывает лишь твои самые сокровенные и сильные желания. А жизнь в мечтах не приведёт ни к чему хорошему, поэтому пойдём, пожалуйста.  — Ты не понимаешь! — горячо возразил Поттер, — я вижу здесь своих родителей! А тебе этого не понять, ведь…  — Ведь у меня есть отец? Но я тоже потеряла своих родителей, как и ты. Разница между нами только в том, что меня мои… — девочка сделала паузу, понимая, что болтает лишнего и будет потом жалеть, но продолжила, — мои родители меня бросили. Папа… Профессор Снейп… нашёл меня замёрзшую, голодную и всю в синяках на улице.  — Но… — Избранный удивлëнно повернулся к Мэриан.  — Я никому никогда не говорила, — расстроенно произнесла девочка, садясь рядом и всё ещё отводя уже слезившиеся глаза от зеркала, — я… Мне казалось, что стыдно рассказывать об этом. Ведь меня бросили, как ненужную вещь… как использованную куклу… Я всегда спрашивала себя, почему? Неужели я была таким плохим ребёнком? Неужели я так им надоела? И… Знаешь, почему я боюсь смотреть туда? — она указала на отражающую поверхность, — я боюсь увидеть их. Я боюсь узнать, что они — моё самое сокровенное желание.  — Я не знал, прости… — расстроенно обнял её Гарри, а девочка грустно улыбнулась, — ты права. Я-я могу чем-то помочь? — получив в ответ лишь покачивание головой, мальчишка, кивнув, протянул руку, — пойдём?  — Ты иди… А я… Хочу посидеть одна недолго. Обещаю, смотреть туда не буду, — улыбнулась ему слизеринка.       Мальчик-Который-Выжил кивнул своим мыслям и ушёл. Вряд ли он собирался возвращаться. Убедившись, что гриффиндорец ушёл, Мэриан перестала сдерживаться и, подтянув колени к себе, заплакала. Слёзы лились сами по себе, и остановить их Мэри никак не могла. Она сидела, не замечая ничего, пока…  — Риа?       Девочка почувствовала тепло с двух сторон. Близнецы Уизли. Кто же ещё мог найти её на каком-то непонятном этаже в непонятном кабинете? Кто ещё мог подойти так тихо, только ради того, чтобы аккуратно усесться рядом и тихонько позвать её по имени? Кто ещё мог заметить её состояние и не испугаться, не запаниковать? Лишь просто приобнять и осторожно спросить:  — Что произошло?       И она рассказала. Потому что они искренне волновались, услышав её плач. Потому что она просто не могла не сказать им. Она рассказала о настоящих родителях, о том, как они её бросили. Она сказала, как боится узнать о них или увидеть их в зеркале. Рассказала, что боится, что брошена из-за своего ужасного поведения. Впав в истерику, она спросила, чем заслужила то, что её бросили.       Она будет говорить о своих страхах встретить их на улице. О жалостливом взгляде папы каждое 31 октября. О боли, засевшей в сердце. Будет говорить о кусочке пустоты в душе. О старом детском решении всегда улыбаться, несмотря ни на что. Чтобы ни случилось — помогать всем вокруг. Чтобы не быть, как родители, чтобы не бросать людей просто так. Она скажет, что хочет полноценную семью… настоящую.       Она поднимет лицо, умытое слезами, и скажет, что хочет извиниться перед папой-Северусом, потому что, несмотря на его заботу, хотела бы узнать свою настоящую семью. Хотела бы иметь полную семью — папу, маму… даже сестру или брата, может быть. И что ей стыдно за то, что она не ценит того, что у неё есть — доброго отца, готового на всё ради неё.       А они лишь тихо обнимут её, не замечая ничего вокруг. Просто обнимут с двух сторон, не издав ни звука. И Мэри почувствует такую поддержку, какую испытывала лишь в детстве, когда Северус учил её магии. Она расплачется ещё сильнее, а мальчишки будут слушать её сиплый голос и держать за руки. Они погладят её по волосам непривычно нешутливым и нежным жестом, и девочка успокоится.       А когда она будет спокойна, ребята поднимутся с пола, отряхнут мантии и протянут ей руки, чтобы проводить до самой гостиной Слизерина. Мэриан, как и близнецы, кинет взгляд на зеркало и, заметив что-то, тут же отвернётся. По пути они расскажут, как разволновались, узнав от Карты, что она зачем-то стоит в какой-то странной комнате. Как побежали её искать и нашли зарёванную.       Они впервые не будут постоянно шутить, понимая всю серьёзность ситуации. Они скажут, что всегда готовы выслушать её и помочь. Что готовы на всё ради своей подруги. Уже у самой гостиной они переглянутся и шутливо попрощаются, вызывая улыбку на лице слизеринки.  — И помни, леди Риа… — начнёт один.  — Твои герои всегда тебе помогут! — закончит второй.       И никто не узнает, что же она увидела там, в зеркале Еиналеж. И что увидели они. Пока что… И никто не увидит снявшего заклятие невидимости директора, который покачает головой, улыбнётся и загадочно произнесёт:  — И я уже им не нужен… Дети сами решают все проблемы…