Камни

      Шёл шестой день ее пребывания в Суне и третий, как Ино проводила его с мужем. Мужем. Звучало до ужаса странно. К этому надо было привыкнуть. Она вообще не предполагала, что кого-нибудь будет звать мужем в свои неполные восемнадцать. Они с Гаарой, кажется, вообще первая пара, которая заключила брак. Хотя по статусу им обоим в целом было не так уж и рано. Но... ками. Они всё равно были слишком молоды для такого. И плевать, что война заставила детство и молодость уйти безвозвратно; к некоторым вещам они были просто не готовы. Она была не готова. К замужеству вот, например. К тому, что придётся делить своё пространство с кем-то, кто не был родителем, родственником или соклановцем - теми, кого она знала с раннего возраста. Муж – особенно из Суны - определенно был чужим, совершенным незнакомцем. И не имело значения, что они воевали на одной стороне – тогда Гаара ей казался кем-то... отдаленным, но кому можно было верить. Союзником. И все же он был одним из многочисленной толпы. А теперь вдруг стал совсем близко, рядом. И он ее волновал.       В целом, она старалась об этом не думать. Но с тех пор, как Казекаге-сама изъявил желание провести вместе три упущенных – по его вине, между прочим, – дня, все ее яманаковское самообладание дало трещину. Несомненно Гаара ее пугал. Не только своим прошлым – хотя, по правде, это было наименьшим из причин – но и той силой, которую излучал. А, и холодностью. Ино на своём веку и за свою не такую уж и длинную жизнь встречалась с разными людьми. И Гаара для неё являлся загадкой. В какой-то момент ей казалось, что он открылся, а уже в следующее мгновенье он был бесконечно далеко.       Им определённо необходимо было больше времени.       За эти неполных три дня наметился явный прогресс в их общении. Гаара все больше использовал самые обычные слова, удаляя из своей речи официоз. Ино так было намного проще; нет, она знала этикет и понятие субординации ей было не чуждо, но если они хотели начать налаживать контакт – излишняя вежливость была просто ненужной. И все же на каждый такой шаг вперёд в их отношениях находилось множество камней, которые приходилось или обходить, или обтачивать.       Вот, к примеру, в какой-то момент девушке стало казаться, что Гаара, на самом деле, не умел общаться с представительницами женского пола. Или умел, но как-то не так. Порой слегка отсутствующее выражение лица ее мужа и его явное игнорирование половины ее слов выводило блондинку из себя. Причём, она-то в целом привыкла, что, например, тот же Шикамару мог прослушать половину её речи мимо ушей, но тут... Ей казалось, что они должны ведь лучше узнать друг друга. В общем-то, так было не всегда, а лишь иногда. Но ее это все равно раздражало. И уже к концу второго дня Ино решила об этом поговорить, чем держать в себе.       — Гаара-сан, вас раздражает моя болтовня? — прямо поинтересовалась блондинка, когда вновь заметила, что ее муж отключился от этой реальности и пропустил ее слова о перестановке мебели в гостиной.       — Что вы имеете в виду, Ино-сан? — парень выглядел искренне непонимающим, что бывшая Яманака стала сомневаться, а правильно ли она поняла его действия, вернее их отсутствие.       — Мне просто кажется, что вам неинтересно то, что я говорю. У вас часто такой отстранённый вид... — осторожно пояснила Ино.       — Отстранённый? — Гаара, кажется, действительно был удивлён ее вопросом. Он немного обдумал ее слова, а потом сказал: — Вполне возможно. Простите. Я... не привык, когда со мной так много говорят не о делах.       Он замолк и вдруг слегка покраснел.       — Это мне напоминает некоторых... куноичи, которые, хм, хотят привлечь мое внимание, постоянно что-то говоря в моем присутствии. Меня это раздражает, если честно. Я научился закрываться от их болтовни, что это теперь вошло в привычку, если кто-то говорит дольше пяти минут. Я даже иногда на собраниях совета так делаю, — несколько смущенно закончил Казекаге.       Ино такого не ожидала. Нет, она, конечно, предполагала, что разговоры, казалось бы, ни о чем могли его нервировать, но чтобы именно по такой причине...       — У вас много фанаток здесь, да? — осведомилась она, сочувствующе глядя на него. За эти дни она смогла усвоить одну истину о своём муже - Гаара не любил излишнее внимание в свою сторону.       — Не сказать, чтобы много... — Казекаге осекся. — Хотя, по правде сказать, я не знаю. Я все чаще стараюсь меньше показываться на людях без надобности. Хотя это несколько мешает...       — В чем именно? — спросила Ино, когда Гаара остановился, явно не уверенный, что стоило продолжать. Она очень обрадовалась, что у них вновь наметился содержательный диалог, даже если тема с пространной болтовней осталась несколько открытой.       — Как вы должны помнить, раньше я был джинчуурики, и не просто носителем Однохвостого, но и безумным кровожадным монстром, — начал Гаара, хотя было видно, что история о прошлом ему не слишком приятна, но пока он сам не остановится, Ино решила не мешать ему рассказывать. — Люди меня боялись... Но Наруто смог изменить меня; показать, что я больше, чем просто джинчуурики и оружие деревни. Он помог мне обрести себя. И я решил, что сделаю все для своей деревни и ее жителей. Так что в первое время, как только меня избрали на пост Казекаге, я довольно часто старался общаться с обычными людьми, не шиноби. Хотя, честно говоря, меня это несколько утомляет до сих пор. Но это помогло мне лучше понять людей, а им – меня. Однако когда некоторые девушки стали... проявлять своё внимание, я – это может показаться глупым – но я стал меньше контактировать с обычными жителями и больше работать. Темари говорит, что я просто прячусь и сбегаю, — усмехнулся он и развёл руками. — Увы, я пока не придумал, как с этим справиться. Куноичи слегка улыбнулась и тронула его за плечо в знак поддержки.       — Думаю, ваш брак мог решить эту проблему, — высказала своё мнение Ино. — По крайней мере, у вас появилось хорошее оправдание в виде вашей жены для нежелательного общения, - усмехнулась девушка.       — Что ж, может быть, вы правы, — легко согласился Гаара. — И вы простите, что я так «отсутствую» при наших разговорах.       — Да все в порядке. Думаю, раз это вас раздражает, то тут ничего не поделать, — пожала плечами Ино, осознав, что ее это действительно больше не задевало. Может быть, потому что она смогла чуть лучше понять своего мужа?       — Вовсе нет. С вами это совсем не так. Меня вы ничуть не раздражаете своими разговорами. Я просто отвык от нормального общения, — Сабаку-но снова улыбнулся уголками губ и, увидев недоверчивый взгляд Ино, добавил уже серьезнее. — Честно.       Они поглядели друг на друга и рассмеялись. Девушка вдруг поняла, что впервые услышала его смех: чуть хрипловатый, негромкий, словно он давно не смеялся открыто, но тем не менее приятный. Это был один из тех разов, когда им удалось преодолеть недопонимание одним из самых мирных способов – простым разговором.       ...Однако в их совместной жизни, и Ино это понимала, были и будут ещё моменты, когда и Казекаге придётся применить с ней все своё терпение и выдержку. Как, к примеру, этим утром, когда Ино заставила его переставить мебель в гостиной по пятому, если не шестому, кругу, потому что каждый раз ей что-то не нравилось. Бывшая Яманака была очень придирчива в мелочах и часто требовала этого от окружающих.       В какой-то момент Гаара не выдержал и наотрез отказался переставлять стол, который, по его мнению, итак стоял идеально. Блондинка вспылила и обиделась, выйдя из дома, громко хлопнув дверью. Немного погодя, походив по округе, она успокоилась и поняла, что все-таки тут была неправа и слегка перегнула палку. Но идти первой на примирение очень не хотелось. И все же не стоило оставлять их первую ссору такой незавершенной.       Вздохнув и настроившись, Ино решила пойти обратно. Она медленно, словно подкрадываясь к зверю, открыла дверь и прошла в гостиную. В какой-то момент девушке показалось, что у нее начались галлюцинации или она попала в гендзюцу. Все было совершенно. И-д-е-а-л-ь-н-о. Так, как она хотела. Диван, кресла, цветы, торшер, телевизор и злополучный стол (!) стояли ровно там, где она их видела при последней перестановке. Гаара сидел с каменным лицом в одном из кресел и читал книгу. Ино медленно подошла и села рядышком на диван. Она не знала, как начать разговор. Наверное, стоило поблагодарить... Когда она уже собралась с мыслями и хотела их озвучить, Казекаге ровно произнес:       — Надеюсь, сейчас вам все нравится? — в его голосе слышались холодные нотки, отчего Ино даже поежилась.       — Да... — блондинка вдохнула побольше воздуха и произнесла на одном дыхании: — Спасибо, Гаара-сан. И... простите за мою вспыльчивость...       Он, отложив книгу, потер переносицу двумя пальцами, устало вздохнув.       — Я, вероятно, тоже был несдержан. Вы были правы в том, что такая расстановка намного удобнее, — сказал шиноби уже более теплым тоном. — И все же я предпочел бы в следующий раз, чтобы мы обошлись без конфликтов.       — Я тоже надеюсь на это, — с облегчением ответила Ино. — Я не люблю ссориться.       — Я тоже, — кивнул он. — Что ж, если мы все решили, то мне, пожалуй, лучше отправиться в Резиденцию. Дела не ждут.       — Да, конечно.       Наступила напряженная тишина, в течение которой Гаара собирался, а Ино, отвернувшись, глядела в окно, обхватив себя руками. Когда Казекаге ушёл, звук хлопка показался ей оглушительным, хотя Сабаку-но едва ли с силой закрыл дверь. И теперь девушке казалось, что невидимая стена, которая итак стояла между ними, немного уплотнилась. Ино была расстроена: на деле Гаара оказался более приятной личностью и хорошим собеседником. Ей было жаль, что некое взаимопонимание, которого они только-только достигли, было нарушено. Было... как-то неприятно, как будто в душе что-то скреблось.       Закусив губу и постояв у окна некоторое время, жена Казекаге все же отвернулась и направился в свою комнату одеваться. Чем страдать от непонятно чего, она решила заняться делом и потому намерена была посетить местный госпиталь.       ...Но в одно мгновенье, идя по дороге, Ино увидела объявление о том, что в одну из теплиц Суны требуется опытный работник, и девушке вдруг показалось, что это шанс заняться тем, что ей нравилось. А в госпиталь она всегда успеет пойти.       Когда Ино пришла по адресу, ее встретил невысокий мужчина, который представился как Ишикава Йоши. Он с радостью ее поприветствовал, а когда узнал, что она была из Конохи и занималась там цветами, так и вовсе расцвел. Оказалось, что Восточная теплица очень нуждалась в новых сотрудниках, а еще лучше в новом руководителе, который бы смог грамотно руководить всеми процессами, разбирался в растениях и имел организаторские способности. Сам Йоши работал на должности специалиста по тепличным технологиям и был профессионал именно в этом направлении. А около полугода назад – как раз когда была война – часть персонала, которая являлась по совместительству шиноби и куноичи, ушла воевать и не вернулась. В их числе был и руководитель Восточной теплицы. За прошедшее время, пока жители восстанавливались, Ишикава не смог найти достойную замену, а сам он, быв назначен на должность главного, с его слов «ни ёкая дранного в этом не смыслил».       Ино Йоши понравился, и она согласилась помочь ему, хотя не была уверена, что стоило сразу идти на место руководителя. Они согласились, что он посмотрит ее работу в ближайший месяц-два, и если та его удовлетворит, то ей не отвертеться. Жена Казекаге и Ишикава вообще быстро нашли общий язык, и уже ближе к обеду с энтузиазмом обсуждали, что можно было доработать, изменить и добавить в теплицу. Ино не ожидала, но ее это так захватило, что все переживания, проблемы и волнения отошли на второй, а то и на третий план. Новое дело полностью ее затянуло, что очнулась жена Казекаге уже ближе к ночи и засобиралась домой, когда поняла, что они с Йоши засиделись допоздна. Тепло распрощавшись и договорившись, что ее рабочий день начнется прямо с завтрашнего дня, они разошлись по домам.       На часах было уже около девяти вечера, когда Ино переступила порог ее нового дома. Стояла неприятная тишина, к которой, впрочем, куноичи за неполную неделю практически привыкла. Спать ей не хотелось, поэтому она решила пойти на крышу. Это место, практически во всей Суне в целом и в доме Казекаге в частности, ей нравилось больше всего. Отсюда были видны звезды, что в стране Ветра сияли особенно ярко и отчетливо. Однако, когда она вышла наружу, оказалось, что побыть одной ей тут не удастся. На крыше уже сидел Казекаге, и взгляд его был направлен в сторону Резиденции. Услышав позади себя шум, он оглянулся. Ино глубоко вздохнула и произнесла:       — Простите, я помешала. Уже ухожу, — и она собралась было спуститься вниз, как ее остановил чуть хрипловатый голос Сабаку-но:       — Постойте, вы мне не помешали. Если хотите, можете присоединиться.       Немного подумав, девушка решила не отказываться и вновь поднялась наверх. Она села неподалеку от Гаары и взглянула на звезды, вдыхая чуть морозный воздух Суны. В пустыне ночи были на редкость неприятно холодными, резко контрастирующими с дневной жарой. Они какое-то время молчали, пока Казекаге не сказал:       — Знаете, я сегодня весь день думал о том, что произошло утром и с трудом сосредотачивался на работе. Со мной такое впервые.       Ино была малость обескуражена его откровением. Почему-то ей казалось, что его утренний инцидент не особо-то и задел. Она не знала, что ответит, а потому молчала. Однако, кажется, Гаара в ответе не нуждался. Он вообще как-то отстраненно смотрел вдаль.       — Я редко когда отвлекаюсь, но сегодня определенно точно не мог сфокусироваться. Мои советники даже поинтересовались, здоров ли я, — проговорил он, и Ино послышались шутливые нотки в его голосе. Она прыснула и невольно взглянула на него. — Мне кажется, что между нами осталась недоговоренность, — вот теперь он точно ожидал от нее какой-то реакции.       — Мне... тоже так кажется. Но я не знаю, что сказать, — честно ответила девушка. — Просто я люблю точность в мелочах и иногда увлекаюсь, — пожала она плечами. — Я постараюсь быть менее резкой.       — Думаю, я могу с этим смириться, — вдруг вполне искренне улыбнулся Гаара. — Для меня это было довольно неожиданно и, признаться, я сначала не понял, почему же вам не нравились предыдущие пять вариантов. Поэтому и не сдержался. Но когда вы ушли, я подумал, что возможно, вы были правы. Попробовал и убедился, что это действительно было так. Так что и вы меня простите. Мне кажется, теперь интерьер в комнатах я буду полностью доверять вам.       Признаться честно, блондинка не ожидала ничего подобного и была почему-то просто счастлива, что они наконец-то смогли полностью разрешить этот вопрос.       — Спасибо большое за доверие! — радостно произнесла Ино. — Я постараюсь в следующий раз быстрее определяться с выбором. А вот за вспыльчивость ничего сказать не могу, — рассмеялась она. — Я довольно эмоциональная.       — Думаю, я это переживу, — сообщил ей Гаара с совершенно бестрастным лицом.       — По-моему, моей эмоциональности хватит на нас двоих, — фыркнула девушка.       — Вероятно, вы правы, — кивнул Казекаге, правда, глаза его излучали веселье.       Они больше не говорили друг другу ни слова, но эта тишина на этот раз была очень даже уютной.