Часть 1, Из лесу в лес

История создана для литературного челленджа форума Fanfictions.fr под названием « Прогуляемся по лесу »(ноябрь 2019) в рамках второго шанса Из лесу в лес Жил-был недалеко от Санкт-Петербурга, посреди Химкинского леса , в холодном ноябре 1867 года, страсть Родиона Романовича к Пульхерии Александровне привела его в этот мрачный лес, где березы, ели, сосны, лиственницы, липы и огромные орешники возвышались, как колонны безмолвного храма, освещенные холодным зимним солнцем. Русский уже несколько часов следовал по следам оленя, следуя его еще свежим следам на заснеженной тропе. Он бежал и бежал, пока не потерял счет времени. Тысячелетние дубы с оголенными ветвями и сучьями возвышались, словно руки, умоляющие ледяные ветры о пощаду, где только Борей безжалостно дул на всех живых существ, заставляя Родиона еще плотнее прижать к телу свой рваный плащ, напоминая ему о его бедности. Не было слышно ни одного птичьего пения. Внезапно остановившись, чтобы поправить шапку, бывший студент оглядел окрестности: дубы и ели, окаймлявшие узкую дорогу, казалось, шептали ему непонятные слова, общаясь на тайном языке, известном только им. Солнечные лучи легко пробивались сквозь ветви, ослепляя сына Пульхерии, когда отражались от девственного, сверкающего снега. Едва он сделал несколько шагов к поляне, как перед его удивленными глазами появились заросли кустарника. Он осторожно, настороженно подошел ближе и коснулся шершавых, переплетенных ветвей, на которых висели несколько заостренных, сухих листьев, гниющих листьев. Северный ветер пронзил его насквозь, на мгновение перехватив дыхание в легких, и казалось, что он кричит ему:  — Мы знаем твой секрет, убийца! Ты заплатишь за это! Он вздрогнул и обернулся, заметив, что деревья смотрят на него, как змея на свою добычу. Он задрожал всем телом, его душа улетела прочь. С расширенными от страха карими глазами тридцатилетний мужчина судорожно оглядывался по сторонам, опасаясь встречи с диким животным, медведем или волком. Но все было тщетно, его преследовало лишь предчувствие, что за ним наблюдают. Нет, это не было предчувствием, его наблюдали, он был в этом уверен. Он шел тихо, прислушиваясь к малейшему подозрительному звуку. Только его шаги, оглушительные, раздавались в окружающей тишине, оставляя следы на нетронутом снегу, знак человеческого присутствия. Он продолжал свой форсированный марш до захода солнца. Уступая место луне и ее блестящему танцу звезд, солнце исчезло за горизонтом, оставив Родиона Романовича в сильном беспокойстве. В ночной полумраке, продолжая пробираться между кустарниками, следуя за ледяным и безмолвным проливом, он наконец заснул, свернувшись калачиком, как кошка, у подножия столетнего дуба. Внезапно, когда он закрыл глаза, чтобы погрузиться в объятия Морфея, перед его взором, в нескольких метрах от него, появилась высокая и элегантная женщина в богато украшенном меховом пальто с подкладкой из соболя, та самая, которая несколько дней назад сообщила ему об исчезновении его матери у мифического Кощея Бессмертного. Бывший студент юридического факультета встал и почтительно поклонился этой благородной женщине с овальным лицом, ангельской и невинной внешностью и большими голубыми глазами. Она поправила шапку, чтобы лучше скрыть свои волосы, светлые как спелое зерно, стряхнула с нее снежинки и мелодичным голосом сказала ему: — Дорогой Родион Романович, вам нужно отправиться за пределы двадцать девятого царства, в тридцатое царство, чтобы найти свою мать! Он вздохнул и сжал кулаки, чувствуя, как кровь закипает в его жилах. — Мадемуазель Мария Дмитриевна Боголепова, вы издеваетесь надо мной? Если моя мать находится в этом лесу в лапах жестокого человека, я бы ее спас, но сказать, что она в лапах Кощея Бессмертного, фольклорного существа... Я отказываюсь в это верить! Вы издеваетесь надо мной, благородная юная дама! С суровым выражением лица, ледяным взглядом и напряженными чертами лица, она ответила с горечью, махнув белой правой рукой в перчатке, на которой не было обручального кольца:  — Родион Романович, приходите к моей матери, она подскажет вам, как лучше всего добраться до этого королевства! … Она подняла глаза к небу, анализируя облака. — … Ее дом недалеко, всего в нескольких километрах от этого дуба. Продолжайте идти! И возьмите этот платок… Она дала ему маленький квадратный платок из хлопка и льна, вышитый золотыми, серебряными и изумрудными нитями, образующими потрясающие цветочные и геометрические узоры, которых бывший студент до сих пор никогда не видел. — ... Он приведет вас к дому моей матери, он будет вашим компасом и защитником! Родион Романович принял подарок, взял его и спрятал во внутренний карман пальто, несмотря на недоверие, которое читалось на его лице, почесывая подбородок. Мария вздохнула и ответила, опустив веки:  — Родия, я только хочу помочь вам, чтобы вы смогли найти свою мать, не заплатив за это ценой гнева похитителя! Он очень коварный! Не недооценивайте его! И она удалилась легким шагом, едва касаясь земли, не оставляя за собой следов. Родион был очарован этой такой умной и очаровательной молодой женщиной. — Подождите, благородная дама! Почему вы хотите мне помочь? Загадочно улыбнувшись, белоснежная молодая дама полуоборотилась и прошептала ему, мечтательно улыбаясь:  — Испытание, мой друг! Чтобы доказать свою ценность... И чтобы жениться, завоевать мою руку! Она удалилась, Мария Премудрая, из поля зрения задумчивого Родиона, и превратилась в грациозную птицу, голубку с блестящим оперением, летящую над головой русского, чтобы следить за ним. Тот заснул под звездным небом, не переставая думать о красоте Марии, столь прекрасной, что никакие перья не могли ее описать, никакие слова не могли ее охарактеризовать. На следующее утро Родион Романович продолжил свой форсированный марш под покровом леса, окутанного религиозной тишиной. Внезапно из далеких, непостижимых высот раздался звук, человеческий, животный и первобытный крик. Он прозвучал мощно, усилившись эхом. Студент инстинктивно поднял голову к небу и приблизился к правой стороне, откуда доносился крик. Он заметил грациозную горлицу с раненым правым крылом, оставлявшую алые жемчужины на своих девственных перьях и на снегу, окрашивая землю в красный цвет. Ее взгляд был человеческим, и она прошептала несколько проклятий на старославянском языке, прежде чем умолять Родиона Романовича:  — Родя, мой дорогой, не убивай меня, не лишай меня жизни! Я Мария Дмитриевна! Не веря своим глазам и колеблясь в течение доли секунды, обращенный к нему человек протянул руки к птице и согрел ее у своего тела, очистив ее рану. Остыв и придя в себя, крылатое существо превратилось в грациозную русскую девушку, которую знал Родион. Потерев глаза от недоверия и по-прежнему очарованный грацией молодой женщины, он спросил ее, невольно испытывая благоговейный страх и опустив темные веки:  — Мария Дмитриевна, вы более загадочны, чем я думал! Как вам удается менять форму? Кто вас ранил, моя дорогая и милая подруга? — Андрей охотник! — Андрей Фёдорович? Один из охотников двора? Она кивнула, а затем взорвалась, сжав кулаки, побелев в суставах, ее глаза заблестели, закружив вокруг нее огромный вихрь из снежных дюн. Ветви деревьев согнулись под силой волшебницы, а затем вернулись в исходное положение, невозмутимые, гордо возвышаясь к небу. — Да, этот идиот! Бывший студент достал импровизированную повязку и дрожащими, неуверенными руками начал обрабатывать рану Марии. После нескольких минут молчания тридцатилетний мужчина громким голосом спросил:  — И как этот платок должен мне помочь? — Просто, — ответила она, грациозно садясь рядом с ним, — возьмите его в руки, и вы почувствуете желание пойти в определенном направлении, которое является правильным путем! ... Она перевела взгляд с Родиона на кусок волшебной ткани, обдумывая его вопросы. — … Кроме того, платок может защитить вас и дать вам способность быть невидимым для всех, включая меня. Не пренебрегайте этим в случае опасности, но будьте осторожны, чтобы не злоупотреблять этим! Родион Романович, озадаченный, кивнул и пробормотал невнятное спасибо, прежде чем встать. — Мария Дмитриевна, не хотите ли пойти со мной? Я не могу оставить вас одну и раненную в диком лесу! Покачав головой, она прошептала:  — Я ухожу, мне нужно идти!  Она удалилась грациозной походкой, а затем приняла форму животного и поднялась в эфирные высоты. Родион Романович, держа в правой руке платок, последовал в направлении, указанном ему углом волшебного предмета, который оказывал непреодолимое притяжение к северу.  Он шел и шел несколько дней и ночей, питаясь белками и дятлами, время от времени поднимая крик, прежде чем насадить их на вертел для приготовления. Между каждым кусочком, особенно когда в лесу сгущались сумерки, он, глядя на пламя, которое стало гореть ярче, чем раньше, слышал смутный шепот деревьев, которые, казалось, говорили ему:  — Убийца, ты убил Альону и Елизавету Ивановну! Твой окровавленный топор никогда не будет очищен! Однажды тебя обнаружат! Мы знаем все! Обернувшись, дрожащими руками он прижал к себе импровизированную охотничью сеть, вглядываясь в окружающую обстановку, но видя только белые жемчужины, падающие и изящно танцующие. Напрасно, никто не вышел ему навстречу. Он почти не спал всю ночь. И однажды вечером, в нарастающей полутьме, раздался крик:  — Замолчите, сплетницы! - прозвучал кристально чистый голос за спиной Родиона Романовича. - Я хорошо знаю, что в округе пахнет русской плотью! Ваши пустые разговоры раздражают меня. Обернувшись, чтобы разглядеть загадочный голос, он столкнулся лицом к лицу с женщиной, лицо которой было еще молодым, несмотря на несколько морщин вокруг рта и глаз, выдававших ее возраст, элегантной и величественной в своем широком разноцветном и богато украшенном кафтане. Ее широкое платье было богато украшено традиционными узорами. Ее ноги, скрытые длинным платьем, не касались земли, придавая ее облику и присутствию нереальный вид. Женщина за сорок поправила изумрудную вуаль, чтобы лучше скрыть свои седые волосы, и спустилась, слегка коснувшись снега своими сапогами. Она пристально посмотрела студенту в глаза. Ее сине-серые глаза блестели от ума и головокружительной хитрости. Ведьма прошептала заклинание на древнем славянском языке. Дубы, орешники и сосны молчали, как будто их заставила замолчать сверхъестественная сила. — Вы разговариваете с деревьями? — удивился он, услышав непонятные слова. — Да, да, действительно! — ответила она с выражением скуки на лице. Я всегда обладала этой способностью! ... Ее взгляд остановился на кармане мужчины, из которого немного торчал платок Марии. В ее старых глазах зажглось любопытство. — ... Могу я, молодой человек, спросить, от кого у вас этот платок? Могу я посмотреть на него поближе? Она сделала жест правой рукой, украшенной драгоценностями, в сторону кармана. Тридцатилетний мужчина вынул волшебную ткань и показал ее женщине средних лет. — Это платок моей дочери, Маши! ... Мария Дмитриевна! — воскликнула она, восхищенная и изумленная. — Так вы и есть тот самый знаменитый Родион Романович Раскольников, которого я ласково прозвала молодым тройным Р и о котором моя дорогая и милая дочь не перестает говорить мне в хорошем! Так вы мой потенциальный зять! Идите, идите ко мне домой! Я вам помогу! Я должна объяснить вам ситуацию! Дуэт шел еще несколько часов, прежде чем подошел к избе, поставленной на столбах, которые представляли собой куриные лапки, обтянутые деревянными досками, и вращались вокруг своей оси как волчок. Вокруг избы простирался огромный зеленый сад, контрастирующий с белизной зимнего леса, который открылся взору ошеломленного Родиона. — Вы Баба-Яга? — прошептал он, не уверенный. — Я не такая старая, молодой человек! — обиделась она, скрестив руки под грудью. — За то, что обидел меня, ты должен остановить вращение моего дома! — Хорошо! И мать Марии открыла ограду, разделявшую два мира. Войдя внутрь, он был поражен уютностью этого места, и сладкий запах земли наполнил ноздри Родиона. Он тщательно осмотрел сад. Сад был богат на медуницы, ландыши, примулы, грибы, клюкву, бруснику, чернику, малину и отличался удивительным ботаническим разнообразием. Не говоря уже о мягком зефире, приносившем прохладу в сад, и щебетании синиц, словно гимне природе, сопровождавшем двух пришельцев. В нескольких метрах от дома бывший студент воскликнул во весь голос:  — Изба! Маленькая изба! Отвернись спиной к лесу, к северу, и повернись ко мне, к югу! Не сопротивляйся, прими свою хозяйку и ее гостя! Ножки перестали вращаться и замерли, развеяв несколько сердцевидных листьев с дерева, и открыв лестницу, ведущую к двери. Баба Яга и Родион Романович вошли и съели борщ. Комната была небольшая, достаточная для семьи из двух детей и двух взрослых, со стенами из бревен, печью в правом углу, которая сохраняла тепло, и окном, выходящим на юг, что придавало дому немного уюта и теплоты. Стол, столь же простой, был накрыт белой скатертью, вышитой традиционными узорами золотом, на нем стояла ваза с элегантными белыми розами и стаканы с водой. Посередине стола красовались хлеб и соль.  После обеда мать Марии сообщила ей:  — Я слышала от этих сплетниц-деревьев, что Бессмертный Кощей очень рассержен вашим недавним поведением... Дрожа, несмотря на жару, он тихо прошептал:  — Неужели это то невыразимое... деяние... по отношению к Альоне и Елизавете Ивановне? — Именно так, — подтвердила она, опустошая чашку с зеленым чаем. Но вы ничего не знаете об Альоне...  В темных глазах ее гостя мелькнуло любопытство, но он не стал смотреть на собеседницу. — Она не дочь Ивана Петровича, а дочь Бессмертного Кощея... Последний ненавидит вас за то, что вы положили конец жизни его дочери... — Как? — побледнел он. — Магически созданную дочь, которую он подарил Ивану Петровичу и его жене, долгое время не имевшим детей. Для него она — его дочь... Отомстив самым лучшим образом, он похитил вашу мать Пульхерию Александровну, чтобы сделать ее своей женой! — И где удерживают мою мать против ее воли? — вспыхнул он, глаза его зажглись огнем. — В главном доме старого волшебника за двадцать девятым королевством, в тридцатом королевстве! Но не идите туда с пустыми руками! Его прозвище ему очень подходит, поскольку его смерть находится на конце иглы, игла находится на дне яйца, яйцо — в клюве утки, утка — в желудке зайца, а заяц — в сундуке, расположенном на вершине огромного дуба на острове посреди бездонной воды. Вы должны доказать свою ценность, молодой человек! — И как мне добраться до этого места? — вздохнул он, глядя на свою пустую чашку чая. — Я дам вам свою лошадь серо-коричневого окраса, Сивко-Бурко. Она волшебная, предупреждаю вас! И она отвезет вас в эти места, как на Остров, так и в Тридевятое царство! Также будьте осторожны с зачарованной башней! Она встала, ища свою серебряную тарелку, идеальный предмет для гадания, и пробормотала заклинание. На поверхности тарелки, как мираж посреди пустыни, появился дом колдуна. — Тройной Р, запомните это место! Родион Романович с удивлением осмотрел это место. Огромный каменный замок со средневековыми башнями, окруженный гигантскими тисами и соснами, излучал мрачную и пугающую печаль и одиночество. — … Не входите в башню слева от вас, она хранит мрачные секреты, о которых лучше не знать… Она посмотрела на него, прежде чем продолжить протяжным тоном:  — … Но у меня есть предчувствие, что он переехал в дачу, свой загородный дом, летнюю резиденцию, которая больше похожа на второй замок. Он находится посреди леса в двадцать седьмом королевстве… в самом северном углу… Сады его главной резиденции давно не ухаживают, а его садовник отсутствует... Бывший студент юридического факультета отвлек взгляд от магического предмета, чтобы посмотреть на нее, слегка приоткрыв рот в удивлении и немного недоверчиво относясь к знаниям и словам своей собеседницы. — ... Лучше сразитесь с Кощеем лично, прежде чем освобождать свою мать, поскольку вам придётся снять заклятие с Пульхерии Александровны... Прежде чем расстаться со мной, я дам вам совет: не пренебрегайте ни одним союзником... Каким бы необычным он вам ни казался! Удачи! — Спасибо, Яга! — Если вам удастся победить его и уничтожить его логово, я отдам вам руку своей дочери Марии! Они встали и подошли к двери. И Яга свистнула, напевая:  — Сивко-Бурко, гнедой конь, волшебный конь, приезжай сейчас же! Ударь своими громовыми копытами по земле! Снаружи простого дома раздался рев, подобный раскату грома, земля сотрясалась от каждого удара копыт, в окне появился свет, из ноздрей четвероногого валил дым, а из глаз брызгали пламенные искры. Животное было украшено золотой и серебряной уздечкой, а также удилами из тех же металлов. Молодой человек, несколько испуганный, внимательно осмотрел его со всех сторон. Его сердце замерло, конечности нервно задрожали, несмотря на его волю, ведь он никогда не учился ездить верхом на лошади, а тем более на таком сказочном животном. Баба-Яга улыбнулась ему и пробормотала:  — Доверьтесь себе, молодой человек! Все зависит от вашей убежденности в том, что вы выполните свою миссию! Ваша сила, хитрость и ум будут вашими ценными союзниками! Родион Романович кивнул рукой и взял уздечку в руки, пристегнув к поясу маленький кинжал в золотых ножнах, подаренный ему хозяйкой.  — Разве не должен каждый человек иметь какое-то место, куда он может пойти? — пробормотал он тихо. — Ведь бывают моменты, когда нужно обязательно куда-то пойти куда угодно! Он сел на животное. Оно помчалось быстро, как свет, унося своего всадника в небеса. Тот быстро почувствовал головокружение. Прошло несколько часов, несколько дней, несколько ночей, прежде чем Родион Романович прибыл в двадцать седьмое царство. Он отпрягал бедную лошадь и приводил ее к ближайшему источнику, оглядывая странный лес из хвойных деревьев, буков и дубов, где царила тяжелая атмосфера, а растения, казалось, следили за ним. Узкая грунтовая тропа змеилась между густой растительностью. Верхом на своем верном скакуне, он чувствовал, как запах абиетина становился все более удушливым, пока не выехал на поляну. Там раненая зайца, волоча заднюю лапу, с трудом передвигалась. Животное умоляло его:  — Молодой человек, пощади меня! Не убивай меня! Вылечи меня, и я помогу тебе! Колеблясь, Родион Романович, подняв нож, перевел взгляд с зайца на своего скакуна. Тот заступился за зайца:  — Родион Романович, — воскликнул он мощным голосом, — не игнорируй совет Яги! Союзники могут быть самыми необычными. Проявление милосердия может оказаться для тебя ценным в будущем! Имей уши, чтобы слышать, и сердце, чтобы чувствовать и лучше оценивать ситуацию! И бывший студент пощадил зайца, внимательно вылечил его и продолжил свой путь. Он шел так несколько дней под палящим солнцем, которое пронзало лес. Родион Романович питался фруктами и маленькими лесными ягодами, а также орехами и оленями, которых он иногда охотился с помощью своего кинжала и импровизированных ловушек. Однажды он встретил утку. Та умоляла его спасти ее. Тридцатилетний мужчина согласился на ее просьбу.  После нескольких дней форсированного марша и ночи под открытым небом Родион наконец вышел на поляну, где возвышался огромный величественный дуб, словно король посреди своего двора, затеняя буки, боярышники и орешники на несколько километров вокруг. — Неужели это тот самый знаменитый дуб? — радостно воскликнул русский, остановившись у подножия многовекового дерева. — Да, это тот дуб! — спокойно подтвердил его конь. Бегая вокруг дерева, он с тревогой смотрел своими темными глазами и тихо напевал:  — Смерть похитителя моей матери находится на конце иглы, игла — на дне яйца, яйцо — в клюве утки, утка — в желудке зайца, а заяц — в сундуке, расположенном на вершине огромного дуба... Это тот самый дуб, без сомнения! Он прочистил горло и громко спросил Сивко-Бурко:  — … Иначе как найти этот сундук? Как мне взобраться на верхушку, чтобы добраться до сундука?  В ответ последовала тишина. Человек начал ходить по комнате, обдумывая свою ситуацию, а затем воскликнул:  — Сила русских еще не угасла: русские не сдаются! Давай, Сивко-Бурко, нужно встретить опасность лицом к лицу! Нет ничего невозможного! Невозможное — не человеческое! Он вскочил на четвероногого и поднялся по ветвям на верхушку дерева. Увидев в гнезде золотой сундук, украшенный изумрудами, лазуритом, рубинами, серебром, бриллиантами, сапфирами и нефритами, Родион Романович подошел к нему и осторожно взял его, удивленный тем, что он такой тяжелый. Они быстро спустились на землю.  Бывший студент осторожно открыл сундук, и раздался скрип петель. Из сундука выскочила огромная белый заяц. Он ловко выпрыгнула наружу и побежала по тропе. Сивко-Бурко и его всадник следовали за ней, как могли, но потеряли ее след, когда она спряталась в норе. Вдруг заяц, которого пощадил Родион Романович, появился рядом с гигантским четвероногим и пискнул:  — Позвольте мне помочь вам! Вы спасли мне жизнь, я вам обязан! И он побежал к норе, преследуя зайца. После безумной погони заяц из сундука лежал с разорванным животом, запачкав свою шерсть. Из раны вылетела утка и улетела. Родион, все еще сидя на лошади, погнался за ней, но быстро потерял из виду. Утка, которую он спас, закряхтела: — Молодой человек, вы помогли мне, я вам обязана, так что позвольте мне преследовать его! Русский кивнул и вернулся на землю, ожидая птицу. Та вступила в схватку со своим собратом. После ожесточенной борьбы, в которой на землю упало несколько перьев, похожих на ощипанных кур, утка из сундука погибла, уронив яйцо, которое верный союзник Родиона принес обратно. Тридцатилетний мужчина тепло поблагодарил крылатое существо и осмотрелся: зеленые заросли оставляли узкий проход по утрамбованной земле, ведущий вглубь леса. Он вздохнул и заметил:  — Как найти дачу этого чудовища? Куда идти, теперь, когда я держу в руках его смерть? — Платок, — вежливо подсказал ему его спутник, ржущий. Слегка ударив себя рукой по лбу, он воскликнул:  — Но Сивко, ты прав! Это очевидно! Он спрятал яйцо в карман, стараясь не разбить его, и достал волшебный платок, поворачивая его по сторонам, чтобы определить направление. И юго-восток был тем направлением, в котором нужно было идти. — Сивко, этот платок лучше компаса и карты! Поехали на юго-восток, мой верный друг! Он сел на лошадь, и та поднялась в воздух, следуя указаниям всадника, который крепко держал волшебную ткань Марии. После нескольких часов, дней и ночей путешествия, пересекая множество полей, земель, лесов, морей и океанов, Родион Романович наконец прибыл в двадцать седьмое королевство, недалеко от дачи Бессмертного Кощея. Он слез с лошади и вгляделся в горизонт. Хвойные деревья — лиственницы, сосны, ели, пихты, тисы, туи и кипарисы — несмотря на свою темную зелень и несколько кустарников с фруктами и сезонными растениями, заполняли его поле зрения и выглядели не очень гостеприимно. С каменной тропы поднимался туман, усугубляя таинственную гнетущую тишину леса, где ни легкий ветерок, ни пение птиц не нарушали тяжелую атмосферу, словно лес был застывшим под действием заклятия. — Этот лес, название которого я не знаю, даже более тревожен, чем лес Химки! Мы, несомненно, близки к логову похитителя! Но как проникнуть туда, избегая ловушек? — Летим, молодой человек! Воздушные пути свободны! Дуэт полетел к воротам дачи. Это был огромный деревянный дом с двумя башнями. Занавешенные окна не внушали доверия Родиону Романовичу, который смотрел то на дорожку, то на ворота, не решаясь пересечь расстояние. Он нервно играл своим кинжалом. Собравшись с духом, он остановился перед дверью, прежде чем осторожно открыть ее, испуганный мыслью встретить разгневанного отца своей жертвы. Он потел крупными каплями, но взял себя в руки, насторожив все чувства. Из приоткрытой двери донесся монотонный голос. Раздался могильный голос: — И усталость вонзает / Свой нож в мои почки / И я делаю того, / Кто является ее повелителем / Меня где-то ждут / Как ждут короля / Но меня не ждут / Я знаю уже давно / Что мы умираем от случая / Ускоряя шаг — Будьте осторожны, молодой человек, — прошептал ему Сикво-Бурко, — он накладывает на вас заклятие! Заткните уши, чтобы больше не слышать злых слов! Коварная усталость овладела костями Родиона Романовича, и он последовал совету, закрыв уши платочком Марии. Этот жест казался ему настолько трудным, что он придержал дверь, чтобы дать себе несколько секунд отдыха. Глубоко вдохнув, он распахнул дверь, твердо решив противостоять таинственному Кощею Бессмертному.  Посреди большого зала с деревянными стенами, покрытыми позолотой, его ждал сорокалетний мужчина с величественной осанкой, сидящий на гигантском золотом троне, инкрустированном изумрудами, рубинами и яшмой. В углу зала гостей ждал богато украшенный арабесками стол с позолотой и столь же роскошными стульями. На столе, рядом с вазой, наполненной красными розами, аккуратно были расставлены тарелки и бокалы. Тонкое круглое лицо, несмотря на несколько морщин в уголках глаз, излучало высокомерную уверенность. Он барабанил тонкими костлявыми пальцами по подлокотнику, улыбаясь хищно и глядя на серебряную тарелку, на которой рядом с вазой лежало золотое яблоко.  — Родион Романович, — обратился он к нему! Вам интересно узнать, что стало с вашей матерью? Задержанный закрыл дверь, войдя внутрь, снял платок с ушей и сжал кулаки, чтобы колдун не заметил дрожи в его руках. Он вытащил кинжал, сжав правую руку вокруг рукояти, и крикнул:  — Да, я очень заинтересован в том, чтобы увидеть свою мать, которую вы держите в плену! Улыбка превратилась в тонкую линию, глаза колдуна засияли особым, нечеловеческим блеском, и он запел проклятие:  — Надо мною тишина, / Небо, полное огня. / Свет проходит сквозь меня, / И я свободен вновь. Небо внезапно потемнело, воздух стал тяжелым, как перед грозой. Молния ударила в нескольких шагах от Родиона Романовича. — Молчи, демон!  Колдун поднялся со своего места и полетел к сыну Пульхерии Александровны, махая ему своими костлявыми руками. Слишком широкие рукава его рубашки делали его еще более худым, чем раньше.  — Ты, убийца моей дочери, — холодно заявил он, — не будешь диктовать мне, как мне поступать! Тридцатилетний мужчина задрожал, несмотря на себя. Ошеломленный огненным взглядом своего противника, он отвернулся от него, засунул руку в карман и потрогал яйцо, скрывающее его смертность. Между ними воцарилась тишина, прежде чем бывший студент заговорил. — И что? Почему я должен бояться тебя, мерзкое существо? Я избавил мир от такого чудовища, как твоя дочь! Его взгляд стал ледяным, Кощей горько прошептал:  — Ты будешь мучительно сожалеть о своем поступке! … Он сделал движение левой рукой в сторону серебряного блюда, напевая песню на славянском языке. На поверхности яблока и блюда появилось туманное изображение матери Родиона Романовича.  — … Она пленница в главной башне, ее охраняет Змей Горыныч! Кровь молодого человека забурлила в жилах. Он вытащил яйцо из кармана и воскликнул:  — Если вы думаете, что можете мне угрожать, то вы ошибаетесь! В моих руках ваша смерть! Он перебрасывал яйцо из одной руки в другую. При каждом движении Кощей качался из стороны в сторону, совершенно беспомощный. Он кипел от ярости, его лицо покраснело, руки сжались в кулаки, он бормотал какие-то проклятия. Бывший студент разбил яйцо, взял иглу в руку и торжествующе заявил:  — Мне остается только убить тебя, мерзкое существо! Колдун издал пронзительный крик, как раненая сова, но Родион Романович не отвлекся и резким движением сломал иглу пополам. И так Кощей лежал мёртвый у его ног, развеяв чары дачи и рассеяв туман. Взгляд бывшего студента блуждал между сломанной иглой и трупом, несколько сбитый с толку тем, что колдун был так легко побежден, ошеломлен. Вернувшись на улицу, шатаясь, тридцатилетний мужчина задумался, как лучше всего освободить свою мать из лап Змея Горыныча. Он достал платок Марии из кармана кафтана, оседлал Сивка-Бурка и подошел к главной башне. Крылатая змея великан с чешуей красной, как рубин, и тремя головами на мгновение заслонила солнце, а затем изрыгнула адским огнем в сторону вновь прибывших, но промахнулась. Сивко-Бурко ловко опустил своего всадника на камни, служивших плитами башни, а затем поднялся в воздух, вызывая дракона на дуэль. Родион Романович вытащил кинжал и отсек голову, ближайшую к его положению. Из этой головы выросли две другие. Взгляд мужчины пронзила тень тревоги, он не был уверен, что делать дальше. Он побежал к двери, за которой была заключена его мать.  Внезапно Змей приземлился на каменный пол башни перед дверью, превратившись в молодого человека, немного старше Родиона Романовича, с раной на правом плече, с горящими от гнева глазами и дышащим огнем из ноздрей, одетого в широкую древнюю одежду с традиционными славянскими узорами. Сын Пульхерии Александровны отступил на несколько шагов, сердце его колотилось, когда Змей на его глазах мгновенно принял животное обличье и изрыгал огонь. Родион Романович отрубил левую голову, но на ее месте выросли другие. В панике, с потными ладонями, бывший студент отступил, сбежав по лестнице, спасаясь от разгорающегося огня. Севко-Бурко прилетел ему на помощь и унес в воздух, позволив ему отбросить кинжал и приблизиться к чудовищу, снова превратившемуся в дракона. Надев на голову платок, чтобы стать невидимым, он одним точным ударом отрубил ему все головы. Монстр упал замертво. Родион Романович быстро потушил огонь, которому помогали служанки Кощея, жившие в доме. Он открыл дверь, прикрыв голову волшебным платком, опасаясь того, что находилось по ту сторону. Войдя в узкую, темную и маленькую каменную комнату, где единственным окном служила щель, слабо освещавшая внутреннее пространство, он заметил темную женскую фигуру, сжавшуюся на полу. Только регулярное поднимание ее груди и слабый плач свидетельствовали о том, что она принадлежит к миру живых. Родион Романович, тронутый в душе, вынул платок и спокойно сказал:  — Мать, твой сын освободил тебя из лап злого колдуна Кощея Бессмертного! Он мертв! Темная фигура выпрямилась, вытерев слезы, и ответила знакомым голосом, несмотря на явное дрожание: — Родя, мой ребенок! … Как … ты … добрался до … меня?  Она вышла из тени и подошла к тридцатилетнему мужчине. Тот, широко открыв дверь, без труда узнал свою мать, только гораздо более худую, чем в его воспоминаниях, с изможденным лицом и костлявыми руками, плавающими в бежевом платье. Мать и сын крепко обнялись, радуясь этой неожиданной встрече, плача от радости в течение нескольких минут, давая волю слезам. Дуэт вышел из зловещей башни и подошел к мифическому коню, который ждал их. Родион Романович осмотрел окрестности и заметил, что лес стал более приятным и гостеприимным, чем при его прибытии: птицы пели гимны жизни, деревья шептали слова нежного зефира, олени мирно паслись в тени хвойных деревьев, а яркое солнце обнимало всех живых существ, распространяя свое мягкое тепло, вселяя доверие и дружелюбие. Чтобы вернуться к Бабе-Яге в лес Химки, потребовалось несколько ночей и дней. Мать и сын пришли пешком к маленькому саду, пересекая множество тропинок, где их ждала мать Марии. С широкой улыбкой на лице она воскликнула:  — Зять, ты доказал свою ценность, проделав все свои странствия с помощью моей серебряной тарелки! Я отдаю вам руку своей дочери! Вы ее заслужили! Пульхерия Александровна, с удивлением в глазах, повернулась к сыну. — Родя, ты женишься? Почему ты мне не сказал? Ты наконец нашел себе жену! Мне очень любопытно с ней познакомиться! — И, прошептала Баба Яга, молодой человек, у вас никогда не будет финансовых проблем! Доверьтесь своему уму! — Так вы мать Родиона Романовича, — мелодичным голосом произнесла за спиной Раскольниковых женщина, которую тридцатилетний мужчина узнал бы из тысячи, — Мария Дмитриевна. Обернувшись, Родион Романович невольно покраснел и обнял молодую женщину, радуясь, что он все еще жив после всех испытаний. И все трое вошли в избу, где их встретила мать Марии. Родион и его мать пробыли там несколько дней, а затем вернулись в Санкт-Петербург. Накануне отъезда Раскольниковых Родион Романович спросил с тревожным взглядом:  — Мария Дмитриевна, не согласитесь ли вы пойти за меня замуж и стать моей законной женой? … Он сделал несколько шагов к ней и прошептал:  — … Но, дорогая моя, я мучаюсь из-за своего поступка… Что делать? Я не могу спать! Она положила свою белую правую руку на руку Родиона, улыбаясь ему, с блестящими глазами. — Я буду вашей женой. Я пойду за вами, куда бы вы ни пошли… Она понизила голос. — … И не беспокойся об Альоне и Елизавете Ивановне… Мы уедем из Санкт-Петербурга и переедем в Богородск… И я наложу на жителей заклятие забвения… Никто больше не будет помнить о существовании дочери Бессмертного Кощея. Он обнял свою возлюбленную, и его глаза засияли радостью, которая озарила его суровое лицо. Супруги и Пульхерия Александровна сели на белого коня, оставив хозяйке квартиры деньги, необходимые для оплаты аренды, и отвезли мать в ее город. Пара же быстро покинула это место и отправилась в Богородск. Там Родион Романович женился по традиции, закончил юридический факультет и с помощью своей изобретательной жены стал известным во всем регионе адвокатом. Он жил счастливо, имел много детей и внуков, наслаждался материальным и интеллектуальным процветанием.