Душа

      Прошло время. Откровенно говоря, ничего не менялось, с Марией никто не взаимодействовал, не считая кормёжку и выпускание в туалет, когда она стучала. Экипаж был занят своими делами, да и откровенно говоря, им было нечего с ней делать. Никакой возможности следить за временем не было, не говоря уже о том, что время субъективно, и, возможно, Солнце взорвалось, ещё в первый день, когда она проснулась. О да, философия стала её новым хобби, "занятие бездельников", как говорила Аня. Так или иначе, по ощущениям Марии прошло несколько недель, не больше, и давно стало понятно, что резать они её не планируют, по крайней мере не на корабле. Остаётся только ждать своей участи, спать, есть и напевать песни в туалете. Душа тут, кстати, нет, и как сообщить муравьям о человеческой необходимости каждый день себя мочить, а потом сушить - непонятно, та же ситуация с одеждой. Они же сами, вроде, не голые ходят, почему не могут догадаться??? Неважно, Мария забила хер, и на вонь и на скуку и на свою наготу, теперь она даже не пыталась прикрыться, всё равно никому не интересно. Она даже почти не плакала. Если не задумываться о, как оказалось, не такой уж и плохой, прошлой жизни, можно притвориться, что причин для сожалений и нет.       Она лежала в своём, уже родном, кубе, положив руки под голову, и ногу на ногу, смотрела в потолок, размышляла о том, где бы она была сейчас, если бы в тот самый день решила поплакать в ванной, а не на грёбаном пшеничном поле. Был бы кто-то здесь вместо неё? Был бы это человек? Мария так-то неплохо справляется с ситуацией, может даже хорошо, что их всех людей именно она здесь? Хотя, а если бы они похитили чью-нибудь корову, например? Инопланетяне же всегда коров похищают? Но молочных коров необходимо доить каждый день, иначе вымя болеть будет, Мария в деревне полжизни прожила, она знает. Короче, корова тоже долго бы не протянула.Мария усмехнулась своим мыслям и тому факту, что она неосознанно уговаривает себя, что "всё что ни делается - всё к лучшему".        К кубу подошёл маленький муравей и постучал по полу. Он предлагает ей выйти? Конечно, почему нет. Мария привстала и протянула к нему руку, но куб был закрыт. Тогда она постучала по полу перед собой, и муравей вытащил её из куба за руку. Было любопытно зачем он её позвал, но ответ просто лишил её дара речи.       ...Туалет? Мария вопросительно посмотрела на муравейчика, но тот только постучал по стенке, намекая ей побыстрее закончить с делами. Немного недоумевающе, Мария всё же послушалась, и только обратив внимание на иллюминатор, в которые давным-давно не заглядывала из-за удручающе одинакового пейзажа, девушка заметила, что корабль близится к пыльно-малиновой планете. Она сглотнула комок в горле, снова чувствуя тревогу.       Вернувшись в куб она не могла успокоиться, нервно смотря то на экипаж, то на приближающуюся планету. Момент посадки она угадала, когда муравьи, раньше не отходившие от панели управления, разбрелись. Один из них подошёл к заключённой, этот муравей был высокий и статный, раньше он не интересовался человеком и только стоял за панелью. Именно он был тем, кто нагло её рассматривал в первые минуты пребывания на корабле, но Мария его не узнала. Капитан, как решила для себя девушка, взялся рукой за грань куба, уменьшая его до первоначальных, не очень удобных размеров, громко протрещал что-то другим и удалился. Через минуту другой муравей торопливо подбежал с фруктами, закинул их в клетку, не заботясь о том, как и куда они попали, и так же торопливо убежал прочь. Всеобщая суета Марии не нравилась, как и ударившие по голове фрукты, ей всё больше казалось, что близится что-то плохое.       Минутное затишье, и за ней зашли уже знакомые маленький и крупный муравьи. Они что-то сделали с кубом, и теперь он не пускал ничего и внутрь, Мария поняла это, когда крупный муравей поднял куб, держа его лапами за стенку. Её уносили с привычного места, сердце билось быстрее от страха и волнения. Нора в полу открылась, опустившись лестницей до поверхности планеты. Мария пытливо разглядывала пейзаж, он казался ей футуристичным и интересным, даже не смотря на нарастающую тревогу. Планета напоминала Марс: пыльный и пустынный, с высоты лестницы Мария не заметила ни единого водоёма. Следующее что она увидела - было небо. Чёрное, покрытое слабо различимыми звёздами, никаких облаков. По сравнению с небом, пыльно-малиновая планета словно светилась сама по себе, потому что оставалась освященной не смотря на то, что никакого местного солнца девушка не заметила. Что на счёт кислорода? Она не задыхается, возможно муравьи скопировали атмосферу Земли в этот куб. Ну, проблемы надо решать по мере их возникновения, да?       Место где они высадились не выглядело как город, колония или хотя бы поселение, оно больше смахивало на огромный городской рынок, где инопланетные старушки продают шестиногие джинсы, которые надо мерить на инопланетной картонке. Было очевидно, что определённой структуры у рынка нет, палатки и лавочки меняют местоположение буквально на глазах. Конечно, больше всего пугало не это, а бесчисленное множество всевозможных существ, и некоторое множество глаз, наблюдающих за новым, как можно было догадаться, товаром.       Муравьи наконец-то спустились на поверхность, продолжая дорогу без замедления. Спустя какое-то время Марию принесли на место назначения: площадку, полностью заставленную разнообразными клетками, со множеством существ-товаров, которых она бы никак не отделила от тех, кто ходит тут же, рядом, как продавцы или покупатели. С сожалением она вглядывалась в глаза своим друзьям по несчастью и, казалось, чувствовала их осознанность, ни чуть не уступающую своей. Её поставили на другой прозрачный куб, рядом с муравьём-Капитаном того корабля, на котором она прилетела.       Звуки вокруг были ужасающие, множество заключенных рычали, кричали, кто-то даже издавал звуки на какой-то волне, давящей прямо на мозг. Мария оглянулась на муравейчика, всё это время шедшего рядом. Он повернулся к ней, дважды хлопнул в ладоши, а потом открыл их ей, что чувствовалась как утешение или ободрение. Мария слабо похлопала в ответ, когда муравей уже убегал за крупным сородичем обратно в сторону корабля. Девушку вдруг охватила какая-то тоска, почему-то она была уверена, что больше никогда не увидит этого малыша. Нельзя сказать, что они подружились за это время, но девушка успела немного привязаться к единственному дружелюбно настроенному существу корабля. Это чувство пробудило более глубокие воспоминания: о неуклюжем жёлтом комочке, к которому Мария привязалась в детстве. Концовка не требует пояснения, все мы понимаем зачем разводят куриц.       Из размышлений её вывели многочисленные круги под согнутыми ногами. Куб Марии стоял на другом таком же. Казалось, что внутри никого нет, но валяющееся мясо заметно исчезало, а круги очевидно приходились не по дну, на котором сидела девушка, а по потолку нижележащего помещения. Там был кто-то плотоядный и Мария очень надеялась на надёжность этих штук. Девушка так же обратила растерянное внимание на остальных заключенных существ, но они все сливались в единое месиво, как и их крики. Выделялся только кто-то огромный, похожий на дракона из сказок. Он был довольно далеко и сидел в огромной, но всё равно слишком маленькой, ржавой клетке. В отличие от других, он не издавал ни звука и его форма была наиболее знакома Марии, потому она практически позволяла мозгу отдохнуть, рассматривая его. В какой-то момент она поняла, что он тоже внимательно на неё смотрит, и снова вспоминая драконов как величественных и мудрых существ, не посмела в этом сомневаться. Дракон выдохнул пар из ноздрей, Мария смущённо кивнула головой, приняв этот знак как приветствие или сочувствие. Вполне возможно, что этот дракон был самым настоящим животным, не величественным и не имеющим сознание, а Мария просто дура, которая здоровается с сурикатами в зоопарке, но эй, всё вокруг перестало иметь смысл давным-давно.       Отвлёкшись от ящера, девушка обратила внимание на своего "продавца". Это тоже был муравей, но буд-то другого вида что ли. У него была голова в форме большой полусферы, дополнительная, третья, пара лап, и одет он был не в червеобразный скафандр, а в многослойные плотные ткани красных и оранжевых оттенков. Он был ниже Капитана, с которым разговаривал, и казался каким-то незаслуживающим доверие, что ли. Как те самые хитрые продавцы китайской медицины или камушков "заряженных положительной энергией". Они с Капитаном договорили, обменялись какими-то вещами и статный муравей направился обратно к кораблю, не бросив на бывший груз ни взгляда.       Мария сидела как на иголках ещё примерно полчаса, пока не осознала всеобщее безразличие к своей персоне. Она не особенная на этой площади и даже несмотря на то, что по сути является "новинкой" в ассортименте, даже торговец не спешил изучать новый товар. Девушка допустила некоторые циничные мысли, например "Как он собирается продавать товар, который совсем не знает?". Она откинулась на стенку и нехотя грызла хурмогурец. Круги с нижнего куба рябили в глазах, да и редкие потенциальные покупатели красавцами, по большей части, не были. Было решено смотреть в тёмное небо, высоко запрокинув голову с такими же тёмными, карими глазами. Мария определенно не могла сидеть так весь день, но решила попробовать поспать, когда шея устанет, лишь бы не продолжать наблюдение за окружением.

***

      Мария ничего не видела вокруг себя, сосредоточив взгляд на тусклых звёздах, но ужасный шум отовсюду, казалось, стал лишь громче, навязчивее, пробирался прямо в мозг. Девушка не придумала ничего лучше, чем скрутить из волос своеобразные беруши... Шучу, это бы не помогло. Вместо этого Мария под девизом "горит сарай - гори и хата" решила стать частью этого шума, и начала петь. Сначала в полголоса, потом нормально, кричала, если момент песни требовал, но не часто. Скажу честно, петь Маша не умела совсем, собственный голос ей резал слух не меньше всеобщего гама, что уж говорить, текстов песен она тоже не знала, заменяя забытые слова чем попало, что делало ситуацию ещё более убогой.

Но своя рубашка ближе к телу, да и знакомые слова, звуки, успокаивали нервы, становясь некоторой отдушиной и действительно заглушали шум вокруг, успокаивая больную голову.