Часть 1

      — Рон, давай быстрее!       Дворецкий, услышав крик Кэйла, с едва заметным вздохом покачал головой. Его белые перчатки поправили край жилетки, расправляя едва заметную складку.       — Молодой господин, я не способен ускорить приезд таксиста. Даже для семьи Хенитьюз пробки неподвластны.       — А Ганс? Почему Ганс не может отвезти меня в такой важный день! — Кэйл забежав в комнату, принялся лихорадочно сгребать в охапку яркие подарочные коробки, перевязанные шёлковыми лентами. — Я ведь опаздываю!       — У шофера сегодня несварение, — отчитался Рон. — Но я думаю, что Ваши дяди не расстроятся из-за небольшого опоздания.       Кэйл махнул рукой и начал топтаться на месте, его дорогие туфли отбивали нервную дробь по полированному мрамору холла.       Рон с любовью и лёгкой, давно позабытой завистью наблюдал за Кэйлом. Первенец Хенитьюз, обычно несгибаемый бунтарь, чье имя заставляло трепетать конкурентов, сейчас вёл себя по-детски мило.       «И такое поведение появляется у него лишь при разговоре или встречах с дядями».       — У них ведь день рождения, — пробормотал Кэйл, наворачивая круги вокруг Рона. — А ещё и я опаздываю!       — Молодой господин, я уверен, что для них само Ваше присутствие — лучший подарок.       Кэйл ненадолго остановился, задумавшись, его взгляд устремился в огромное окно, за которым простирался ухоженный сад. И вновь как заведенная игрушка, начал наворачивать круги.       Спустя несколько минут, в тишине холла прозвучал звук оповещения на телефоне Рона.       — Это такси? — Кэйл замер напротив дворецкого. — Ну же, Рон!       — Да, молодой господин, это таксист. Он ждёт Вас у ворот.       Рон уже протянул руку, чтобы предложить помощь с подарками, но Кэйл, после услышанного, прихватив драгоценную ношу, помчался на улицу, оставив Рона одного.       Рон смотрел в спину молодого господина, и на его губах появилась теплая, почти отеческая улыбка. Он медленно прошел к парадной двери и распахнул её, чтобы убедиться, что всё в порядке.       Когда Рон вышел на порог, Кэйл уже втиснулся в салон скромной машины, и таксист, резко дёрнулся с места — скорее всего, по нетерпеливому приказу Кэйла.       ***       — Дядя Рок Су, дядя Чон Су, дядя Хан! С днем рождения! — Кэйл практически выпрыгнул из такси, едва машина затормозила у тротуара. Трое названных, стоявших у входа в дом, одинаково покачали головами.       — Кэйл-а, не спеши ты так! — Чон Су, невзирая на свой возраст легко подбежал, чтобы помочь Кэйлу подхватить выскальзывающие коробки. — Мы тебя не прогоним, даже если опоздаешь на сутки.       — Я вообще не планировал праздновать этот день рождения, — пробормотал Ким Рок Су, скрестив руки на груди, но после лёгкого толчка в бок от Хана, он кивнул племяннику: — Привет, Кэйл.       Кэйл, с растрёпанными волосами и широкой, сияющей улыбкой, протянул каждому из них подарки. Он посмотрел вглубь дома и увидел еще одного мужчину, который тепло улыбался, наблюдая за всей этой суетой.       — И тебе, дядя Су Хек, привет!       Ли Су Хек мягко ступил вперёд, и вместе с другими мужчинами поприветствовал Кэйла.       — Пошли в дом, — улыбнулся Су Хек, — сегодня у нас Рок Су пёк торт. Дом до сих пор пахнет как лучшая кондитерская Сеула.       Рок Су что-то недовольно пробормотал себе под нос, но встал с другой стороны от Кэйла и грубовато, по-своему нежно, потрепал его и так растрёпанные волосы.       — Не слушай их, пошли. На улице холодно.       Чон Су встал вплотную к Рок Су и положил свою руку ему на шею, притягивая к себе.       — Ты ведь знаешь, Кэйл-а, донсен у нас стеснительный!       — Я не твой донсен, — закатил глаза Рок Су, но не стал откидывать руку.       Кэйл, чувствуя себя по-настоящему счастливым и окружённый заботой, зашел в дом следом за дядюшками. Воздух был наполнен сладким ароматом свежеиспеченного бисквита.       — Значит, дядя Рок Су сам испёк торт? — с неподдельным восторгом спросил Кэйл, снимая куртку. — Это удивительно! Я всё больше склоняюсь к мысли, что ты умеешь абсолютно всё на свете.       — Он и умеет всё, — деловито покивал Чон Су. Рок Су сбросил его руку и проследовал на кухню. — Эй!       — Он рад твоему приезду, — тихо заговорил Су Хек, заходя в просторную гостиную. — С самого утра, как только проснулся, принялся за этот торт.       Хан молча кивнул, его внимательный взгляд скользнул по сияющему лицу племянника.       — И торт он решил испечь специально для тебя. Ты ведь как-то в прошлый раз обмолвился, что хотел попробовать нашу, домашнюю готовку.       Кэйл резко кивнул, он почувствовал, как предательская влага застилает глаза, и поспешно смахнул ее, делая вид, что поправляет волосы.       — Спасибо, — прошептал Кэйл, заходя следом за Су Хеком в гостиную. — Значит... Вы все тоже помогали? Все вместе пекли?       Су Хек рассмеялся. Кэйл удивлённо посмотрел сначала на него, потом на Чон Су и Хана, которые в один момент с деланным интересом принялись изучать узор на ковре.       — Нас донсен с позором изгнал с кухни после того, как я попытался добавить в крем соевый соус, — пробормотал Чон Су, почесав щёку. — Это было нужно для пикантности...       — И был абсолютно заслуженно изгнан, — мудро кивнул Су Хек. — Кэйл-а, вот тебе совет: если хочешь жить долго и счастливо, никогда не позволяй этим двум приближаться к еде. Это оружие массового поражения.       Кэйл рассмеялся. Он с лёгкостью представил, как его грозные, неустрашимые дядюшки были выставлены из собственной кухни, а Рок Су с поварёшкой в руках ругался им вслед.       Чон Су, видя, что Кэйл не расстроен, а, наоборот, весел, с радостью подхватил тему и начал обсуждать готовку с Рок Су.       Су Хек и Хан лишь качали головами, изредка вставляя свои комментарии, от которых становилось ещё смешнее.       — Можете войти! — донёсся из кухни голос Рок Су, и после этого разрешения Чон Су и Хан, переглянувшись, быстрым шагом направились на кухню.       Сейчас, наблюдая за этим, Кэйл понял: дядя действительно их не пускал, и похоже, они придумали ему отместку.       Кэйл зашел вслед за Чон Су и Ханом, Су Хек сзади неспеша шел за Кэйлом, как страж.       В столовой царил уютный беспорядок. На большом столе красовались несколько уже открытых бутылок дорогого виски, а также панчханы. Но главным украшением стола был внушительных размеров шоколадный торт, который занимал центральное место.       Кэйл посмотрел на Чон Су, который начал разговор с Рок Су.       — Донсен! Кэйл-а расстроен тем, что ты не пускал нас готовить, — сказал Чон Су, с наигранной скорбью качая головой.       Рок Су приподнял брови. Хан, встав с другой стороны, энергично кивнул.       — Он так же добавил, — продолжал Чон Су, — что я мог бы испечь лучше, пусти меня ты.       Хан, который кивал словам Чон Су, замер. Рок Су еще выше приподнял брови, и медленно вытер руки о фартук, на котором был вышит забавный черный дракон, измазанный в муке и шоколаде.       — Значит, — медленно начал Рок Су, и Чон Су от подобного тона рефлекторно шагнул назад, — Чхве Чон Су, который даже не способен приготовить ттоккпоки, считает, что испек бы торт лучше?       Хан понимая, что ситуация обернулась против них, попытался незаметно отойти. Но Су Хек, который до этого стоял с Кэйлом, незаметно появился рядом с беглецом и подтолкнул его обратно.       Рок Су повернулся к Хану.       — А Чхве Хан, который не может отличить имбирь от галангала, согласен с Чхве Чон Су?       Кэйл, наблюдая за привычной перепалкой, попытался спрятать улыбку.       Хан начал отмахиваться от его слов, но Чон Су лишь приподнял подбородок.       — Я прав, — кивнул он, подтверждая свои слова. — Я бы смог.       Рок Су специально медленно, с театральной паузой, снял фартук и аккуратно повесил его на спинку стула.       — Хорошо, — он скрестил руки на груди. — В следующий раз готовите вы. Сами.       Хан обречённо застонал, как будто ему только что объявили смертный приговор, и закрыл лицо руками. Кэйл, наблюдая за расширенными глазами Чон Су, не удержался от смеха.       Чон Су сделал шаг, желая схватить Рок Су за руку и убедить его отменить их назначение на роль поваров. Однако Рок Су, предвидя действия Чон Су, лишь взял нож и подошёл к столу.       — Нет, донсен, я пошутил! Я на самом деле не смог бы!       — Я знаю, — невозмутимо согласился Рок Су, разрезая торт. — Но, возможно, вы справитесь лучше.       Хан со вздохом плюхнулся на стул.       — Мы умрем от отравления, — он потер лицо руками, — или от голода, потому что даже крыса не станет есть то, что приготовим мы.       Кэйл сел рядом с Ханом и, желая поддержать его, похлопал по плечу.       — Держи, — Рок Су протянул тарелку с большим куском торта. — Возможно, вышло неплохо.       Кэйл резко кивнул и с благодарностью взял торт.       Поняв, что Рок Су не собирается сдаваться, Чон Су переключил внимание на Кэйла.       — Ну как, вкусно? — поинтересовался Чон Су, отбирая следующий кусок торта у Рок Су.       Кэйл кивнул.       — Вкусно. Очень.       — Я и не удивлен, — с легкой улыбкой произнёс Чон Су. — Всё-таки готовил Рок Су!       — Однако теперь готовить будете вы, — невозмутимо напомнил Су Хек тоже отнимая кусок торта у Рок Су. — Прекрасное время прошло, и теперь нам придётся питаться в ресторанах.       — Может передумаешь? — жалобно спросил Чон Су у Рок Су.       Рок Су, передав торт Хану, и взяв себе долгожданный кусочек, лишь отрицательно качнул головой.       — Вы слишком долго «помогали» мне готовить. Пришло время самим создавать свои шедевры.       Су Хек, который наслаждался тортом, заговорил с Кэйлом.       — Донсен у нас очень злопамятный, — он покачал головой, словно был разочарован, но улыбка на его устах выдавала его настроение.       Вскоре и Чон Су, Хан и Рок Су вступили с ним в разговор. Кэйл подумал, что ради этих моментов, ради этих людей, ради их редких, но таких искренних улыбок он может смириться с выходками отца.       Он откусил еще один кусок восхитительного торта, слушая, как Чон Су начал делиться абсурдными планами по готовке, как Хан рядом пораженно кивал. Рок Су несмотря на прежние слова, поправлял их, Су Хек улыбался, подливая себе и Рок Су виски.       Кэйл любит восьмое ноября и эту компанию.       — С днем рождения.