Глава 3

***

Мистик Фоллс, штат Вирджиния. Утро Дженны началось с тихих, но уверенных шагов. Она знала, что день будет насыщенным, поэтому решила встать пораньше, чтобы подготовиться к нему. Прохладные лучи утреннего солнца пробивались сквозь занавески, создавая мягкий свет, который мягко обволакивал её комнату. Соммерс почувствовала, как прохладный, свежий воздух наполняет лёгкие, и, улыбнувшись, потянулась к будильнику. Его звон, тихий и мелодичный, словно мелодия природы, напомнил ей о том, что пора вставать. Она медленно открыла глаза, чувствуя, как сон ещё цепляется за её сознание. Не вставая с кровати, Дженна потянулась к тумбочке, где лежали её любимые вещи. Её пальцы коснулись стопки хлопковых полотенец, мягких и прохладных на ощупь, и она сделала несколько глотков из бутылки с водой, чтобы освежиться. Вода была прохладной и освежающей, словно глоток утренней свежести. Рыжеволосая встала с кровати и направилась в ванную. Тёплый свет от ламп мягко освещал её путь, создавая уютную, почти домашнюю атмосферу. Она включила воду, и её дыхание стало ровным и спокойным. Прохладная вода стекала по её длинным волнистым рыжим волосам, смывая остатки сна и усталость. Дженна закрыла глаза, чувствуя, как каждая капля воды уносит с собой все тревоги и напряжение. Она сделала глубокий вдох, и на мгновение ей показалось, что весь негатив уходит, оставляя место для спокойствия и умиротворения. Выйдя из душа, Соммерс осторожно обернула волосы полотенцем, чтобы они не рассыпались. Её взгляд упал на зеркало, и она улыбнулась своему отражению. Её кожа была гладкой и свежей, а глаза сияли, словно утреннее солнце. Она провела рукой по влажным прядям, наслаждаясь их мягкостью и блеском. Затем она взяла фен, включила его и начала сушить волосы. Её волосы, волнистые и густые, медленно высыхали под тёплыми струями воздуха. Она собрала их в высокий хвост, оставив две свободные пряди, которые мягко спадали на её плечи. Эти пряди придавали её образу лёгкость и игривость, делая её ещё более привлекательной. Закончив с волосами, Дженна подошла к туалетному столику. Её взгляд упал на баночки с косметикой, и она начала аккуратно наносить макияж. Тёмная подводка сделала её кошачьи глаза ещё более выразительными, а светлые тени добавили им глубины. Пухловатые губы стали ещё более яркими после нанесения помады, придавая её лицу чувственность и уверенность. Она знала, что её макияж должен быть идеальным, ведь сегодня ей предстоит много важных дел. После завершения макияжа Дженна повернулась к шкафу. Её взгляд остановился на тёмных свободных брюках с высокой посадкой. Эти брюки идеально подчёркивали её стройность и грацию, создавая элегантный и современный образ. Она выбрала к ним светлую кофту с небольшим вырезом, которая плотно облегала её фигуру, придавая ей утончённый вид. Завершив свой наряд, Соммерс добавила последние штрихи. Она надела ремешок на брюки с золотым центром, который гармонично дополнил её образ, придавая ему нотку роскоши. Светлые носки сделали её образ ещё более лёгким и непринуждённым. Она взяла две изящные серьги и вставила их в уши, наслаждаясь их блеском. Затем она надела кулон на открытую шею и кольцо на палец. Это кольцо она никогда не снимала, даже на мгновение. Оно было её символом, напоминанием о том, кто она есть и что ей предстоит сделать. Прежде чем покинуть комнату, Дженна взяла флакон духов и распылила их на запястья и шею. Аромат был лёгким и приятным, словно утренний ветерок. Затем она взяла дезодорант и нанесла его на подмышки, чтобы чувствовать себя уверенно на протяжении всего дня. Спустившись вниз, Дженна почувствовала, как её шаги становятся более уверенными и решительными. Она знала, что день будет непростым, но была готова к любым испытаниям. На кухне её уже ждала Елена, которая сидела за столом и пила кофе. Её волосы были аккуратно собраны в хвост, а на лице играла лёгкая улыбка. — Доброе утро, — произнесла Елена, заметив Дженну. Её голос был тёплым и приветливым, словно утреннее солнце. — Доброе утро, — ответила Соммерс, улыбнувшись в ответ. — Как ты себя чувствуешь? — Прекрасно, — ответила Гилберт, вставая из-за стола. — А ты? — Тоже отлично, — сказала Дженна, кладя перед Еленой тарелку с омлетом и пирог с мясом. — Садись, сейчас будем завтракать. Елена села за стол, и Дженна начала раскладывать еду. Она поставила перед племянницей тарелку с омлетом, украшенным яркими овощами, и пирог с сочным мясом. Аромат еды наполнил кухню, создавая атмосферу уюта и тепла. — Джереми ещё спит, — произнесла Елена, глядя на нее с лёгкой улыбкой. — Пусть отдыхает, — вздохнула Дженна, кладя перед собой чашку с горячим кофе. — Он вчера много работал. Дженна сделала глоток кофе и почувствовала, как тепло растекается по её телу, согревая изнутри. Пирог был идеальным: сочным, ароматным и невероятно вкусным. Она отрезала небольшой кусочек и положила его в рот, наслаждаясь каждой секундой этого момента. Они начали завтракать, разговаривая о планах на день и вспоминая прошлое. На кухне царила спокойная и уютная атмосфера, наполненная ароматами еды и утреннего кофе. Время от времени они смеялись, делясь своими мыслями и переживаниями. Этот завтрак был не просто приёмом пищи, а настоящим ритуалом, который помогал им настроиться на предстоящий день. Для Дженны он имел особое значение, ведь она знала, что впереди её ждут испытания. Но она была готова к ним, ведь её сила и уверенность в себе были её верными спутниками.

***

После завтрака Дженна направилась в особняк Майклсонов. Её шаги эхом раздавались в тишине утренней улицы, а свежий прохладный воздух наполнял лёгкие. Она не могла не восхищаться красотой этого места: высокие потолки, мраморные полы и массивная мебель создавали атмосферу роскоши и величия. Подойдя к массивной двери особняка, Дженна постучала. Через несколько секунд ей открыли. На пороге стоял Элайджа — как всегда в идеально сидящем костюме, его манеры были безупречны, а взгляд проницателен. Он слегка наклонил голову в приветствии. — Дженна, рад вас видеть, — произнёс он мягко, с искренней улыбкой на лице. Его голос звучал спокойно и уверенно, но в нём проскальзывала нотка лёгкой теплоты. — Благодарю, Элайджа, — ответила Соммерс, стараясь не выдать своё волнение. Её сердце слегка билось быстрее, но она постаралась сохранить спокойствие. — Я могу войти? – поинтересовалась она. — Да, конечно, — произнёс первородный, отступая в сторону и пропуская девушку внутрь. Он сделал это с грацией, которая сразу же дала понять, что он привык к подобным жестам вежливости. Дженна вошла в просторный холл. Стены были украшены картинами в золотых рамах, которые создавали ощущение тепла и уюта. Свет из окон мягко падал на мраморный пол, отражаясь в нём и создавая игру света и тени. Она прошла через холл и оказалась в гостиной, где её уже ждала Ребекка. Светловолосая вампирша, сидя на диване, листала журнал о моде. Когда она увидела рыжеволосую, её лицо озарила радостная улыбка. — О, Дженна! — воскликнула первородная, вставая с дивана и бросаясь к девушке. Она крепко обняла её, а Дженна почувствовала, как её сердце наполняется теплом. — Думала, что уже не придёшь. – добавила Майклсон. — Ну, я не могла кинуть тебя, — усмехнулась Дженна, отстраняясь и отряхивая несуществующие пылинки со своего наряда. — Что-то случилось? — Нет, просто мне нужна твоя помощь и совет, — вздохнула первородная, опускаясь обратно на диван. Её голос звучал немного напряжённо, но в нём всё же проскальзывала надежда. — Пошли в мою комнату. – вздохнула Майклсон. Соммерс кивнула и последовала за ней. Они не были подругами в полном смысле этого слова, но Дженна уже привыкла к вечно весёлой и жизнерадостной Ребекке. Она знала, что эта светловолосая вампирша может быть как вспыльчивой, так и невероятно доброй. Возможно, в будущем их отношения могли бы перерасти во что-то большее. Войдя в комнату Ребекки, Дженна сразу же заметила её безупречный вкус. Комната была оформлена в светлых тонах, с мягкими коврами и уютными креслами. На стенах висели фотографии и картины, а на полках стояли книги и статуэтки. Дженна села на диван, чтобы быть ближе к Ребекке, и посмотрела на неё с лёгкой улыбкой. — Ну? — произнесла она, внимательно глядя на девушку. — Я помогла Сальваторе заманить своего брата в город, — призналась первородная, её голос дрожал от волнения. Она нервно сцепила руки на коленях, словно пытаясь сдержать дрожь. — Я чувствую себя предательницей. – произнесла она,– Он снова заколет меня. — Я знаю, Бекка, — мягко улыбнулась Соммерс, стараясь успокоить её. — И я сказала ему об этом,прежде чем ты начнёшь возмущаться, я скажу одно. Ребекка внимательно посмотрела на неё. Её глаза были полны надежды, и Дженна почувствовала, как внутри неё что-то дрогнуло. — Я буду рядом с тобой, чтобы поговорить с ним, — произнесла рыжеволосая, стараясь придать своему голосу уверенность. — Я не позволю ему причинить тебе боль снова. Ребекка улыбнулась сквозь слёзы и обняла Дженну. Соммерс успокаивающе погладила её по спине, чувствуя, как напряжение покидает тело блондинки. — Спасибо, — прошептала Ребекка, её голос звучал тихо и дрожал. — Ты первая, кто добр со мной спустя столько веков. — Потому что я не считаю вас монстрами, — ответила Дженна, глядя ей в глаза. — Вы сломленные веками люди. – произнесла она,– Вы пережили столько боли и страданий, и мало кто видит вас настоящими. Эти слова попали точно в цель. Ребекка кивнула, осознавая, что Дженна права. Они действительно были сломлены веками — отцом, прошлым, самим существованием. Они были первыми вампирами в мире, и только Дженна видела их такими, какие они есть. — Меня обратили лишь недавно, но я знаю, как это сложно, — усмехнулась Соммерс, пытаясь разрядить обстановку. Она почувствовала, как её лицо слегка краснеет от неловкости, но решила продолжить. — Уверена, что ты будешь красоткой на танцах, Бекка,– улыбнулась Соммерс. — Приходи со мной, — произнесла Ребекка, её взгляд был умоляющим. Её глаза светились надеждой, и Дженна не могла отказать ей. — Я же сказала, что буду рядом с тобой, — улыбнулась рыжеволосая. — Я приду. Ребекка кивнула, её лицо озарилось радостью. Дженна встала с дивана и направилась к двери, оставляя светловолосую наедине с её мыслями. Спустившись в гостиную, она увидела Элайджу, который сидел в кресле с книгой в руках. Он поднял взгляд, когда Дженна вошла, и его глаза на мгновение задержались на ней. — Всё в порядке? — спросил он спокойно, его голос звучал мягко, но в нём проскальзывала лёгкая забота. Дженна тяжело вздохнула, её плечи слегка опустились, выдавая усталость. – Да,но она просто боится гнева Клауса. – пояснила рыжеволосая. Она посмотрела на Элайджу, который сидел в кресле, погружённый в чтение книги. Свет лампы мягко освещал его лицо, создавая тени на щеках. Её взгляд остановился на книге, и она заметила, как тонкие пальцы первородного перелистывают страницы. Но её слова заставили его оторваться от чтения. Он медленно закрыл книгу, аккуратно положив её на столик из тёмного дерева, и перевёл взгляд на Дженну. – Никлаус импульсивный, но он не станет поступать с ней так жестоко снова, – произнёс Элайджа. Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась уверенность, которая, казалось, пыталась убедить не только Соммерс, но и самого себя. Дженна молчала, её взгляд был задумчивым. Она сделала несколько шагов вперёд, её ноги тихо ступали по мягкому ковру. Она остановилась перед креслом Элайджи, её руки были скрещены на груди. Её присутствие всегда действовало на него успокаивающе, и сегодня не было исключением. – А ты как? – спросила рыжеволосая, её голос был мягким, но в нём слышалась забота. – Ты всегда думаешь о других, Элайджа, но кто подумает о тебе? Первородный замер, его взгляд стал задумчивым и глубоким. Он смотрел на Дженну, которую освещал мягкий свет из коридора. Её рыжие волосы были аккуратно собраны в хвост, и несколько прядей спадали на лицо, придавая ей трогательный вид. В её глазах отражался тёплый золотистый свет, который, казалось, проникал в самую глубину его души. Он почувствовал, как внутри него что-то дрогнуло. Первородный не мог не отметить, что сегодня она выглядела особенно прекрасно в своём простом,но строгом наряде. Он не мог не признать, что она была для него загадкой, и эта загадка манила его, как магнит. – Я в порядке, – ответил он, стараясь звучать уверенно. Но в его голосе всё же слышалась нотка неуверенности. Он не хотел, чтобы Дженна видела его сомнения, но она всегда умела читать между строк. Соммерс улыбнулась ему своей мягкой, почти материнской улыбкой. Её улыбка была такой искренней, что Элайджа почувствовал, как его сердце слегка сжалось. – Если ты захочешь с кем-то поговорить, то я всегда к твоим услугам, Элайджа, – произнесла она тихо, её голос был полон искренности и тепла. С этими словами она развернулась и вышла из гостиной. Её шаги были почти неслышными, но её присутствие оставило в комнате ощущение пустоты и тепла. Элайджа смотрел ей вслед, пока она не скрылась за поворотом коридора, и только тогда он перевёл взгляд на книгу, которую держал в руках. Но его мысли были далеки от чтения. Мысли Майклсона снова спутались. Он не мог не думать о том, что Дженна была для него чем-то особенным. Её доброта, забота о других и искренность всегда вызывали у него восхищение. Но он не мог сказать, что любит её в традиционном смысле. Однако он понимал, что она привлекает его, словно запретный плод, полный загадок и тайн, которые ему предстоит разгадать. Элайджа снова взял книгу в руки, но его пальцы едва касались страниц. Он чувствовал, как рыжеволосая оставила в его сердце след, который ему предстоит разгадать, и этот след был не просто раной, а чем-то более глубоким и значимым. Чем-то большим.

***

Дженна вернулась домой после визита к Майклсонам, чувствуя себя уставшей и немного тревожной. Войдя в свою комнату, она застыла на пороге, увидев Кэтрин, которая сидела на её кровати, небрежно листая журнал. Пирс подняла взгляд, заметив Дженну, и её губы изогнулись в улыбке, но в этой улыбке было что-то не так — напряжённое, почти тревожное. — Была у Майклсонов? — спросила Кэтрин, её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась скрытая заинтересованность. — Угадала, — Дженна вздохнула и поставила сумку на стол. Её рыжие волосы были слегка растрёпаны, а в глазах читалось раздражение и усталость. — Что ты тут забыла? – поинтересовалась Соммерс,– Я думала, после того, как Клаус сбежал, ты сразу же убежишь из города. Кэтрин лениво откинулась на подушку, её тёмные глаза блестели в мягком свете лампы. — У нас с ним всё ещё действует контракт, — произнесла она с лёгкой усмешкой, но в её голосе звучала горечь. — Не могу покинуть город, пока действует его внушение. — А зачем тогда ко мне пришла? — Дженна нахмурилась, её голос звучал недоуменно. — Ты единственная, кто не пытается убить меня, — Пирс усмехнулась, но её глаза внезапно стали серьёзными, в них мелькнула искренность. — Союзница. — Мы были союзницами, пока были с Клаусом, — Соммерс отвернулась, её взгляд стал холодным. — Сейчас я полностью свободна. Она сделала шаг к шкафу, чтобы выбрать наряд на вечер, но остановилась, услышав тихий, почти умоляющий голос Кэтрин. — Знаю, но, пожалуйста, не прогоняй меня, — голос Кэтрин дрогнул, и Дженна замерла, обернувшись. Их взгляды встретились, и в глазах двойника рыжеволосая увидела что-то неожиданное — искреннюю просьбу, почти мольбу. Дженна была поражена. Неуловимая и стервозная Кэтрин Пирс — та, кого она всегда считала своим злейшим врагом — теперь просила её о помощи. Это было неожиданно, но в глубине души Дженна почувствовала что-то странное. Она не могла просто оттолкнуть её. — Тогда пойдёшь на танцы вместо моей племянницы, — произнесла рыжеволосая, стараясь скрыть свои эмоции. — Ты всегда умела играть её роль. — Хочешь спасти Клауса? — Кэтрин скривила губы, её лицо исказила гримаса отвращения, но в глазах промелькнула тень сомнения. — Да, — Дженна кивнула, её голос звучал твердо, но в глубине души она понимала, что это не просто логика. — Если думать логически, умрёт он — умрёт его линия. Кэтрин замерла, её глаза остекленели, словно она погрузилась в свои мысли. — Я вхожу в его линию, — наконец произнесла она, её голос стал решительным. — Теперь я точно помогу тебе. Она грациозно встала с кровати, её движения были плавными и уверенными. Подойдя к Дженне, шатенка протянула ей платье, её глаза блестели холодным огоньком. — Надень это, — её губы изогнулись в ухмылке, но в её взгляде читалась решимость. — Я тоже возьму что-то у тебя. Дженна кивнула, чувствуя, как внутри неё борются противоречивые чувства. Она развернулась и скрылась в ванной комнате, оставляя Кэтрин одну в тускло освещённой комнате. Через пару минут рыжеволосая вышла из ванной комнаты, держа в руках легкий клатч. Она выглядела потрясающе: на ней было простое, но изысканное красное платье до середины бедра с мягкой свободной юбкой, которая плавно спадала вниз. Плечи были открыты, но платье держалось на тонких бретельках и имело глубокий вырез, выгодно подчеркивающий ее грудь. Корсет на талии аккуратно облегал фигуру, придавая ей женственность и изящество. Маленькие бусины на лифе платья мерцали, создавая легкий блеск. – Не слишком откровенно? – Дженна усмехнулась, глядя на Кэтрин, которая сидела на кровати и оценивающе смотрела на нее. Шатенка была одета в простой серый топ и удобные джинсы, но ее взгляд и манеры говорили о том, что она разбирается в моде. – О, милая, для меня это вообще не откровенно, тем более грудь спрятана,но мы подчеркнули ее, – Кэтрин ухмыльнулась, – и платье по фигуре село хорошо. – произнесла двойник,– Надень сверху светлую кофту длинную, и все будет идеально. – Иди уж одевайся, – закатила глаза Соммерс, пока шатенка не скрылась в ванной комнате. Дженна подошла к шкафу, где висела длинная белая кофта до колен. Она выбрала именно эту кофту, потому что она была не только светлой, но и легкой, что хорошо сочеталось с платьем. Надев кофту, рыжеволосая почувствовала, как она мягко обволакивает ее тело, добавляя образу нотку элегантности. Она обула черные туфли-лодочки на небольшом каблуке. Туфли идеально подошли к ее образу, добавляя нотку утонченности. Дженна знала, что этот образ подчеркнет ее индивидуальность, не отвлекая внимания от основной детали – красного платья. Она взглянула на себя в зеркало и осталась довольна результатом. Ее длинные волнистые рыжие волосы она распустила, позволяя им свободно струиться по плечам. Легкая небрежность в прическе добавляла образу естественности и шарма. Вскоре из ванной вышла Кэтрин, одетая в темно-бирюзовое облегающее платье до середины бедра. Платье подчеркивало ее фигуру, акцентируя внимание на талии и бедрах. Кэтрин выглядела не менее эффектно, чем Дженна. На ногах она надела темные туфли на высоком каблуке, которые добавляли ей роста и уверенности. В ушах у нее блестели изящные серьги, а макияж был безупречен – легкий тон на лице, аккуратно подведенные глаза и нежная помада. – Обязательно надень шубу, – добавила Дженна, оценив образ двойника. – И волосы собери в красивый пучок. Кэтрин закатила глаза на слова Дженны, но не смогла сдержать улыбку. Она подошла к туалетному столику и начала собирать волосы в пучок, аккуратно закалывая их шпильками. Рыжеволосая взглянула на часы и поняла, что уже пора ехать. Она подошла к Пирс, которая уже была готова. – Ты выглядишь потрясающе, – сказала Дженна, глядя на неё. – Спасибо, ты тоже, – ответила Кэтрин, надевая шубу. После чего они направились к выходу. Они покинули дом на автомобиле Кэтрин. Машина мягко тронулась с места, и они выехали на дорогу. Девушки направились в особняк семьи Локвуд, где проходили танцы. Точнее, это были похороны Майкла, но Клаус решил устроить вечеринку по случаю кончины отца. На самом деле это была ловушка для Майкла. Семья Майклсонов была сложной и запутанной. Каждая их встреча была полна интриг и тайн. Дженна и Кэтрин знали, что их ждет нечто необычное, но они были готовы к этому. Впереди их ждали новые испытания и неожиданные повороты.

***

Приехав к особняку, они припарковались на просторной стоянке, окруженной высокими деревьями. Легкий ветерок колыхал листву, создавая приятную атмосферу, наполненную ароматом цветов и свежестью. На фоне звездного неба мерцали фонари, освещая дорожки и аллеи, ведущие к особняку. Девушки пересекли ворота и ступили на территорию. Их встретил Тайлер Локвуд, высокий, широкоплечий парень с уверенной походкой. Его взгляд был прямым и дружелюбным, а на губах играла искренняя улыбка. Он был сыном покойного мэра, которого теперь заменила его мать, и это придавало ему дополнительный вес и авторитет. – О, Дженна, добро пожаловать! – сказал Локвуд, подходя ближе. Его голос звучал тепло и гостеприимно. – И тебе, Елена. – добавил парень,– Рад видеть вас обеих. Он кивнул Кэтрин, не замечая, что перед ним стоит не настоящая Елена. Пирс играла свою роль так убедительно, что даже Тайлер не мог заподозрить подвох. Ее движения были плавными и нежными, а взгляд – потерянный,словно у оленёнка. Дженна ответила ему мягкой улыбкой, чувствуя, как напряжение, которое она испытывала с момента приезда, немного спадает. Она знала, что Тайлер был добрым и отзывчивым человеком, и это делало его присутствие на вечеринке приятным. Не теряя времени, Соммерс направилась к толпе, собравшейся во дворе. Она шла по аккуратно подстриженной лужайке, чувствуя, как трава мягко щекочет ее босые ноги. В воздухе витал запах свежих цветов и шампанского, смешиваясь с ароматом костра, который горел неподалеку. Во дворе царила оживленная атмосфера. Люди смеялись, разговаривали, пили шампанское и танцевали под звуки живой музыки. Группа, выступающая на сцене, играла популярные хиты, которые были знакомы каждому гостю. Их песни не отличались оригинальностью, но публика веселилась и подпевала, создавая ощущение единства и радости. – Какой позер, – пробормотала Дженна, остановившись у столика с напитками. Она взяла бокал шампанского, сделала глоток и поморщилась. – Слишком сладкое. – произнесла Соммерс. – Мне всегда казалось, что Клаус любит выпендриваться, – усмехнулась Кэтрин, стоя рядом с ней. Ее взгляд был прикован к сцене, где вокалист группы выделывал сложные трюки. – Ладно, я пошла играть роль твоей племянницы. – усмехнулась она,– Лучше не попадайся ему на глаза. Дженна кивнула, оставшись одна. Она медленно направилась к краю толпы, пытаясь найти знакомые лица. Ее взгляд скользил по гостям, и вскоре она заметила высокого светловолосого мужчину, который вышел на сцену. Это был Клаус Майклсон, первородный вампир и главный антагонист их истории. Смешно даже думать,что все звали Клауса злодеем,когда были люди страшнее него. Как думала Дженна. Клаус начал говорить, его голос звучал уверенно и страстно. Он рассказывал о своих достижениях, планах на будущее и важности семьи. Его речь была полна пафоса и драматизма, но в то же время в ней чувствовалась искренность и сила. Дженна слушала его, чувствуя, как внутри нее что-то сжимается. Она не могла не признать, что гибрид был харизматичным и опасным человеком. Когда он закончил говорить, группа возобновила игру, и толпа снова взорвалась аплодисментами. Клаус направился к Дженне, его походка была уверенной и грациозной, словно он шел по подиуму. Он подошел к ней, взял бокал шампанского и остановился прямо перед ней, не сводя с нее взгляда. – Любовь моя, – сказал он с мягким британским акцентом, – рад видеть тебя,признаюсь, я скучал. Дженна подняла глаза на него, чувствуя, как ее сердце начинает биться быстрее. Она ответила ему легкой усмешкой, стараясь скрыть свои эмоции. – Клаус, не очень рада видеть тебя, – сказала она, стараясь не выдать свое волнение. – Не видел свою сестру? Первородный прищурился, его взгляд стал более пристальным, словно он пытался прочитать ее мысли. – Печально, любовь моя, не лги, – сказал он, делая шаг ближе. – Я ведь вижу, что ты скучала, но боишься признаться. Дженна почувствовала, как его рука коснулась ее талии, и вздрогнула. Она быстро отступила, но Клаус не дал ей уйти. – Руки держи при себе, Клаус, – недовольно фыркнула она, стараясь скрыть дрожь в голосе. – И я повторяю вопрос: где твоя сестра? Первородный усмехнулся, его глаза сверкнули лукавством. – Где моя дорогая сестрица, я не в курсе, любовь моя, – сказал он, наклонив голову. – Я думал, что она придет с тобой. Соммерс закатила глаза, чувствуя, как раздражение начинает нарастать внутри нее. – Элайджа тут? – спросила она, стараясь не дать своему волнению отразиться на лице. – Скучаешь по нему? – усмехнулся Майклсон, его голос прозвучал с легкой ноткой ревности. Рыжеволосая снова закатила глаза, но ответила спокойно: – Мы с твоим братом – прекрасные друзья, и не более.– вздохнула она,–Если его тут нет, значит с Ребеккой могло что-то произойти. Клаус внезапно замолчал, его взгляд стал серьезным. Он прищурился, глядя на Дженну, словно пытаясь понять, что она задумала. – Он здесь, – наконец ответил он, после небольшой паузы. – Не волнуйся,но я бы на твоем месте не стал бы его искать. Наступила напряженная пауза, которую заполняла только музыка. Дженна посмотрела на Клауса, пытаясь понять, что он имеет в виду. Его слова звучали загадочно и пугающе, и это заставляло ее сердце биться быстрее. – Как ты? – внезапно спросила она, глядя ему прямо в глаза. – Я про Майкла. Клаус слегка наклонил голову, задумчиво глядя на нее. Его лицо стало серьезным, а взгляд – пронзительным. – Я в порядке, любовь моя, – ответил он наконец, его голос звучал мягко, но с легким оттенком сарказма. – Это мило, что ты беспокоишься обо мне,но не стоит. Дженна закатила глаза, чувствуя, как раздражение внутри нее растет. Она знала, что первородный гибрид никогда не признавал своих слабостей, и это всегда раздражало ее. – Не могу поверить, что ты так спокойно говоришь об этом, – сказала она, стараясь скрыть свое волнение. – Майкл жив, Клаус.– вздохнула она,– Ты должен это признать. Клаус усмехнулся, и его глаза сверкнули опасным блеском. – Ах, любовь моя, ты так наивна, – сказал он, делая шаг ближе. – Я не убиваем,а его смерть – это просто еще одна ступень на моем пути. Рыжеволосая почувствовала, как ее сердце забилось еще быстрее. Она не могла поверить, что он так спокойно говорит о смерти своего не родного,но отца. – Не трогай только Ребекку, – произнесла она, отступая назад. – пожалуйста,Клаус. Первородный молчал мгновение. – Обещаю, любовь моя,но только если она не попадется мне на глаза,– сказал он, его голос звучал уверенно. – Она предала меня,я не могу оставить ее без наказанной. Дженна не ответила, чувствуя, как ее охватывает волнение за первородную. Она знала, что Клаус сделает по своему, поэтому хотела защитить первородную. – Подари мне один танец, любовь моя,– прозвучал его голос. Первородный протянул ей свою руку, и в этот момент все вокруг замерло. Его голос, глубокий и бархатистый, словно ласкающая кожу ткань, эхом разнесся по залу, заставив девушку замереть. Рыжеволосая, подняла глаза, встречаясь с его взглядом. В этот момент за его спиной из тени появился Тайлер. Его присутствие было ощутимым, как резкий порыв холодного ветра, ворвавшийся в теплый, почти душный день. Локвул шагнул вперед, его движения были быстрыми и решительными, но в то же время осторожными. Его взгляд на мгновение задержался на девушке, прежде чем он обратился к первородному: – Клаус, – произнес он, его голос звучал напряженно, с легкой ноткой уважения, но в нем также чувствовалось предупреждение.– К тебе гость. Первородный, не отрывая взгляда от девушки, чуть нахмурился, словно его что-то раздражало. Но затем он медленно кивнул, его лицо оставалось непроницаемым, а губы едва заметно изогнулись в легкой улыбке. – Скажи, чтобы подождал немного, я занят, – ответил Клаус, его тон был непреклонен, но в нем все же чувствовалась скрытая насмешка. Тайлер поджал губы, но не стал настаивать. Он знал, что первородный не любит, когда его отвлекают от дел, особенно от таких, как этот танец. – Он сказал, что его зовут Майкл, – добавил Тайлер, его голос был ровным, почти бесстрастным, но в нем все же сквозила нотка страха. Клаус ухмыльнулся, его глаза сверкнули, как два изумруда, отражающие свет свечей. Он повернулся к Тайлеру, его взгляд был холодным, но в нем чувствовалась скрытая угроза. – В таком случае, веди меня к гостю, – произнес он, его голос оставался отстраненным, но в нем слышалась сталь. Майклсон медленно отпустил руку девушки, и она осталась стоять на месте, словно статуя, вырезанная из мрамора. Дженна вздохнула, сделала шаг вперед, ее взгляд был полон решимости, а губы сжаты в тонкую линию. Кэтрин, заметив движение Соммерс, тут же двинулась следом, ее лицо оставалось напряженным, но в глазах горел странный огонь, смесь решимости и тревоги. Стефан, стоящий неподалеку, тоже напрягся, его взгляд метался между первородным и девушкой. Они должны были помочь Клаусу. Только один раз в жизни. Но что это значило? И какой ценой?

***

– Какая неприятная встреча, – горько ухмыльнулся Клаус, стоя на пороге здания. Его голос звучал холодно, но в глазах промелькнула тень боли. – Отец. – первородный выделил это слова по особенному. Майкл отреагировал мгновенно. Его лицо исказилось от гнева, и он закричал: – Не смей меня так называть, паскуда! – звучал его ответ,– Я тебе не отец, ублюдок! – голос Майкла дрожал от ярости, но в нём слышалась и боль, которую он пытался скрыть. Первородный ответил лишь презрительным оскалом. Он чувствовал, как слова Майкла режут его глубже, чем любой клинок. Однако Майкл не мог войти в здание без приглашения, а Клаус был приглашен, и это давало ему преимущество. – Ну давай же, выходи, и мы поговорим по-мужски! – Майкл сжал кулаки, его голос звучал угрожающе. – Хотя ты всегда будешь для меня никчёмным местом, трус! Эти слова задели самолюбие гибрида, но он лишь ухмыльнулся, стараясь не показывать своих эмоций. – Мне не нужно выходить, чтобы доказать тебе свою силу,это могут сделать мои гибриды, – он посмотрел на тень позади вампира, откуда начали выходить гибриды, которых он когда-то обратил. Эти существа были смесью волка и вампира, и они подчинялись только ему. Майкл достал из кармана кол из белого дуба – единственное оружие, способное убить первородного. Его сердце колотилось, но он понимал, что у него есть только один шанс. – Я всё равно тебя убью, – процедил он сквозь зубы. – Попробуй, – бросил вызов Клаус, его голос звучал холодно и безразлично. Майкл схватил Елену за шею, притянул её к себе и приставил нож к её животу. – Я убью её на твоих глазах, и твоим гибридам придёт конец, сосунок! – он рассмеялся, наслаждаясь моментом. Однако в этот момент Кэтрин, которая умело играла роль Елены, вскрикнула: – Нет-нет, Клаус, прошу! – её глаза наполнились слезами, и она изобразила страх. Первородный тяжело вздохнул, на мгновение прикрыв глаза. Затем он открыл их и увидел Дженну, которая мягко коснулась его локтя. – Сделай, как считаешь нужным, – прошептала она, её голос был полон заботы и тревоги. – Мне очень дорога моя племянница,будь уверен, она в безопасности. Первородный посмотрел на рыжеволосую с благодарностью, затем перевёл взгляд на лже-Елену. Он заметил огонёк в её глазах – это была Кэтрин. – Убивай, – холодно ответил он. – Мне плевать. Майкл проткнул живот девушки ножом, отталкивая её в сторону. – Вот и всё, – прошептал он, думая, что победил. Но двойник лишь встала, отбросила клинок в сторону и достала вербеновые гранаты. – Ба-бах, мальчики! – воскликнула она, взрывая гранаты. Майкл был ошеломлён. Кэтрин исчезла, гибриды погибли. Рядом с Клаусом появились Элайджа и Ребекка, которые встали по бокам от брата. – Как вы... – Майкл посмотрел на них с недоумением. – Я никогда не предам своего брата, папа, – первородная улыбнулась, её голос звучал уверенно. – Это была спланированная ловушка. – Для тебя, отец, – закончил её мысль Элайджа, его голос был холодным и решительным. – Никлаус не держит нас в гробах, многое изменилось. – Очень многое, – добавила Соммерс, её голос был твёрдым. Клаус посмотрел на Майкла с ухмылкой, чувствуя, как его сердце наполняется радостью. – А теперь последний сюрприз, – Соммерс успехнулась, но в её голосе звучала тревога. Сзади Майкла появился Стефан, который ворвался в помещение. Он схватил Майкла за плечи и вырвал кол из его рук. – Ты не убьёшь его, – Сальваторе бросил кол в руки Клауса. – Теперь это твоя судьба. Тело Майкла начало гореть, его крики эхом разнеслись по помещению. Он умер. Его смерть была неизбежна. Все молча наблюдали за происходящим. Дженна, Элайджа, Ребекка и Стефан стояли рядом с Клаусом, чувствуя облегчение и радость. Кэтрин подошла ближе и сделала фото горящего тела, запечатлевая этот момент навсегда. – Кэтрин! – воскликнула Дженна, её голос был полон удивления. – Что? – Пирс усмехнулась, её глаза светились торжеством. – Не каждый день видишь, как папочка первородный горит. Клаус лишь ухмыльнулся, наслаждаясь моментом. Стефан едва заметно улыбнулся, чувствуя, как груз прошлого наконец-то упал с его плеч.

***

Целая неделя миновала с тех пор, как Майкл встретил свою гибель. Казалось, что мир должен был обрести стабильность, ведь первородные остались в городе. Время шло своим чередом, и каждый погрузился в свои заботы и рутину. Но только не команда, собравшаяся ради спасения жизни Елены. Дженна не могла избавиться от раздражения и тревоги, вызванных навязчивым желанием Деймона уничтожить первородных. Его одержимость не находила понимания в её сердце. Она хранила молчание, не вмешиваясь в их планы, но каждый раз, когда видела решимость в его глазах, её охватывала дрожь. Тем временем Стефан и Кэтрин вернулись к человеческой сущности, освободившись от власти Клауса. Их освобождение стало важным шагом на пути к восстановлению баланса и гармонии в этом мире, полном интриг и опасностей. Но их путь к новой жизни был далеко не гладким. Дженна осторожно спустилась со второго этажа, ступая по скрипучим половицам, которые издавали тихий, но раздражающий звук. Ее шаги были тихими, но каждый скрип заставлял ее вздрагивать. В руках она держала старый домашний телефон, который трезвонил так громко, что казалось, он вот-вот разлетится на части. Она подошла к столу, поставила телефон на место и устало потерла виски. – Слушаю, – произнесла она своим усталым, но все еще решительным голосом, стараясь не выдать раздражение. На другом конце провода раздался голос, полный энтузиазма и волнения, который мгновенно заставил ее напрячься. – Рыжуля, нужна твоя помощь! – воскликнул Деймон, словно это было самое естественное дело на свете. Дженна нахмурилась, услышав это прозвище. Она не любила, когда ее называли так, и в этот момент это прозвище только усилило ее раздражение. – Зачем? – спросила она, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно, но нотки недовольства все равно проскользнули. – И я же просила не называть меня так. Сальваторе рассмеялся, его смех прозвучал легко и непринужденно, но быстро сменился серьезным тоном. – Да-да, конечно, Рыжуля, – сказал он, пропуская мимо ушей ее замечание. – Так ты поможешь? – Сначала скажи, зачем? – усмехнулась Соммерс, скрестив руки на груди и прислонившись к столу. – Потом дам ответ. Деймон вздохнул, на мгновение задумавшись, как лучше сформулировать свою просьбу. Его лицо выражало смесь неуверенности и решимости. Она была уверена в этом,даже не видя его. – Мы со Стефаном идем на ужин к Майклсонам, чтобы договориться, но там будет сюрприз, – начал он. – Нам нужна твоя помощь, чтобы успокоить Клауса на всякий случай. Рыжеволосая приподняла бровь, ее глаза сузились, и она прищурилась, глядя на собеседника. – И чем я могу помочь? – произнесла она насмешливо, ее голос был полон сарказма. – Я вам вечно должна успокаивать его? – вздохнула она,– И почему вы так уверены, что я смогу? Деймон улыбнулся, но в его глазах мелькнула тень неуверенности. Он явно не ожидал, что она будет так прямолинейна. – Нам птичка одна напела, что он необычайно спокойный в твоей компании, – съязвил он, стараясь перевести все в шутку. – Поможешь? Дженна задумалась на мгновение, ее мысли метались между раздражением и любопытством. Она знала, что Сальваторе не всегда говорил правду, но в этот раз ей показалось, что он действительно нуждается в ее помощи. – Ладно, хорошо, – наконец сказала она, стараясь скрыть свое раздражение. – Во сколько? – В шесть, заедем за тобой, – ухмыльнулся Деймон, его голос звучал уверенно. – До встречи, Рыжуля! Дженна хотела возмутиться, но вампир уже сбросил вызов. Она некоторое время стояла, глядя на телефон, а затем отключила его. Ее руки дрожали от напряжения, но она знала, что выбора нет. Дженна направилась в свою комнату, ее шаги были быстрыми, но уверенными. Она мельком взглянула в зеркало, стоя перед шкафом. Ее рыжие волосы, которые всегда были ее гордостью, слегка растрепались от спуска по лестнице. Она знала, что Деймон не упустит возможности подколоть её из-за этого, и его слова уже начали звучать у нее в голове. Но сейчас у нее не было времени на споры. – Идёшь на ужин к Майклсонам? – прозвучал язвительный женский голос. Дженна обернулась,заметив Кэтрин. Она сидела на кровати, скрестив ноги, и лениво потягивала вино из бокала, её взгляд был полон насмешки. Соммерс, уже привыкшая к её язвительности, спокойно закатила глаза. Она знала, что Кэтрин не станет нападать, хотя её слова могли ранить. Рыжеволосая вздохнула, чувствуя, как усталость от последних событий окутывает её. – Да, – ответила она, стараясь не показать, что слова шатенки задели её. – Я думала, что ты уже убежала, ведь Клаус отпустил тебя. Двойник фыркнула, её тёмные глаза блестели, отражая свет ламп. Она сделала глоток вина, затем поставила бокал на тумбочку, и её лицо приняло задумчивое выражение. – Честно говоря, я уже привыкла ко всему этому, – произнесла она, лениво растягивая слова. – Ты, первородные, ваши вечные разборки...– перечисляла шатенка,– Это стало частью моей жизни. Дженна прищурилась, её взгляд стал холодным. Она знала, что Кэтрин любит драматизировать, но сейчас её слова прозвучали слишком искренне. – Не говори, что жестокая Кэтрин Пирс вдруг привязалась ко мне и другим, – пошутила она, надеясь разрядить обстановку. Кэтрин усмехнулась, её губы изогнулись в лёгкой улыбке. – К ним нет, – сказала она, не сводя глаз с рыжеволосой. – Но к тебе, возможно. Дженна замерла, её сердце пропустило удар. Эти слова, произнесённые так неожиданно и серьёзно, заставили её задуматься. Она посмотрела на Кэтрин, пытаясь понять, что скрывается за её словами. – Почему? – спросила она, чувствуя, как её голос дрогнул. Пирс наклонила голову, её взгляд стал изучающим. – Я помню, сколько боли причинила тебе и твоей семье, – произнесла она тихо, но уверенно. – Я не заслуживаю шанса на твоё прощение,Дженна. Рыжеволосая почувствовала, как внутри неё поднимается волна эмоций. Она не хотела вспоминать прошлое, но слова Кэтрин напомнили ей о том, что она не может просто забыть. – Каждый имеет второй шанс, – сказала она твёрдо, стараясь скрыть своё напряжение. – Помоги мне выбрать наряд,я не говорю, что мы прямо сейчас всё забудем и станем подругами, – произнесла она, стараясь говорить спокойно, – но мы можем попробовать. Кэтрин несколько мгновений молчала, её лицо стало задумчивым. Она перевела взгляд на шкаф, где висело множество одежды, затем снова посмотрела на Дженну. – Хорошо, – наконец сказала она, вставая с кровати с лёгкой улыбкой на лице. – Но только если ты пообещаешь, что не будешь вспоминать прошлое. Соммерс кивнула, чувствуя, как её напряжение немного спадает. Она знала, что это будет нелегко, но готова была попробовать. – Обещаю, – сказала она твёрдо. Кэтрин подошла к шкафу и начала перебирать платья, её пальцы ловко скользили по ткани. Наконец она достала одно из них – элегантное, с тонкой вышивкой, и протянула его Дженне. – Попробуй это, – сказала она, её голос стал теплее. – Оно будет идеально. Дженна взяла платье и пошла в ванную комнату, чтобы переодеться. Когда она вышла, Кэтрин уже ждала её, сидя на кровати с бокалом в руке. Её лицо выглядело задумчивым, но в глазах светился странный блеск. – Ну как? – спросила Пирс, поднимая бокал. Дженна посмотрела на своё отражение в зеркале, её глаза светились уверенностью и решимостью. На ней было чёрное облегающее платье, открывая одно плечо,а второе закрывало,как и декольте. Оно было до середины бедра и красиво сидело на фигуре девушки. Она чувствовала, что этот вечер может стать началом чего-то нового. – Отлично, – сказала она с лёгкой улыбкой. – Благодарю. Кэтрин кивнула, её взгляд стал мягче. – Тогда удачи, – сказала она, сидя на кровати. – Ужин с Майклсонами обещает быть интересным,если будешь в опасности пиши. Дженна обув каблуки,а после накинув пальто кивнула. Последний раз взглянуа в зеркало,чтобы оценить образ и макияж,а также волосы, которые Кэтрин ей уложила,она осталась довольной.

***

Они приехали на машине Деймона к особняку семьи Майклсон. Величественное здание возвышалось на окраине города, окруженное густым лесом, который казался непроходимым. Высокие каменные стены с коваными воротами, увитыми плющом, придавали особняку старинный и таинственный вид. Элайджа, облаченный в изысканный смокинг, встретил их на пороге. Его холодные карие глаза скользнули по братьям Сальваторе с легким пренебрежением, но когда он увидел Дженну, его лицо озарила искренняя, но едва заметная улыбка. Пройдя через просторный холл, украшенный старинной мебелью и картинами, они направились в столовую. Огромный стол, покрытый белоснежной скатертью, был уже накрыт. Изысканные блюда источали аппетитный аромат: мраморная говядина, черная икра, экзотические фрукты и дорогие вина. Официантки в откровенных нарядах суетились вокруг, но их присутствие вызывало у рыжеволосой отвращение. Она нахмурилась, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева и неприязни. Возле стола, облокотившись на спинку стула, стоял Клаус. Его черные узкие джинсы подчеркивали атлетическое телосложение, а темная футболка облегала мускулы. Черная кофта, накинутая сверху, добавляла образу загадочности. На его губах играла довольная ухмылка. Он заметил Дженну и окинул её оценивающим взглядом с головы до ног. За столом уже сидела Ребекка, попивая вино из изящного бокала. Её светлые волосы были уложены в сложную прическу, а голубые глаза блестели, отражая свет люстр. – Прошу всех за стол, – раздался холодный и властный голос Элайджи. Он сел рядом с Ребеккой, положив руки на подлокотники стула. Дженна заняла место напротив нее, стараясь не смотреть на Клауса. Стефан сел рядом с ней, а Деймон расположился напротив. Все приступили к трапезе, но напряжение в воздухе стало ощутимым. Звук столовых приборов, разрезающих мясо, казался неестественным. Соммерс сжала кулаки под столом, её пальцы побелели от напряжения. Внутри нее бушевала ярость. – К чему эта игра и ужин? – спросила первородная, глядя на братьев Сальваторе с легкой насмешкой в глазах. Деймон откинулся на спинку стула и, выдержав паузу, ответил: – Мы пришли договориться с твоим братом. – усмехнулся брюнет,– Чтобы он оставил Елену в покое и не трогал её кровь. Клаус усмехнулся, его лицо исказилось в холодной улыбке. – Увы, это невозможно. – прозвучал его голос,– Кровь двойника очень ценна для меня. Наступила напряженная тишина, нарушаемая лишь звоном столовых приборов. Дженна сжала зубы, её лицо исказилось от ярости. – И поэтому я буду получать её, – продолжил Клаус, его глаза сверкнули опасным блеском. – Но у меня есть предложение. – Какое же? – спросил Стефан, стараясь сохранить спокойствие, но в его глазах читалась тревога. – Вы оставите Елену в покое, а она будет, скажем, с Мэттом. – произнёс гибрид. Дженна поморщилась, её лицо исказилось от отвращения. – Ты против, любовь моя? – протянул Клаус, его голос звучал ехидно. – Она уже была в отношениях с Мэттом, и это не закончилось ничем хорошим, – ответила Дженна, стараясь говорить спокойно, но её голос дрожал. – Она попала в круговорот сверхъестественного. Майклсон прищурился, его лицо стало холодным. – К большому сожалению, Дженна, это было неизбежно. – прозвучал голос Элайджи,– Не встреть она Сальваторе, то встретилась бы с моим братом и Катериной однозначно. Дженна кивнула, понимая, что он прав, но её сердце все равно сжималось от боли. – Как поживает Пирс? – внезапно спросила Ребекка, меняя тему разговора. Её голос звучал непринужденно, но в глазах мелькнула тень интереса. – Прекрасно, – ответила Соммерс, её лицо озарилось легкой улыбкой. – Она навещала меня. Деймон скривился, его лицо исказилось от недовольства. – Вижу, что ты сдружилась с этой стервой. – саркастически усмехнулся Сальваторе старший,– Отвратительный выбор подруги. – Говорит тот, кто сох по ней 145 лет, – ответила Дженна, её голос звучал холодно и язвительно. Деймон замолчал, чувствуя, как слова Дженны попали в больную точку. Его лицо украсила грустная усмешка, но он промолчал. – Стефан, а где же сама красавица Елена? – спросил Элайджа, стараясь разрядить обстановку. Его голос звучал спокойно и даже дружелюбно, но в его глазах мелькнула тень беспокойства. – Спроси у Деймона, – пожал плечами Сальваторе младший, его лицо оставалось серьезным. – Мы с ней не в отношениях давно. Клаус рассмеялся, прикрыв рот рукой, а Ребекка спрятала улыбку за бокалом вина. Деймон ухмыльнулся, продолжая есть стейк, его лицо выражало самодовольство. Стефан же смотрел на Элайджу, который выглядел растерянным и не понимал, что происходит. Дженна закатила глаза, чувствуя, как раздражение внутри неё растет. Она отпила вина из бокала, стараясь успокоиться. – Прости, брат, – усмехнулся Клаус, его голос звучал саркастично, – Проблемы в раю, ты многое упустила, спасая нашу семью. Первородный кивнул, слегка улыбнувшись, но его взгляд оставался серьезным. – Стеф, мы же договаривались оставить недовольного тебя дома, – поддел брата Деймон, его голос звучал насмешливо, но в глазах читалась легкая тревога. Стефан нахмурился, но ничего не сказал. Ребекка встала из-за стола, её движения были грациозными и уверенными. Она направилась к двери, ведущей в гостиную. – Думаю, что теперь мы можем перейти к сюрпризу, – сказала она, её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась скрытая угроза. Она оглянулась на всех присутствующих, её глаза блестели холодным светом. Многие последовали за ней, чувствуя, как напряжение внутри них нарастает. Элайджа остался сидеть за столом, но его взгляд был прикован к подносу, который он держал в руках. На подносе лежали клинки – те самые, которыми Клаус обычно укладывал своих членов семьи в гроб. – Что вы наделали? – прохрипел Клаус, его голос дрожал от смеси гнева и ужаса. Он отшатнулся назад, увидев поднос с клинками в руках Элайджи, который с безразличным выражением лица направлялся к нему. – Мы вернули семью, – усмехнулась Ребекка, ее глаза сверкали холодным блеском. Она стояла рядом с Деймоном, который, несмотря на свою внешнюю беззаботность, был напряжен до предела. В комнату вошел первый парень, его одеяния прошлого века выглядели изношенными и грязными. Его длинные, спутанные волосы свисали до плеч, а борода была неопрятной и давно не стриженной. В его глазах читался гнев, смешанный с растерянностью, словно он не понимал, что происходит. – Брат? – прохрипел он, его голос был хриплым и надломленным. – Финн,с возвращением, – ответил старший Майклсон, его голос был спокойным, но в нем чувствовалась угроза. – И мы здесь, чтобы закончить то, что мы начали. Парень, казалось, не ожидал такого поворота. Он замер на месте, его взгляд метался между Элайджей и остальными. В этот момент он был похож на загнанного зверя, который не знал, куда бежать. Следом за ним вошел второй парень. Его каштановые волосы были взъерошены, а одежда выглядела так, словно она была из шестидесятых годов. Он выглядел более уверенно, чем его спутник, но в его глазах все еще читался азарт. – Кол, – прошептал Клаус, его лицо побледнело. Он отступил еще на шаг, чувствуя, как страх сковывает его тело. – Привет, брат, – ухмыльнулся Кол, его голос был холодным и насмешливым. Он вытащил клинок из-под жилетки и направил его на гибрида. – Давай, брат, – продолжил Майклсон, – давай покончим с этим. В следующее мгновение Финн, все еще дрожа от страха, выхватил клинок с подноса Элайджи и вонзил его в ногу Клауса. Боль пронзила гибрида, но он не издал ни звука. – Отлично, – усмехнулся Кол, – теперь моя очередь. Он поднял клинок и вонзил его в живот Клауса, его движения были точными и безжалостными. Ребекка не отставала: она вытащила третий клинок и вонзила его в плечо гибрида. – Этого достаточно? – спросила она, ее голос был холодным и безразличным. – Зачем вам это?– прохрипел Клаус, пытаясь вытащить клинки из своего тела. – Какой смысл в этом возмездие? В этот момент Дженна, которая до этого момента оставалась в тени, преградила путь Элайдже, когда тот хотел вонзить очередной клинок. Ее лицо было решительным, а глаза горели гневом. – Что ты делаешь? – закричала она, ее голос дрожал от ярости. – Ты не можешь просто так убить его! – Прости, Дженна, – усмехнулся первородный, его голос был холодным. – Но это необходимая мера мести,мы много лет терпели. – Нет, это не так! – произнесла Соммерс, пытаясь оттолкнуть Элайджу. – Он ваш брат! Только тогда все заметили ее присутствие. Кол и Ребекка замерли на месте, их лица выражали удивление. – Дженна, – произнесла Ребекка, ее голос был напряженным. – Лучше отойди. – Ни за что, – ответила рыжеволосая, ее голос был твердым. – Я не позволю вам творить эту чушь. – Спасибо за помощь, любовь моя, – усмехнулся Клаус, вытаскивая клинки из своего тела. Его лицо было бледным, но в глазах горел огонь. Дженна лишь кивнула ему, ее лицо оставалось напряженным. – А ты кто такая? – раздался ехидный голос Кола, его глаза блестели от интереса. – Неужели, Ник завел себе личную лисичку? Дженна закатила глаза, не сдержав усмешки. – Скорее личную совесть, и да, я не лисичка, Майклсон, – ответила она, скрестив руки на груди. – И я не собираюсь стоять в стороне и смотреть, как вы убиваете его. На губах первородного появилась заинтересованная ухмылка, в его глазах промелькнул азарт. – Знаешь, кто я? – спросил он, его голос был холодным и насмешливым. – Я многое слышала о тебе, Кол Майклсон, – ответила Соммерс, стараясь не выдать своего страха. – Безумный младший братец семьи Майклсон, спасибо Кэтрин за информацию. – Неудивительно, что Кэтрин и тут помогла тебе, – усмехнулась первородная, ее голос был полон неприязни к двойнику. – Она вправду смогла кем-то начать дорожить, даже удивительно. – Ну, может быть, – ответила Дженна, закатив глаза. – Но я сама по себе удивительная личность,Бекка.– внезапно холодно ответила она,– Так что лучше не испытывай мое терпение. В этот момент в комнате появилась женщина. Она была одета в платье прошлого века, ее светлые волосы были длинными и грязными. Ее лицо было каменным, а взгляд – холодным. – Мама, – прошептал Клаус, его голос дрожал от удивления и страха. Женщина подошла к нему, ее шаги были уверенными, но в них чувствовалась усталость. – Ты пришла, чтобы убить меня? – спросил гибрид, его голос был напряженным. – Нет, – ответила женщина, ее голос был натянутым, но в нем чувствовалась теплота. – Я пришла, чтобы простить тебя, Никлаус. Дженна, стоявшая рядом, удивленно взглянула на них. Она явно была не готова к такому повороту событий. – Простить меня? – переспросил Клаус, его голос дрожал от недоверия. – Ты же всегда была против меня. – Жизнь научила меня многому, Никлаус, – ответила женщина. – И я поняла, что прощение – это не слабость, а сила. Дженна, решив не мешать им, покинула особняк. Она чувствовала, что это было слишком интимное для них. Это было семейное, а она не была частью их семьи.

***

Вернувшись домой, Дженна не успела снять обувь, как в прихожей возникла Елена. Племянница стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на нее с обидой и горечью. Ее лицо исказила смесь гнева и разочарования. – Что-то случилось? – спокойно спросила Дженна, стараясь не выдать волнения, хотя ее сердце колотилось быстрее обычного. – Ты защитила Клауса! – воскликнула она,– Зачем? – с вызовом бросила Елена, ее голос дрожал от негодования, а в глазах сверкали искры гнева. – Каким бы чудовищем вы ни считали его, он тоже живой, Елена, и когда-то был человеком, – вздохнула Соммерс, ее голос звучал мягко, но в нем чувствовалась глубокая грусть и понимание. – Ты видишь в нем что-то хорошее? – усмехнулась Елена, ее взгляд был полон презрения и недоумения. – Он убил меня! – Ты выжила благодаря тому, что Джон пожертвовал собой, – спокойно ответила Дженна, пытаясь не повышать голос. – Ты стала вампиром из-за него! – воскликнула Гилберт, и в ее голосе прозвучала ярость. – И я благодарна ему за это! – произнесла Соммерс с удивлением, ее глаза сверкнули, и она подняла голову, встречая взгляд племянницы. – Да, Елена, я благодарна ему. – Почему? – прошептала Елена, ее голос был тихим, но в нем звучала мольба. – Потому что теперь я чувствую, что живу по-настоящему,я обрела друзей, независимость, вечную молодость. – произнесла рыжеволосая,– И, возможно, нашла свое место в этом мире, – с усмешкой ответила Дженна, ее интонация была спокойной, но в ней чувствовалась уверенность. Елена надолго замерла, глядя на Дженну. Ее лицо выражало смесь эмоций – от недоверия и удивления до восхищения. Она медленно выдохнула, будто пытаясь осознать услышанное. – И что бы ни случилось, я всегда буду держать нейтралитет, Елена, – вздохнула Соммерс, стараясь говорить уверенно. – Я не встану ни на чью сторону, потому что ты моя племянница, и я люблю тебя. Елена тяжело вздохнула и кивнула, а затем, не говоря ни слова, оказалась в объятиях Дженны. Та обняла ее крепко, стараясь передать всю свою поддержку и тепло. – Не волнуйся, я справлюсь, – с усмешкой произнесла Дженна, пытаясь придать своему голосу уверенность, хотя внутри у нее все дрожало. – Просто попытайся понять Сальваторе. Убив Клауса, они могут сами погибнуть. Елена кивнула, отстранилась и обняла рыжеволосую еще раз, но на этот раз ее объятия были более мягкими и теплыми. – Извини, что сорвалась, – прошептала она, ее голос звучал тихо, почти неслышно, но в нем была искренность. – Я не имела права указывать тебе,спокойной ночи, Дженна. Рыжеволосая кивнула, глядя, как Елена уходит вверх по лестнице, направляясь в свою комнату. Сама она медленно поднялась следом, чувствуя, как усталость и напряжение давят на плечи. Этот день был слишком тяжелым, и она понимала, что впереди ее ждут еще более трудные испытания.

***

Дженна вошла на кухню, где её встретила Елена. Было раннее утро, солнце едва пробивалось сквозь занавески, окрашивая пространство мягким золотистым светом. – Что это у тебя? – поинтересовалась Соммерс. На кухне царила тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием холодильника. Джереми продолжал спать, его комната находилась на втором этаже. Гилберт сидела за столом, держа в руках конверт. Её лицо выражало смесь тревоги и любопытства. Она вздохнула, словно решаясь на что-то важное, и положила конверт на стол. – Приглашение от семьи Майклсон на бал, – произнесла она, глядя на Дженну. – Лежало утром под дверью,пришло от Эстер. Дженна замерла, держа чашку кофе у губ. Она подняла бровь, её взгляд стал задумчивым. – Эстер? – переспросила она. – Их мать, – ответила Елена, слегка улыбнувшись. – Ты же видела её, когда была у них на ужине в их доме. Рыжеволосая сделала глоток кофе и поморщилась. Воспоминания о встрече с Эстер Майклсон были ещё свежи в её памяти. Эта ведьма оставила у неё неизгладимый след. – Точно, – наконец кивнула Соммерс, усмехаясь. – Я тогда была шокирована,все говорили, что Клаус её убил. Елена посмотрела на тётю, её взгляд был тёплым, но в нём читалась лёгкая грусть. – Я подумала, что тебе тоже придёт приглашение, – произнесла она, склонив голову набок. Рыжеволосая удивлённо подняла кружку и отпила ещё глоток кофе. – Почему это? – спросила она, не понимая, почему племянница так думает. Елена закатила глаза, её лицо стало немного раздражённым. – Ты ведь очень близка с Майклсонами, – ответила она. – Они могли бы позвать тебя. Дженна задумалась, глядя на свою кружку. Она поставила её на стол и посмотрела на Елену. – Елена, возможно, я и близка с ними, но это не значит, что они обязаны звать меня, – произнесла она спокойно, но с лёгкой ноткой уверенности. Гилберт вздохнула, понимая, что спорить бесполезно. – Ладно, – сказала она. – Я хочу сходить к Сальваторе, чтобы поговорить об этом. – после чего добавила,– Ты со мной? Дженна кивнула, её лицо стало серьёзным. – Да, только переоденусь и схожу, – ответила она, поставив кружку в раковину и направляясь к двери. Елена открыла холодильник, чтобы достать молоко для кофе. Она замерла, глядя на молоко. Её мысли были где-то далеко. Рыжеволосая направилась в свою комнату, быстро переодевшись в более удобную одежду для улицы. На ней были тёмные джинсы, лёгкая чёрная куртка,под которой была спряталась фиолетовая кофта с глубоким вырезом в области декольте,и кроссовки. Её волосы были распущенными, а лицо выглядело сосредоточенным. Она посмотрела на себя в зеркало, убедившись, что выглядит готовой к выходу. Спустившись на первый этаж, она увидела Елену, которая уже ждала её у двери. – Готова? – спросила Елена, улыбаясь. – Да, – ответила Дженна, надевая сумку на плечо– Пошли. Они вышли из дома и направились к машине Елены. Солнце уже начинало подниматься, окрашивая небо в нежные розовые и оранжевые оттенки. – О, а вот и твой любимчик бежит, – усмехнулась Елена, спустившись со ступеней. Она опёрлась на перила, наблюдая за Клаусом, который быстро приближался к их дому. Его шаги были уверенными, но с лёгкой дрожью в коленях, что придавало ему интригующий вид. В руках он держал внушительную коробку, завёрнутую в блестящую бумагу, и две поменьше, перевязанные лентами. Его взгляд, устремлённый на Дженну, был полон уважения и восхищения, словно он склонялся перед ней. Рыжеволосая заметила его приближение и подошла к Елене, закрыв за собой дверь дома. Лицо её выражало смесь любопытства и беспокойства. Она сложила руки на груди и посмотрела на Елену, ожидая поддержки. – Мы ведь не успеем сбежать? – шепнула она, прищурившись. – Увы, нет, – усмехнулась Гилберт, сложив руки на груди. – Этот день определённо не наш. Первородный остановился напротив них, его взгляд был прикован к Дженне. – Работаешь курьером, Клаус? – произнесла Соммерс. Он склонил голову, отдавая дань уважения, и его ухмылка стала шире, а в глазах мелькнуло что-то хитрое и интригующее. – Любовь моя, я польщён твоим юмором, но у меня есть дела поважнее, чем работа курьером, – произнёс он, не скрывая удовольствия от её сарказма. – Имеешь ввиду своих рабов,– Дженна закатила глаза, скрестив руки на груди. Гибрид лишь усмехнулся, не став спорить. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась хитрость. – Я здесь, чтобы пригласить тебя лично на бал моей семьи, – произнёс он, глядя прямо в глаза Дженне. – А это? – рыжеволосая кивнула на коробки. – Это тебе, если ты согласишься составить мне пару на этот вечер, – пояснил Майклсон, слегка наклонив голову. – В одной из коробок – приглашение. Дженна перевела взгляд на Елену, которая едва заметно кивнула, показывая, что это её выбор. Рыжеволосая тяжело вздохнула, её лицо оставалось решительным. Она подняла руку, словно защищая себя. – Ладно, я согласна, но только на один раз, – произнесла она. – И без твоих указаний,я не собираюсь становиться твоей марионеткой. Первородный замер, его лицо на мгновение стало серьёзным, но затем он кивнул, словно под гипнозом. Его взгляд был полон удивления, но он не подал виду. – Ставь коробки на порог дома, – приказала Дженна, глядя на Клауса. – Заберу их, когда мы вернёмся от Сальваторе. – Как пожелаешь, любовь моя, – усмехнулся первородный, слегка склонив голову. – Жду нашей встречи с нетерпением. Дженна закатила глаза, но не ответила. Она повернулась и направилась к машине, которая стояла неподалёку. Елена села за руль, а Дженна устроилась на пассажирском сиденье, её лицо оставалось задумчивым. – Ты видела, как он на тебя смотрел? – воскликнула Гилберт, не отводя взгляда от Клауса. – Это флирт, Дженна! Рыжеволосая закатила глаза,понимая,что Елена теперь будет подкладывать ее. – Самый опасный первородный гибрид превращается в ласкового щенка в твоём присутствии! – добавила двойник с улыбкой, но в её голосе слышалось удивление. Дженна бросила на неё взгляд, но ничего не ответила. Её лицо оставалось непроницаемым, словно она не хотела признавать, что это могло быть правдой. – Мне льстит, что ты так думаешь, но ты ошибаешься, Елена, – наконец произнесла она, отворачиваясь. – Он просто использует меня,я уверена,не думаю,что Клаусу есть дело до меня. Они подъехали к особняку Сальваторе, и Елена заглушила двигатель. Они молча вышли из машины, и Дженна направилась к двери, а Елена задержалась на мгновение, чтобы взглянуть на тётю, которая уверено шла к двери. И как бы Дженна не твердила обратное,но Елена видела взгляд Клауса. И она была уверена,что он однозначно заинтересован в ее тёти.

***

– А вот и наша Рыжуля! – бодро воскликнул Деймон, отодвигая стакан с бурбоном на край стойки. Его голос был слегка хрипловатым, а в глазах плясали весёлые искорки. Дженна, грациозная и уверенная, словно пантера, подошла к дивану. Её шаги были бесшумными, но уверенными. Она схватила подушку, метнув её в Сальваторе старшего с неожиданной силой. Вампир, уловив угрозу, мгновенно отпрыгнул в сторону, и подушка, пролетев мимо, глухо ударилась о стену. – Мазилаaaa, – протянул Сальваторе старший, смеясь. Его смех был глубоким и бархатным, словно шёлковое прикосновение. Елена, последовавшая за Дженной с лёгкой улыбкой на губах, остановилась, чтобы взглянуть на них обоих. Её взгляд был тёплым, но в глазах читалась лёгкая усталость. Она села рядом со Стефаном, который сидел на диване, молча наблюдая за происходящим, словно древний мудрец, погружённый в свои мысли. – Заткнись, идиот! – закатила глаза Дженна, опускаясь на диван напротив. Её голос был низким и немного раздражённым. Деймон, оказавшись рядом, легко присел на диван, его движения были плавными и уверенными. Он протянул Соммерс стакан с вином, и она приняла его с благодарным кивком, словно это было нечто само собой разумеющееся. – Какие новости? – спокойно спросил Стефан, глядя на Гилберт. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась искренняя забота. – Приглашение на бал Майклсонов, – произнесла Елена, её голос дрожал от волнения. Она посмотрела на Деймона, словно ища поддержки. – Эстер хочет меня увидеть, – добавила она, её глаза блестели от предвкушения. – А меня – Клаус, – усмехнулась Дженна, поднимая взгляд на брюнета сидящего рядом. Её лицо оставалось невозмутимым, но в голосе слышалось лёгкое раздражение. – Да! – воскликнула Елена, её лицо озарилось радостью, а сердце забилось быстрее. – Он лично пригласил её, при мне. Деймон ухмыльнулся, его глаза блестели от удовольствия. – Ну, кто бы мог подумать?– весело протянул он,– Наш гибридик неровно дышит к нашей Рыжуле, – шутил Сальваторе старший, его голос звучал легко и непринуждённо. – Может, хватит уже шуток про нас с Клаусом? – устало проныла рыжеволосая, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза. – Давайте лучше обсудим предстоящий бал,времени у нас не так много. – Полностью поддерживаю Дженну, – серьёзно произнёс Сальваторе младший, его взгляд был устремлён на Елену. – Нам нужно подготовиться. – Ладно, ладно, – вздохнул Деймон, поднимая руки и делая вид, что сдаётся. – Зануды,только и умеете, что критиковать. – Ты бы лучше что-нибудь полезное предложил, – раздражённо бросила Дженна, не открывая глаз. – О, я уже придумал, – усмехнулся Деймон, его лицо озарила озорная улыбка. – Как насчёт того, чтобы я научил Елену паре трюков? – Вот только этого нам не хватало, – закатила глаза Соммерс, открывая глаза и глядя на него с насмешкой. – Я бы хотела пойти с тобой, Стефан, если ты не против, – произнесла Гилберт, глядя на вампира с лёгкой улыбкой. Её голос звучал мягко, но в нём чувствовалась решимость. Стефан кивнул, его взгляд остался тёплым. – Деймон, пригласи, пожалуйста, Бонни, – попросила Елена, её голос был спокойным, но в нём звучала просьба. – Она может пригодиться. Сальваторе старший молча кивнул, его лицо оставалось непроницаемым. – Кэролайн придёт в компании Тайлера, – произнёс Стефан, его голос звучал уверенно. – А что насчёт Кэтрин? – Ммм, она сейчас не в городе, – вздохнула Дженна, её голос звучал немного грустно. – И вряд ли появится там. Три пары глаз моментально уставились на нее. – И не смотрите на меня так, – добавила она, закатывая глаза. – Да, я подружилась с ней, хотя она и причинила нам кучу проблем. – Это ещё мягко говоря, Рыжуля, – усмехнулся Деймон, его голос звучал насмешливо, но в глазах мелькнуло что-то тёплое. – Раз мы всё обсудили, то, думаю, пора готовиться к балу, – произнесла Дженна, вставая с дивана. Её движения были уверенными, но в них чувствовалась усталость. – Да, мы домой, – сказала Елена, вставая следом за ней с лёгкой улыбкой. Её голос был твёрдым, но в нём слышалась нотка нежности. Дженна кивнула, её взгляд был сосредоточенным, и направилась к выходу, оставляя за собой шлейф лёгкой прохлады. – Я заеду за тобой вечером, – произнёс Сальваторе младший, глядя на Елену. Его голос был мягким, словно шёлковое прикосновение. Она кивнула в ответ, её лицо озарила тёплая улыбка. Девушки покинули дом, оставив позади смех и шумную перепалку. Их шаги были тихими, но уверенными, когда они отправились обратно, готовясь к предстоящему балу, который обещал быть незабываемым.

***

Вернувшись домой, Дженна и Елена с энтузиазмом принялись за подготовку к балу, который устраивали Майклсоны. Соммерс, уставшая после долгого дня, почувствовала, как на плечи давит тяжесть. Гилберт же, полная энергии, с легкостью подхватила коробки, принесенные Клаусом, и начала подниматься по лестнице. – Давай скорее откроем и посмотрим, что он выбрал, – нетерпеливо произнесла Елена, ставя две небольшие коробки на кровать рядом с большой. Ее глаза горели любопытством, а руки дрожали от нетерпения. – Я так хочу увидеть, что он подготовил для тебя. – ухмыльнулась племянница. Дженна закатила глаза, но, несмотря на усталость, все же взялась за крышку большой коробки. Внутри что-то шевельнулось, и она почувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее. Она аккуратно сняла шелковую ленту и подняла крышку. Перед ней лежало пышное платье в пол с юбкой нежно-салатового оттенка, переливающейся в лучах света, словно морская волна. Прозрачная ткань верхней части платья мерцала, создавая эффект легкости и воздушности. Изящный цветочный принт из фиолетовых бутонов украшал рукава и декольте, придавая платью элегантность и утонченность. Выреза в области груди не было, что делало платье строгое и целомудренным, несмотря на его пышность. – Дженна, оно великолепно, – произнесла Гилберт, восхищенно глядя на платье. Ее глаза сияли, а лицо озарила искренняя улыбка. – Ты просто обязана его надеть. – продолжала говорить Елена,– Это платье идеально тебе подойдет. Дженна кивнула, все еще пораженная красотой наряда. Она провела пальцами по мягкой ткани, чувствуя, как платье нежно обнимает ее фигуру. Ее щеки слегка порозовели, а в груди разлилось тепло. – Что в остальных коробках? – нетерпеливо спросила Елена, не в силах больше сдерживать свое любопытство. – Я сгораю от нетерпения. Рыжеволосая отложила платье в сторону и, стараясь не показывать волнения, открыла вторую коробку. Внутри лежали туфли из чистого хрусталя, выполненные в форме изящной лодочки. Они идеально подходили к платью, добавляя ему блеска и роскоши. – Кажется, Клаус романтик, – с легкой улыбкой произнесла шатенка, разглядывая туфли. – Он даже не забыл про такие мелочи. Дженна хмыкнула, но ничего не ответила. Она достала из-под туфлей приглашение и, развернув его, прочитала вслух: – «Семья основателей Майклсон приглашает вас на бал, который состоится в их особняке в восемь часов вечера», – произнесла она, усмехаясь. – Ну, это я уже знаю. – А что тут? – поинтересовалась двойник. Елена наклонилась ближе, разглядывая приглашение, и указала пальцем на текст сзади. Дженна перевернула лист и, прочитав, не смогла сдержать удивленного вздоха: – «Надеюсь, что ты подаришь свой первый танец мне, любовь моя. Твой Клаус», – с сарказмом произнесла она, закатывая глаза. – Он что, серьезно? Елена хитро улыбнулась, наслаждаясь реакцией тёти. Ее глаза блестели от удовольствия, а губы изогнулись в лукавой улыбке. – Даже не начинай, – ответила Соммерс, откладывая приглашение. – Осталась последняя коробка,думаю, там что-то еще. Рыжеволосая осторожно открыла последнюю коробку, чувствуя, как ее сердце начинает биться быстрее. Внутри лежало изящное колье из белого золота, украшенное мелкими бриллиантами, и серьги с такими же камнями. Колье переливалось на свету, словно маленькая радуга, а серьги добавляли образу утонченности. – Я думаю, это идеально подойдет, – с улыбкой произнесла Гилберт, помогая Дженне примерить украшения. – Они подчеркнут твою красоту и добавят образу завершенности. Соммерс кивнула, чувствуя, как на нее нахлынули эмоции. Она надела колье и серьги, и они идеально подошли к ее платью, добавляя ему роскоши и элегантности. Ее щеки слегка порозовели, а взгляд стал более уверенным. – Я принесла сюда платье твоей матери, – произнесла Дженна, указывая на коробку в углу комнаты. – Надень его, чтобы завершить образ. Елена благодарно кивнула и направилась к коробке. Оно было таким же красивым, как и платье Дженны, но с легким оттенком ностальгии. Елена аккуратно надела платье, и оно мягко обвило ее фигуру, подчеркивая женственность и утонченность. Когда все было готово, Соммерс присела перед зеркалом, чтобы сделать нежный макияж. Она нанесла тушь на свои выразительные глаза, добавила немного теней, чтобы подчеркнуть их глубину, и провела легким румянцем по скулам. Ее длинные волнистые рыжие волосы она аккуратно собрала в аккуратный пучок, закрепив его шпильками. На запястье она надела изящные золотые часы, а в руки взяла маленький черный клатч, в который положила деньги, ключи от дома и телефон. – Ты готова? – спросила Елена, стоя у двери. Ее платье переливалось в лучах света, создавая ощущение волшебства. Шатенка выглядела так, словно была готова к чему-то великому. Дженна кивнула, чувствуя, как ее сердце бьется быстрее. Она спустилась вниз по лестнице, чувствуя, как все вокруг замирает в ожидании. В гостиной ее уже ждали братья Сальваторе, одетые в смокинги. Деймон улыбнулся ей, его глаза светились теплом и восхищением. – Рыжуля, ты выглядишь великолепно, – произнес он, подходя ближе. – Ты затмишь всех на этом балу. Дженна кивнула, чувствуя, как ее щеки заливает румянец. Ее сердце билось все быстрее, а внутри зарождалось предвкушение. Вскоре спустилась Елена, одетая в пышное платье с открытыми плечами. Оно переливалось от светлого к темному, создавая эффект глубины и загадочности. Поверх платья она накинула темную кружевную накидку, а волосы аккуратно заколола сзади, создав образ таинственной и утонченной красавицы. На ногах у нее были высокие черные каблуки, а на лице – легкий макияж, подчеркивающий ее природную красоту. – Мы готовы ехать, – с улыбкой сказал Деймон, предлагая Дженне локоть. – Ты готова к этому вечеру? Рыжеволосая уверенно кивнула, чувствуя, как в ее сердце зарождается предвкушение. Она посмотрела на Елену, которая стояла рядом, и они обе улыбнулись друг другу. Затем они с Бонни ухватились за локоть старшего Сальваторе, и все трое направились к машине. Елена села в автомобиль, который ждал ее вместе со Стефаном, а Дженна и Деймон поехали в компании Бонни. Когда двери машины захлопнулись, все трое направились к особняку Майклсонов. Воздух был наполнен магией и тайной, и Дженна чувствовала, что этот вечер станет для нее особенным. Она посмотрела на звездное небо, и в ее душе зародилось ощущение чего-то волшебного и неизбежного. Клаус стоял за своим столиком в просторном зале особняка, где уже вовсю кипел бал. Гости прибывали один за другим, их смех и разговоры наполняли помещение. Но среди всех присутствующих он ждал лишь одну девушку. Он взял в руки бокал с шампанским, и в этот момент, когда официант отошёл, он увидел её. Дженна Соммерс вошла в зал, и её появление вызвало у него лёгкий трепет. Она была великолепна в светло-салатовом платье, которое он ей отправил. Этот оттенок идеально подчёркивал её рыжие волосы и зелёные глаза, делая её похожей на принцессу, нет, даже красивее их. Дженна была истинной Королевой. Клаус был готов сделать её своей Королевой, если она позволит ему. Он направился в её сторону, оставив бокал на столе. – Любовь моя, —произнес он, подойдя ближе и поцеловал её в тыльную сторону ладони, следуя этикету. – Ты неотразима, — добавил он с восхищением. Дженна усмехнулась в ответ, принимая комплимент, но её смущение было очевидно. – Благодарю, Клаус, — произнесла она, — но это твои заслуги,ты прислал это всё. – Не наряд украшает человека, а сам человек, — возразил первородный, — в твоём случае второе. Соммерс закатила глаза, но тень смущения пробежала по её лицу. Он подставил свой локоть, за который она ухватилась, и они направились к их столику. Краем глаза она заметила Деймона, Елену, Стефана и Бонни, которые сидели за одним столом, смеясь и разговаривая. Кэролайн была в объятиях Тайлера, и их счастье было заразительным. Несколько первородных, включая Элайджу и Финна, встречали гостей, но Эстер, глава семьи, отсутствовала. Майклсон предложил Соммерс шампанское, которое она приняла, сделав глоток. Вскоре на высоком втором этаже появилась Эстер. Она постучала ложкой по бокалу, привлекая внимание гостей, и наступила тишина. – Приветствую вас, мои дорогие гости, — произнесла она с наигранной улыбкой, — сегодня в такой чудесный день мы собрались на балу в честь воссоединения моей большой семьи. – ее голос звучал уверено,– И я бы хотела разделить эту радость с вами. После её слов все сделали глоток шампанского. Первородные разошлись по своим парам для вальса. Эстер осталась на своём месте, чтобы держать ситуацию под контролем. Клаус оказался возле Дженны и протянул ей руку. Она приняла её, оставив бокал на столе. Данный вид вальса был древним, с одной важной деталью: пары должны были меняться каждые пять минут. Они встали в одну линию, шагая сначала в одну сторону, а затем во вторую. После чего закружились в вальсе, их движения были плавными и грациозными. – Прекрасно танцуешь, любовь моя,— прошептал Клаус ей на ухо. – Уроки мамы не прошли даром, — усмехнулась Дженна, вспомнив свой подростковый период, когда она училась танцевать. – Скучаешь по ней? — поинтересовался он. – Безумно, также, как и по сестре, — ответила она, вспоминая мать Елены. – Но я не живу прошлым. После её слов произошла смена партнёра, и она оказалась в объятиях Элайджи. – Дженна, прекрасно выглядишь, — улыбнулся первородный. – Благодарю, Элайджа, — произнесла она в ответ, — Но это заслуга вашего брата. – Увы, но я слышал немного ваш диалог, — сказал первородный, — я согласен с Клаусом,вы сами по себе неотразимо красивы. Соммерс лишь смущённо кивнула, заметив, что Клаус неотрывно смотрел на них, хотя кружился в объятиях с Кэролайн. Его взгляд был ревнивым, а челюсть напряжённой. Он слышал их благодаря своему острому слуху. Она закатила глаза, уверенная в своей правоте. В следующее мгновение она оказалась в объятиях Финна Майклсона. – Добрый вечер, мисс Соммерс, — уважительно поздоровался он. – И вам добрый вечер, мистер Майклсон», — ответила она. – Можно задать вам вопрос, который мучает меня несколько дней? — поинтересовался первородный. Дженна кивнула, продолжая кружиться в танце. – Почему вы так добры с моими братьями и сестрой? — спросил он, удивляясь её отношению. – Мы же... _ Монстры?» — перебила его девушка.– Простите, но я так не думаю. Финн удивлённо посмотрел на неё. – Вы были когда-то обычными людьми, а бессмертие и вампиризм — это не проклятие, Финн, — улыбнулась Дженна,– В этом можно найти как плюсы, так и минусы, но самое главное, что это ваша жизнь. Первородный задумался, его взгляд изменился. – Возможно, вы правы, — задумчиво ответил он,– Благодарю за танец. После этого она оказалась в объятиях Кола. – Вот и собрала всех Майклсонов, — пошутила Соммерс, встречаясь с его глазами. – И я рад видеть тебя, лисичка, — ухмыльнулся Кол, не скрывая своей наглости,– Всё же кто ты моему брату? – Никто, мы не в отношениях, если интересно, и не друзья, — ответила она, пожимая плечами,– Он просто обратил меня в вампира на зло моей племянницы, а после взял с собой в поездку,я была как красивое украшение. – Типичный Ник, — усмехнулся брюнет, кружа её в танце,– Но ты однозначно не украшение, лисичка. – Почему лисичка? — поинтересовалась Дженна. – Ну как же, ты рыжая, ещё и я уверен, что хитрая,я — он с азартом подмигнул ей. Она закатила глаза на его ответ, но улыбку скрыть не смогла. – Вот видишь, ты улыбнулась, а значит, тебе нравится,— усмехнулся Кол. – Ты меня раздражаешь, — протянула девушка. – Раздражение — первые признаки чувств, лисичка, после них бывают самые яркие отношения, — ухмыльнулся первородный. – Между нами с тобой не будет никаких отношений, Кол, — улыбнулась Соммерс,– И между мной и твоими братьями. – Лисичка, твои отказы делают меня лишь настырным, — подмигнул он ей. Девушка не успела ответить, как оказалась в объятиях Клауса обратно. – Весело было?» — ревниво поинтересовался он. – Смотря о чём ты, — произнесла она. – Я про Кола», — раздражённо сказал гибрид,– Вы флиртовали. – Скорее он со мной, а не я с ним, — усмехнулась Соммерс,– А во-вторых, ты что, ревнуешь, Клаус? После её вопроса он замолчал, словно обдумывал её слова. – Да, — его ответ был прост и прямолинеен. Дженна не ожидала услышать это, и её сердце забилось быстрее. Она была благодарна, что танец закончился именно сейчас, и, сделав реверанс, поспешно покинула зал, оставив Клауса в одиночестве. Выбежав на улицу, она почувствовала, как холодный воздух окутал её. Она не могла поверить, что первородный гибрид мог что-то чувствовать к ней. Рыжеволосая была уверена, что всего лишь очередная игрушка в его руках, что он играет с ней, как и со всеми остальными. Но его взгляд, его слова — всё это говорило о том, что он был искренен. Она попыталась успокоить себя, закрыв глаза, но это не помогло. Её мысли были в хаосе. Она подошла к лошади, которая стояла возле особняка, и начала наблюдать за ней, пытаясь собраться с мыслями. Позабыв о холоде и о том, что на ней было лишь лёгкое платье, она стояла, погружённая в свои размышления.

***

– Почему ты сбежала? – голос с британским акцентом прозвучал неожиданно, словно выстрел в тишине. Дженна вздрогнула, услышав его голос. Она стояла на в центре сада, где смотрела на лошадь. Её рыжие волосы развевались на ветру, а глаза, полные тревоги и удивления, встретились с его тёмными, проницательными глазами. Сердце Дженны забилось быстрее, словно пытаясь вырваться из груди. Она не могла отвести взгляд, чувствуя, как её дыхание становится прерывистым и неровным. – Сказать честно или солгать? – произнесла она, стараясь придать своему голосу спокойствие и уверенность, хотя внутри неё бушевала буря противоречивых эмоций. Её голос дрогнул, выдавая её внутреннюю борьбу. – Честно, – произнёс Клаус, его глубокий голос звучал твёрдо и уверенно, но в нём проскальзывали нотки сомнения и, возможно, даже уязвимости. Соммерс на мгновение закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Она чувствовала, как её тело напрягается, а внутри неё растёт страх и недоверие. – Испугалась, – призналась она, её голос дрожал, как тонкая нить, готовая порваться, – Ты сказал об этом так неожиданно, я думала, ты скажешь что-то другое, – она тяжело вздохнула, опустив взгляд на землю, – А ещё я не верю твоим словам, Клаус,ты сделал слишком много, чтобы заслужить моё недоверие. Первородный молчал, не перебивая её. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глубине его тёмных глаз Дженна видела нечто, что заставляло её сомневаться в своих словах. Она видела в его взгляде не только уверенность, но и что-то ещё, что-то, что заставляло её сердце биться быстрее, несмотря на её страх и недоверие. – Почему? – наконец спросил он, его голос прозвучал мягко, почти нежно, но в нём всё же слышалась лёгкая хрипотца, выдававшая его напряжение.– Только честно, любовь моя. Дженна подняла глаза, встретившись с его взглядом. Её лицо было серьёзным, но в её глазах читалась боль и решимость. – Потому что невозможно начать что-то испытывать к человеку, когда изначально ты сделал всё, чтобы уничтожить его жизнь, – произнесла она, её голос звучал твёрдо, но в нём всё ещё слышались нотки дрожи. – Да, я полюбила вампиризм, но, Клаус, ты буквально убил ещё недавно мою племянницу, пусть и не окончательно. Рыжеволосая замолчала, чувствуя, как её голос дрожит, а внутри неё поднимается волна гнева и разочарования. Она посмотрела на лошадь, стоящую неподалёку, как будто ища в ней утешение и поддержку. – Ты сделал меня вампиром, а потом чуть ли не взял в рабство, – продолжила она, её голос зазвучал громче, но в нём всё ещё слышалась боль и горечь,– Ты ужасно обращался со своей семьёй, ты буквально олицетворяешь всё то, что я ненавижу. – усмехнулась Дженна,– Я не верю в то, что ты искренне ведёшь себя со мной,ты просто играешь со мной, как кошка с мышкой. Соммерс выдохнула, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. Её слова прозвучали резко и безжалостно, но она не чувствовала в себе сил смягчить их. Она знала, что должна быть честной, даже если это ранит его. – Ты правда честен со мной, Клаус? – спросила она, её голос звучал тихо, почти шёпотом, но в нём слышалась ирония и недоверие. – Или это очередная твоя игра? Первородный не ответил сразу. Он стоял, и смотрел на неё, не отводя взгляда. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине его глаз Дженна увидела что-то, что заставило её сердце сжаться. – Да, я не самый лучший вариант, – наконец произнёс гибрид, его голос звучал искренне, но в нём всё же слышалась нотка грусти и сожаления,– Я не идеален, и я это знаю,но ты правда нравишься мне, Дженна. Дженна нахмурилась, её лицо оставалось напряжённым. Она не знала, как реагировать на его слова. Они казались ей странными, и в то же время они трогали её сердце. Она чувствовала, как внутри неё борются два чувства: страх и любопытство. – Почему я? – спросила она тихо, почти шёпотом, её голос дрожал. – Есть куча других девушек, которые были бы рады оказаться на моём месте. Клаус улыбнулся, но его улыбка была грустной и немного напряжённой. Он смотрел на неё, словно пытаясь найти в её глазах ответ на свой вопрос. – Ты искренняя, добрая, понимающая, – произнёс он, его голос звучал мягко и тепло. – Ты единственная, кто видит нас такими, какие мы есть, а не монстрами, которые мы иногда становимся. Рыжеволосая хотела возразить, но слова застряли у неё в горле. Она почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, а внутри неё разливается странное тепло. – И ты излучаешь свет, которого мне так не хватало в жизни, – продолжил Клаус, его голос стал ещё тише, но в нём звучала искренность. – Ты не похожа на других, любовь моя,ты не боишься быть собой, ты не боишься идти против течения,– после чего добавил,– против меня. Дженна не знала, что ответить. Её сердце билось так сильно, что она чувствовала, как оно готово выпрыгнуть из груди. Она посмотрела на него, её глаза были полны противоречивых эмоций: страха, сомнения, но и любопытства. – Я не прошу тебя кидаться в мои объятия прямо сейчас, – произнёс Майклсон, его голос звучал мягко и спокойно. – Но я прошу тебя не отталкивать меня раньше времени, дай мне шанс. Соммерс молчала, её лицо оставалось серьёзным, но в глубине её глаз мелькнула тень сомнения. Она не знала, что сказать, не знала, как реагировать на его слова. – Мне нужно время, – наконец произнесла она, её голос звучал мягко, но решительно. – Я хочу подумать обо всём, что ты сказал. Клаус понимающе кивнул, его лицо осталось непроницаемым, но в его глазах Дженна увидела тень разочарования,но там же поселилась надежда. – Любишь лошадей? – внезапно спросил он, пытаясь сменить тему разговора. Он посмотрел на лошадь, стоящую неподалёку. Рыжеволосая улыбнулась, её лицо осветилось солнечным светом. Она посмотрела на лошадь, её глаза светились теплом и любовью. – Они прекрасные животные, – произнесла она, её голос зазвучал мягко и задумчиво. – Но я больше люблю птиц. Клаус поднял брови, его лицо выражало искреннее удивление. – Почему? – спросил он, его голос зазвучал заинтересованно. – Если не секрет, конечно. Дженна вздохнула, её взгляд стал мечтательным. Она посмотрела на небо, где утром ещё кружили птицы, свободные и независимые. – Птицы олицетворяют свободу, – произнесла она тихо, почти шёпотом. – Я всегда мечтала о свободе, о том, чтобы быть самой собой, не зависеть от других. Гибрид с интересом слушал её, его лицо оставалось расслабленным, но в его глазах читалось уважение. – Я всегда была бунтаркой, – произнесла она, её голос звучал мягко. – Прямо как мой племянник Джереми. Клаус усмехнулся, его лицо осветила тёплая улыбка,после ее слов. – Да, я была бунтаркой, – подтвердила она. – Но это было не просто бунтарство, это было моё стремление быть собой, не подстраиваться под других. – А твоя сестра? – поинтересовался Клаус, его голос зазвучал немного игриво. Дженна закатила глаза, её лицо стало серьёзным. – Миранда, приёмная мать Елены и моя старшая сестра,она была правильной, абсолютно всегда, – произнесла она с лёгкой иронией. – Всегда стремилась к идеалу, всегда была такой идеальной. Первородный рассмеялся, его смех прозвучал тепло и искренне. – Значит, ты была плохой девочкой, – произнёс он, его голос звучал шутливо, но в нём слышалась нежность. – О, боже, не начинай, – закатила глаза Дженна, её лицо снова стало серьёзным. – Я была подростком, а потом погибли мои родители, и мы остались с сестрой одни. – вздохнула рыжеволосая,– Мой бывший парень изменил мне, и я потом изменилась. Клаус внимательно слушал её, его лицо стало серьёзным, но в его глазах читалось понимание. – Дальше, я думаю, ты в курсе, что моя сестра и её муж погибли, и я стала опекуном Елены и Джереми, – произнесла Соммерс, её голос звучал устало, но в нём всё же слышалась решимость. – Дальше мы попали в этот круговорот сверхъестественного мира, и я не знаю,после стала его частью. Майклсон кивнул, его лицо осталось спокойным, но в его глазах мелькнула тень сочувствия. – Отвезти тебя домой? – спросил он, его голос звучал мягко и заботливо. – Если не сложно, – кивнула Дженна, её голос звучал тихо, но в нём слышалась благодарность. Клаус подошёл к своему большому джипу, открыл дверь для Дженны, и она села внутрь. Его пиджак, который он накинул на её плечи, окутал её теплом и уютом. Дженна почувствовала, как ткань пиджака приятно ласкает её кожу, и это ощущение было странным, но приятным. Первородный сел за руль, и машина тронулась с места. Он ехал молча, его лицо оставалось сосредоточенным, но в его глазах Дженна видела что-то, что заставляло её задуматься. Она чувствовала, что этот момент изменил что-то внутри неё, но пока не знала, что именно. Когда они подъехали к её дому, Клаус остановился и повернулся к ней. – Спасибо, – произнесла рыжеволосая, её голос звучал тихо, но в нём слышалась искренняя благодарность. Клаус кивнул, его лицо оставалось спокойным, но в его глазах мелькнула тень грусти. – Не за что, – произнёс он. – Но помни, любовь моя, я всегда здесь, если тебе понадобится помощь. Дженна улыбнулась, её лицо озарилось теплотой. – Я буду помнить, – произнесла она. – Спасибо ещё раз. Гибрид улыбнулся в ответ, его глаза светились искренней теплотой. – До свидания, любовь моя, – произнёс он, заводя машину. – До свидания, Клаус, – произнесла она, закрывая дверь машины. Майклсон уехал, оставив её одну. Соммерс стояла на пороге своего дома, чувствуя, как странный, но приятный аромат его пиджака наполняет её лёгкие. Она вдохнула его, наслаждаясь этим ощущением. Рыжеволосая прошла в свой дом, поднялась на второй этаж и направилась в свою комнату. Её мысли были полны хаоса, но в глубине её души она знала, что этот момент изменил что-то в ней. Она чувствовала, что внутри неё зарождается что-то новое, что-то, что может изменить её жизнь навсегда.

***

– Что это была за типичная сцена из фильма? – прозвучал женский голос во мраке комнаты. Дженна, даже не вздрогнув, знала, что это, вероятно, Кэтрин. – Ты уже поселилась в моей комнате, словно моя жена, – произнесла рыжеволосая, снимая с себя пиджак Клауса и вешая его на стул. – Долго ещё будешь тут ошиваться? – Вообще-то, мне некуда идти, подруга! – воскликнула Кэтрин, – и я не против была бы быть твоей женой, если бы ты была мужчиной, милая. Соммерс усмехнулась, снимая украшения все, кроме кольца на пальце. – А вообще, что там была за милая сцена с Клаусом? – поинтересовалась Пирс, лежащая на кровати. – Он подвёз меня домой, я сопровождала его на балу его же семьи, – пояснила Дженна. Она начала смывать макияж, после чего распустила свои волосы, расчесала и заплела в косу. – Очень мило, но не в его духе, – закатила глаза шатенка, – говори подробнее. – Он признался, что я ему нравлюсь и что интересна. – вздохнула Дженна, переодевшись из платья в домашнюю пижаму. Пижама состояла из обычной шелковой ночнушки черного цвета, которая была до середины бедра с глубоким вырезом в области декольте. Платье она убрала в шкаф, как и туфли из хрусталя, которые положила в коробку. – Ты ему веришь? – честно поинтересовалась Кэтрин. – Мне хочется верить ему, возможно, потому что я начинаю что-то чувствовать к нему, – вздохнула Соммерс, ложась в кровать и пододвинув подругу. Девушка укрылась одеялом. – Но я понимаю, что это неправильно, поэтому мне нужно время на подумать, – произнесла рыжеволосая, взглянув в карие глаза Кэтрин, – Я слишком люблю семью, чтобы выбрать племянников, а не Клауса. – Подумай хорошенько, Дженна, прежде чем сделать выбор, – произнесла Пирс, – у меня нет семьи, поэтому я не могу дать совета. – Спасибо, что ты вообще рядом и поддерживаешь меня, – усмехнулась Дженна. – Ночную одежду возьми в шкафу и ложись спать. Кэтрин с благодарностью кивнула, встав с кровати. – Я утром уйду через окно, клянусь! – усмехнулась вампирша. – Боже, ты словно мой любовник, – посмеялась рыжеволосая. Пирс подхватила смех подруги, уходя в ванную комнату. Через пять минут она вышла в черных коротких шелковых шортах и черной майке, легла в кровать. Спустя пару минут они обе уснули, открытое слегка окно в комнате впускало свежий воздух, который наполнял комнату. И все проблемы ушли на второй план.