3. Обряд

      — Расскажи мне, как и когда в тебя вселился демон, — спрашивает Джереми с приятной улыбкой.       «А он хорошенький», — думает Лили, с любопытством осматривая его. Высокий, плечистый, с длинными стройными ногами и весьма соблазнительными ягодицами. Темноволосый.       — Я расскажу, святой отец, только не могли бы вы… — Лили кивает головой на связанные руки. Переводит на него взгляд и невинно хлопает ресницами. — Если только вам не нравится видеть меня в такой позе. Обещаю быть послушной.       Он усмехается и смотрит на её руки. От верёвки кожа покраснела и покрылась ссадинами. Джереми печально вздыхает и цокает языком, с досадой мотая головой.       — Нет, это неправильно, — он подходит к Лили и развязывает верёвки. Она незаметно приподнимает голову и втягивает его запах. Джереми приятно пахнет: элитным парфюмом и чем-то мужским; энергетикой, морем, терпкими грейпфрутовыми оттенками и глубокими, едва уловимыми древесными нотами, похожими на тёплый аромат костра. — Связывают только буйных, не способных себя контролировать. Ну, вот… Так лучше?       Лили молча кивает, разминая запястья. Он довольно улыбается, отходит к изножью кровати и отвязывает её лодыжки.       — Тебе он нравится, так ведь? — замечает Голос, и Лили мысленно соглашается с ним. Она знает, что никто, кроме неё, не слышит его, но всё равно поглядывает на экзорциста, пытаясь разглядеть в его лице намёк на удивление или даже страх. Нет, не слышит. — Прикоснись к нему. Ты ведь хочешь его.       Лили слегка боится. Боится, что Джереми оттолкнёт её. С другой стороны, и что в этом такого? Зато можно повеселиться.       Она становится на четвереньки и медленно ползёт к нему, словно кошечка. Джереми явно ошеломлён, с приоткрытым ртом наблюдая за её грациозными движениями. В воздухе вибрирует неслышимая для человеческого слуха музыка, гипнотизируя и увлекая за собой. Остановившись у его ног, Лили прикасается к его животу и плавно ведёт ладонью вверх, пока не встаёт на колени. Смотрит на него снизу вверх ангельским взглядом, под которым скрывается голодное желание. Лили чувствует, как он борется с собой, и как она постепенно обретает над ним власть.       Джереми глубоко вдыхает, и его маска благочестия даёт трещину. Схватив её за загривок одной рукой, а другой — за шею, он склоняется и припадает к её губам.       — Хорошая девочка, — шепчет он у её рта, и в глазах его, затянутых поволокой, отражается что-то, вернее, кто-то другой. — Я не сомневался в тебе.       Лили отстраняется и с восторгом глядит на него. Так странно впервые услышать Голос не в своей голове, а по-настоящему. Не понятно, как, но у неё получилось сломить волю Джереми и впустить Голос в его тело. Того, кто был с ней долгие месяцы.       — Люцифер?! — спрашивает она, чтобы удостовериться.       — Да, дитя моё… — на его губах зреет лукавая улыбка, и он вновь целует её, с жадностью и нетерпением сминая губы. — Готова ли ты к последнему действу? Закрепить нашу связь навечно?       Лили знает, что за этим последует. И она кивает.       — Да, мой господин.       Если она не та, ритуал попросту убьёт её. Голос никогда не говорил об этом напрямую — как и про то, кто такая та, — но это знание будто было с ней всегда. Это нисколько её не пугает. Как и то, что ею могут просто воспользоваться. Она знает — всё будет так, как должно быть.       Джереми кидает её на кровать и начинает раздеваться, не сводя с неё глаз. Впервые Лили видит мужчину в голом виде и не может оторвать от него взгляда, стараясь запомнить каждую деталь, каждое движение, каждую мышцу. Щёки горят от стыда, живот скручивает от возбуждения, а пульс ускоряет свой ритм. Она аккуратно стягивает с себя белую сорочку и кидает на стул. Инстинктивно прикрывает грудь, но саркастично поднятая бровь Джереми заставляет её убрать руку. Он стоит перед ней такой обнажённый, с гордо расправленными плечами и вздыбленным членом, что у Лили перехватывает дыхание.       Он опускается на кровать и целует её ноги, ведёт по ним шершавым языком всё выше и выше, пока не упирается носом в пушистый лобок. Поднимает на неё пронзительный взгляд и говорит:       — Откройся мне, дитя моё. Отдайся без остатка.       Лили сгибает ноги в коленях и смущённо разводит. Но весь стыд напрочь улетучивается, когда губы Джереми опускаются на внутреннюю часть бедра, идут дальше вереницей жарких поцелуев и начинают исследовать её лоно. Лили закрывает глаза. Горячий влажный язык дотрагивается до заветной точки, и она тихонько всхлипывает. Тело пронзает электрическим током, и она выгибается, не сдерживая жалобных стенаний.       — Люцифер! — шепчет она, не понимая, чего именно желает: чтобы он прекратил или продолжил свою медленную пытку.       Волны наслаждения захватывают её, снося и погружая в свои густые воды, не давая вздохнуть. Её тело трепещет и вздрагивает от малейшего движения языка. Задержав дыхание, она выгибает спину и кончает с протяжным низким стоном. Джереми погружает в неё язык с довольным мычанием.       — Вку-у-усная Лили-и-и… — мурлычет он, и прозрачная ниточка тянется по его подбородку. Облизнувшись, он прикрывает от удовольствия глаза.       Покрывая её живот и грудь жадными поцелуями, он цепляет зубами розовый сосок и чуть прикусывает. Приглушённый крик повисает вибрацией в комнате.       — Ты слышишь? — спрашивает он, прислушиваясь. — Эту музыку создаёшь ты.       Лили понятия не имеет, что это значит, но воспринимает как должное. Как и новую порцию поцелуев на теле. Джереми вылизывает её шею, то прикусывая, то царапая ногтями, и сознание Лили распадается на две вселенные. В одной — они с Джереми предаются акту любви прямо в её комнате, а в другой — длинные хищные когти погружаются в кожу на её шее, выпуская тонкие струйки крови. И Лили не знает, где ей нравится больше.       Меж её бёдер опускается Джереми и притирается головкой члена ко входу. Внезапно Лили становится страшно, и она закусывает губу.       — Пожалуйста… — молит она, и глаза Джереми вспыхивают пониманием.       — Я буду очень нежен, дитя моё.       И Лили верит. Отдаётся ему всем телом и душой.       — Покажись мне, — просит она. — Я хочу тебя, а не эту человеческую оболочку.       Немного подумав, он кивает.       — Да будет так…       Её уносит во вторую реальность, где царит тьма, а вокруг пляшут огни.       Она открывает глаза, и над ней нависает существо с красной обожжённой кожей и прекрасными ветвистыми рогами. За спиной у него расправляются огромные кожистые крылья. В глазах горит нечеловеческий огонь, а по всему телу виднеются многочисленные шрамы.       — Ох… Что они с тобой сделали?.. — вздыхает Лили, и в глазах её появляются слёзы.       — Ты не боишься меня, — с удивлением отмечает он.       — Нет, конечно нет! — отзывается она и тянется к его почерневшим губам.       Джереми входит в неё одним плавным движением, и Лили вскрикивает от боли. Он затыкает ей рот ребром ладони, и она со всей силы вонзает зубы в его кожу, рискуя оторвать с мясом. Он даже не морщится.       Люцифер входит в неё с нетерпением, и его шипастый член нечеловеческих размеров пронзает девичье тело. При каждом толчке шипы царапают её изнутри, а длинные чёрные когти всё сильнее раздирают нежную кожу. Боль, тесно переплетённая с наслаждением, поглощает Лили, позволяя раствориться в этом коктейле безумия.        Он медленно двигается в ней, и боль постепенно проходит. Она расслабляется, подаётся ему навстречу. Музыка становится всё громче и громче. Лили слышит гулкий бой барабанов, древние инструменты и хоровое пение. Оно восславляет их, поёт о том, как прекрасны они в своём величии. Они зовут её, пробуждая сокрытое.       Он ускоряется, проникая в её тело снова и снова.       — Я наполню тебя своим семенем, лоно и чрево твоё, — произносит он и целует. Погружает в неё свой длинный раздвоенный язык. Вылизывает её изнутри, внедряясь вглубь.       Глаза Лили закатываются. Ей кажется, что от столь ярких и необычных ощущений она вот-вот потеряет сознание, но оказывается сильнее, чем думает. Её тело готовится вознестись на алтарь наслаждения. Лоно наливается кровью, а в животе всё раскаляется добела.       Люцифер жёстко трахает её, уже совершенно не сдерживаясь. Издаёт громогласный рык и изливается. Чувствуя пульсацию внутри себя, с коим горячее семя наполняет её изнутри, Лили кричит и взрывается, опадая в его руках. Яркий белый свет заволакивает всё вокруг, и ничего более не видно. Они содрогаются в посткоитальном экстазе, и свет постепенно гаснет, оставляя лишь слабое свечение. Лили открывает глаза и видит, что свечение это исходит от Люцифера. Его кожа теперь белая, мерцающая бледно-голубым цветом, а крылья вновь покрыты белоснежным оперением. Он прекрасен…       — Мой Светоносный! — восторженно говорит она, и слёзы счастья катятся по её щекам.       — О, Лили́т! — отзывается он, покрывая её лицо нежными поцелуями. — Мать Жизни и Смерти! Моя царица! Я нашёл тебя!       — Скорее, я нашла тебя, любимый! — говорит она, ласково оглаживая его высокий лоб, любуясь. — Теперь мы вместе навсегда…