Часть 1

Места здесь тихие, красивые, чудные Но здесь людей не будет больше никогда. И в этом всем виновны лишь живые. Они уже ответили за все прошедшие года. Когда-то мир мой светел был, Но он затем покрылся мраком. И с местом этим стал потом един. Для них потом настал свой час расплаты. Ты думаешь, что знаешь все о боли? Что эти крики можешь вглубь загнать? Скажи все это стенам, что напитанные кровью! И может быть они тебе все смогут показать. Как мучались здесь дети и "больные" Которых здесь "лечили" доктора. И что теперь все эти лекари отныне Нашли себе приют в нутре другого существа. И может быть услышишь ты как души, Крича и плача в этих четырех стенах Ученых будут тех молить о чуде, Мечтая выбраться из этого дерьма. И звуки сломанных костей тебе покажутся здесь раем. Ведь могут что похуже тут с тобою сотворить. Те дети заходились хриплым лаем, Мечтая кислоту скорее проглотить. Нас резали, кололи, кого-то часто били. И боль не прекращалась никогда. А в воздухе витал когда-то запах гнили, И смешивались с ним страданья и тоска.. Избитые, голодные, больные Лишь об одном мечтали мы тогда: Чтобы забрали в семьи нас и там любили! Но вмиг оборвалась мечта. Ученые скрывали трупы в дальней яме, Где их терзали звери, сквозь стены проходя. И эти звери стали многим здесь друзьями. В моменты редкие им смех и радость принося. Моим же зверем был мышонок Сажа, Он помогал мне выжить в холода и боль. Он иногда мне приносил комочки каши, И рядом был, выслушивая вой. Ученые забрали Сажу вскоре, Найдя его в момент обхода камер тех. Его убили. Так же как и многих. Я видел, как погиб он от этих их утех. Ученые его кололи каким-то препаратом, С каждым разом все сильнее вызывая паралич. И я мечтал о том, что их постигнет участь Сажи! И что он сможет нас когда-нибудь простить.. Он умер на моих руках.. Затихли вздохи.. Мой первый друг был похоронен в месте том, Где каждый узник лишь мечтал о чуде. И я осуществил эти мечты потом. Увечья. Газы. Электричество и препараты. Все это длилось долгие года. Они давили, создавая глубже раны, Что не зарастали в душах больше никогда. За те тринадцать лет, что я тут пробыл, Они убили больше восьмисот детей. Их руки были полностью запачканные кровью. Ученых этих я не считаю за людей. Быть может призраков ты сможешь здесь увидеть. И как со мною, с ними говорить. Но правда здесь других я и не видел.. Быть может я единственный, кто здесь остался "жить"? Я умер быстро. И без сожалений. Ученым этим я поклялся отомстить. Не занимать мне было в том стремленья. Мне дали шанс на то, чтоб суд я смог свершить. Они кричали. Мучались от боли. Мечтали лишь о том, чтоб я их пощадил. Но помнил в тот момент я лишь о скорби, Которую нам каждый причинил. Газ. Камеры. "Больничные палаты". Все это знаю я и видел все давно. Все "пациенты" были мне в момент тот благодарны, Что я убрал из жизней их пятно. Я помню слабые улыбки, Тех, кто наконец увидел свет. И поняли они, что наконец закончились все пытки, И начался в их жизни новый вдруг рассвет. Я помогал им жить. Лечил, а не калечил. Но страх меня преследовал всегда. А если я случайно нанесу увечье.. И стану как ученые тогда? Но люди продолжали умирать. От старости, болезней, просто так.. И с каждым разом было лишь страшней осознавать, Что вскоре бросят все, кого считал друзьями. И что придется одному здесь долго обитать. Я создал себе друга нового из трупа. И душ ученых, что я собрал давно. И это все казалось мне безумным. Пока я не увидел полного его. Все двадцать душ ученых дали ему разум, Но к сожалению не научили говорить. Я имя дал ему - Самди - казалось сразу, Что только из-за этого со мной он будет жить. Тепло. Уют. Семья и дом. Все это получил я. Но правда жизни в том, что время утекло. И судя по всему остался здесь один я, Но лишь благодаря Самди я "жив" еще. Как видишь, продолжаю это дело. Питая и вылечивая лес. И может даже ты найдешь могилу, В которой были похоронены те, Кто серый мир мой наполнял цветами красок, Кто улыбался, боль перенеся, Кто помогал другим, не ведая огласок, Кто шел на смерть, спокойствие храня. А нам с Самди лишь уготовано судьбою, Вечность ту лабораторию хранить. И что бы никогда не смешивалась с болью Та тишина, которую пытаюсь сохранить.