Домашние питомцы

–…порождение изначальной ночи, тень от теней и шепот погибели, таящийся в бездне голодного мрака, высший хищник! — в дополнение к своим словам Конрад Керз экспрессивно взмахнул руками, едва не задев по носу сидевшего рядом брата. Тот чуть отодвинулся, но пересаживаться на другой диван пока что не стал. — Так ты будешь его показывать или нет? — умение Конрада выдавать многоминутные красочные монологи, ни разу не повторяясь в эпитетах, вызывало у Мортариона странную смесь уважения и раздражения. Обычно первое преобладало, но сегодня примарх явственно чувствовал, что его терпения не хватит на еще одну нагнетающую атмосферу речь. К тому же, после всего сказанного ему было совершенно искренне любопытно. — А зачем еще по-твоему я к тебе притащился? — Ночной Призрак резко переключился на странного вида коробку, стоящую на полу подле дивана. Мортарион смутно вспомнил, что такие коробки называются «переносками» и используются для транспортировки бесполезных мелких животных, живущих в домах у людей на разных изнеженных мирах. — Узри же! Извлеченное из переноски существо, смотревшееся в примарших руках совсем миниатюрным, оказалось чем-то похожим на крупную крысу с вытянутой зубастой мордой. Увидев Мортариона, существо открыло пасть и издало мерзкий, скрипящий и явно недовольный звук. — Ночной хищник, не любит яркий свет, — явно довольный Керз убрал свою крысу обратно и выжидающе повернулся к брату, — Ну как она тебе? — Я не этого ожидал, — честно ответил тот, — Ты заявился ко мне на флагман и распинался тут полчаса, чтобы продемонстрировать мне… крысу? — Не «крысу», а опоссума. Это, чтоб ты знал, реликтовый вид с древней Терры, на ней самой вымерший еще в Темную Эру Технологий, — Конрад со значительным видом побарабанил когтями по переноске, — И прежде, чем ты спросишь — мне ее принес Шенг. Он сказал, что подобрал ее на помойке во время нашего последнего приведения к Согласию. — То есть это не просто крыса, а древняя редкая крыса, которую твой адъютант нашел в мусоре? — Она на него нашипела! — кажется, Конрад даже обиделся за животное, — Конечно, зная Шенга, это сомнительное достижение, но мы все-таки говорим о сумчатом насекомоядном. — А оно тебе… зачем вообще? — то, что красочные описания брата немного не совпали с реальностью, Мортариона не сильно покоробило. Нострамский юмор он по большей части не понимал, но иногда Конрад просто был Конрадом и это стоило принимать, как объективную реальность. — О, это очень хороший вопрос. Мой бесполезный адъютант в кой-то веки решил побыть не очень бесполезным и раздобыл где-то книжку по психо-чему-то там, — Ночной Призрак пренебрежительно махнул рукой, явно показывая, что о чем бы ни была книга, этот сорт литературы он не ценит и не уважает, — Суть в том, что Шенг вычитал, как содержание домашних питомцев помогает справляться с тревожностью, депрессией, паранойей и прочими нашими общесемейными чертами. Дальше ты уже знаешь. — То есть оно правда помогает? — Мортарион покосился на переноску. Ему было сложно представить, как эта крыса — то есть опоссум — может помочь в чем-то, кроме доедания объедков в мусорной куче. — Нууу… — Конрад как-то сник, — Она шипит на моих капитанов, так что этого не приходится делать мне. Полагаю, это лучше, чем ничего. Четырнадцатый примарх кивнул. Пожалуй, в этот раз Керз и вправду выглядел получше, чем в прошлую их встречу, хотя нельзя было сказать наверняка, была ли в этом заслуга опоссума или просто удачного стечения обстоятельств. Но слова брата о питомцах и их воздействии на нервы в памяти все же отложились.

***

— Это кошмарно. — Я знал, что тебе понравится. Ночной Призрак внимательно изучал содержимое массивного цветочного горшка на рабочем столе своего брата. Насколько он мог судить, это было растение, хотя и нехарактерной бледной белесой расцветки. По размеру оно могло бы тягаться с человеческим ребенком лет пяти, а по притягательности внешнего вида — с недельным трупом. Ничем трупным, впрочем, от этого выкидыша флоры не несло, зато на концах веточек-отростков имелось что-то, подозрительно похожее на маленькие пасти. Буквально все в этом растении вызывало у Призрака внутреннее неприятие, но «пасти» — особенно. Чтобы понять, в чем дело, ему потребовалась еще секунда пристального разглядывания. — Ну и как, братец, собираешься порадовать меня историей происхождения этого… чуда? — на самом деле он не хотел этого знать. С другой стороны, так же можно было сказать о большей части известных восьмому примарху вещей, так что еще плюс или минус одна роли не сыграет, а Мортарион получит лишний шанс поговорить о своей любимой предположительно болотной мерзости. — Это плотоядное растение — эндемик низинных болот Барбаруса, — честно оправдал все возложенные на него ожидания четырнадцатый, — Далекий потомок терранских растений из семейства Droseráceae, в естественных условиях питается крупными летающими насекомыми и мелкими рукокрылыми. — Я не знаю, специально ты делаешь это или нет, но иногда я просто обожаю ход твоих мыслей, — хмыкнул Призрак. Вопреки общей безрадостной ситуации, это конкретное решение со стороны брата его позабавило. Мортарион в ответ молча пожал плечами — по его непроницаемому лицу нельзя было понять, осознает ли он всю ироничность демонстрации примарху Повелителей Ночи растения, питающегося летучими мышами. — Хотя не могу не признать — я ожидал, что твои комнатные растения будут ядовитыми, — на самом деле Ночной Призрак точно знал, что из ядовитого и токсичного он в этот день увидит только первого капитана Тифона, но предпочел не заострять на этом внимание. — Это не комнатное растение, это питомец, — коротко пояснил ему Мортарион. Впрочем, увидев чужую вопросительно поднятую черную бровь, он все же счел нужным добавить — или вернее процитировать по памяти: — Содержание домашних питомцев помогает справляться с тревожностью, депрессией, паранойей. — А. Ну, удачи, братец. Нам обоим. Ночной Призрак обреченно вздохнул про себя. О том, что буквально через три дня плотоядной болотной траве Мортариона суждено сожрать его опоссума, он решил брату не рассказывать.